Дверь скрипнула, провиснув в раме, но все же открылась. В лицо пахнуло пылью и химическими соединениями. Я точно закупорила все баночки, когда отец уже не мог работать, но запах сохранился. От этого волной нахлынули воспоминания.
– Разреши, сперва я. Кажется, здесь давно не было посетителей
Дракон, осторожно отодвинув меня с дороги, высоко поднял фонарь и шагнул в мастерскую. Неяркий свет выхватил полки, заставленные склянками и кусочками стекла; накрытую плотной тканью печь и стол, на котором так и лежало незавершенное изделие вместе с инструментами. Все так, как оставил отец.
– Здесь мало места, – отметил дракон, с трудом протискиваясь между столом и шкафом.
– Раньше весь сарай был мастерской. Но потом мне пришлось все сдвинуть, чтобы оставить место для скотины.
– Придется и это решить. Неуверен, что ваша живность оценит, когда мы начнем работать.
– Печь довольно сильно дымит, когда ее разжигаешь. И запах. Если бы была хорошая погода, можно было бы плавить на улице, – неуверенно, переступая с ноги на ногу, призналась я. Об этом моменте я и не подумала. Меня больше волновало, как именно я справлюсь с работой. Чем дальше, тем больше тревог это во мне вызывало.
– Скоро придут морозы, так что это не вариант. Если я правильно понимаю, чем ниже температура, тем сложнее будет добиться нужного жара в печи.
– Скорее всего, – тихо ответила, не зная этого нюанса.
– Это все мелочи. Печь рабочая, и ты умеешь с ней обращаться. Так что остальное решаемо. Идем, провожу тебя до дома. Утром решу часть вопросов, и займемся материалами. Сможешь к утру написать список того, что нужно?
– Постараюсь.
– И собери вещи на пару дней. Сразу отправимся в столицу.
Дракон, приподняв дверь, поставил ее на место и запер замок. Протянув ключ, Рехан махнул рукой в сторону дома. Мне ничего не оставалось, кроме как двигаться в указанном направлении.
Глава 3
Проснулась я, по ощущениям, едва ли не через час. От жуткого грохота, что доносился разом со всех сторон. Со сна не сообразив, что именно происходит, я резко села на узкой постели, глядя на потолок, который по ощущениям, должен был вот-вот рухнуть прямо мне на голову.
И только спустя несколько мгновений, когда с потолочных балок в лицо посыпалась пыль, я окончательно проснулась.
Сунув ноги в короткие войлочные ботинки, что зимой мне служили вместо домашних тапок, я бросилась вон из спальни. Даже не потрудившись накинуть на плечи куртку, я рывком распахнула дверь, да так и замерла. Во дворе полным ходом шла стройка. Ходили коренастые мужики, деловито приставляя одну палку к другой и о чем-то споря. Кто-то возился с дверью сарая, кто-то чертил на земле, чуть в стороне, план чего-то, мне пока непонятного.
– Аккуратнее, барышня! Вы бы там не стояли! – донеслось откуда-то сверху, и только теперь я додумалась посмотреть на крышу собственного дома: там одновременно сидело три мужичка, кажется, от пятнадцати до пятидесяти. Они деловито передавали друг другу яркие, новые черепицы, что на фоне старых смотрелись инородными пятнами.
– Это что такое? – выйдя из зоны возможного получения по голове, растерянно вопросила я в пространство, впрочем, не сильно надеясь на ответ.
– А, доброе утро, – раздался совсем рядом довольный голос дракона.
Я резко обернулась, почти уткнувшись носом в грудь под белой рубашкой. Рехан закатал рукава и где-то потерял свой кафтан. На белой рубашке уже кое-где были грязные пятна и какие-то полосы. Красные волосы стянуты в хвост, и яркие, сверкающие каким-то мальчишеским восторгом, глаза.
– Мы не планировали тебя будить, но что-то ребята очень резво взялись, – развел руками дракон, пытаясь изобразить сожаление, но вышло у него совсем неправдоподобно.
– Что здесь происходит? – повторила уже спокойнее.
