Страница 4 из 5
– Богдан Глебович! – подскакивает женщина, порываясь кинуться следом за нами.
– У нас совещание! – рявкает он. – Никого не упускать.
Дверь с грохотом захлопывается.
Оказавшись с ним наедине, испуганно хлопаю глазами.
– Немедленно прекрати, – возмущаюсь я, пытаясь высвободить руку из его стального захвата. – Богдан!
Неожиданно он прижимает меня к себе. Широкая ладонь накрывает затылок. Кажется, мы уже проходили это. Застываю как вкопанная.
– Отпусти, – уперевшись руками в каменную грудь, сиплю я, на что он хищно улыбается.
Мгновение, и его губы накрывают мои. Не успеваю даже пикнуть или возмутиться. Да меня никто и не собирается спрашивать, хочу я целоваться или нет. Он настроен взять то, что хочет без разрешения.
Богдан накидывается на меня с таким напором, словно от этого поцелуя зависит его жизнь. Сминая нежные губы, он чуть ли не рычит от удовольствия. Тяжёлое частое дыхание разбивается о кожу, заставляя ускориться моё и без того разогнавшееся сердечко. Утопаю в аромате его парфюма, до безумия желанного тела. Голова начинает кружиться. Ухватившись за мощные плечи, неосознанно подаюсь вперёд. Моё собственное тело придаёт меня, здравый смысл отключается окончательно. Реакция мужчины не заставляет ждать. Сильные руки подхватывают меня под бедра, и я в миг оказываюсь на столе.
Со столешницы что-то с грохотом падает на пол, а моя юбка опасно трещит по швам, задираясь чуть ли не подмышки. Но, кажется, его это нисколько не беспокоит, он не намерен останавливаться. Рука скользит от колена вверх, задирая тонкую ткань ещё выше. Перемещается на внутреннюю часть бедра. Я пытаюсь сжать ноги, но он расталкивает их шире, удобно пристраиваясь между. Теперь я полностью в его власти. Мощное тело нависает надо мной, не давая возможности освободиться или хотя бы слегка отстраниться.
Поцелуй становится глубже. Язык врывается в рот, и с моих губ слетает очередной стон. Это просто невыносимо! Его ласки сводят с ума. Кожа начинает гореть. Несмело прикасаюсь к его щеке, провожу ладонью по слегка колючей щетине и зарываюсь пальчиками в тёмных волосах. На моё удивление они оказываются мягкими и шелковистыми. Блаженство.
Богдан оставляет в покое мои губы. Поцелуй опаляет пульсирующую венку на шее и спускается ниже. Склонившись, он откидывает меня назад, удерживая свободной рукой ловко расстегивает верхние пуговички блузки. Белоснежное бельё ползет вниз, открывая ему доступ к груди. Облизнувшись, он захватывает губами набухшую вершинку, и я со стоном выгибаюсь навстречу. Снова рык. Его зубы впиваются в чувствительную от ласк кожу, ощущения на грани с болью. Это заводит ещё больше. Меня словно прошибает током.
Внизу живота становится горячо, и я начинаю ерзать, пытаясь хоть немного унять это нестерпимое чувство.
– Тише, не торопись, – шепчет мужчина и принимается играть языком с набухшей вершинкой второй груди. – Моя девочка, такая горячая, – шепчет он, оставляя влажный след языком вокруг ореолы. – Ты не скажешь мне «нет». Меня не обмануть. М-м-м, какая ты влажная.
Хриплы смешок раздаётся словно откуда-то издалека. Шумно вздыхаю, когда его палец подцепив нежное кружево белья, отодвигает его в сторону и касается самого сокровенного участка моего тела. До него никто и никогда не вёл себя так раскованно со мной. Мужчины вообще не касались меня, тем более в интимных местах. Неосознанно вздрагиваю и сжимаюсь.
– Ты всё ещё хочешь сказать мне «нет»? – мурлычет он, продолжая ласкать меня между ног.
