Катя, Фёдор, пёс и кот

Наталья Филимонова

Катя, Фёдор, пёс и кот

Глава первая. Если заказчик – кот

– Непрррравильно ты, Федор, с девушками обращаешься!

Покосившаяся калитка захлопнулась с грохотом, скрежетнула и закачалась на ржавых петлях. Мужчина, стоявший у окна со сложенными на груди руками, чуть поморщился. Вот же истеричка.

Надо все-таки нормальные ворота поставить наконец. И забор.

Вальяжно возлежащий на подоконнике рыжий кот лениво лизнул лапу и тут же уронил ее на живот, будто устав.

– Ты бы ей кофейку в постель, заааувтрак… хоть бутерброду какого! Глядишь, может, и заааумуж пошла бы…

– Чего?! –  Федор перевел ошалелый взгляд на кота. –  Какой еще “замуж”?!

Жениться в его планы не входило совершенно. Собственно, похоже, в этом-то и была проблема с сегодняшней гостьей. Все же отлично шло! И вдруг она затевает эти задушевные беседы с утра и заглядывает в глаза выжидательно. Ну вот зачем, а? Ну нормально же общались… Целых четыре месяца нормально было. А теперь ей приспичило вдруг выяснить, какие у Федора планы и не желает ли он случаем съехаться. Как будто ее тут только и не хватало.

– Обыкновенный… –  кот широко зевнул. –  Хозяяуйка нужна в доме, знаешь ли.

– Зачем?

– Поглааааудить… –  рыжий мечтательно прижмурил глаза. –  Постирать. В доме пррибрать. Котлеток пожарить, опять же.

– Для этого целую жену заводить не надо, –  усмехнулся мужчина. –  Домработница справится даже лучше, а обойдется дешевле. И раздражать будет меньше. Или вообще пылесос. Автоматический!

– Дуррак ты, Федор… –  кот вздохнул, окидывая хозяина долгим взглядом. –  А поговорить?

– Вот этим-то, –  Федор наставительно поднял палец, –  пылесос очень выгодно отличается. Он молчит! А поговорить я и с тобой могу. Или, вон, с Дунькой.

– Борщ тебе тоже пылесос сварит?

– Борщ! –  мужчина презрительно скривился. –  Как будто у нас кто-то о борщах мечтает. Да можем вообще “премудрый дом” установить, все равно ремонт планировали. Будет что хочешь тебе варить. Там артефакты на все случаи жизни, и уборка тебе, и готовка, и охрана…

– Охрррана?! –  на этот раз голову настороженно поднял, прядая ушами, такой же рыжий пес, дисциплинированно лежавший на коврике. –  А я?! Я лучше пылесоса!

Тут уже расфыркался кот.

– Уж ты-то наохраняуешь!

Пес привстал, грозно заворчав, однако оппонента этим ничуть не впечатлил.

– А вот я слышал, “премудрые дома” сейчас даже котам шерсть вычесывают! –  Федор с удовольствием пронаблюдал, как вскинулся, зашипев, уже кот, и вышел из комнаты, посмеиваясь.

– Не женится, –  разом успокоившись, пес печально вздохнул, глядя на закрывшуюся за хозяином дверь.

– Добром не женится, –  кот задумчиво кивнул, сверкнув хищным зеленым глазом. –  Значит, сам виноват!

*

– Кать, ну некому больше! –  пухленький лысеющий мужичок смотрел на нее укоризненно –  будто это не она, Катя, вечно каталась на все загородные вызовы. Будто попросили ее в кои-то веки, в качестве исключения, а она еще и отбрыкивается.

По правде сказать, сам дядя Миша в штате отделения числился таким же в точности техником-наладчиком, как и она. И тоже был вполне свободен сейчас.

Вот только у дяди Миши –  возраст, лишний вес и одышка. И еще домовые в предках. Трудно ему, в общем, далеко от родных пенатов уезжать. У него, опять же, семья, дети… Вот и работает только по городу, и то –  в центральных районах.

