– Если я привезу этот краситель, окно смогут сделать заново?
– Если мастер знает, как обращаться с порошком. Данные наверняка должны были сохраниться в старых книгах или дневниках.
– И в записях вашего отца, – вкрадчиво проговорил дракон. И это не был вопрос. Он знал, что дневники у меня. За любой из них, за то, что в них скрывалось, умельцы были готовы заплатить невероятные деньги, но я все еще надеялась, что когда-нибудь сумею передать их сыну в качестве наследства. Если у меня будет сын.
Не ответив, я отвернулась от дракона и направилась к печи. На улице стремительно темнело, и в доме становилось холодно. А может, так было из-за присутствия дракона. Я предпочитала не задумываться, просто разворошила угли, которые всегда старалась держать в печи, и бросила несколько поленьев, чтобы огонь разгорелся побыстрее. Мне нужно было согреться. Вот только, то ли я торопилась и забыла закрыть юшку, то ли просто дрова отсырели, но огонь никак не желал разгораться, плюя в меня черным дымом.
– Отойдите, Исла, – велел дракон и вдруг щелкнул пальцами. Огонь затрещал так весело, стремительно расходясь по дровам, что я отшатнулась от топки. Белый дым повалил сперва в комнату, но почти тут же, словно вспомнив правильное направление, стянулся в трубу. В печи загудело, а в комнате стало словно светлее.
– Так вы мне поможете? – спросил дракон, глядя на меня и чуть склонив голову набок.
– В чем именно?
– Восстановить наследие вашего отца. Мне нужно, во что бы то ни стало вернуть розу в ее прежнем виде на место.
– Вы знаете, от чего умер мой отец? – вдруг резко, зло посмотрела я на дракона. У меня все клокотало в груди, словно сам гость был виновен в разбитом окне, и это оскорбляло не только меня, но и память о родителе.
– Нет, этого я не знаю.
– От отравления свинцом. Вот это окно, – я подошла к чертежу на столе и ткнула в него пальцем, – оно собрано свинцовыми нитями. Просто потому, что так «правильно». Вы еще и потому не можете найти мастера, что никто не хочет работать с этим материалом.
– И ничего нельзя сделать, чтобы избежать таких последствий? – Рехан слушал внимательно. Кажется, это на самом деле была важная для него информация.
– Почему же? – я разошлась совсем и больше не боялась ни самого дракона, ни его силы и власти. – Можно, но артефакт, который стягивает на себя влияние свинца, очень дорог в изготовлении. И если мастер уже отравился… то и он не поможет.
– Если я достану артефакт, – медленно, с расстановкой, продолжил дракон, – вы поможете сделать синие части витража? И собрать окно. Вы же знаете, как это делать. Я вижу.
– Зачем? – мне стало горько. Если бы дракон приехал раньше, если бы окно разбилось не сейчас, а года два назад…
– Ради восстановления труда и памяти вашего отца. Ну и за весьма, весьма приличное вознаграждение.
Дракон замолчал, произнеся последнюю фразу. Он смотрел на меня, ожидая ответа, а мне хотелось кричать.
Тогда Рехан продолжил.
– Это окно – символ благополучия нашей страны. Многие годы, после того как закончились вторжения с другой стороны, люди жили в мире и спокойствии. А теперь окно разбито, и это тревожит народ. Оно должно быть восстановлено. И в том виде, в котором его видели раньше, никак иначе.
Я все еще молчала, не зная, какие аргументы еще можно привести.
– Госпожа Исла, – вернулся к официальному обращению дракон, – окно должно быть восстановлено, и я сделаю все, чтобы этого добиться. Мне нужна ваша помощь, настолько, что я готов на любые условия. И на любую цену. Вы не останетесь внакладе, обещаю.
– Я согласна.
Ответ прозвучал еще до того, как я сама поняла, что именно сказала. Но вернуть слова было уже невозможно: лицо дракон расцвело улыбкой.