Заливаюсь краской стыда, но моё тело отзывается на его прикосновения, совершенно не слушая разум. Меня начинает мелко трясти.
– Не так быстро, моя дорогая. Я хочу, чтобы мы сделали это вместе.
Он подхватывает меня под ягодицы и одним движением разворачивает к себе спиной. Уперевшись ладонями в столешницу, испуганно округляю глаза. Богдан шустро задирает мне юбку и стягивает трусики. Звук расстегнувшейся молнии, и мне в бедро упирается что-то горячее и пульсирующее. Начинаю брыкаться. Меня накрывает истерика. Только не это.
– Да что такое? – шипит он недовольно, пытаясь меня удержать.
– Отпусти, или закричу, – извиваясь в его руках, пытаюсь одернуть юбку вниз.
– Твою мать, – бросает он и отпускает меня. – Ты… так нельзя делать. Я что должен теперь со стояком весь день ходить?! – голос полон досады и разочарования.
– Не моя проблема, – пятясь от него, отвечаю я.
– Ты как малолетка себя ведёшь, – шепчет он, оборачиваясь на дверь. – Динамо.
– Переживёшь, – бросаю я, поправляя одежду. – Ширинку застегни, а то Валентину Ивановну напугаешь.
– В любом случае я узнал, что хотел, – сообщает он.
– Вот и радуйся этому, – хватая сумку, рычу в ответ.
Взгляд падает на контейнер с сырниками, которые я взяла ему с утра.
– Держи, – бахаю посудой о столешницу. – Кофе сам себе приготовишь. Не развалишься.
Шустро шагаю к выходу.
– Карина, – окликает он меня, видимо, всё ещё надеясь на продолжение, но я выскакиваю, не обернувшись.
На сегодня с меня хватит.
– Валентина Ивановна, я по делам. Буду только завтра. По всем вопросам к Богдану Глебовичу.
– Всего доброго, – задумчиво провожая меня взглядом, отвечает секретарь.
– До завтра, – бросаю, вылетая из приёмной.
Стыдоба. Она точно поняла, что именно происходило за дверью. Нужно быть осторожнее с этими его выяснениями. Хотя… губ касается смущённая улыбка. Поправив волосы, вхожу в лифт. Кошусь на своё отражение. Румяная, как никогда, глаза горят огнём. Надеюсь, Богдан не догадался, что я девственница. Не хочу, чтобы он узнал об этом раньше времени. Вообще не стоит его подпускать к себе так близко. Ещё слишком мало времени прошло. Да и ни к чему ему эта информация. Было бы мне семнадцать… Даже неловко как-то, что в мои почти двадцать шесть я всё ещё не была с мужчиной. Ну что поделать, если единственный, кто мне по душе, на меня никогда серьёзно не смотрел.
Вздохнув, окончательно выравниваю дыхание. В кармане начинает вибрировать телефон.
Достаю сотовый. Дед. Ну конечно. Круглосуточный контроль. Как же я день без него.
– Да, – выпрыгнув из кабинки лифта, отвечаю я.
– Карина, бодрый день.
– Здравствуй, дедуля, – отвечаю как можно веселее.
– Не хотел тебя отвлекать от работы, но дело не терпит отлагательств. Это по поводу особняка Вороновых. Ты должна подписать документы на собственность. Ничего особенного, но без этого никак. Жду тебя в офисе.
– Хорошо, – горестно вздохнув, отвечаю я. – Скоро буду.
Я бы предпочла забыть про этот дом. Но, увы, не получится. Это новое приобретение только всё усугубит. Богдан и так во всём винит мою семью. А оставшись без дома, вовсе ожесточится. О чём только думал его отец?! Нужно как-то донести до Ворона-младшего, кто действительно виноват во всём происходящем. Но дед прав, словам он не поверит. Нужны доказательства.