– А Карен? –  не желая сдаваться так просто, Катя ткнула пальцем в маячившего за спиной высоченного жгучего красавца-брюнета, на котором даже рабочая джинсовая спецовка смотрелась как что-то дизайнерское и очень модное.

– Ай, Катя-джан! –  тот трагично приподнял брови. Внешние уголки глаз у него при этом чуть опускались, делая лицо еще выразительнее. –  Зачем больно делаешь? Жена со свету сживет!

Руки он при этом прижал к груди, и девушка выразительно фыркнула. Нет, понятно, у Карена медовый месяц и все такое… все же люди, все всё понимают…

Только медовый месяц у Карена уже второй год!

Знаменательный этот разговор происходил в Вилецком филиале компании “Премудрый дом”, в кабинете, где полагалось отдыхать от выездов и составлять отчеты бригаде наладчиков. И бригада присутствовала при том в полном составе –  все три человека.

Кабинет представлял собой тесную комнатентку, плотно заставленную мебелью: пара письменных столов, пара диванчиков, где можно прикорнуть, если между выездами остается несколько часов, в которые нет смысла ехать домой. На одном столе высился допотопный бук с колонками. Второй был завален какими-то деталями. Ящики с инструментами и картонные коробки с оборудованием теснились на полу.

Наверное, клиент компании бы сильно удивился, заглянув сюда. Кажется, что уж в святая святых “Премудрого дома” все должно быть оборудовано по последнему слову маготехники! Примерно как в домах, которыми компания занимается.

Оно и было, в общем-то, –  в офисе, где принимали клиентов. Там улыбчивая секретарша усаживала посетителя на диван, который тут же предлагал расслабляющий массаж, чайник сам заваривал и наливал чай, а бланки договора заполнялись сами по движению брови все той же секретарши.

Но здесь пыль в глаза пускать было некому. Ни один случайный человек в эту комнатку не заглянет. А наладчики самых надежных в мире артефактов слишком много об этих артефактах знали, чтобы вообще доверять хоть какой-нибудь маготехнике.

Катя, правда, была исключением –  она на досуге и сама изобретала и мастерила… ну то есть делала бы это, если бы тот досуг случался у нее хоть немного чаще.

Все-таки филиал в Вилецке крохотный. А заказчиков, между тем, хватает.

– Айгуш прекрасно знает, какая у тебя работа! И должна понимать про командировки!

Мужчина только пристально посмотрел на нее своими влажными глазами, взмахнув неприлично длинными ресницами, и Катя тяжко вздохнула. Все она прекрасно знала. Жена Карена –  отличная девчонка, только патологически ревнивая. И случись ее благоверному уехать на несколько дней, прекрасная Айгуш снесла бы напрочь мозг не только ему, но и всему филиалу. А то и заказчика бы достала из-под земли. А это ущерб репутации компании.

– Ладно, –  буркнула Катя. –  Что там с заказом хоть?

Может, удастся за день-два все настроить и вернуться? Ну, бывают же нетребовательные клиенты, которые точно знают, чего хотят, и не меняют пожеланий в прыжке.

Где-то наверняка бывают!

Вот так всегда. Каждый раз –  отрицание, гнев, торг, но в конечном счете на загородный выезд в неведомую глухомань, разумеется, отправится единственная девушка в штате, как единственная же не обремененная семьей и бурной личной жизнью.

Дядя Миша с готовностью нажал кнопку воспроизведения, и из колонок зажурчал голос диспетчера.

– Назовитесь, пожалуйста, мне нужно заполнить бланк заказа.

– Матроо-усов моя фамилия, –  интонация заказчика показалась какой-то мяукающей, и Катя чуть нахмурилась: интересно, это в самом деле такой голос или стоит колонки проверить? –  Трифон Леопольдович.

– Сколько проживающих в доме?

– Троу-е. Я хозяин. И со мной питомцы.

– Разумные? –  этот вопрос был стандартным, хотя разумные животные и встречались не так уж часто. Но согласно закону, их пожелания стоило тоже учитывать.

Однако на сей раз ответ удивил.

