Роджер Желязны "Подменыш. Дикая магия"

Доносившийся сзади шум решил не бросать его одного: очевидно, тварь умела передвигаться гораздо быстрее, чем показалось поначалу.

Марк несся между утесами, стараясь держать источник звука примерно сзади, а строение – примерно спереди. Там хотя бы есть куда спрятаться, куда залезть, – все лучше для защиты, чем этот открытый на все стороны каменный лабиринт.

Обогнув громадный булыжник, он резко остановился и едва успел выдернуть из ножен меч: еще одна тварь, и тоже верховая, не то ждала его, не то просто по случаю искала, и оказалась в самом подходящем месте. Так или иначе, она дыбилась всего в паре футов от него – и копье уже летело вниз!

Он парировал, отбил древко вбок и широким обратным движением рубанул качающееся над головой чудище. Оно издало колокольный звон и обрушилось вперед. Марк увернулся (лодыжка болела немилосердно) и почти наугад нанес колющий удар вверх, в область кособокого наездника. Послышался крик; лезвие на что-то наткнулось и куда-то вошло. Он вытащил его, развернулся и побежал.

Теперь сзади было тихо; он оглянулся, не сбавляя хода: лишившийся всадника скакун скучающе тыркался среди скал. Марк уже собрался облегченно вздохнуть – даже рот раскрыл, – но тут мир под ним куда-то провалился. Некоторое время – впрочем, весьма недолгое – он неотвратимо падал сквозь тьму, после чего приземлился плечом на очень твердую поверхность.

Меч выпал из руки, залязгал, но ему повезло сразу же нашарить его и схватить. Затем вверху что-то грохнуло, как захлопнулось, и на голову посыпались пыль, мелкий щебень и куски земли.

А дальше вспыхнул свет, и он не видел уже ничего.

Когда глаза немного привыкли к яркости, диспозиция, увы, яснее не стала.

Кажется, стол… Да, его трудно не узнать – и стулья. Но свет-то откуда идет? И что это за большая серая штука со стеклянным прямоугольником посередине? И вот эти крохотные огоньки?

Кругом ничего не двигалось – только пыль заканчивала оседать, снова устраиваясь на покой.

– Привет? – зачем-то прошептал он.

– Ага, привет-привет! – ответил громкий голос. – Гм, привет?

– Ты где? – Марк медленно повернулся вокруг своей оси, но так никого и не нашел.

– Здесь, с тобой, – ответили ему.

Изъяснялись вроде как по-старинному, на манер северян.

– Я тебя не вижу. Ты кто?

– Ну и странно же ты говоришь! Иностранец, что ли? Я – обучающая машина. Библиотечный компьютер.

– Возможно, у меня речь необычно звучит и строится, потому что времени много прошло, – ответил Марк во внезапной вспышке озарения насчет возраста и… назначения своего необычного собеседника. – Ты можешь внести поправки и приспособиться к этому? Я даже простейшие твои слова с трудом понимаю.

– Да. Говори еще. Мне нужен образец побольше. Расскажи мне пока о себе и о том, что хочешь узнать.

Марк расплылся в улыбке и опустил меч. Дохромав до ближайшего стула, он рухнул на него и попытался растереть плечо.

– Расскажу, – пообещал он, переведя дух. – Но сначала объясни мне, откуда здесь свет идет.

Прямо перед ним загорелся экран: под толстым слоем пыли виднелась схема проводки.

– Ты вот про это спрашивал? – осведомился голос.

– Возможно. Я не уверен.

– Ты знаешь, что это такое?

– Пока нет, – ответил Марк. – Но узнаю. Если ты меня научишь.

– У меня есть ресурсы обеспечить твое благополучие и жизнеспособность на все время пребывания здесь. Я буду тебя учить.

– Кажется, я провалился ровно туда, куда так хотел попасть, – пробормотал Марк себе под нос и добавил уже громко: – Давай так: я расскажу тебе о себе, а ты начнешь прямо с источников питания.

