Страница 4 из 5
А пальцы тем временем ловко вытаскивали из рукава тонюсенькое лезвие. Оно пряталось внутри шва, на ощупь почти неразличимо.
Ребята меня недооценили, решили, что надежно связали и хватит.
Будет им сюрприз!
На то, чтобы поднять руку на уровень лица, я потратила почти час. Ну или вечность по внутренним ощущениям. Сверток со мной швырнули на какую-то тарахтящую поверхность вроде телеги с мотором. Ее нещадно трясло, а учитывая что лежала я лицом вниз, удовольствия вся ситуация доставляла мало.
Ладонь стала влажной от крови – я пропорола ее в трех местах, неудачно перехватив импровизированное оружие. Но наконец добралась до цели и принялась пилить ткань.
Прошкрябывание дырочки заняло еще вечность. К моменту, как ноздрей коснулся свежий, пропитанный травами и росой воздух, мы почти и приехали.
С телеги меня сняли, забросили кому-то на плечо – я охнула, снова порезалась, но стиснула зубы, чтобы не выдать себя. Ранки заживают быстро, да и натекшая кровь почти засохла, но что-то, видимо, просочилось сквозь ткань.
– Она там сдохла, что ли? Шеф нам башку оторвет, – проворчал приглушенным голосом тот, кто меня нес.
Слова отдались в животе вибрацией. Я покрепче сжала лезвие.
Тому, кто меня заказал, я все-таки нужна живой. Это радует. Далеко не всех моих врагов такой исход устроит, кому-то милее была бы отделенная от тела голова.
Интересно, кто такой умный?
Я почти не сомневалась, что все произошедшее со мной с утра – часть одного хитроумного плана. Кто-то умудрился настолько хорошо меня изучить, что вычислил мой наиболее вероятный путь отхода лучше ловцов.
И, похоже, что я с ним вскоре встречусь.
– Пошли быстрее, развернем и проверим, – поторопил шагавший рядом сообщник.
Меня затрясли усерднее.
В образовавшуюся щель вместо ветерка теперь поступало мерзкое амбре – смесь пота и давно нестиранной одежды. Дырочка неудачно пришлась прямо на живот похитителя.
Можно было бы воткнуть в него лезвие или полоснуть от души, но я сдерживалась.
Меня интересовала основная рыба.
Заказчик.
Хлопнули двери, еще одни. Бурные переговоры – шепотом, так что слов не разобрать. И меня снова бесцеремонно бросают на землю. Я едва успела убрать бритву от лица, чтобы не врезаться в нее с размаху. Ладонь снова закровила, большой палец пронзила резкая боль. Я скрипнула зубами, чтобы не заорать в голос.
Ну правда, достали швыряться дамами!
– Она там? – с трудом сдерживая нетерпение, уточнил знакомый голос.
Слишком знакомый.
Век бы его не слышать.
– Конечно, мистер Манкорн. – заискивающе затараторил один из похитителей. – Все, как договаривались…
– Разворачивайте! – приказал папенька, не дослушав.
И почему мне это сразу в голову не пришло?
Кто еще мог потратить бешеные суммы, найти подходящую по типажу талантливую воровку, готовую рискнуть жизнью и влезть в Центральный Имперский банк, лишь бы меня подставить?
Только старый, выживший из ума дракон, по недоразумению являющийся моим отцом.
Я про него и думать забыла…
Вру, конечно.
Периодически вспоминала, прикидывала, как бы блудного папашу разыскать, чтобы узнать подробнее, почему так вышло? Бросил мою мать и обрек меня на тяготы жизни в нищете и унижении, а ведь если верить официальным данным – Руф позволил мне одним глазком заглянуть в архив – уже более ста лет мистер Манкорн считается одним из богатейших и влиятельнейших существ Девяти миров.
Теневой их стороны, разумеется.
В общем, ему ничего бы не стоило превратить мою жизнь в сказку. При этом необязательно было бы перетягивать на сторону порока – дать денег на достойное существование и образование, и дело с концом.
Но поговорка про яблоню и ее яблочки как раз создана про нас. Я понятия не имела, кто мой отец, когда подрезала первый кошелек. Наследственность дурная подсказала, не иначе.
Матушки на тот момент уже несколько лет как не было на свете – скорее всего, потому что выросла я в приюте, понятия не имея о том, кто мои родители. Соответственно, запретить кривую дорожку и наставить на путь истинный меня было некому. Дальше пошло по накатанной, тем более у меня обнаружился настоящий талант.
А после и дар открылся. Вообще золотая жила и редкость для таких, как я.
Маги свою кровь берегут. Учитывая расценки на их услуги, они не бедствуют по определению.
Но раз попробовав легкие деньги, остановиться сложно. Зачем вкалывать и учиться, получать профессию, если можно иметь все и разом?