– Как что? Бал! – хмыкнул Рехан, но, видя, что я не настроена на шутки, вздохнул и уже ответил нормально. – Готовим все для работы. Сейчас мастера поправят крышу, потом займутся окнами и оснащением дома. В то же время немного поправят сарай, чтобы не развалился от ветра. Ну и вон там будет мастерская.
Дракон указал на место, где пара мужчин постарше что-то чертили на земле.
– Зачем? – севшим голосом вопросила я, шокированная такой активной деятельностью. – Разве не проще…
– В городе что-то снять? Я уже проверил, это выйдет дешевле и удобнее, – отмахнулся дракон и вдруг опустил глаза куда-то пониже моей шеи. – Тебе не кажется, что этот наряд несколько… чересчур легкий для нынешней погоды? Я ни на что не намекаю, но мне нужен здоровый мастер.
Не чувствуя на запале холода, я опустила взгляд, пытаясь понять, куда так внимательно, почти зачарованно уставился дракон, и, охнув, тут же прикрыла грудь. Моя длинная ночная рубашка, пусть и была из плотной ткани, но почти ничего не скрывала. И да, то, что я замерзла, было заметно любому, кто решил бы на меня в этот момент посмотреть.
– Бесстыдник, – чувствуя, как жаром заливает щеки, по-детски обозвала я дракона и быстрым шагом направилась обратно в сторону дома.
– Совсем нет, – со смехом ответил Рехан на весь двор. – Я сказал, а вот все остальные смотрели молча.
Я тихо выругалась, изо всех сил заставляя себя не бежать. Это было бы уже слишком, порадовать мужчин еще и этим.
**
Все остальные смотрели молча.
Эта фраза меня почему-то больше рассмешила, чем возмутила. Да, в первый момент я была готова провалиться под землю от стыда, но стоило оказаться под защитой стен дома, как я хмыкнула в кулак. Давно на меня не смотрели мужчины с чем-то иным, нежели жалость или сочувствие. Сегодня ни того ни другого я определенно не почувствовала.
– Исла, мы отправимся в столицу сразу, как ты будешь готова, – стукнув два раза по двери, но, не пытаясь войти, громко проговорил Рехан с той стороны. Дракон словно знал, что я его слышу. – И чем быстрее, тем лучше. К обеду, если доберемся – будет хорошо.
– К обеду? – мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять смысл сказанного. До столицы ехать несколько дней. Как ни крути, хочешь верхом на лошади, хочешь на капи, что были в ходу на болотах, все равно выходило довольно долго. К обеду? Никак. Разве что дракон вел речь о какой-то из промежуточных остановок. Но на таком расстоянии ничего путного тоже не было, насколько я помнила.
По крыше еще раз бахнули молотком, и с балок посыпалась пыль. Прямо на кухонную посуду, на мои кувшинчики и чашки. Это заставило меня отвлечься от бессмысленных мыслей и заняться текущими делами. Первым делом я быстро убрала посуду в шкафы, надеясь, что мой дом не рухнет и не погребет под своими стенами все это нехитрое добро. На единственный диван, немного продавленный, но еще не такой плохой, была постелена простыня. Я очень надеялась, что это защитит его от пыли.
А затем были муки творчества. Я никак не могла придумать, что надеть в дорогу. Меня несильно волновала мода, так что основной вопрос был в удобстве. И в том, как сильно может упасть температура за те несколько дней, которые мы будем заниматься делами в столице.
Как я ни старалась, у меня все равно получился целый саквояж вещей. Белье, расческа, ночнушка – и уже половина сумки. Постоянный стук над головой, после той тишины, к которой я привыкла, звучал барабанами в голове, отвлекая. Но я кое-как умудрилась проглотить остатки вчерашнего ужина и заплести волосы, чтобы те не лезли в лицо. Поверх куртки пришлось намотать толстый шарф, чтобы уберечь себя от ветра, и я вышла из дома, сетуя на слишком тяжелый саквояж.
– Хм, – Рехан стоял в одной рубашке с закатанными рукавами, следя за работниками на крыше у самой двери, – ты справилась быстрее, чем я думал, это радует. Тогда мы можем вылетать.
– Что? – я с недоумением посмотрела на дракона. Вылетать? Он пошутил? Или забыл, что я человек?
