Зато до нас донесся обрывок разговора.
– Приятно видеть настолько разумную девушку, – с некоторой ехидцей в голосе говорила распорядительница. – Ваша решимость похвальна, леди Зайна. Все бы претендентки так беспрекословно слушались!
Зайна? Моя названая сестра, дочь мегеры Ганнет, явилась на отбор? Как девица пролезла, если она – светлая магичка, как и ее мать?
Я выглянула из-за некромантова плеча, дабы убедиться, не послышалось ли. И встретилась с сестрой взглядами. Та шарахнулась, стукнулась лбом о дверной косяк и взвизгнула:
– Демоница! Там! А-а-а-а!
Все посмотрели на Асси.
Я скривилась, словно внезапно заболел зуб. Может, с такой гримасой да моей темной кожей Зайна меня не узнает? Все-таки я и без отравленного зелья за год сильно изменилась, особенно после ритуала передачи родовой силы.
Нет, я не боюсь насмешек. Но чем позже леди Гадюка пронюхает, где меня искать, тем лучше.
Не узнала. Зайна с удивительным проворством для своей убедительной комплекции нырнула в комнату и захлопнула за собой дверь.
Леди Квин развернулась к нам и уткнула руки в бока.
– Это что еще такое? Что вы делаете в чужих апартаментах, магистр Стейр? Вдвоем? Наедине? И вы, мэйс… как вас там…
– Мэйс Асси, – напомнила я. Даже если сестрица подслушивает, вряд ли она вспомнит сокращенный вариант моего второго имени. Обычно отец так называл меня наедине, в редчайшие минуты доброго настроения или ностальгии по покойной матушке.
– Вам выделена комната на чердаке! Кто позволил вам тут находиться?
Некромант отодвинул меня плечом, шагнул вперед и веско бросил:
– Ректор. Вот распоряжение. – Он протянул распорядительнице лист бумаги с печатью и размашистой ректорской подписью.
Дородное лицо леди Квин покрылось бордовыми пятнами. Она подошла, вырвала бумагу и внимательнейшим образом осмотрела.
– Не подделка?
– Проверьте, – пожал плечами Ворон, но по его сжатым губам и тяжелому взору я догадалась, что распорядительница только что обеспечила себе неприятности. Вороны жутко злопамятны, как все обитатели Нижнего мира.
Леди Квин провела ладонью над печатью, и она вспыхнула сине-фиолетовыми огоньками. Подпись тоже оказалась подлинная.
– Он отдал самый лучший номер какой-то чумазой мэйс? – фыркнула дама. – С какой стати?
– У вас плохая память, леди, – процедил некромант. – Эту чумазую, как вы изволили выразиться, мэйс принял на отбор сам король. Ректор это учел. Вы желаете оспорить решения его величества и господина ректора?
– Нет, но я поговорю с господином ректором. – Распорядительница надменно вскинула подбородок. – Нельзя выделять никого из претенденток! Зачем тогда отбор, если заранее ставить девушек в привилегированное положение!
– Поэтому вы хотели отдать эти апартаменты дочери вашей лучшей подруги?
– Да кто вы такой? – Женщина смерила мага высокомерным взглядом.
– Наблюдатель от сферы Суаф и советник короля по вопросам отбора, – отчеканил магистр Стейр.
Ого, каким полезным знакомством я обзавелась!
А ведь я его побила, связала, раздела… нет, разделся он сам. Отравила. Нет, отравился он тоже сам, нечего чужие фляжки тырить.
Так с какой стати такая шишка мне помогает? Или тут все не так просто? Если учесть злопамятность Воронов, то неужели он под видом помощи намеревается мне отомстить?
Леди Квин стушевалась на пару мгновений, но черную ведьму не так просто загнать в угол.
– Отлично! – фыркнула она. – Вот вы и работайте тут распорядителем, раз у вас так ловко получается, магистр Стейр. А с меня хватит. Зачем я тут нужна, если и без меня с распределением участниц прекрасно справляется первый встречный? Пусть сам нянчится с наглыми, дурно воспитанными чернушками. А я увольняюсь!
– Чернушки – это вы про королевских невест? – сощурился Ворон.
Толстушка сочла полудемона недостойным ее ответа. Еще раз фыркнула, оторвала бусину от ожерелья, бросила на пол и раздавила ее каблуком. Вспыхнула арка портала, сквозь белесый портал проступили хорошо знакомые мне очертания коридора на втором этаже административного здания. И полуоткрытая дверь с обсидиановой табличкой «Приемная».
