– Да.
– Во сколько?
– Восемь вечера. Жди здесь.
– Договорились, малявка.
– Договорились, здоровяк.
Она почти бежит к работе, не чувствуя веса собственных шагов. Внутри – странная лёгкость, будто что-то перевернулось. Опаздывать уже не страшно – сейчас важно только это новое, тёплое чувство, разливающееся по всему телу. Его уверенность, его прикосновения, эти бабочки в животе – всё смешалось в голове, вытесняя все разумные мысли.
***
Амир сидит в кабинете Дениса, нетерпеливо постукивая пальцами по подлокотнику кресла. Все выходные он провёл в переписке с Ксюшей – за эти два дня почувствовал себя шестнадцатилетним мальчишкой, и это странное ощущение ему удивительно нравится. Ни одна женщина раньше не вызывала у него таких эмоций.
Дверь кабинета открывается, и на пороге появляется Денис с глупой улыбкой до ушей. Амир сразу замечает это – его друг обычно холоден и собран на работе, а сегодня выглядит так, будто проглотил солнце. Руки сами собой складываются в замок – слишком уж заманчиво выглядит возможность подколоть приятеля. Но вместо этого он начинает спокойно:
– Привет, Ден.
– Привет.
– Как дела?
– Всё как обычно. – Денис отводит взгляд, но уголки губ всё так же предательски подрагивают.
– Что-то ты подозрительно счастливый сегодня. Рассказывай.
– Мне нечего рассказывать. – Денис пожимает плечами, делая вид, что сосредоточен на бумагах.
– А мне вот интересно, как твои дела с той самой балериной?
Амир игриво приподнимает брови, давая понять, что жаждет подробностей.
– Сам, когда разберусь – расскажу. Пока ничего.
– Ага, – Амир усмехается, – А опоздал ты просто так?
Он указывает на воротник рубашки Дениса – тот застёгнут криво, будто в спешке. Денис опускает глаза, тихо чертыхается и поправляет его. Затем резко открывает ноутбук – немой намёк, что разговор окончен.
Они знакомы уже десять лет – встретились в тренажёрном зале, когда Денис только начинал строить свой стартап, теперь превратившийся в крупную компанию «БРС» – «Брокер Радов Сервис».
Амир тогда учился на экономиста и помогал другу с управлением. Со временем он стал финансовым директором, а потом и совладельцем – теперь у него 50% акций, и компания переименована в «БАиРС» – «Брокер Амир и Радов Сервис».
Каждый раз, тратя очередной миллион на какую-нибудь безумную затею, Амир невольно вспоминает детство – нищету, голод, воровство. От этих воспоминаний становится дурно. Поэтому он всегда благодарит Дениса за шанс, который тот ему дал. Хотя сам Денис лишь отмахивается – мол, это ему повезло с другом.
Поймав намёк, Амир встаёт и направляется к двери. По пути достаёт телефон – новое сообщение Ксюше уже набрано и готово к отправке.
***
Диана задерживается перед дверью в балетный зал для разминки, пальцы непроизвольно сжимают ручку сумки. Глубокий вдох – выдох. Уголки губ приподнимаются в отработанной за годы улыбке, маске профессиональной непринуждённости. Только теперь она толкает тяжёлую дверь.
Два шага – и движение замирает. Взрыв радости – труппа бросает упражнения, срывается к ней. Сергей первый подхватывает её, сильные руки легко поднимают в воздух. Кружится потолок, мелькают улыбающиеся лица, кто-то хлопает по плечу. Её передают из рук в руки, как драгоценную реликвию. Гул голосов, смех, шепотки за спиной – привычный хаос родной среды.
Резкий стук каблуков по паркету – и всё застывает.
Диану бережно ставят на пол. Воздух мгновенно становится густым, тяжёлым. Труппа выстраивается в полукруг, лица – маски вежливой отстранённости. Она чувствует, как собственная улыбка сползает, словно маскарадная повязка.
Каблуки. Приближаются.
Каждый удар по паркету – будто молот по наковальне. Диана расправляет плечи, но пальцы сами сжимаются в кулаки.
