– Но ведь девушка найдена, – настаивал Дравул.
– Найдена мной, – уточнил Агвинар, и гнев читался в его голосе. – Вы не выполнили свою клятву, и теперь ваша единственная надежда на свободу – это выслужить ее кровью и потом! Не вздумайте хотя бы здесь подвести меня. Вы должны разыскать ее раньше, чем это сделает кривенец.
Дравул, низко поклонившись, вышел из зала.
Чуть позже Агвинару сообщили, что короли собираются за столом переговоров, но маг лишь просил напомнить, что со всем населением Зодвена и в том числе с его воинами вправе распоряжаться лишь король-маг, а все остальное его не интересует. Сам же Агвинар прошел в столовую, где по его приглашению уже ожидала Эльстина.
– Где Ксилен? – строго спросила Эльстина.
– Меня тоже интересует этот вопрос, – ответил Агвинар. – Хотя… мне кажется, я знаю, где он.
Агвинар подозвал Эльстину к окну и указал вдаль. Там, далеко на севере, уже почти на краю горизонта была видна одинокая фигура всадника, который во весь опор мчался подальше от Зодвена.
– Боюсь, что он оставил тебя, – вздохнул Агвинар.
– Нет, – возразила Эльстина. – Он не мог этого сделать. Это все ты! Ты заставил его бросить меня здесь!
– Как же я это мог сделать? – начал было маг, но девушка перебила его:
– Не надо мне морочить голову красивыми речами! Я знаю, как ты умеешь красиво говорить. Я не забыла, что ты маг.
– Что с тобой, Эльстина? Что случилось? Ты ведь признавалась мне в любви столько раз, а теперь…
– Да, я любила! Вот только я любила другого Агвинара. Честного, справедливого, а не подлого, безжалостного мага, который даже лицо свое боится показать!
– Смотри! Если тебе это так нужно! – сбросил с головы капюшон Агвинар.
Эльстина невольно дернулась от вида изуродованного лица мага. Его лицо казалось молодым, но в то же время было изрезано редкими, но необычайно глубокими морщинами, на левой щеке был шрам, как от ожога, а цвет лица был безжизненно серым.
– Я тот же Агвинар, – с ноткой гнева произнес маг, вновь накидывая на голову капюшон. – Я до сих пор справедлив и честен. Иначе бы я просто убил Ксилена.
– Если бы ты убил его, я бы даже не стала с тобой разговаривать сейчас. Зачем ты уничтожил этот прекрасный город?
– Ну, не весь, а только половину его.
– Перестань паясничать!
– Если бы вы не укрылись в этом городе, когда узнали, что я разыскиваю вас, а пришли ко мне, Зодвен был бы невредим. Поэтому сложно судить, чья в этом вина.
– Ты как уж на сковородке! Всегда найдешь, что ответить, но все же мне интересно, как же ты оправдаешь все твои другие военные походы? Я вижу, что ты изменился! Видимо, ты и есть тот самый колдун, из-за которого начнется Всесветная война.
– Да, я изменился. Я стал сильнее! А все, что я делаю, – это как раз для того, чтобы избежать Всесветной войны.
– Значит, ты теперь веришь в нее, а ведь раньше ты говорил, что Всесветная война – это всего лишь вымысел, что она не наступит. И вообще, что это за бред? Вот сейчас была не самая лучшая твоя попытка оправдать себя. Как можно избежать войны с помощью войны?
– К сожалению, я вынужден признать, что она неизбежна, – с горестью выдохнул Агвинар. – Я лишь могу ее отсрочить, создав сильное королевство, которое сумеет отразить любую атаку и будет иметь весомое слово против враждебного настроя любого королевства и даже Совета.
– Если она неизбежна, к чему тогда все это? Не кажется ли тебе, что ты сам себе уже противоречишь? Ты заврался! Сам запутался в своих речах!
– Это все ради тебя! Ради того, чтобы ты была в безопасности.
– Я была здесь в безопасности!
