– Нет… – я покачала головой. – Прости. Кажется, с «офисным днем» сегодня облом.
– Тебя домой? – он разочарованно вздохнул. – Понял. Окей, без проблем. Звони, если что.
До дома оказалось неожиданно близко – или «порш» просто низенько летел? – и вскоре я выскочила из машины, изо всех сил обнимая свой букет. Меня так тянуло в тихую темную нору, чтобы пережить сегодняшнее утро, что я едва попрощалась с Романом.
Разбирая астры, чтобы поставить их в вазы – разные, потому что в одну не влезли, я обнаружила в ворохе совершенно волшебных, нереального оттенка цветов спрятанную коробочку.
А в ней – кулон в виде цветка с фиолетовыми лепестками. Туда же был вложен скрученный чек с названием магазина. «Подвеска с бриллиантами и танзанитами в родированном белом золоте». И цена – 100000 (сто тысяч) рублей.
Полагаю, это компенсация за тот полтинник, что я «проиграла» Роману. Аж в два раза больше. Интересно, сколько в ломбарде дадут?
Но я надела кулон на шею. Погладила пальцами холодные лепестки.
Эх, где теперь мой новый ноутбук…
Поздним вечером на телефон пришло сообщение:
Зеленоглазый миллионер:
Понравилось?
Я назвала его так в контактах, чтобы случайно не спутать со знакомыми миллионерами с другим цветом глаз. Вдруг они тоже решат мне позвонить?
Алиса:
Я больше люблю сапфиры. И тюльпаны. Алые.
Зеленоглазый миллионер:
Значит, понравилось:)
Прогулка
1
Весь следующий день я намеревалась провести в постели. Завернуться в одеялко, задернуть шторы и ничего не делать. Вообще ничего – даже телефон не брать. Просто пережить морально вчерашнее «интервью» с Романом и все, что было после. Охладить воспаленный мозг.
Но что-то мешало. Словно крошечный паук перебирал тонкими лапками внутри моей головы, не давая успокоиться. Я вертелась с боку на бок, подтаскивала прохладные подушки, чтобы уткнуться в них лбом. Пялилась в потолок. Закрывала глаза и пыталась уснуть. Сворачивалась клубочком и накрывалась с головой.
Каждый раз, когда мне казалось, что я нашла комфортную позу и уже погружаюсь в море покоя, паучок в моей голове впивался в мозг безжалостным укусом, и меня снова подбрасывало на постели.
В итоге я сдалась, подтащила к себе ноутбук и открыла файл с романом. Хорошо быть фрилансером – когда проснулся, тогда и утро, где клавиатура под пальцы легла, там и офис. Можно открыть всего один глаз и даже не менять позу.
И погрузиться в текст. В сущности – нырнуть из себя – снова в себя. Минуя промежуточные этапы вроде этого жестокого мира. Книги вообще отличный способ бегства от реальности, и неважно, читаешь ее или пишешь.
Что бы ни творилось вокруг, всегда есть место, где меня примут любой. Мрачной, раздраженной, несчастной, возбужденной, яростной. Извращенкой, садисткой, нежной пушистой няшей, ранимым котиком, холодным тираном. Любой.
Да, потом не все читающие поймут мое творение. Рискую – большинство не поймет. Но ведь можно им и не показывать?
Черные буковки на белом экране – самодостаточная вещь. Я создала мир, пожила в нем, он был реальным, так что мне еще надо?
Время от времени настоящий «реальный мир» напоминал о себе саднящей досадой, уколом боли в висок. Острым, но кратковременным неудобством. Как будто я что-то забыла. Или не сделала что-то, а стоило. Но я сжимала зубы, отмахивалась от него, как от комара, и тут же спешила вновь погрузиться в текст. Гори все синим пламенем, у меня нет сил на жизнь сегодня.
Роман написал к вечеру. Как будто его никто не учил, что мальчикам неприлично писать девочкам раньше, чем через три дня после свидания! Что за распущенность! Можно ведь подумать, что он совсем отчаялся и никому не нужен!
Зеленоглазый миллионер: Я так и не понял, мы теперь дружим или что?
Алиса: А ты потянешь со мной дружить?
Зеленоглазый миллионер: Я тебя даже в любовницах собирался потянуть, что там какая-то дружба.
Алиса: Ну, не знаю, к друзьям у меня запросы выше.
Зеленоглазый миллионер: У тебя просто низкие запросы к любовникам.
Алиса: Кто бы говорил, мистер «Вытрахаю весь журналистский пул».
Зеленоглазый миллионер: Ну, ладно, раз дружим, пойдем пива выпьем.
Алиса: А роман про тебя я уже не пишу?
Зеленоглазый миллионер: А ты пишешь?
Алиса: Пишу.
Зеленоглазый миллионер: Вау.
Алиса: Про хорошего надежного парня, который женился на чистой светлой девушке.
Зеленоглазый миллионер: Кажется, не про меня.
Алиса: Мне нравится твой уровень самокритики.
Зеленоглазый миллионер: И не про тебя.
Алиса: При чем тут я?
Зеленоглазый миллионер: Разве роман про меня не должен быть и про тебя тоже? Хоть в мечтах тебя трахнуть. Причем в твоих.
Послав ему закатывающий глаза смайлик, я отложила телефон и пошла дальше писать. Потому что П – Приоритеты!