Она скользит взглядом по коллегам – в глазах каждого читается одно: страх. Чистый, животный страх перед тем, чьи шаги сейчас разорвут тишину.
Не начальник. Не руководитель.
Судья.
Тот, кто одним словом может перечеркнуть годы труда.
Диана вдруг чувствует странный привкус во рту – горьковатый, металлический. Адреналин?
И – чёрт возьми – её губы сами растягиваются в едва заметную усмешку.
– Доброе утро. – голос балетмейстера звучит неестественно громко. – Галина Петровна, чем можем помочь?
Тишина становится абсолютной. Даже дыхание замирает. Диана чувствует, как по спине пробегают мурашки .
– Доброе. – Голос Галины Петровны режет воздух – высокий, с характерной хрипотцой, будто простуженный. – Объявление для всех.
Тишина в зале становится абсолютной. Даже дыхание замерло.
– Завтра, во вторник, пресс-конференция. Главные участники – Диана, Сергей… – Она делает театральную паузу, пока их взгляды встречаются в недоумённой улыбке. – …и Аня. – Глаза Галины Петровны закатываются, будто она проглотила лимон. – Одеться прилично. Событие важное. Остальные – в зале на местах.
Последние слова звучат как приговор. Диана чувствует, как холодная волна тревоги поднимается от пяток к затылку с каждым шагом уходящей Галины Петровны. Её голос, этот противный хриплый тембр, ещё долго будет звучать в ушах.
Она бросает быстрый взгляд на Сергея – их улыбки кривые, натянутые. Маски.
Пресс-конференция. Журналисты. «Одеться прилично». Это не просто формальность. Это что-то большее.
«Почему мы? Почему Аня?» – вопросы крутятся в голове, как назойливые мухи, пока взгляд скользит к Ане.
Галина Петровна выходит, оставляя за собой гул напряжённого молчания.
– Так, ребята! – Хореограф хлопает в ладоши, слишком бодро, слишком громко. – Продолжаем. Диана, как рада тебя видеть.
Она кивает, начинает разминку, но тело движется автоматически.
«Аня. Аня. Аня.»
Мысли стучат в висках в такт этому имени. Почему именно она? Ведь не ведущая, не солистка…
Диана краем глаза наблюдает, как та спокойно тянется, будто ничего не произошло. И тогда в груди вспыхивает что-то новое, острое, неприятное. Ревность? Она морщится. С чего бы? Но это чувство уже пустило корни – тёплые, колючие, невыносимые. И хуже всего – она не понимает, откуда оно взялось.
Тренировка идёт своим чередом, но с каждым движением тяжесть на душе только растёт. Будто невидимый груз, что с каждым плие становится невыносимее.
Диана всегда гордилась своей выдержкой.
Но сегодня…
Сегодня что-то пошло не так.
Глава 7
Диана быстро завершает тренировку и направляется в костюмерную, где работает Маришка – единственная, кто поддерживал её в самые трудные месяцы. В отличие от остальных, погружённых в свои заботы, Маришка регулярно присылала маленькие посылочки с домашней выпечкой и тёплые сообщения, скрашивая одиночество. Эта дружба стала для Дианы спасательным кругом, и теперь она хочет отблагодарить подругу по-особенному.
Заранее купив коллекционный набор Lego – тот самый, о котором Маришка мечтала, – Диана заходит в костюмерную. Хотя сама она не понимает увлечения подруги «этим дорогим пластиком», видя в нём пустую трату денег, сегодня ей важно сделать приятное человеку, который не отвернулся в трудную минуту.
Дверь скрипит, открываясь. В помещении пахнет тканями и лёгкими духами – фирменный аромат Маришки. Подруга сидит, сгорбившись над очередным костюмом, игла мелькает в её ловких пальцах.
– Привет, Мари! – Диана широко улыбается, пряча подарок за спиной.
Маришка поднимает голову, и её лицо мгновенно озаряется.
– Ой, Ди! Наконец-то! – Она вскакивает, сметая со стола нитки. – Как ты? Как самочувствие?
– Всё хорошо! – Диана протягивает коробку. – Держи, это тебе.
Маришка замирает, глаза расширяются. Пальцы дрожат, когда она берёт заветный набор.