– Зодвен в любом случае рано или поздно бы пал. Раз мы сумели захватить его, то и другие бы смогли. Я специально не вмешивался и только со стороны наблюдал, как простые смертные воины смогли захватить Черную скалу и одолеть магов внутри нее. Так я убедился, что этот город могли захватить и без меня. Здесь ты не была в безопасности. Только я смогу защитить тебя.
– Послушай сам себя! – вновь перебила его Эльстина. – Что ты говоришь? Уничтожить город, чтобы защитить меня! Захватить королевство ради меня…
– Ты ведь не даешь мне все объяснить, – спокойным тоном продолжал маг. – Ты боишься, что я смогу переубедить тебя? Поэтому ты не даешь мне слово вставить?
– Что ж, я выслушаю тебя! – скрестив руки на груди, приготовилась девушка. – Так что ты там делал ради меня?
– Когда я потерял тебя, а потом и своих друзей, моя жизнь также потеряла для меня всякий смысл. Ты была недоступна моему взору, поиски мои не увенчались успехом, люди, отправленные на твои поиски, вернулись ни с чем. И тогда я скрылся от всех в Гриньевском лесу, а мой бывший друг, пожелав убить меня, обеспечил мне хорошую легенду о моей смерти. Однако когда я узнал о том, что ты жива, я вернулся в Виринтвул. И стал готовиться к твоему возвращению. Стал укреплять город, чтобы в будущем ты была в безопасности, стал обучать новых воинов, чтобы они могли защитить тебя. Вот только чуть позже я узнал, что ты не собираешься возвращаться ко мне. Мало того, когда я отправил своих людей за тобой, вы скрылись в закрытом для всех Зодвене. Никто из моих лазутчиков не вернулся из Зодвена, мне туда дорога была закрыта. Хотя зачем это все рассказывать, ведь это вам было известно, поэтому вы и укрылись здесь. И с тех пор я жил с единственной целью, только ради этой минуты, когда я вновь окажусь рядом с тобой.
– Твои люди не стали ничего объяснять, они сразу же напали на Ксилена. Почему же ты сам не пришел?
– У меня не было возможности, – ответил маг. – В тот момент я был в плену у гномов Хараднума, а потом вы уже успели укрыться в Зодвене.
– Ну а почему ты не пришел за мной в Цервер? – заплакала девушка. – Ты представляешь, что это за место? Кругом выжженная земля. Место, где нет ни единого звука. Голос просто не выходит из груди. И ни одного разумного существа вокруг, все, кто туда когда-либо попал, давно уже обезумели. Я бы сошла с ума, если бы не Ксилен. Почему Ксилен нашел меня, а не ты?
– О существовании Цервера я слышал только из древних рукописей, где описание этих земель было невнятным, а месторасположение их вовсе нигде не указывалось. Я и не знал, что ты там.
– Я оказалась там сразу же после вашей битвы с тем обезумевшим магом в долине Предор, – продолжала плакать девушка, – а Ксилен нашел меня.
– Вообще-то Ксилена я направил к тебе! – с обидой признался Агвинар и, так и не позавтракав, вышел из столовой.
Бестелесные: Встреча
Стизор уже боялся открывать глаза. Каждый раз, когда он просыпался, его ждал какой-то неприятный сюрприз. То он прикован к кровати, то связан в яме. Судя по боли в плечах и в запястьях, он все еще был в яме. Как только ему руки не оторвало во время прошлого падения.
Он попытался открыть глаза, но успех имел только левый глаз. Правым глазом под распухшей бровью он ничего не видел.
Рассвело. Наверху над его ямой слышались какие-то голоса и некая возня.
Стизор встал на ноги и хотел посмотреть наверх, но кто-то силой дернул веревку, связывающую его руки, вверх и в сторону так, что его отбросило к стене ямы. Он ударился затылком, и ноги его подкосились, однако веревка не позволила ему упасть. Он продолжал висеть на ней, но только теперь не в центре ямы, а прижимаясь к его стене.