Если же вдруг захочется стать, скажем, певицей или невестой богача – никто не запрещает притвориться ею на сутки. Поиметь выгоду с магазинов и подделанных карт, отдохнуть за их счет в элитном спа, а после раствориться в тумане.
Не запрещает никто кроме закона, конечно же.
И моего ловца.
На самом деле Руф никогда не пробовал мне что-то запрещать. Быстро понял, еще при знакомстве, что дело это бесперспективное. Но мозги у меня свои имелись, и они мне подсказывали, что прямого обмана и манипуляций мой мужчина не простит. Если я хочу этих отношений – весьма странных, если смотреть со стороны, то придется поступиться некоторыми излишествами.
Потому я готова была расстаться с преступным прошлым, поставить крест на нелегальных заработках и полностью перейти на сторону добра.
Как видно, не судьба.
Брезент встряхнули, вывалив меня на мягкий ковер, как перезрелую гусеницу. Я приземлилась лицом вниз, снова, и едва удержала ставшее скользким от крови лезвие.
Пожалуй, зря я его вообще достала. Сейчас обыщут, найдут и пристрелят как несущую угрозу всемогущему королю преступности.
– Девочка моя… жива? – выдохнул отец над самым моим ухом и тут же без перехода рявкнул так, что я вздрогнула: – Почему здесь кровь?
– А мы ничего… она сама! Наверное, – проблеяли похитители.
Они жались к стене, пробираясь боком к выходу, и не чаяли уйти живыми. Легкая работенка – поймать и доставить девицу – обернулась нешуточной проблемой. Никому не нужная баба оказалась дочерью босса. Их что, не предупредили, за кем отправляют?
«Может, и нет», – сообразила я. Сказали бы заранее – могли бы кому перепродать из конкурентов. Это не светлая сторона, тут сожрут и не подавятся. Кого угодно.
Даже дракона.
Тонкие, чувствительные как у музыканта пальцы нащупали мою шею сквозь мешок в поисках пульса.
С трудом разлепив губы, я пробормотала:
– Жива я. Руку порезала. Сама.
– Зачем? А-а-а… – понимающе протянул папенька, перекатив меня на спину и оценив композицию. – Надеялась выбраться? Похвально. Потерпи минутку.
Плотная ткань распахнулась, являя незнакомое лицо. Встреть я его на улице, не признала бы. В нашу прошлую встречу это был темноволосый мужчина лет сорока, сейчас же он выглядел куда старше. Виски посеребрила седина, под глазами залегли складки. Будь я наивнее, решила бы, что повлияли почти два года разлуки. Но поскольку и сама неплохо умела маскироваться, отметила и нарочитую желтоватость сухой кожи, и пятнышки, создававшие иллюзию старческой пигментации. Мне приходилось перевоплощаться в старух. Дело хлопотное, но при наличии качественного материала вполне реализуемое.
Уж чем-чем, а качеством мистер Манкорн не пренебрегал. Что халат, что домашний костюм, поверх которого тот был небрежно накинут, сшиты на заказ у одного из лучших портных Кристагара.
Логическая цепочка построилась быстро. Как один из лучших ловцов, Руф в деньгах стеснен не был и частенько шил одежду по меркам. В частности, униформу.
Получается, старый дракон за нами следил. Не просто следил, а втерся в ближний круг, а мы ни сном ни духом.
Первое, что я спросила, когда ослабло действие артефакта пут и мне не нужно было больше бороться за каждый вздох:
– Зачем?
– Пообщаться хотел! – развел руками папенька, устраиваясь в удобном кресле у камина.
Посылку с дочерью доставили прямо в гостиную, на пушистый ковер ручной работы, ныне заляпанный моей кровью и иными малоприятными веществами с мешка, в который я была завернута. Не хочу и представлять, какими.
Я поднялась, отряхнулась, проверила сохранность кофра и с достоинством устроилась в соседнем кресле. Однако предложенную чашечку кофе принимать не спешила.
– Вот и позвал бы нормально. Письмом или позвонил бы. Или в дверях столкнулся случайно, – намекнула я на его осведомленность и тайное присутствие поблизости. – Шоу зачем было устраивать?
– Ты могла не согласиться. Черный, тройной обжарки, с Аланьеды. Клянусь, ничего лишнего кроме сахара.
Тут уж я устоять не могла. Кофе с Аланьеды – одного из непризнанных содружеством техномиров – стоило столько, сколько Руфу и не снилось заработать за год. Контрабанда как пить дать.
Когда еще такая возможность представится?
Я отпила глоток, посмаковала маслянистые, горьковатые нотки, скатывающиеся по языку и превращающиеся в огненную лаву ближе к гортани. Довольно улыбнулась.
– А подставил зачем? Чтобы вернуться не могла?