Задумчиво прикусываю губу. Валентина Ивановна появилась очень кстати. С ней это и обсудим.
Глава 6
Проворочавшись полночи, засыпаю только под утро. Не помню, чтобы я когда-либо игнорировала будильник. В любом состоянии поднималась с утра бодрая, но сейчас меня будто подменили. Голова тяжёлая, ноги ватные. Отражение в зеркале не радует. Ужас! Это и есть та самая любовь?! Прекрасное чувство, способное свернуть горы. Разочарованно вздыхаю.
– Карина, доброе утро, – мама заглядывает в спальню, её голос звучит встревоженно. – Милая, ты не заболела?
– Нет, мам. Всё хорошо. Доброе утро, – отвечаю я с вялой улыбкой.
– Как ты? – мамуля присаживается рядом со мной и касается рукой лба. – Температуры нет.
– Ну что ты со мной, как с ребёнком? – отмахиваюсь я с лёгким смешком.
– Может, дома останешься? Выспишься? Тебе нужно отдохнуть.
– Я всего два дня работаю в офисе. Рано уставать.
– Выглядишь измождённой. Может, сегодня освободишься пораньше. И отлежишься?
– Я подумаю над твоим предложением, – увиливаю от прямого ответа.
– А не пригласить ли Богдана к нам? На ужин? – мама касается моей руки, на губах появляется нежная улыбка.
Её неожиданное предложение застаёт врасплох.
– Мам, ты готова принять его у нас дома ради меня, несмотря на неприязнь?
– Я присмотрюсь к этому молодому человеку ради тебя, – отвечает она серьёзно.
– Я не уверена, что это хорошая идея, – качаю головой. – Но я…
– Подумаешь над моим предложением, – договаривает она за меня, и мы начинаем одновременно хохотать.
– Завтрак стынет. Вставай, – мама обнимает меня, и я тянусь как кошка в её руках.
– Бегу.
Заскочив в душ, надеваю шикарное чёрное платье-футляр и, нанеся на лицо минимум косметики, выхожу из своей комнаты. Взглянув на часы, понимаю, что я катастрофически опаздываю. Просеменив мимо кухни, спешу к выходу.
– Милая, завтрак!
– Мам, потом. Опаздываю, – шмыгнув за дверь, позорно сбегаю от маминых наводящих вопросов и заботы.
Поем позже. Всё равно аппетита нет.
Сосредоточенно следя за дорогой, чуть ли не пропускаю важный звонок. Сначала я немного растерянно пытаюсь вспомнить, кто такой А. Р., но, сообразив, хватаю трубку.
– Карина Алексеевна, я надеюсь, вы уже в пути. Потому как я давно на месте. Стою у ворот. Ругаюсь с охраной. Вы нужны срочно!
Услышав занудный голос с узнаваемым диалектом, обречённо закатываю глаза. Ну зачем я понадобилась этому человеку с утра? Непостижимо! Редкостное везение. Неужели я умудрилась не заметить чёрную кошку на своём пути?
– Авраам Рудольфович, доброе утро, – немного недовольно тяну я. – Какая охрана? И куда, по-вашему мнению, я должна держать путь в такую рань?
Наш семейный юрист недовольно вздыхает в трубку.
– Как куда? Сегодня я должен презентовать вам ваш особняк. Леонид Валериевич ещё вчера назначил время. Я исправно прибыл ровно в восемь. А вас я тут не наблюдаю. Карина Алексеевна, я очень занятой человек, моё время стоит недёшево!
Дед? Вот старый интриган! Я же просила пока ничего не предпринимать!
– Ваши услуги оплачиваются с лихвой! – грубо подмечаю я. – Не нагнетайте.
Никогда не испытывала к этому наглому мужчине хотя бы малейшей симпатии. Но нужно отдать ему должное – свою работу он выполняет на отлично.
– Что вы, милая барышня, я и не думал…
– Буду через десять минут. Ждите.