С другой стороны ямы сбросили канат со множеством узелков. Туземцы часто использовали такие канаты вместо лестниц, и в этот раз по нему ловко соскользнул загорелый мужчина с жидкой бородкой, которого Стизор уже ранее видел в доме Ксиань.
– Знаешь, кто я? – спросил мужчина на местном наречии, кривя свой рот в самой противной улыбке, которую когда-либо только мог видеть Стизор.
– Тот ублюдок, что ударил мою любимую женщину, – ответил Стизор, за что получил несколько неожиданных и очень сильных ударов по лицу.
– Я еще не нашел твоих женщин, – отвечал мужчина, – но как только найду их, поступлю с ними так же, как вы поступали с нашими женщинами.
Стизор сплюнул ему под ноги сгусток крови вместе с зубом. После чего нащупал языком ноющую пустоту на месте выбитого зуба. Жаль, что передний, он бы еще Стизору понадобился.
– А к тебе я буду приходить каждый день! – не дождавшись какой-либо реакции от северянина, продолжил туземец. – И каждый раз я буду отрезать тебе по одному пальцу. Хотя нет! Так они у тебя быстро закончатся. Буду отрезать по одной фаланге. Так мы продлим это удовольствие. А начну я с больших пальцев ног, чтобы ты далеко убежать не смог, если вновь решишь попытаться выбраться отсюда. О да! Попробуй сбежать! Это будет здорово. Ты будешь в муках бежать отсюда, и когда у тебя в груди уже заблещет надежда на спасение, я отыщу тебя и верну сюда вновь.
Стизор продолжал молчать, а его истязатель достал металлические щипцы, которые островитяне сами ранее неоднократно использовали для ампутации языка или конечностей провинившихся рабов. Когда он подошел к нему ближе, Стизор оттолкнулся левой ногой от стены, подтянулся руками на веревке и нанес хороший удар коленом по голове туземца, хотел его обхватить ногами за шею, но от сильного удара тот отлетел в другую сторону, и Стизор уже не смог дотянуться до него.
Мужчина встал на ноги и тоже сплюнул на глиняный пол свой зуб. После чего он налетел на связанного островитянина с такой яростью, что Стизор потерял счет его ударам и в один момент даже перестал пытаться уворачиваться от его кулаков, поскольку сил на это не осталось.
Все его тело ныло, а в глазах все расплывалось. Он был уже в полубессознательном состоянии, когда туземец таки свершил задуманное и откусил острыми щипцами ногтевую фалангу большого пальца на правой ноге Стизора.
Король-Маг: Прощальный подарок
Уже который день сохранялась ясная теплая летняя погода. Солнце светило высоко в небе. О ночной битве в Зодвене свидетельствовали только столбы дыма, поднимающиеся от тлеющих пепелищ, а также разрушенные части городских стен и домов. Большинство горожан, как и кривенцев, были заняты оказанием помощи раненным во время сражения и подготовкой к захоронению павших бойцов. Воины Агвинара, которые, в сравнении с другими участниками битвы, понесли совсем небольшие потери, закончили свои дела в городе и теперь занимались охотой, а своей добычей щедро делились с нуждающимся в еде населением Зодвена.
Люди поначалу неохотно принимали от вчерашних врагов пищу, но учитывая, что в суматохе войны и полуразрушенного города еды не хватало, они были вынуждены принимать дары от воинов Агвинара, которые вели себя достаточно дружелюбно. Олун возмущался, почему это Агвинар делится пищей с врагами, а не с его людьми, на что Агвинар ответил, что согласно предварительной договоренности, теперь жители Зодвена в его подчинении, поэтому он обязан о них заботиться.
Ближе к вечеру на рыночной площади, где собралось много горожан за дарами от короля-мага, Агвинар выступил с речью.