– Ой, чистая формальность! – отмахнулся папенька. – Мне одна девочка должна была, она просто от восторга пищала, какая ей честь выпала. Как только мы с тобой закончим небольшое дельце, в полицию придет полная версия видеозаписи, где четко видно, что это не ты.
– Они не поверят, – скептически фыркнула я. – Все-таки я неплохой специалист и перевоплощаться умею.
– Им будет выгоднее поверить, – твердо заявил мистер Манкорн.
Похоже, на верхушку полицейского управления у него тоже выходы есть. Этим объясняется и то, что ловцов на вечеринку не позвали. Думаю, и не позовут. Они ж расследовать начнут, копать. Отчетность портить. А так надо – завели дело, не надо – закрыли.
Красота и благодать.
Теперь мне вдвойне тревожно за Руфа. Что там с ним сделали?
– Не будет ничего твоему мальчишке, – будто прочитав мои мысли, хмыкнул драконище. – Допросят и отпустят. Возможно, от работы отстранят, и то не факт. Улик особых против тебя нет, одни подозрения, а их к анкете не пришьешь.
Ароматный напиток настроил меня на благодушный лад. Понятно, что меня выманили из столицы, как вспугнутого кролика из норы. Повелась не только я, но и Айзенхарт: слишком уж масштабно действовал мистер Манкорн. Не мелочился. Поднял на уши власти, прессу, раздул до вселенского заговора, чтобы убрать меня захотели не только служители закона, но и вообще все клиенты банка, то есть элита Кристагара. Пока не придет опровержение, я не посмею сунуться обратно.
В связи с этим оставался лишь один, самый главный вопрос:
– И что за дельце ты затеял?
Глава 5
– Нет, нет, и еще раз нет! – решительно заявила я.
И намазала очередной скон* маслом, предварительно разломав пропеченное изюмное нутро пополам.
Проголодалась во время похищения, да и сил на восстановление ушло немало. На мне все заживает быстро, но не без усилий.
– Милая, ты не дослушала, – терпеливо возразил отец. – Риск для тебя минимален. Мир довольно отсталый, в плане магии так и вовсе почти не развит, шарлатаны и гадалки не в счет. Даже если все пойдет не по плану и тебя вдруг поймают, освободишься через минуту.
– А вдруг засада? – возразила я возмущенно. – Сам говоришь – уникальная выставка артефактов! Наверняка там лучшие наемники Девяти миров соберутся!
– Повторюсь, большинство и не подозревает об истинной ценности и предназначении предметов. Для них это просто безделушки. Древние, красивые, но в общем-то бесполезные.
Дракон вздохнул и откинулся на спинку кресла, не забывая с умилением поглядывать, как я уминаю выпечку.
Тоже мне добрая бабушка, лучше бы мяса предложил!
– Когда-то обитатели Руненфельда беспрепятственно путешествовали между вселенными. Входили в содружество Девяти миров (тогда Двенадцати) и славились дивными сложными артефактами. На том и погорели. Что-то замкнуло, где-то коротнуло, и магия пошла на убыль. Не сразу, но за несколько поколений почти исчезла. А вместе с ней и одаренные. Естественный отбор, что поделать.
Я помрачнела. Приходилось мне бывать в подобных местах. Магу там тяжело. Без поступления энергии извне собственный резерв быстро истощается. Приходится экономить на самых базовых заклинаниях, используя силу лишь в крайнем случае.
Вряд ли освободиться будет так легко, как говорит папенька. Миры, по какой-то причине отказавшиеся от магического пути развития, усиленно прокачивают технику. И не иначе как по наитию частенько создают такие жуткие способы убийства себе подобных, что некроманты нервно курят в сторонке. Те же автоматы или лазеры, или нейтронные бомбы… Кошмар же.
– И зачем нам в мир без магии? Старье наверняка уже все поломанное, разрядившееся и не работает толком.
– О, ты просто не слышала об артефактах древнего Руненфельда! – Глаза папеньки маниакально загорелись. – Те, что созданы перед самым крахом, потрясающей эффективности и долговечности. Всего-то надо их подпитать немного, и будут как новенькие!
– Ничего опасного, вредоносного и мерзкого, – тут же постановила я.
Мистер Манкорн согласно отмахнулся.
– И в мыслях не было! Я честный бизнесмен. Мне нужен всего один-единственный медальон. Его создавали для моего дальнего предка с целью усиления ипостаси. Можно сказать, в единоличное пользование драконов. Для кого-то иной расы он совершенно бесполезен.
Слухи о том, что глава преступности всех Девяти миров – дракон, ходили. Но чтобы он вот так в открытую это признавал? Либо меня приняли в ближний круг самых доверенных лиц, либо я приговорена и после этого дела кану в небытие тихо и незаметно.
Впрочем, зная методы мистера Манкорна, одно другому не мешает.