Припарковав авто спешу к воротам, возле которых меня расхаживает растерянный охранник. Широко шагая вдоль кованной ограды, он останавливается, как только замечает меня. Огромный, хмурый мужчина в годах всегда напоминал мне страшного орка из сказок, разве что цвет кожи обычный, человеческий. Ну Шрек, одним словом, только в форме.
– Доброе утро, Вячеслав, – вяло махнув рукой, приветствую старого знакомого.
– Карина Алексеевна! – разведя руки в стороны, восклицает мужчина. – Здравствуйте! Что ж это происходит? Этот наглый сын иудея чуть до инфаркта меня не довёл, пытаясь пробиться в дом. Всё тыкал в меня какими-то бумажками и пугал законом, но я так и не понял, что именно он хотел сказать мне на своём картавом. В итоге мне пришлось его впустить.
– Всё в порядке, вы всё правильно сделали, – успокаиваю переволновавшегося здоровяка. – А дома есть кто-нибудь? – спрашиваю, надеясь, что Богдан давно уехал на работу и не застал нашего юриста на пороге.
Как бы там ни было, я хочу сама ему всё рассказать. Преподнести новость осторожно, не в манере Авраама Рудольфовича – как снег на голову.
– Так после того, как вся семья переехала, Богдан Глебович только и проживает.
Смотрю на часы. Странно, вчера в это время он был в офисе.
– Спасибо, – обречённо тяну я.
Спеша к дому по вымощенной серым камнем дорожке, посматриваю на окна второго этажа. Именно там спальня моего Богдана. Даже не представляю, как именно он отреагирует. От волнения становится немного дурно. С самого утра такие потрясения. Всё идёт совершенно не по плану. Кажется, дед не желает давать мне форы, подгоняя подобными подставами к более решительным действиям. Мы уже дошли до того, что я в роли фиктивной невесты для врага. Какой будет вторая стадия? Фиктивная жена для врага? Для разнообразия хотелось бы побыть в роли любимой женщины.
– Карина Алексеевна! – окрикивает меня юрист.
Оборачиваюсь. Этот полутораметровый колобочек с лысой макушкой шустро спешит ко мне навстречу. Проскакивая коротенькими ножками через две ступеньки, Авраам радостно машет папкой в руках.
– Слава богу! Я так рад вас видеть, – лебезит, расплываясь в улыбке. – С самого утра столько дел навалилось, вы не представляете, сплошная суета…
– Я спешу, – обрываю его на полуслове. – Давайте сразу же к делу! Что от меня нужно?
– Подписать пару бумаг и только, – важно сообщает он.
– Хорошо, давайте пройдём в дом, – он разворачивается и, шустро прошмыгнув через ступеньки, исчезает за полотном входной двери.
– Авраам! – кричу я, но куда там.
Коротконогий метеор. Тихо выругавшись, спешу следом.
– Авраам, стойте же!
Стуча каблучками по отполированному паркету, влетаю в гостиную и застываю на месте. Толстячка нигде не видно, зато я вижу ЕГО. Моего фиктивного жениха и по совместительству негодяя первого сорта.
Раскинув руки и ноги в стороны, он крепко спит прямо на диване, предназначенном для приёма гостей. Конечно, он хозяин и может использовать всю мебель в доме по своему усмотрению и проводить ночь, где вздумается. Но при этом нужно хотя бы немного одеться. Мой взгляд скользит по его обнажённой груди и останавливается в районе паха, который предусмотрительно прикрыт тонкой тканью женского шёлкового халатика и всё. Ни единого предмета одежды более.
Рядом с Богданом, выпятив кверху обнажённую пятую точку, безмятежно сопит темноволосая девица. Подозреваю, та самая, которую он приводил на место прежней секретарши.
Возле мирно отдыхающей парочки на полу валяется пара пустых бутылок из-под спиртного, на журнальном столике остатки фруктов и два пустых бокала.