– Но это будет непросто. И дорого, – быстро добавила я, сама пока не представляя, какую цену назначить за свою работу. И не очень представляя, как я с ней справлюсь.
– Вы получите все, что попросите и для работы, и в качестве оплаты. Но для начала… что-то нужно сделать с вашим домом, – дракон поднял голову, и с потолка, ему прямо на лоб, упала большая капля.
**
Я едва сдерживалась, чтобы не ответить дракону ехидным комментарием на это заявление. Тоже мне, нашелся умник. Что-то сделать… Все, что было в моих силах – это ползать по крыше в надежде, что я оттуда не сорвусь вместе с молотком и сменными черепицами, но смолчать все же получилось. С гостя хватит и капли грязной воды, упавшей на лоб.
Дракон, не подозревая, что чудом избежал скандала, продолжил, рассматривая потолок.
– Здесь жить совершенно невозможно. И даже просто небезопасно. Потому завтра вызовем мастеров, пусть приведут дом в порядок.
– Вы что, сбираетесь жить здесь? – я от удивления едва не выронила чайник. Хотелось выпить чего-то горячего и, наконец, согреть замерзшие конечности.
– Конечно. Я вижу, что у вас здесь достаточно комнат, так что место мне найдется.
– З-зачем? – голос дрогнул, но я все же сумела взять себя в руки. Мне подобная идея была вовсе не по нраву.
– А как я буду контролировать процесс и собственные вложения? Жить в городе и добираться до вас по полчаса в день – это и непрактично, и неудобно.
– Но здесь… Я вам не кухарка и не прачка! И не надейтесь! – вспылила я, ткнув дракону в грудь пальцем.
Рехан опустил голову, внимательно посмотрев на происходящее. Мне показалось, что еще мгновение, и мой палец рассыплется в пыль под этим взглядом, но у гостя только удивленно поднялась бровь.
– На это я и не рассчитывал. Но, судя по всему… нам придется пополнить запасы еды. На одном чае я здесь не проживу.
– И все это за счет казны? – подозрительно уточнила, примерно представляя, сколько этот шкаф в бархате с крыльями может съесть за один присест.
– Конечно. Мы очень заинтересованы в восстановлении окна и готовы на это потратиться. Но, для начала, давайте обсудим, что нам необходимо для работы в зависимости от срочности и первостепенности.
Из внутреннего кармана Рехан достал сложенный вчетверо листок и небольшой карандаш. Со скрипом отодвинув стул, мужчина подозрительно на него покосился, но все же сел. Кажется, он ожидал, что тот под его весом развалится в любую минуту. Но предмет мебели оказался достаточно надежным, только протяжно скрипнув.
Дракон развернул лист, где сверху аккуратным почерком было выведено имя моего отца, а чуть ниже, уже не так аккуратно, словно писали на весу, мое собственное.
– Итак, я слушаю, – явно готовый приступить к делу прямо сейчас, дракон посмотрел на меня.
– И вы рассчитываете, что я вам выдам весь список тут же?
– А нас что-то останавливает? – Рехан оглядел комнату, словно пытался на самом деле отыскать то, что мешало нам продолжить. – Мне кажется, у вас нет более важных дел, так что мы вполне можем приступить.
– Но, – я так и стояла с чайником в руках, не понимая, куда двинуться и что сделать, – но так не делается. Сперва нужен план работы, расчет материалов…
– Отлично, – просиял дракон, что-то вписывая в свой лист. – План работы. Это вполне неплохое начало. Люблю, когда все структурировано. Что первое?
– Чертеж у нас есть, – я была в каком-то зачарованном состоянии, не просто перестала возражать. Напор и упрямство дракона оказались сильнее моей вспыльчивости. Чайник, так и не поставленный на огонь, был опущен на край стола, чтобы не мешать.
– Мне обещали, что он в масштабе. Пришлось перетрясти архивы, чтобы его найти. Только это копия, надеюсь, полная, но я, не будучи знатоком, не могу этого оценить. Полагаю, вы подскажете.