Глава пятая

Дэниэл Чейн – студент университета, готовящийся к диплому по медиевистике; тонкий, но крепкий после двух лет бокса и фехтования и не слишком счастливый по жизни, потому что отец на него постоянно давит (чтобы он бросил уже наконец свою глупейшую специализацию по лингвистике и истории и пошел, как нормальный человек, в бизнес), сидел на высоком табурете и думал обо всем вышеперечисленном и о многих других вещах сразу, так как находился в состоянии полууправляемой грезы, охватывавшем его всякий раз, как он начинал играть.

В клубе было почти темно и накурено. Перед Дэном выступала Бетти Льюис: она исполняла слезоточивые баллады и блюзы под аккомпанемент механического фортепьяно на перфолентах и экстремально глубокого декольте и на поклоне всегда срывала овации.

Сейчас была его очередь заполнять салон звуками. Дэн приходил в субботние вечера и вдобавок через пятницу, играл инструменталы и пел вокальные номера. Публике, судя по всему, нравилось и то и другое.

Но сейчас у него было определенно невокальное настроение.

Стояла как раз «попеременная пятница», и народу в баре было исчезающе мало. Все же он распознал в полумраке за столиками несколько знакомых лиц – и некоторые даже кивали в ритм.

Клубы дыма поднимались к потолочным лампам, и Дэн ваял из них замки, горные хребты, лесные чащи и разных экзотических тварей. Отметина на запястье слегка пульсировала. Просто поразительно, как мало народу в таких местах вообще смотрит вверх, – чтобы хоть случайно заметить порхающие у них над головами рожденные музыкой фантазмы. А те, кто и правда смотрит, наверняка уже обдолбались и воспринимают их как нормальную часть вечерней программы.

Импровизируя, Дэн двинул армию через горный кряж. Потом атаковал ее драконами и разнес в пух и прах. Войска кинулись врассыпную. Он улыбнулся и прибавил темп.

Примерно в это время некий гулящий локоть сшиб со стола кружку с пивом. Послушный гитаре, сосуд притормозил в воздухе, выровнялся и удержал большую часть напитка в границах приличий. Более того, в паре дюймов над полом он совсем остановился и преодолел остаток дистанции легко и плавно, как пушинка. Когда владелец кружки обнаружил ее там и вскрикнул от такого чуда, Дэн уже успел возвратиться в свой мир бескрайних пространств и высоких деревьев, снежных гор и чистых рек, гарцующих единорогов и пикирующих грифонов.

Джерри, бармен, прислал ему пинту. Дэн прервал мелодию, чтобы угоститься, а затем, совсем уже погрузившись в себя, начал другую, на которую положил стихотворение Эдвина Робинсона «Минивер Чиви».

Вскоре он уже и слова пел.

Где-то на середине он заметил, что физиономия у Джерри стала какая-то перепуганная – он даже сделал шаг назад от стойки. А человек прямо перед ним, наоборот, наклонился вперед, прямо-таки сгорбился над своим напитком и испытующе смотрел на него. Дэн отклонился на своем табурете назад, вывернул шею – и сумел разглядеть в руке у клиента небольшой пистолет, наполовину завернутый в носовой платок.

Предотвращать пальбу ему еще никогда не приходилось – интересно, получится ли? Конечно, можно сделать так, чтобы на курок просто не нажали.

Джерри между тем уже медленно поворачивался к кассе.

Пульс в правом запястье забился тяжелее, глубже. Дэн уставился на большую пинтовую кружку, которая покладисто заскользила по барной стойке. Потом перевел взгляд на пустой стул: тот начал аккуратно красться вперед. Любопытно, что некая часть его (Дэна) при этом ощущала себя важной частью и стула, и кружки.

Джерри прозвонил «БАР НА ПЕРЕРЫВЕ» и теперь пересчитывал купюры из кассы. Стул занял позицию непосредственно за сгорбленным стрелком и остановился в ожидании.

Дэн пел себе и пел: замки рушились, драконы парили, войска маршировали в белой дымке вокруг ламп.