Я так и продолжала существовать в режиме сплю-пишу-ем-смотрю в потолок и снова по кругу. Конечно, временами мне бывало немного грустно. Но он не тот человек, которому я могла бы пожаловаться.
Справлюсь сама, как справляюсь со всем остальным.
Забавно вот что.
Читатели часто жалуются, что героини мои встречаются со своей судьбой, когда у них в жизни что-то не в порядке. Уволили, бросили, обманули или еще какая печаль. И оказывается, что этот провал можно заполнить как раз теми ресурсами, что есть у героя. Как удачно!
На этой волне у них все и складывается.
Однако – что было бы, если бы герои являлись к героиням, когда те вполне довольны своей жизнью? Нет дыр, которые надо заполнять отношениями, нормально все с деньгами и в порядке со всем остальным?
Если считать нас с Романом за контрольный образец, то можно понять – ничего. Вместе они бы не были.
Нечем зацепиться.
2
Зеленоглазый миллионер: Как дела? Что делаешь? Не скучаешь?
Алиса: Ты бы тоже не скучал, если был бы нормальным бизнесменом, а не свалил все на других.
Зеленоглазый миллионер: Я не свалил, я делегировал.
Алиса: Пофиг.
Зеленоглазый миллионер: Зато у меня есть время для того, чтобы подружить с тобой.
Алиса: Как ты себе это представляешь?
Зеленоглазый миллионер: Ну что обычно ты делаешь с друзьями? Чем с ними делишься? Давай, делись со мной!
Алиса: Мммм… Я написала офигенную сцену в роман! Я молодец. Скажи мне, что я молодец!
Зеленоглазый миллионер: Ты молодец.
Алиса: Я гений!
Зеленоглазый миллионер: Несомненно. Ай да Пушкин, ай да… не будем уточнять.
Алиса: Хвали меня! Носи меня на руках! Так все друзья делают!
Зеленоглазый миллионер: Ты совершенно гениальная. Я всегда это знал. Давай приеду и награжу тебя.
Алиса: Чем это?
Зеленоглазый миллионер: Собой, конечно!
Алиса: Я лучше шоколадкой награжусь.
Шоколадки ведь лучше зеленоглазых миллионеров?
Хоть почти такие же вредные.
Они подкрадываются к тебе в минуты наибольшей уязвимости и… Нет, они не предлагают утолить голод или насладиться вкусом – для этого лучше подойдет хороший кусок жареного мяса. И даже не предлагают наркоту для уставших рецепторов серотононина – кола без сахара отлично бы справилась с желанием чего-нибудь сладенького.
Они говорят: «Смотри, сейчас ты нальешь себе большую чашку чая, возьмешь печеньку с шоколадной прослойкой, разделишь ее пополам и сначала слижешь гладкий, мягкий, нежный крем… И пока ты будешь это делать – мир постоит на паузе. И никто не сможет сделать тебе больно».
В отличие от.
На третий день добровольной изоляции стало ясно, что еда в доме кончилась. Не только печеньки с шоколадным кремом, а вообще. Совсем. Даже макароны в шкафчике.
Смерив голодным взглядом банку кошачьего корма с истекшим пять лет назад сроком годности, я пошла собираться в магазин.
Люди в соседней «Пятерочке» видели меня всякую.
И в пальто на голое тело, и в вечернем платье, и в свитере и джинсах, которые я неделю не снимала и даже спала в них, и в радужных афгани и обтягивающей футболке без лифчика.
В каком виде я покупала сигареты после развода, даже вспоминать не хочу. Спасибо добрым кассиршам, которые регулярно спрашивали у меня паспорт, хотя выглядела я, думаю, скорее как человек, у которого надо просить пенсионное.
В общем, секунд пять повыбирав между приличиями и удобством, я решила, что мятые бриджи имени встреч с миллионерами вполне подойдут и для сегодняшнего похода.
И не зря, как оказалось, я их так окрестила.
Прямо напротив подъезда на чьем-то законном месте стоял зеленый глазастый «поршик», а внутри скучал его владелец, тыкая пальцем в телефон.
3
Я аккуратно прикрыла за собой дверь, чтобы она не хлопнула, огляделась и решила просочиться под окнами, прикрываясь высокими кустами. Вдруг получится не попасться ему на глаза? Во времена моего детства мы носились этими тайными тропами, играя в «казаки-разбойники» и прятки, так что опыт у меня был!
Все шло хорошо – я вынырнула из колючих зарослей крыжовника через два подъезда, оглянувшись, убедилась, что никто меня не спалил, и спокойно продолжила путь как нормальный взрослый человек.
Тут-то меня и нагнал Роман.
Поравнялся и просто пошел рядом.
– Куда направляемся? – поинтересовался он, когда я завернула за угол дома.
– О, снова вы! – вежливо удивилась я, делая вид, что только заметила.
– Мы вроде давно перешли на «ты»?
– О, снова ты! – исправилась я.
– Куда идешь-то?
– Хотела бы сказать, что на пробежку, но вынуждена признаться, что за салатиком и колой.
– Может, покатаемся вместо этого? – внес он коварное предложение.
– Салатик сам себя не купит! – назидательно сообщила я.
– А мы поедим где-нибудь! – парировал Роман.
– О, господи, я еще от прошлого ужина не отошла…
Меня передернуло при воспоминании о вечеринке в отеле и полуголых девицах на столах.