– Выглядит вполне правдоподобно, – я нагнулась чуть вперед, проверяя метки и размеры и пытаясь вспомнить, как должна выглядеть настоящая карта витража.
– Отлично. Значит, первый пункт есть. Что дальше?
– Материалы. И мастерская, и артефакт, и два помощника, – прикрыв глаза, стала вспоминать я, как это выглядело в моей юности, когда отец еще работал в полную силу.
– Помедленнее, пожалуйста. Артефакт я закажу завтра же. Думаю, через несколько дней нам его пришлют. Что касается помощников… тут вопрос, артефакт нужен один или на всех мастеров?
– Только один. Никто не доверит спайку каркаса другому. Со свинцом буду работать только я, вот только…
Я замолчала. В груди появилось странное чувство, словно я поднимаю слишком большой камень, и от этого начинает болеть спина.
– Что? – дракон поднял на меня свои необычные глаза, ожидая ответа.
– Я же была только подмастерьем, – тихо напомнила. – А сделать витраж такого качества и типа довольно сложно. Я могу не справиться. Почему бы вам не отдать работу кому-то умелому? Я расскажу, какая краска нужна, и витражист с опытом справится куда лучше и быстрее.
Дракон откинулся на спинку стула, и тот снова протяжно скрипнул. Меня рассматривали так серьезно, словно от моего вида на самом деле зависело будущее витража.
– Я это понимаю, но привык доверять своему чутью. А оно подсказывает, что выбрать вас – единственное верное решение. Если вам нужно потренироваться и сделать несколько пробных окон – я на это согласен. Кроме того, если люди узнают, что окно восстановила дочь прежнего мастера… как думаете, это на них повлияет?
Рехан улыбнулся. Не криво или иронично, а чисто, открыто. И от этой улыбки с его лица слетело все высокомерие, что так нервировало меня раньше.
– Все у нас с вами получится, госпожа Дарзо, – и сказано это было так мягко, успокаивающе, что я разом поверила.
– Хотите чаю?
– Не откажусь, – все так же плавно ответил дракон. – Одна моя знакомая умеет готовить такие отвары, что душа поет. Нужно будет вас как-то познакомить. Уверен, вы найдете о чем поговорить.
– Ну, у меня ничего сложного, просто веточки малины и заварка, так что ни о каких изысках речи нет, – я даже немного смутилась. Чем я могла удивить столичного гостя?
Но ответ дракона меня удивил:
– Иногда простота предпочтительнее. Так что я с удовольствием попробую чай в твоем исполнении, Исла.
**
– Значит, основной вопрос в пигменте и артефакте, – рассматривая записи, что только сделал под мою диктовку, подвел итог дракон.
– Это самое важное, – кивнула, все еще не осознавая, во что именно вляпалась. Оценить масштаб проблемы у меня не получалось. Все, что видела перед глазами – это возможная прибыль. Очень уж утомительными были последние годы в плане достатка. А мне, как и любой девушке, хотелось хоть иногда купить не поношенное, а новое платье. И новые чашки в дом, да и крыша…
– Что еще? Нужна мастерская.
– Она есть, – тихо произнесла, словно боясь, что дракон услышит.
Рехан медленно поднял голову от записей, внимательно и серьезно глядя на меня.
– Правда, печь уже старая, но все еще хорошо плавит. Если правильно топить.
– И ты знаешь, как это делать.
Это не был вопрос. Дракон словно чувствовал.
Я же только кивнула.
– Там многое нужно привести в порядок, но…
– Где?
– В сарае, – так же тихо ответила на заданный вопрос.
– Показывай. Завтра вызову мастеров, раз это можно подготовить, то с этого и начнем. Вместе с артефактом приедет кто-нибудь из подмастерьев, думаю, это не составит труда, найти кого-то толкового в столице, чтобы тебе помогал.
– Нужны двое.
– Я никуда не денусь, так что второй помощник у тебя есть.