– Не бойся, все будет в лучшем виде. Идем, – у меня без лишних вопросов отобрали саквояж, словно так и полагалось, и Рехан двинулся куда-то за дом. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
А потом я несколько минут стояла, пытаясь вспомнить, как дышать. На открытом пространстве стояло что-то, похожее на паланкин. Только вместо длинных ручек на крыше было прикреплено большое стальное кольцо.
Рехан, помахивая саквояжем и, кажется, даже посвистывая, подошел к паланкину и спрятал в него мои вещи.
– Исла, не тушуйся! Нам пора, – сияя улыбкой, словно собственноручно создал радугу, поманил рукой дракон.
– Это что? – медленно, чувствуя подвох, подошла я ближе.
– Твой транспорт. Ты же не думала, что я позволю барышне лететь в лапах? – Рехан вопросительно вскинул красную бровь, дожидаясь ответа.
– Признаться, я вообще не рассматривала вариант полета.
– И напрасно, я же сказал, что у тебя в подмастерьях сейчас дракон. Пользуйся, – Рехан подмигнул, словно прозвучала какая-то шутка, и протянул руку.
В паланкине было чуть больше места, чем я думала. По центру стояло довольно большое мягкое кресло с высокой спинкой. С одной стороны от него в специальной корзине стоял мой саквояж, а с другой стороны, примерно в такой же, лежал плед и бумажный пакет из пекарни.
– Устраивайся поудобнее. Вот тут, – дракон протянул руку вглубь и отцепил от крючка витой шнур, – колокольчик. Если срочно будет нужна остановка, если что-то случится, дерни – я услышу.
– Это все же шутка, – тихо бормотала я, забираясь в кресло.
Ответом мне стал только довольный хмык дракона.
– Не сказал бы. Приспособление довольно новое, это да, но уже испытанное, так что причин для тревоги нет. Только вот, – Рехан нагнулся ближе, почти прижимаясь ко мне, и я почувствовала его запах: яблоки и что-то мускусное, мужское. Сердце тревожно и взволнованно забилось, а я попыталась как можно глубже вжаться в кресло, не понимая, что происходит.
Вокруг талии обвился ремень, который я до этого не заметила.
– Чтобы быть уверенным, что ты не выпадешь в случае чего, – застегнув пряжку, Рехан уперся руками в подлокотники, глядя мне в глаза. Между нами было расстояние не больше чем в полторы ладони, и я попыталась вовсе не дышать. Почему-то казалось, что стоит вдохнуть, и я поймаю дыхание самого дракона. Было в этом что-то слишком интимное, слишком откровенное.
– Ничего не бойся, наслаждайся, – тихо, усиливая ощущение неловкости, произнес дракон и стремительно отодвинулся. Дверца паланкина закрылась, звякнула щеколда, и я с удивлением поняла, что она вся прозрачная! Из какого-то тонкого, чуть желтоватого стекла, обрамленного деревянной рамой.
Я с интересом и нарастающей тревогой рассматривала небольшое пространство, в котором оказалась, когда заметила нечто куда более интересное. Рехан отступил на десяток шагов от паланкина, и его тело затянуло туманом. Облако все разрасталось, становилось все больше, пока не заволокло все видимое пространство, а затем так же быстро туман опал. На открытом пространстве за домом стоял дракон.
Огромное тело переливалось всеми оттенками красного, от малинового гребня до темного, почти кроваво-красного тона на лапах. К животу цвет менялся: там чешуйки отливали золотым кантиком, отчего казалось, что брюхо огромного ящера светится.
Я не могла оторвать взгляда от этого зрелища – настоящий дракон! Одно дело, знать, кто перед тобой, и совсем иное, видеть его в этом облике. От восхищения и трепета замирало сердце. В одном его облике было столько силы, неприкрытой мощи, что мне разом стало понятно все высокомерие этих существ. Если бы я была одной из них, возможно, я бы не захотела с собой общаться.