– В первую очередь, – начал свою речь Агвинар твердым, уверенным голосом, и в нем не было ни нотки враждебности или злости, – я хотел бы извиниться за всех нас, за королей. Ведь именно из-за наших личных дел пострадали вы, мирные горожане и преданные воины. К сожалению, случившееся не исправить. Павших уже не вернуть. Что сделано, то сделано, хотя я лично изначально предлагал вашему королю сдаться, дабы сохранить жизни тысячи ни в чем не повинных людей, но его личные мотивы и его жадность унесли столько жизней. Мы все виновны перед вами, и я понимаю, что одних извинений здесь недостаточно. Ведь еще все беды не закончились. Несколько веков ваш город жил под мирным небом благодаря защите магов, но этих колдунов теперь не стало, и как только Зодвен лишился этой магической защиты, он не выдержал даже одной ночи. Ваш король не сумел защитить вас без помощи магов Черной скалы.
Толпа, которая поначалу перешептывалась, а где-то даже были слышны оскорбительные выкрики, замолчала, а Агвинар, сделав небольшую паузу, продолжил:
– Что вас ждет теперь? Магов нет и никогда их уже не будет. Городские ворота разрушены. Ваш король слаб. Вы стали легкой добычей для разбойников, которые не будут давать вам покоя. К сожалению, всех вас ждут голод и полная разруха… Хотя нет, не всех! Я предлагаю вам свою помощь! Ради спасения ваших жизней, ради безопасности ваших детей и стариков я предлагаю вам пойти со мной и поселиться в сильном городе, где будете жить под моей защитой. Под защитой короля-мага, объединившего несколько королевств, где мирно соседствуют эльфы и гномы, люди и полурослики, а орки и тролли служат нам!
Многие из вас потеряли свое жилье и остались на улице, я же предлагаю вам новые дома в защищенном и процветающем городе. Вы здесь голодали, а я вам предлагаю сытную жизнь. Ваш король душил вас налогами, я же предлагаю вам справедливое и достойное проживание в моем королевстве!
Я бы мог как победитель увести в рабство ваших жен и детей, рекрутировать ваших мужей и отцов, но мне не нужны слуги, мне нужны свободные жители моего королевства! Так идемте же со мной!
– Я не голодал! – выступил один знатный торговец Зодвена. – Однако я мог бы жить и более достойно, если бы король Зодвена мне позволил, а не мешал моему делу, не грабил меня своими поборами. Моя работа научила меня разбираться в людях. Поэтому моя семья идет с вами! – громко произнес торговец и встал на колени перед Агвинаром.
Это удивило зодвенцев, знавших гордый нрав торговца, который очень часто даже не кланялся королю Зодвена. Видимо, удивило настолько сильно, что несколько людей сразу же последовали его примеру, склонив колено в знак признания власти нового короля. Однако многие еще не решались и переглядывались друг с другом.
– Мой муж погиб из-за вас! – вышла вперед одна высокая стройная женщина, ее глаза были красными от слез, волосы растрепаны, а из-под волос выпирали заостренные уши, свидетельствовавшие о ее родстве с эльфами, хотя женщина принадлежала к расе смертных. – Это вы напали на наш город, а теперь во всем обвиняете нашего короля, который защищал нас. Это вы убили наших магов. Как мне теперь одной прокормить троих детей?
– Я понимаю вас, – ответил тем же ровным тоном король-маг. – Я скорблю вместе с вами за каждого, кто погиб той ночью. Однако мы можем бесконечно долго сожалеть о случившемся и заниматься поисками виноватых, но это не вернет к жизни вашего мужа. Это непосильно даже мне. Я могу лишь позаботиться о вас и ваших детях. Вот им я могу помочь, что и предлагаю.
– Вы не знаете всей правды! – выступил вперед один из военачальников Зодвена. – Если бы Риван больше внимания уделял армии, мы бы вчера не шли в атаку в ржавых латах. Наши мечи ломались о блестящие доспехи наших врагов и не пробивали их добротную кольчугу. Будь у нас такое же вооружение, я бы не потерял так много воинов в прошлую ночь. Я готов присягнуть королю Агвинару!
