Страница 2 из 3
– Викуль, дверь сама откроешь, мы с папой спать ляжем, – попросила мама, совершенно спокойно реагируя на поведение Ромы.
Держась за руки, мы дошли до прихожей. Накинула куртку, обулась и подняла взгляд на своего спутника.
– Шапку надень, – велел Рома, когда я полностью оделась.
– Я в капюшоне, – отмахнулась я, двигаясь к выходу. Мужчина протянул руку, загораживая проход:
– Шапку, – повторил он с нажимом и снизошел до объяснений. – На набережную едем, там ветер.
Согласно кивнула, надела шапку и захватила шарф и перчатки. Рома удовлетворенно кивнул и пропустил вперед, закрывая дверь своим ключом. Повернулся и снова хотел взять меня за руку, но я предусмотрительно спрятала их в карманы. Роман не растерялся, схватил под локоть и повел вниз по лестнице.
Выйдя на улицу, съежилась от порыва сильного ветра, накинула капюшон и обхватила себя руками. Рома почти бегом дошел до спортивной машины, которая была припаркована у подъезда, и распахнул для меня пассажирскую дверь. Я поспешила укрыться в теплом салоне. Устроилась на сидении, потирая ладони друг о друга.
Роман сел за руль и включил печку.
– Замерзла?
– Не успела, – покачала я головой.
Завел мотор и сорвался с места, сразу набирая приличную скорость. Я судорожно пристегнула ремень безопасности и вцепилась в ручку двери обеими руками.
– Рома, а ты не мог бы ехать помедленнее? – жалобно попросила я. Мужчина резко нажал на тормоз, меня по инерции мотнуло вперед, грудь больно сдавил ремень. – Ты права на распродаже купил? – грозно поинтересовалась я.
– Бери выше – подарили, – хмыкнул Рома и добавил, – вчера. – Я сердито засопела. – Виктория, не будь трусихой, ты же со мной.
– И что? Твое присутствие убережет нас от аварии?
– Именно так, – согласился Рома, расслабленно ведя машину одной рукой, а другой нажимая на кнопки магнитолы. Заиграла музыка – агрессивная, так громко, что хотелось закрыть уши руками, а от басов задрожали внутренности. Я протянула руку, чтобы убавить громкость, но Роман перехватил мою ладонь и погладил большим пальцем внутреннюю сторону, глядя при этом на дорогу. Я на мгновение задержала дыхание, не зная, от чего мне более некомфортно – от какофонии, льющейся из колонок, или от ощущений, которые дарили его прикосновения. По телу побежали мурашки, а дышать становилось тяжело.
Я попыталась отнять руку, но Рома сильно сжал ладонь, притянул ее к лицу и поцеловал. Я не выдержала, свободной рукой все-таки выключила магнитолу, вырвала руку и, сдвинув брови, поинтересовалась:
– Ты что делаешь?
– А ты не поняла? – он насмешливо поднял бровь – ту, на которой поблескивала в свете фонарей, сережка.
– Разворачивайся. Я хочу домой, – я была растеряна, никто и никогда не вел себя со мной столь нагло и бесцеремонно.
– Не хочешь. Ты хочешь доехать со мной до набережной и до рассвета смотреть на волны, – я не знала, как реагировать. Просто возмущенно округлила глаза, стараясь взглядом показать, что я думаю о сложившейся ситуации. Роману на мои взгляды было плевать с Эйфелевой башни три раза. Он только криво улыбался, не отводя наглых глаз от дороги.
Наконец он притормозил у кромки воды, заглушил мотор и повернулся ко мне:
– Правда, классный вид?
Не могла не согласиться. Волны, подгоняемые ветром, высоко поднимались, падая на песчаный берег, а поверхность воды освещала только полная луна. Буйство стихии за окном и теплый салон автомобиля, в котором пахло хвоей и чем-то горьковато-терпким. Для полной идиллии не хватало только большой кружки какао.
Достала пачку сигарет из кармана, вытащила одну и поднесла к губам. Рома чиркнул зажигалкой, помогая прикурить, и сам достал сигареты. С наслаждением вдохнула едкий дым, чуть приоткрыла окно, выдыхая. Мужчина проделал то же самое, откинувшись головой на сидение и прикрыв глаза.