– Не сказал бы, что очень, –  неизвестный Трифон Леопольдович растягивал слова, и Катя мысленно решила, что все-таки дело в его интонациях. Вот и хорошо, значит, динамики в порядке. –  Но разговаривают.

– О… вид питомцев?

– Пес и человек.

– П-простите? –  диспетчер сбилась.

– Что непонятного? –  кажется, Трифон Леопольдович был слегка раздражен. –  Людей никогда не видели?

– Стоп, –  Катя щелкнула пальцами, и дядя Миша остановил запись.

Кто может искренне считать себя хозяином дома, называя живущего там человека своим питомцем? Голос еще этот… характерный такой.

Вариантов не так уж много на самом-то деле.

– Заказчик –  кот?! –  Катя неверяще обвела взглядом коллег. Карен чуть вжал голову в плечи. –  Серьезно, да?!

– Катенька, но он же имеет право, –  дядя Миша сглотнул. О размерах подставы он, конечно, тоже догадывался. Но кидаться грудью на амбразуру сам, заслоняя хрупкую девушку, все равно не спешил. –  Хартия о правах и все такое…

В соответствии с Хартией о правах разумных животных, последние считались полноправными гражданами государства. И да, вполне могли иметь собственные счета в банке и самостоятельно заказывать услуги.

Вот только маленький нюанс. Даже разумные собаки и кошки крайне редко зарабатывали деньги. Нет, были среди них и работающие, и даже предприниматели попадались –  коты –  психологи и няньки, псы –  детективы и спасатели. Но большинство предпочитали селиться с людьми, не покупали своих домов и жили на правах не то питомцев, не то членов семьи. В общем, иждивенцев. Потому что у них лапки. И глаза выразительные.

И раз в доме живет человек, значит, скорее всего, владельцем этого дома по документам именно он и является.

– С владельцем хотя бы связывались? –  уточнила Катя со слабой надеждой.

– А как же! –  дядя Миша часто закивал. –  Говорит, ставьте что хотите.

– Значит, согласовано, –  еще больше помрачнела девушка.

Заказы на дома, где есть подросшие дети или животные, –  самые сложные. А уж говорящие животные… тут можно ожидать абсолютно любой неожиданности.

Впрочем, там, где живет больше одного разумного существа, вообще не бывает просто. Мнения и требования могут быть прямо противоположными, и тут уж приходится изворачиваться, вертясь, как уж на сковородке.

А иначе любой заказ выполнялся бы за один день. Однако в Катиной практике еще не было случая, чтобы после установки и настройки всего комплекса артефактов в полном соответствии с пожеланиями заказчика (по крайней мере, озвученными!) назавтра он же не потребовал сделать все совершенно по-другому. Чаще всего люди хотят снять с себя все лишние обязанности, а в итоге оказываются совершенно не готовы к слишком самостоятельным вещам вокруг себя.

Но клиент должен остаться абсолютно доволен, это политика компании. Сколько бы раз ни понадобилось все переделывать. Вот и приходится наладчику крутиться, чтобы было одновременно “тепло, но слегка прохладно”, будильник “будил, но не нервировал”, а напольные весы показывали изменения веса до миллиграмма, но не расстраивали хозяйку.

– Ладно. Давай сразу, что там с требованиями?

Файл с заполненным бланком заказа услужливо развернулся на весь экран. Глаз привычно скользил по строчкам. Ага, метраж, комнаты, проживающие… требования и пожелания. Ого!

Это за что же кот Матросов так хозяина невзлюбил, интересно?

*

Ярко раскрашенный фирменный фургончик, пофыркивая, катил по проселочной дороге и подпрыгивал на ухабах.

Нет, все-таки летом загородные выезды переживать легко –  если сравнивать. Вот, помнится, в прошлом году в декабре было –  метель, сугробы… и без малого неделя ночевок в фургончике. У заказчика оказались трое детей и теща. И у каждого в голове свои тараканы. Вот где был экстрим!

Сейчас солнце начинало уже припекать, но еще не жарило в полную силу, и Катя, опустив стекло на окне, с удовольствием подставляла лицо ветерку. Воздух пах травой и нагретой пылью.