Но как он был красив…
Глава 4
Дракон резко взмахнул крыльями и одним рывком взвился в небо. Мне было не видно, как высоко он сумел подпрыгнуть с места, совсем без разгона. Только через несколько мгновений мой паланкин дернулся, вынуждая схватиться руками за подлокотники кресла, а потом земля вдруг стала уплывать из-под ног. Она отдалялась, словно какая-то картина. Я просто не могла поверить, что лечу. Разум отказывался это принять, настолько это было невероятно. Во все глаза глядя в прозрачную дверь, я с удивлением узнавала городок внизу, поражаясь, насколько все может быть мелким и незначительным с высоты драконьего полета.
Через несколько бесконечно долгих и невероятных минут полет выровнялся, паланкин перестал подрагивать, и мы словно бы поплыли по воздуху, задевая облака. Сердце восторженно грохотало в груди, иногда замирая от вида. Озеро, такое огромное и необъятное, оказалось вдруг просто зеркалом, в котором множилось, отражаясь, небо. Лес же, наоборот, казался живым, колышущимся морем, темным, глубоким и полным тайн. Вершины елей пригибались под порывами ветра, словно волны, усиливая впечатление.
Никогда не видя ничего подобного, я подалась вперед, пытаясь впитать в себя это все великолепие. Не знаю, сколько мне времени понадобилось, чтобы хоть немного свыкнуться с подобным зрелищем. Картинка внизу постоянно менялась. Леса уступали место полям, где темными точками, едва различимыми, иногда попадались люди. Тонкие ленты рек, светлые, извилистые нити дорог – все это выглядело как искусно сотканный гобелен. А затем под нами вдруг вырос город из светлого камня, и он казался игрушечным, но так искусно собранным, что я не верила собственным глазам. Башни, крыши домов. И над ними два дракона, зеленый и золотистый, словно огромные птицы, переливающиеся в солнечном свете.
Город исчез так же быстро, как возник, оставшись позади. Если бы не внезапно проснувшийся голод, я бы подумала, что мы провели в небе не больше часа. Только недовольное урчание в животе и холод в ногах указывали на то, что времени прошло гораздо больше. Порадовавшись предусмотрительности Рехана, я развернула плед, накинув его на колени, и сунула руку в бумажный пакет. Пространство внутри наполнилось ароматом выпечки. Рот тут же наполнился слюной. Я и не помнила, когда мне доводилось в последний раз радовать себя подобной мелочью.
Впившись зубами в мягкую, сладкую булку, я едва не заурчала от удовольствия, все также глядя на пространство внизу. Происходящее все больше напоминало волшебный сон…
**
Я, кажется, задремала, так как пропустила столицу. Резко открыв глаза, словно меня кто-то толкнул, я едва не вскрикнула, видя, как стремительно ко мне приближается мощеная улица. Легкий удар, и я невольно дернулась вперед, от того, чтобы вылететь из кресла, спасли только ремни. Судорожно дышала, приземление оказалось несколько более пугающим, чем взлет, я просто не была готова. И когда Рехан, одетый в красный камзол, распахнул дверцу, я все еще сидела, вцепившись в подлокотники.
– Ты в порядке? – с некоторой тревогой рассматривая меня, поинтересовался дракон, не решаясь сделать шаг ближе.
– Угу. Задремала и почти пропустила город.
– Я уж думал, что ты весь полет так просидела, – хмыкнул дракон, подходя. – Но мне казалось, что тебе вполне понравилось.
– Откуда знаешь? – пытаясь расстегнуть ремень подрагивающими пальцами, поинтересовалась с интересом.
– Мы иногда можем чувствовать чужие эмоции, – тихо ответил дракон, отводя мои ладони в стороны и одним умелым движением размыкая пряжку.
– Иногда? Не всегда?
– Не у всех, – поправил меня Рехан, и было что-то в его голосе такое, что заставило поднять взгляд.
Я словно упала в черноту его зрачков. Они были глубже, чем леса, над которыми мы только что пролетали, и тайн в них было куда больше. Я падала в эту теплую, какую-то мягкую темноту, теряя себя и ощущение пространства вокруг.
Первым моргнул дракон. Я бы не смогла, зачарованная силой его взгляда.
Рехан чуть усмехнулся, но было в этой усмешке какая-то непонятная мне горечь.