– Давно ты куришь? – через несколько минут поинтересовался он, затушив сигарету о пепельницу.
– Давно. Бывший муж научил.
– Не везет тебе с мужиками – один курить учит, другой бачок не может починить, – широко улыбнулся Рома. Я не выдержала и засмеялась, наблюдая за тем, как в глазах мужчины зажигаются озорные огоньки.
В тот момент у него зазвонил мобильный. Взглянул на дисплей и тут же ответил на звонок.
– Что случилось? – обеспокоенно поинтересовался он. Выслушал собеседника, барабаня указательным пальцем по рулю. – Сейчас приеду.
Сбросил вызов и завел мотор.
Глава 4
Мы приехали почти к самой окраине города. Рома остановился у гаража с огромной вывеской «Шиномонтаж», внутри горел свет и несколько парней что-то обсуждали на повышенных тонах. Заглушил мотор и вышел из машины. Я пошла следом, с интересом оглядываясь. Из широких ворот выбежала девушка, с диким визгом повиснув у Ромы на шее и обхватив его бедра ногами.
– Буба приехал, – счастливо проговорила она.
– Привет, Кнопка, – мужчина погладил ее по голове, опустил ее на землю и обеспокоенно посмотрел в лицо. – что случилось?
– Лом с Васькой опять подрались, – жаловалась она. Рома нахмурился, кивнул и перевел взгляд на вход, где, виновато переступая с ноги на ногу, мялись двое парней в спецодежде. За их спинами стояли еще трое.
– Подошли ко мне, – приказал Рома двоим. Те не посмели ослушаться и нерешительно сделали по два шага навстречу, – я предупреждал, что драки запрещены?
Отодвинул Кнопку в сторону и приблизился к парням. Те кивнули, опустив головы.
– Упор лежа принять, – гаркнул Роман так, что я сама чуть было не упала на землю, – по сотне отжиманий, каждый!
Мальчишки переглянулись, но молча принялись выполнять.
– А вы что встали? – обратился он к остальным, – пятьдесят приседаний!..
Что сказать, командирский тон Роман выработал на славу.
Парни принялись за дело, а я перевела взгляд на ту, кого Рома назвал Кнопкой. Высокая, очень худая девушка с голубыми глазами, длинные темные волосы заплетены в высокий хвост, пухлые губы и вздернутый аккуратный носик. На вид девушке было лет 18–20. Она с немым обожанием смотрела на Рому, который, широко расставив ноги и спрятав руки в карманы, строго смотрел на пыхтящих парней.
– Правда, Буба молодец? – повернулась она ко мне, перекрикивая ветер. – Я Кнопка, – подошла и протянула ладонь. Пожала ее руку с невероятно холодными пальцами и представилась:
– Вика. Очень приятно.
– И мне!
К тому моменту парни закончили выполнять физические упражнения и, кряхтя, поднялись на ноги, настороженно глядя на меня. Взгляды колючие, недоверчивые… Совсем как у Ромы тринадцать лет назад. Неужели мальчишки тоже сироты? Хотя на вид всем явно больше восемнадцати.
– Рома, он первый начал, – ткнул пальцем в оппонента один из тех, кто недавно принимал упор лежа.
– Я предупреждал, что больше не буду разбираться, кто начал первый! – зарычал Рома, по очереди глядя на обоих. – Я заманался разбираться с вами! Еще одна драка, и последствия вам не понравятся! Всем ясно? – Рома развернулся к остальным. Те дружно закивали.
Со стороны дороги послышался звук нескольких двигателей, а через мгновение пространство осветил ослепляющий свет фар. Невдалеке остановилось несколько спортивных машин, из салона каждой играла громкая музыка.
Рома грязно выругался, обеспокоенно покосившись на меня. Кнопка в два шага спряталась Роме за спину, когда из первой машины вышел молодой мужчина. С гнусной усмешкой осмотрелся и вальяжной походкой зашагал в нашу сторону, на ходу прикуривая сигарету.