– Это местами очень грязная работа. И мне нужен тот, кто будет слушаться. А с вами…
– Мы уже перешли на «ты», – хмыкнул дракон, кивая, почему-то, на пустую чашку от чая, словно этот момент и стал решающим. – И я умею слушать и делать что нужно. Поверь, мое присутствие тебе будет на пользу и по нраву. Так что показывай мастерскую. Кажется, дождь уже прекратился.
Я несколько мгновений смотрела на дракона, пытаясь понять, не шутит ли он, но Рехан был серьезен. Роза на самом деле имела такое значение?
Дракон молчал, ожидая моего решения. Кажется, после того как мы обговорили основные моменты, и я дала согласие на работу, он перестал вести себя так высокомерно, как в первые моменты. Может, все и получится?
– И все же, – я поднялась из-за стола, накидывая куртку и снимая с полки фонарь, – может вам проще найти мастера в столице? Из тех, кто делает окна. Я расскажу, как выплавить кобальт.
– Я уже принял решение. Ни один из них не сказал мне того, что я узнал сегодня. Тем более, – Рехан поднял голову на потолок и усмехнулся, – тебе это тоже нужно. Старые мастера покидают этот мир, и их знания уходят вместе с ними. По разным причинам. А если мне удастся вернуть в строй род Дарзо, с их наследием… это будет на пользу всем. Так что нет, Исла. Окно будешь делать ты. Сколько бы попыток это ни потребовало.
– Весьма расточительно, – с облегчением выдохнула я и не сразу заметила, как губы растянулись в улыбке. Мастер Дарзо. Когда я могла получить это звание, отец уже сильно болел, и у нас не было возможности. А сейчас… если я сделаю розу, любая гильдия примет его в качестве «шедевра».
– Это обдуманные затраты, – хмыкнул дракон, открывая передо мной дверь в сырость сумерек.
___________
Шедевр – работа, сделанная подмастерьем в качестве экзамена на звание мастера. Решение, принять «шедевр» или нет, принимает обычно гильдия признанных мастеров в зависимости от качества работы.
**
Дождь на самом деле прекратился, но на улице было сыро и практически темно. Небольшое пятно света, что давал фонарь, едва рассеивало тьму в паре шагов впереди, погружая все остальное во мрак.
– Сарай? – уточнил дракон, почему-то вскинув взгляд на небо.
– Угу, – буркнула я, глядя под ноги. Мне совсем не улыбалось поскользнуться на мокрой земле или зацепиться за что-то, оброненное раньше. Времени заняться нормальной уборкой во дворе никак не находилось в последние недели. Как только пришли первые дожди и первые холода, я все больше занималась подготовкой дома к зиме. Не хотелось в одно прекрасное утро обнаружить, что мне не добраться до дров, не растопить печь. Замерзнуть в собственном доме – что может быть прозаичнее?
Большой амбарный замок висел на узкой, покосившейся двери. Щели в старых досках кое-где были такими широкими, что при желании можно было просунуть палец. Вход в хлев, где ютилась моя единственная корова и несколько уток, был с другой стороны. По правилам, конечно, все это не должно было ютиться под одной крышей, но вариантов не было. Когда наступали совсем уж морозные дни, я и вовсе переводила живность в переднюю. От этого в доме стоял не самый приятный запах, но это было все же лучшим решением.
Я чуть замешкалась, пытаясь вытянуть ключи из кармана и при этом не уронить светильник, когда у меня неожиданно выхватили последний из рук, не позволяя упасть.
– А? – я с таким удивлением посмотрела на дракона, словно у него отросла еще одна голова.
– Я подержу, если ты не против, – добавил Рехан, чуть улыбаясь. Кажется, он видел, что мне неловко от таких моментов. Это выглядело как забота, а к такому я совсем не привыкла.– Так же удобнее, правда?
Мне показалось, что еще немного, и дракон засмеется, но развивать тему я не хотела.
– Конечно, – кивнула, наконец, нащупав в кармане большой ключ. Кажется, в мастерской я не была уже год. Или больше? Сложно было вспомнить за канителью событий, что слились в один мрачный день.