Пока разгневанная леди мерила взглядом Ворона, тщетно ожидая найти на его невозмутимой физиономии признаки раскаяния или хотя бы смущения перед шантажисткой, я недолго думая шмыгнула в портал.
Получив сигнал о состоявшемся переходе, портальный амулет выключился. Но я уже вломилась в открытую дверь приемной.
Глава 5. Кадровый вопрос
Все время моего обучения в Школе Ока ее бессменным ректором был архимаг Махен – черный маг и некромант неопределенного возраста. Высокий и тощий, с тонкими длинными конечностями, носатый обладатель маленьких черных глаз, он походил на паука и ни у кого не вызывал симпатии с первого взгляда. Как у всех некромантов, у него был идиотский черный юмор, и никогда нельзя было понять, шутит он или серьезен, как смерть.
Можно было его не любить, но нельзя было не уважать: Махен признавал в учениках только талант и усердие, ничего более. Ни титулы, ни деньги, ни родственные связи, ни угрозы, ни шантаж не могли заставить его принять неугодное ему решение или повлиять на результат экзаменов.
Полностью должность ректора звучала как главный блюститель Раскрывающих Око, и традиционно это место занимали черные маги. Просто чтобы адептам магических сил жизнь медом не казалась.
Но сегодня в кабинете блюстителя за рабочим столом сидел незнакомый маг в светлой мантии без ранговых нашивок.
Он что-то писал, когда я ворвалась в кабинет, проигнорировав ошеломленную моей наглостью секретаршу, которая как раз отвлеклась на заваривание чинфы##1. Маг даже головы не поднял. Я видела только светло-русую макушку, прямой твердый подбородок и широченные плечи, обтянутые белым шелком.
##1 Ч и н ф а – местный аналог кофе, тонизирующий и освежающий густой напиток черного цвета из зерен одноименного растения. Обладает вкусом шоколада. – Здесь и далее примеч. авт.
– Я же сказал, мэйс Кария, – раздраженно сказал маг. – Я не люблю чинфу. Не тратьте время!
– А где господин ректор? – растерялась я.
Мужчина поднял голову, сверкнул синью глаз. И я лишилась дара речи.
Если бы я не знала, что у нашего короля нет родных братьев, то решила бы, что незнакомец – старший брат Артана Седьмого, настолько они были похожи. Те же чистые и умные глаза, только не голубые, а невероятно синие, такой же высокий лоб и разлет бровей, тот же прямой породистый нос.
Отличались губы, более строгие, бледные и узкие, не такие красивые и яркие, как у Артана. Отличался абрис лица – более высокие скулы и решительный твердый подбородок. И цвет волос не золотистый, а более светлый, словно лунный.
Да и фигура, судя по видимой мне части, более крепкая, хотя и Артан не хлипкий мальчик, а вполне себе воин. И руки у незнакомца, державшие самопишущее перо, совсем не королевские – сильные, обветренные, с белыми полосками тонких шрамов. Что ж ты себя так не бережешь, красавчик?
Вот только не было никогда портрета этого мужчины среди потомственных аристократов Риртона, я бы ни за что не пропустила такой роскошный экземпляр, бегала бы наблюдать каждое утро и вечер, пытаясь понять по изменениям на портрете, какой у него характер, образ жизни, увлечения. Вдруг он окажется моей мечтой?
Объяснение такому отсутствию могло быть два. Первое – незнакомец помолвлен с рождения, а потом плавно и счастливо оказался женат на нареченной невесте. Нет в мире справедливости.
Но более правдоподобным был второй вариант – он не аристократ. И, возможно, магически измененный двойник короля. Но что он делает за ректорским столом?
Незнакомец так же увлеченно рассматривал меня, и сердитая складка на его лбу разглаживалась, а губы тронула невероятно мягкая для такого сурового лица улыбка.
– Ректор? – растерянно переспросил он.
Темные небеса! Точно таким невероятным, глубокого тембра голосом лучший актер королевского театра произносит самые проникновенные драматические монологи и признается в любви со сцены.
Я срочно поставила ментальную защиту – знаем мы эти визуально-акустические ловушки для романтических девиц. И не заметишь, как потеряешь голову и отдашь сердце, честь, наследство, последнюю каплю крови и последний магический накопитель.
– Да, – кивнула я. – Господин ректор, он же – главный блюститель Раскрывающих Око.
– Я за него, – грустно отозвалась потенциальная мечта моей жизни и трагично опустила глаза.
– Надолго? – ляпнула я.
Мечта озадаченно нахмурилась.
– А что, собственно, случилось? Кто вы такая и почему врываетесь в мой кабинет без доклада? И объясните, что за диссонанс в вашем облике.