Роман двинул ему навстречу, выражение его лица я не видела, а вот новоприбывшего рассмотрела хорошо – коротко стриженный шатен с зелеными глазами, большой нос и губы, искривленные презрительной усмешкой. Он брезгливо смотрел на Рому, неторопливо затягиваясь.
– Какого хера ты сюда приперся? – поинтересовался Рома.
– В гости, – мерзко улыбнулся мужчина. – Твои ребятки забыли внести взнос в наш фонд.
– Слушай сюда, клоун, никаких взносов тебе больше не будет, – зашипел Роман.
– О, а это у нас кто? – перевел незваный гость взгляд на меня. Сделал несколько шагов ко мне, обошел по кругу, осматривая с ног до головы. – Новенькая?
– Старенькая, – съязвила я, но по позвоночнику прошел озноб, а зубы отбивали собственный ритм.
– Ммм, языкастая. Люблю таких.
– Я тебя живьем закопаю, если тронешь ее, – предупредил Рома. Посмотрела ему в глаза и поверила каждому слову. В них была ярость и твердая решимость.
– Даже так… – пробормотал мужчина, а потом широко улыбнулся. – Ладно, ребята, бывайте!
Помахал рукой и вернулся в свой автомобиль. Через минуту их словно и не было, только я стояла испуганная и ошарашенная.
– Садись в машину, – Рома легонько подтолкнул меня. На автомате устроилась на пассажирском сидении. Все, домой! Хватит с меня на сегодня впечатлений. На месяц вперед впечатлилась.
– Ты как? – спросил Роман, садясь за руль и трогаясь с места.
– Никак! Кто это был? – рявкнула я.
– Валет, – быстро ответил мужчина и тут же поправился. – Валера. Знакомство с ним лучше не продолжать.
– О каком фонде он говорил?
– Вика, забудь, ладно? – поморщился Рома, – Тебя это не касается!
– Отвези меня домой, я нагулялась! – потребовала я, поняв, что объяснений не будет.
– Как скажете, госпожа, – иронично подняв бровь, пропел Рома. Я фыркнула и отвернулась к окну, глядя на пустую улицу.
До дома родителей ехали молча. Я пыталась переварить события сегодняшнего дня, а Роман о чем-то сосредоточенно размышлял, изредка хмурясь.
Поднялись на нужный этаж, а вот в квартиру войти мужчина не позволил, развернул к себе, впечатывая спиной к двери и запирая в кольце рук, которые расположил по обе стороны от меня. Посмотрел мне в глаза своими – наглыми, голодными, – перевел взгляд на губы и начал медленно наклоняться.
И я не выдержала. Протянула руку, схватив его за ухо, подтянула к себе и злобно зашептала:
– Даже не думай об этом, – Рома не пытался вырваться, только сильнее наклонился, практически утыкаясь носом мне в шею, – ты понял?
– Пахнешь вкусно, – горячо прошептал мне на ухо вместо ответа. Я отпустила его ухо и с силой оттолкнула от себя.
– Да понял, понял, ты не такая, – насмешливо произнес он.
Трясущимися руками открыла входную дверь и тихонько вошла, слыша за спиной шаги Ромы. Быстро скинула верхнюю одежду и убежала в свою комнату, заперев дверь изнутри. Обессиленно опустилась на кровать и обняла подушку, уткнувшись в нее лицом.
Поведение Романа вызывало растерянность и глухое раздражение, но одновременно с этим – непонятное и ничем не объяснимое волнение в груди. Сердце гулко билось о грудную клетку, мешая нормально вдохнуть.
За своими размышлениями сама не заметила, как уснула прямо в одежде.
Глава 5
Утром проснулась очень рано – все тело затекло от неудобной позы. Вспоминать события прошедшей ночи не хотелось. Рому я искренне не понимала, да и разбираться в причинах резко возросшего ко мне интереса не хотела. Вечером уеду домой и забуду все как страшный сон, а до следующей встречи он остынет.
Проверила свой телефон – несколько пропущенных от Никиты. Нажала кнопку вызова, мужчина ответил после второго гудка:
– Привет, – сонно проговорил он, вздыхая.
– Привет, – улыбнулась я. – Прости, я не слышала звонка.