Бармен повернулся обратно к клиенту и протянул ему пачку банкнот, которые стремительно исчезли в кармане куртки. Оружие теперь уже полностью спряталось в платке. Предприимчивый посетитель выпрямился и слез с табуретки, не спуская с жертвы ни глаз, ни прицела. Когда он сделал шаг назад и уже начал разворот, стул переступил чуть поточнее, нога мужчина запнулась об него, и ее обладатель полетел на пол, машинально раскинув руки, чтобы спастись от неминуемой гибели.

Дождавшись, когда он растянется на полу, кружка тоже вступила в игру: взмыв с прилавка, она устремилась в сторону лба и встретилась с ним, после чего гость остался простерт, покоен и недвижим. Пистолет, все так же скромно прячась в белом платочке, пролетел через весь пол и скрылся под сценой с гитаристом в углу.

Дэн закончил песню и выпил еще. Джерри уже был рядом с грабителем и извлекал у него из кармана свои деньги. В том конце зала успела собраться небольшая толпа народу.

– Вот это сейчас было странно, – сказали рядом.

Дэн обернулся.

Это оказалась Бетти Льюис, покинувшая свой обычный столик у стены (где она по обыкновению потягивала что-то, отдыхая после концерта) и подошедшая к нему.

– Что было странно?

– Я видела, как стул двигался сам по себе – ну, тот, об который он споткнулся.

– Наверняка его кто-нибудь толкнул.

– Нет.

Теперь Бетти в упор смотрела на него, а не на жанровую сценку на том конце комнаты.

– Все это было… весьма необычно, – сказала она. – Вот и кружка, опять же… Забавные вещи творятся, когда ты играешь. Обычно по мелочи. А иногда это вообще просто… ощущение.

Он улыбнулся.

– Это называется настроение. Я вообще-то великий артист.

Он пробежал пальцами арпеджио.

– Нет, я думаю, все дело в призраках, – рассмеялась она.

Он серьезно кивнул.

– Ага, это как у Чиви. Меня осаждают видения.

– Уже никто не слушает. – Бетти оглянулась по сторонам. – Пойдем, сядем.

– Ну, пошли.

Дэн прислонил гитару к табурету и, взяв пиво, пошел за ее стол.

– Ты много своего пишешь, да? – полюбопытствовала дама, усаживаясь.

– Ага.

– Мне нравится твоя музыка и твой голос. Мы могли бы сделать пару вещей вместе.

– Может, и могли бы, – он пожал плечами. – Если нет возражений против всяких странностей, которые, как ты говоришь, случаются.

– Странности я люблю. – Она протянула руку и потрогала его шевелюру. – Она же настоящая… вот эта прядь?

– Настоящая.

– Я сначала подумала, ты чудак какой-то.

– А сейчас окончательно убедилась?

Она снова захихикала.

– Вроде того. Мне кто-то говорил, ты еще в школе учишься – это правда?

– Учусь.

– А когда закончишь, будешь музыкой заниматься?

Он еще раз пожал плечами.

– Трудно сказать.

– Думаю, у тебя есть будущее. Записывал уже чего-нибудь?

– Не-а.

– А я записывала. Но как-то оно не пошло.

– Жаль это слышать.

– То ли не ко времени пришлось, то ли еще чего. Не знаю, в общем. Но с тобой я бы хотела попробовать… Может, выйдет хороший саунд. Если получится, я знаю одного парня…

– Ты имеешь в виду мой материал?

– Ну да.

Он согласно кивнул.

– Ладно. Когда тут закончится, можем пойти куда-нибудь и попробовать пару песен.

– Я тут живу недалеко. В пешей доступности.

– Ну и отлично.

Он отхлебнул пива и огляделся – как раз вовремя: гость на полу решил пошевелиться. С улицы донеслось завывание сирен. Кто-то спросил:

– Слушайте, а пистолет-то где??

– У меня такое странное чувство, когда я тебя слушаю… – поделилась Бетти. – Как будто у мира малость настройка поплыла.

– Может, и так.

– Как будто ты в нем дырочку проковырял, и на той стороне видно что-то еще… совсем другое.

– Вот если бы большую проковырять – такую, чтобы можно было пройти насквозь.

– Ты говоришь, совсем как мой бывший муж.