– Какой диссонанс? – выцепила я самое интересное и откровенно проигнорировала предыдущие вопросы.
– Я отлично вижу, что вы во всех смыслах черная ведьма…
– Чернокнижница, – поправила я, слегка разозлившись на тонкий намек. Это надо же так изящно высмеять цвет моего нынешнего лица!
– …но на вас белая форма адептки светлых сил, – взаимно проигнорировал мою реплику исполняющий обязанности ректора. – Но в списках получателей вас нет, я бы знал.
– Что было, то и надела. Так выдайте мне нормальную мантию! В счет будущей зарплаты.
Мужчина озадаченно нахмурился.
– Какой зарплаты? Судя по тому, что я вижу, вы прибыли на отбор невест. Только эти девушки, будучи темными магинями, вынуждены носить форму светлых. Но конкурсанткам не полагается зарплата.
Люблю наблюдательных и логичных мужчин. Это сейчас такая редкость!
– Милорд ректор…
– Исполняющий обязанности, – поправил он. – Кстати, в нашей школе не принято обращаться к административному лицу по титулам.
А вот зануд не люблю.
– А как к вам обращаться?
– Спросите у секретаря, – издевательски предложила не моя мечта и показала на дверь.
Бюрократ!
– Уважаемый магистр, исполняющий обязанности главного блюстителя Раскрывающих Око, – на одном дыхании произнесла я и была вознаграждена подчеркнуто восхищенным взглядом. Да он же развлекается от скуки! – Я получила приглашение на работу в вашем учебном заведении, но в силу обстоятельств…
Шум в приемной прервал меня на полуслове.
А через миг в кабинет ввалилась раскрасневшаяся леди Квин.
– Я не намерена терпеть это безобразие, магистр Сириен! Я увольняюсь!
Вот и к секретарше идти не пришлось. Да и она сама вбежала разгневанной фурией.
– Что вы себе позволяете, госпожа Миргения! Магистр занят!
Но тут распорядительница разглядела меня, стоявшую напротив освещенного утренним солнцем окна, и ткнула пальцем в мою сторону:
– Или она, или я!
И. о. ректора откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. Рубашка на плечах натянулась, обрисовывая великолепные накачанные бицепсы. Ох, все-таки мечта.
– Объяснитесь, магистресса Квин.
И разверзлись хляби небесные. Оказывается, я – неведомая бродяжка, спелась с полудемоном и прохиндеем Стейром, задурила голову благородному королю, обманом проникла в Школу Ока, взломала и испачкала лучшие комнаты, стащила казенную одежду, чтобы пролезть на отбор, и ограбила чердак. Но самое ужасное мое преступление, от которого магичку просто трясло, – я украла ее портал!
Я слушала и краснела. Не от стыда – от бессильного гнева. Обвинить меня в краже! Меня, благородную леди Асгерд, маркизу Ривз! В присутствии моего почти работодателя! И так не вовремя подоспевшего к раздаче оскорблений Эрвида Стейра, застывшего на пороге позади секретарши!
Надеюсь, на моем искусственном загаре румянец не так заметен.
– И я не намерена терпеть, – уже почти орала пышнотелая дама, – когда какие-то проходимцы и проходимки лезут в мои сугубо служебные дела и начинают распоряжаться комнатами по своему усмотрению с вашего, смею заметить, попустительства, господин магистр! – Квин ткнула веером в и. о. ректора. – Вы, позволю себе напомнить, еще и сами не утверждены в ректорской должности!
Магистр Сириен неожиданно хлопнул ладонью по столу:
– Хватит! Я понял вас, госпожа Квин. Вы уже написали заявление об увольнении?
– Нет. Я…
– Идите, пишите.
– Что? – опешила распорядительница.
– Мэйс Кария, выдайте леди Квин бумагу и самопишущее перо.
Миргения, которую мне все больше хотелось назвать Мигренией, побагровела и схватилась за сердце.
– Вы… вы… Господин магистр, вы меня увольняете?
– Вы сами изъявили такое желание. Не смею задерживать.
– Вы не посмеете! – взвизгнула леди Квин. – Я – баронесса! Моя сестра – фрейлина ее величества королевы-матери! А кто будет заниматься организацией отбора невест для его величества? Кто проследит за порядком и нравственным обликом претенденток? Вы ставите под угрозу важнейшее мероприятие в жизни короля и королевства – избрание будущей королевы Риртона!
Синеглазый красавчик сощурился:
– Неужели? А мне показалось, это вы решили шантажировать меня срывом столь важного мероприятия, леди Квин.
– Вам показалось. Никакого заявления вы от меня не дождетесь! – вздернула подбородок вредная дама.