– Это ты прости, просто ты говорила, что с мамой будешь болтать до утра, а я соскучился очень, – голос стал хриплым и вкрадчивым.
– Я тоже соскучилась, – довольно пробормотала я. – Ночью буду в городе.
– Я сегодня на дежурство, – грустно выдохнул Никита.
– Приезжай после работы, – попросила я.
– Хорошо, – пообещал мужчина, и мы простились.
Сходила в душ, смыла остатки сонливости. Вышла из ванной и нос к носу столкнулась с Ромой. От мужчины пахло уличной свежестью, дезодорантом и сигаретным дымом.
– Доброе утро, Виктория, – широко улыбнувшись, пропел мое имя Рома, снимая спортивную куртку и окидывая взглядом с ног до головы.
– Доброе утро, – хмуро поприветствовала я, поспешив убраться в кухню.
– Налей мне кофе, – попросил мужчина мне в спину.
Шла не оборачиваясь – не могла смотреть в эти наглые глаза. Он буквально раздевает взглядом, добираясь до потаенных уголков души, таких, куда лучше не заглядывать. Мне хватило в жизни потрясений, уже был один такой мужчина – наглый, упертый, слишком самоуверенный. Любила так, что думала – с ума сойду, если бросит. Дышала им, жила, забыла о гордости и бежала, как собачка, по первому зову, не замечая, что я просто удобная игрушка, с которой можно делать все, что пожелаешь. Можно не ночевать дома, приходить через сутки в дым пьяным, с въевшимся запахом чужих женских духов, и спокойно ложиться спать.
Он был моей первой юношеской любовью – да, я поздно повзрослела. Мы познакомились на первом курсе института. Я – домашняя, примерная девочка, приехавшая из маленького города, чтобы получить высшее образование. Он – красавчик, к тому времени уже открывший свой маленький бизнес, старше меня на шесть лет. Со мной в одной группе училась его сестра, Захар часто приезжал за ней. В какой-то момент мы разговорились, и он пригласил меня на свидание – просто покататься по городу. Красивый, уверенный в своей привлекательности, любимец женщин. И я влюбилась, как дикая кошка, могла думать только о нем, все разговоры были о Захаре. Я постоянно ждала его звонков, вопила от счастья, когда он присылал мне какое-нибудь глупое сообщение.
Он исполнил мою главную мечту на тот момент – женился на мне. Захара полностью устраивало, что я тихая, молчаливая и домашняя. Вечером его всегда ждал вкусный ужин, вещи выстираны и выглажены, а для себя я ничего не требовала, только бы он рядом был.
Все пять лет брака мне внушали, что я фригидная, раз не могу получить оргазм и не возбуждаюсь без прелюдий. Что я бревно в постели и дура по жизни.
Он, не стесняясь, приходил домой без нижнего белья, отговариваясь тем, что парился с друзьями в бане и они намокли. Забывал о датах, днях рождения и о том, что обещал мне свидание – вместо этого уезжал к друзьям с ночевкой, оставляя меня плачущую дома, совершенно одну. Хорошо, что мне хватило ума не бросить университет…
Казалось, моему терпению и поклонению нет предела, но в один прекрасный день он настал, когда Захар, не стесняясь, привел в дом другую женщину. В наш дом.
Он был пьян, сильно. Подцепил ее в клубе и не придумал ничего оригинальнее, чем привезти ее домой.
– Викусь, давай тройничок? – заплетающимся языком спросил Захар, одной рукой опираясь о стену, чтобы не упасть, а другой обнимая незнакомую девушку.
Я развернулась и молча ушла, чтобы больше никогда не вернуться. Первые пару недель Захар пытался мне звонить, но разговор всегда заканчивался скандалом, и я подала на развод. Тогда думала, что сердце разорвет на части, что больше никогда не смогу вдохнуть полной грудью и начать искренне улыбаться. Но нет, все проходит, и эта боль прошла. Я научилась жить и любить себя, не тратя свое время на мужчину, который меня не ценит. Собрала себя по кусочкам, стала другой – сильной и независимой ни от кого. Только Рома из той же породы, что и Захар. Берут, не спрашивая, а потом оставляют с разбитым сердцем и нежеланием жить.