– Идем, Исла. Только не торопись, после полета… – закончить Рехан не успел. Резко встав, я вдруг упала в его объятия. Ноги, словно не мои, вдруг подогнулись, перестав держать. И над головой прозвучало тихое, – ноги могут ослабеть…
Крепкие руки обвились вокруг талии, удерживая от падения, обдавая теплом даже через одежду. В носу щекотало от чистого мужского запаха, что меня окутывал коконом. И то ли от этого, то ли от неловкости, по всему телу прошла волна дрожи.
– Не торопись, сейчас все пройдет, – неверно истолковав мою реакцию, продолжил дракон. И, обняв крепче, просто вынул из паланкина, осторожно поставив на брусчатку, но руки не убрал, продолжая уберегать от падения.
**
На ноги мне удалось встать с трудом. Они все еще казались мягкими, словно кто-то разом вынул все кости. Голова немного кружилась, и я раздраженно тряхнула ею, пытаясь вернуть себе и ясность мысли, и контроль над телом, но выходило не так чтобы хорошо.
– Как себя чувствуешь? – пристраиваясь сбоку, в одной руке держа мой саквояж, а второй придерживая за плечи, с легкой тревогой поинтересовался Рехан.
– Какая-то слабость, – нехотя призналась. Если у дракона сегодня были на меня еще какие-то планы, то ему стоило знать о таком. Ни ходить по лавкам, ни разговаривать с мастерами у меня сегодня просто не было сил. По крайней мере, пока.
– Ничего. Я заказал для нас хорошие комнаты в приличном месте, и ты сможешь нормально отдохнуть, – и добавил куда тише, но я все же разобрала слова. – Не то что в твоем доме. Надеюсь, к нашему возвращению, там успеют все привести в приличный вид.
– И чем тебе не по нраву мой дом? – чувствуя некоторое раздражение, поинтересовалась я у ящера, дернув плечом, стряхивая большую руку. Чем дальше, тем сильнее меня нервировала такая активная деятельность со стороны Рехана. Казалось, он пытается влезть во все, что меня окружает. Я даже несильно бы удивилась, если бы через пару дней мне принесли новое белье из дорогого кружева со словами, что витражник, работающий на корону, просто не может носить какое-то иное.
– Там просто опасно жить. Не говоря уже о том, что катастрофически неудобно.
– Я не просила перестраивать мой дом, – прозвучало почти зло. И добавила. – И платить за это я не собираюсь.
– Само собой разумеется. Это моя инициатива, так что все затраты на мне. Считай это сопутствующими затратами. Шалдар не будет против.
– Владыка? – я даже вздрогнула от такого пренебрежительного упоминания правителя.
– Он самый. Мне открыли неограниченный кредит из казны на это дело. А то, в какую мелочь обойдется мне перестройка твоего дома… даже упоминать не стоит. Что-то мне подсказывает, что найти и купить нужный краситель будет куда дороже.
– Я вообще не уверена, что мы сумеем отыскать Тувенойский кобальт на рынках столицы, разве у кого-нибудь из старых мастеров в закромах.
– Вот с этого и начнем. Если ты помнишь, с кем работал или близко общался твой отец в свое время, я бы хотел услышать имена. Потому что просто так ходить по красильням и спрашивать про твой синий – дело почти бесполезное. Можно, конечно, привлечь кого-то из моих знакомых, того же Хейзеда Черного поспрашивать. Но я бы предпочел оставить это на крайний случай.
Я только хмыкнула. Имена, от которых замирало в ужасе сердце. Владыка Шалдар, Хейзед Черный. О каждом из них рассказывали легенды, а Рехан так походя их упоминал…
Я едва не споткнулась о ступени, когда до меня дошло очевидное, то, что было все время перед глазами.
– Ты – Рехан Красный, Грозовое Небо империи, – выдохнула я тихо, глядя на дракона огромными глазами, словно не видела до этого.
И дракон медленно кивнул, усмехаясь. Чуть криво, иронично.
– Только поняла, да? – с легким сочувствием, словно разговаривая с не совсем разумным человеком, поинтересовался он, открывая передо мной дверь гостиницы. – А я все гадал: ты такая бесстрашная или просто не поняла.