– Ты что… Это же… – голос срывается от восторга. – Я его полгода искала! – Она бросается обнимать Диану, сжимая так сильно, что хрустят рёбра. – Спасибо, спасибо!
– Пустяки, – Диана отстраняется, гладя подругу по плечу. – Твои пирожки и поддержка стоят гораздо больше.
Они болтают несколько минут, и постепенно тревога после тренировки отступает. Этот простой момент – искренняя радость Маришки, её тёплые объятия – как бальзам на душу.
Выйдя из костюмерной, Диана замечает в конце коридора Сергея и Аню. Они стоят близко, оживлённо о чём-то спорят. В груди ёкает, но она отворачивается – не время для выяснений. Лучше уйти поскорее.
На парковке её взгляд цепляется за знакомую фигуру у машины. Максим. Курит, задумчиво выпуская кольца дыма. Диана делает вид, что не замечает его, ускоряет шаг.
– Диана! – Голос режет тишину.
Она вздрагивает, но останавливается. Не оборачиваясь:
– Да?
– Поговорим?
– Нам не о чём говорить, – её пальцы непроизвольно сжимают ремень сумки. – Я всё для себя решила.
– Что именно? – Он резко хватает её за локоть.
Диана дёргается, высвобождая руку.
– Не прикасайся ко мне. Больше. Никогда. – сквозь зубы, чётко артикулируя каждое слово.
– Чёрт возьми! – Максим швыряет сигарету, искры разлетаются. – Я звонил всё воскресенье! Хотя бы выслушай!
– Ты мне не нужен. Ни твои звонки, ни оправдания. Мы – коллеги. Точка.
– Нашла кого-то, да? – Его лицо искажает гримаса. – Поэтому так резко?
Диана резко разворачивается:
– Моя личная жизнь – не твоё дело. То, что ты себе напридумывал – твои проблемы. До свидания, Максим.
Она уходит быстрым шагом, не оглядываясь. Сердце колотится, в висках пульсирует. Этот день, начавшийся так хорошо, снова оставляет горький привкус. Но теперь она знает – не позволит никому испортить своё возвращение. Ни Максиму. Ни тревогам. Ни этим странным намёкам вокруг Ани.
***
Денис уже двадцать минут сидит в машине, нервно переключая радиостанции. Этот подростковый трепет, это ожидание – всё это так не похоже на него. Радов не прячется, не выслеживает, не играет в кошки-мышки. Он привык брать то, что хочет, открыто и без лишних церемоний. Но с этой рыжей всё иначе – и это бесит его больше всего.
Когда она наконец появляется в поле зрения, сердце предательски учащает ритм. Он резко выдыхает в ладонь, проверяя дыхание, приглаживает непослушные пряди волос и выходит из машины. Пиджак застёгивается на ходу.
«Радов, ты вообще себя слышишь? Это просто девчонка. Очередная. Возьми себя в руки.»
Но внутренний голос звучит фальшиво. Потому что эта "просто девчонка" уже успела перевернуть всё с ног на голову.
Диана останавливается в шаге от него, сохраняя дистанцию. Денис делает шаг вперёд, наклоняется и оставляет лёгкий поцелуй на её щеке. Губы едва касаются кожи, но эффект – как от удара током.
– Привет, малявка, я соскучился, – его шёпот оставляет за собой след мурашек.
– Привет, – её улыбка напряжённая, шаг назад – попытка отвоевать пространство. – Я… тоже скучала, здоровячок.
Голос дрожит, выдавая внутреннюю борьбу. В его присутствии она чувствует себя одновременно уязвимой и невероятно живой. Это пугает и манит одновременно.
Денис пристально смотрит в её глаза:
– Ты ведь не сбежишь сегодня, правда? – в голосе мягкость, но в глубине – стальная решимость.
– Нет. Куда мы поедем?
– Погуляем?
– Молю, только не прогулка. Может… просто посидим? В машине или где-нибудь ещё?
– К тебе или ко мне? – его губы растягиваются в ухмылке при воспоминании их встречи у ресторана.
– Денис, ты уже два раза меня трахнул, но на свидание мы так и не сходили. Тебе не кажется, что мы мчимся на всех парах?