За военачальником последовало еще больше людей, но оставались и те, кто не поддался сладкой речи колдуна. Нашлись и те, кто уверенно заявил, что маг подкупил торговца и военачальника. Другие советовали заткнуть свои уши, чтобы не быть зачарованными магией речи Агвинара.
В итоге Агвинар дал всем время подумать до утра и подготовиться к походу. Для тех, кто решится пойти с ним, предложил взять только все самое первое необходимое и собраться на рассвете возле лагеря короля-мага.
– В пути вы не будете нуждаться в пропитании, – заверил он всех. – Со мной вы будете сыты и в полной безопасности.
После этого король-маг вернулся во дворец, где на него сразу же с порога накинулся Риван с претензиями, что он рассчитывал на то, что они все вместе сядут за стол переговоров, а тот не участвует в обсуждении ни одного из вопросов в то время, как Олун выдвигает слишком высокие требования. Вот только Агвинар не стал даже его слушать. Он отмахнулся от Ривана тем, что он ничего ему не обещал и за Олуна не ручался.
Наконец-то Агвинар добрался до своей комнаты. Там его ожидал сам Олун.
– Я слышал, ты уже завтра собираешься в дорогу, – упустив любезности, сразу же начал тот.
– Переходи сразу к делу, не нужно тратить время на вступительные речи, – строгим голосом предложил, а скорее даже потребовал Агвинар.
Голос его изменился. Совсем недавно он так мягко говорил с жителями Зодвена, предлагая пойти с ним, а теперь его голос звучал властно и твердо, даже с некоторой долей надменности.
– Ты слишком рано решил собираться в обратный путь. Мы не успеем, – паниковал король Кривении. – Мы еще даже не завершили переговоры. Мы явно не успеем собрать всю дань.
– А как это все меня должно беспокоить? – недоумевал маг. – Я решил не жадничать и свою живую дань уже подготовил.
– Мы же договорились, – все в том же паническом виде говорил Олун. – У нас союз, а ты хочешь бросить меня здесь.
– У нас была договоренность, – согласился Агвинар. – И я выполнил все свои обязательства. Зодвен взят. Ни о чем более мы не договаривались.
– Хорошо, – согласился Олун. – Пусть это так, но давай заключим новое соглашение. Сколько золота ты хочешь? Сколько тебе заплатить, чтобы ты дождался меня?
– Мне не нужно золото, – ответил Агвинар. – В скором времени золото будет никому не нужно. Все, что я хотел от этого похода, я уже получил. Теперь же прошу оставить меня. Я устал.
Король Кривении, не найдя больше слов, что-то недовольно бормоча себе под нос, вышел из комнаты, а Агвинар снял с пояса свой длинный меч, положил его рядом с креслом, расположился в нем поудобнее и задремал. Хотя со стороны трудно было судить, спит ли он, ведь его лицо по-прежнему было в тени капюшона. Только ровное дыхание и плавные движения грудной клетки свидетельствовали о том, что маг, вероятнее всего, уснул.
Агвинар же, как всегда в последние годы, видел различные, порой непонятные сны. Он понимал, что видит реальные события из будущего, а временами из прошлого. Иногда ему снились события, которые происходили в данный момент. Вот не всегда ему удавалось определить, когда и где произойдет то или иное событие, а быть может, оно уже произошло. Агвинар во сне видел, как огромные полчища элитной армии орков осаждают Виринтвул и сражаются против него. Гномы, как ни странно, были в союзе с орками, а орки стойко держали свои позиции плечом к плечу с кентаврами.