Дорога вильнула, и из-за очередного поросшего кустами пригорка вынырнул наконец указатель: “п. Малые Тарелочки”.

Девушка хмыкнула, придерживая руль. С неймингом у местного населения определенно есть сложности. Особенно если учесть, что позади уже остались Большие Тарелочки и Нижние Блюдца. Не район, а посудный шкаф какой-то.

И надо же кому-то забираться в эту глухомань. Нет, понятно –  местные бабки с дедками. Но ведь у кого-то здесь хватило средств на установку “Премудрого дома”! Последняя надежда на отмену заказа истаяла, когда на счет филиала поступил аванс. А аванс в “Премудром доме” –  это вообще-то полная стоимость минимального пакета установки. До итогового расчета остаются только дополнения и индивидуальные настройки.

Как можно, имея такие деньги, выбрать для жизни Малые Тарелочки, в голове у Кати не укладывалось.

Впрочем, поселок выглядел на удивление прилично: чистенькие домики, аккуратные крашеные заборы. Навигатор показывал точку на самой окраине, и Катя вытянула шею, пытаясь угадать. Ну и где здесь обитает местный олигарх? Наверняка у него самый большой дом с высоченным забором.

Проехать туда и обратно по Кривой улице пришлось дважды. Быть не может! Нет, Кривая, 38… вот и номер висит –  жестяной, здоровенный, не спутаешь. Только номером этим обозначен никакой не дворец, а самый обыкновенный домишко… нет, не то чтобы совсем развалюха. Обычный сельский домик в один этаж с мансардой. А забор –  вообще деревянный, некрашеный, с покосившейся калиткой на ржавых петлях.

– Избушка-избушка, –  пробормотала Катя. –  Повернись ко мне… чем-нибудь другим.

Если бы не личность заказчика, можно было бы подумать, что какой-нибудь богатый идиот любимой бабуле решил сюрприз сделать. Но… о, а вот и заказчик, кажется.

Крупный рыжий кот сидел на столбике забора и, не мигая, сверлил взглядом фырчащий фургон.

Заглушив мотор, Катя открыла дверцу и выпрыгнула из машины. Тут же вытащила из кабины ящик с инструментами и проверила свой пояс с самыми необходимыми мелочами.

На самом деле сейчас был нужнее всего планшет, чтобы сверить пожелания заказчика по всем пунктам и прикинуть фронт работ на местности. Но в Катином случае всегда приходилось прилагать усилия, чтобы хоть немного походить на серьезного маготехника. Хотя бы спецовкой и поясом с инструментами. Иначе получался не сотрудник солидной компании, а пигалица с хвостиком.

– Трифон Леопольдович? –  на всякий случай уточнила она, обращаясь к коту. –  Здравствуйте! Меня зовут Катерина Верхоянцева, компания “Премудрый дом”!

Кот медленно сомкнул веки, и Катя, припомнив все, что знала о кошачьем этикете, постаралась моргнуть примерно так же.

– Проходитеу! –  бросил рыжий, спрыгивая со столбика внутрь двора.

Так, открыть он вряд ли сможет, у него таки лапки… Катя перегнулась через низкий заборчик и самостоятельно откинула щеколду с калитки.

Мда. С забором определенно придется что-то делать. Нет, можно, конечно, поставить охранную систему и на вот это, но, честно говоря, это слишком жестоко к предполагаемым злоумышленникам.

За калиткой обнаружилась поросшая разнотравьем лужайка, которую язык не повернулся бы назвать газоном. Зато к крыльцу через лужайку вела вполне приличная мощенная плоскими камнями дорожка.

Рыжий хвост мелькнул у входной двери и втянулся в дом. Дверь осталась приоткрытой, и Катя, сочтя это за приглашение, вошла следом. Все равно стучать уже бессмысленно.

…И тут же едва не наступила на рыжего пса, спавшего прямо на полу, без всяких ковриков. Пес лежал на боку, подрагивая лапами, будто кого-то преследовал.

– Дунька! –  гаркнул кот прямо в дергающееся ухо. –  Подъем!!