Уже в следующий момент Агвинар увидел неизвестный ему город, весь охваченный пламенем, где горели даже камни и плавилось железо. В следующий миг Агвинар оказался в широком зеленом поле. За ним шли его воины, а позади с тележками, с повозками шли крестьяне и ремесленники со своими женами и детьми. Вдруг с севера появились разбойники. По их одежде из меха и сапогам, также обшитым мехом, можно было определить, что это были горцы. Агвинар, еще будучи совсем юным, когда еще не носил звания короля, видел уже подобных воинов, тогда они напали на деревню, где оружие носили женщины. Агвинар устремил свой взгляд высоко в небо, где одиноко кружил ястреб, которому было прекрасно видно, что творилось внизу: и бескрайние зеленые поля, и армия Агвинара, и огромная банда разбойников, и большое стадо диких быков, мигрирующих на новые пастбища.
Агвинар спал, и в этом был уверен Аревий, который незаметно проник во дворец, миновал стражу в коридоре, проник в одну из спален и уже через лоджию попал в комнату, где спал король-маг. Аревий неспешно обнажил свой кинжал, бесшумно подкрался к Агвинару, который так и продолжал сидеть в своем кресле. Вот он уже направил острое лезвие к горлу мага, но вдруг его рука замерла, словно ее парализовало. Между шеей мага и острием кинжала осталось меньше сантиметра, но Аревий не мог пошевельнуть рукой. Он решил взять кинжал в другую руку, но и левая рука ему больше не подчинялась. Он вовсе не мог шевельнуться.
– Ты ведь не рассчитывал на то, что меня можно будет так просто убить? – негромко, спокойным тоном спросил Агвинар, осторожно кончиком пальцев отодвигая острие кинжала в сторону. – Пожалуйста, скажи мне это! Скажи, что ты не рассчитывал, что это будет так легко. Не разочаровывай меня, прошу!
Аревий, может, что-то и хотел ответить, но он не мог ничего сказать, все его тело застыло. Словно статуя, он не мог шевельнуть ни губами, ни пальцем, даже моргнуть был не в силах, а глаза уже начинали болеть от этого.
– Ах да, – опомнился Агвинар, отойдя немного в сторону. – Ты ведь пока не можешь даже говорить. Что ж, так диалог у нас не получится, поэтому я отпущу тебя, но прежде чем что-то предпринять, подумай очень хорошо над тем, хочешь ли ты увидеть своего сына!
У Аревия внезапно ноги подкосились, и он упал на пол.
– Поэтому я и здесь! – ответил он. – Ты отнял его у меня!
– Разве? Не стоит винить других в своих бедах, – посоветовал маг. – Ты сам убил всю ее семью. Понимаю – братишку, а сестренку-то зачем?
– Ты заставил меня!
– Брось! Ты же не веришь в эти сказки. Ну, где же я тебя заставлял? Как заставлял? Я угрожал тебе или шантажировал? Скажи как!
– Ты завладел моим разумом.
– Не надо, – перебил его Агвинар. – Я же просил тебя. И для того, чтобы завладеть чьим-то разумом, у того должен быть этот разум, и невозможно подчинить себе человека, у которого в голове полный хаос. Признайся хотя бы самому себе, что это ты сам их убил. Ты сам принял это решение. Только не спеши сильно горевать по этому поводу. Еще не поздно все исправить.
– Где Ирвен? – спросил Аревий, и глаза его увлажнились.
– Она у меня. Мои люди не причинят ни ей, ни твоему сыну никакого вреда, если я буду жив и здоров. Это еще одна причина не убивать меня пока, – неожиданно засмеялся король-маг.
– Зачем они тебе?
– Я ведь желаю всем людям только добра, – продолжал тем же спокойным тоном Агвинар. – Тем более что она ни в чем не повинна. Ты ведь понимаешь, что, привыкшая жить под защитой Черной скалы, она пропадет в этом безумном мире, где столько опасных людей, таких как ты, например. Поэтому я решил позаботиться о ней и вашем сыне.
– Ты говорил, что можно все исправить, – напомнил Аревий.
– Да, – согласился маг. – Я могу убедить несчастную Ирвен, что ты не такой уж и подлец. Я могу придумать хорошую легенду, где ты будешь доблестным воином, который защитил ее, а не убил самых дорогих ей людей. Кстати, мне нравится твоя идея по поводу зачарованного разума.
