– Роан очень бы расстроился, если б узнал, что ты видишь его насквозь.
– Тогда лучше ему об этом не говорить, – снова улыбнулась Лара.
– Не будь у тебя необходимости следовать своей судьбе, ты стала бы превосходной леди Фиакра, – заметил Рендор. – Ты поистине удивительная женщина, и твой отъезд для нас огромная потеря.
– Пять лет я была вашей советницей. И я подарила Вартану детей. Не представляю, как бы я жила здесь без него. Но однажды я вернусь: здесь мой дом, здесь я хочу доживать свои дни, Рендор, сохрани Дальноземье для меня.
– Я постараюсь, – ответил он и поднялся на ноги. – А теперь мне пора. Путь домой будет посложнее того, каким я сюда прибыл, – усмехнулся он.
– Наверное, я могла бы вернуть вас всех и обратно, – задумчиво проговорила Лара.
Рендор засмеялся:
– Ты перепугаешь моих людей своей магией. Нет, мы поедем верхом. – Он взял ее руку и приложил к своему сердцу, потом отнял и поцеловал. – До свидания, Лара. Мы с Рахиль с нетерпением будем ждать твоего приезда осенью.
– Я предупрежу вас, когда соберусь приехать, – пообещала она и вышла его проводить.
Лара попрощалась с лордами и другими представителями кланов и произнесла слова благодарности за ту честь, что они оказали Вартану, приехав проводить его в последний путь. Раскланиваясь с каждой группой людей, она повторяла одни и те же слова:
– Я ценю уважение, которое вы оказали моему мужу, провожая его в Небесную канцелярию.
Лара смотрела, как кланы уезжают один за другим. И наконец Камдин снова стал прежним – таким, каким бывал всегда ранним летним утром. Улицы опустели и затихли. Мужчины ушли работать в поле и пасти скот. Женщины вернулись к своим детям, домашним делам и садовым работам.
Лара зашла в дом и обнаружила, что там ее ждет Бера.
– Нам надо поговорить, – ровно произнесла свекровь. Но Лара видела, что ее спокойствие дается ей с трудом.
– Проходите, садитесь, – пригласила она пожилую женщину. – Вы что-нибудь ели? – Она подвела Беру к высокому столу и жестом приказала слуге принести пищу.
– Мне сейчас вся еда кажется похожей на опилки, – проговорила Бера.
– Я знаю, – сказала Лара и налила ей вина.
Бера медленно выпила и поставила кубок на стол.
– Что же будет дальше, Лара? – жалобно спросила она. – Ты была женой Вартана. И теперь тебе придется принимать все решения вместо него.
– Я считаю, очень хорошо, что здесь будет жить Лиам, ведь этот дом столько лет был главным в Камдине. Я знаю, что и отец Вартана, и он сам жили именно в этом доме, – начала объяснять Лара. – И поскольку сейчас нашему народу гораздо чаще придется иметь дело с Хетаром, очень важно, чтобы у лорда клана был хороший дом. И если говорить честно, Лиаму и Носс просто необходим дом побольше – они будут растить четверых детей.
– Четверых? – Бера выглядела озадаченной. – Я думала, у них только один ребенок и скоро родится второй.
– Лиам и Носс берут на воспитание Диллона и Ануш, – пояснила Лара. – И я не могу допустить, чтобы они жили в одном доме с сыном Адона. Мне очень жаль, Бера. Именно по этой причине моих детей сейчас здесь нет, они остались у Носс. А вы с Кэмом переедете в дом Лиама. Вы мать Вартана, вам будут оказывать всяческое уважение. Вы не будете ни в чем нуждаться. Но моим детям лучше держаться от Кэма подальше.
– Но ведь они его двоюродные брат и сестра, – возразила Бера.
– Кэм – сын Адона. А Адон убил их отца, – ответила Лара.
– А ты убила и Адона, и Элин, – напомнила ей Бера. – Ты безжалостно убила родителей Кэма. – Она посмотрела в глаза Ларе.
– Верно, я это сделала, и ни на йоту об этом не сожалею, – ответила та и посмотрела на Беру в ответ. – Кэм – сын своих родителей. В его жилах течет дурная кровь. Он никогда не избавится от этого проклятия.
– У тебя ледяное сердце феи, – злобно сказала Бера.
Лара улыбнулась и кивнула.
– Верно, – согласилась она, – но это лучше для моих детей. Будь у меня человеческое сердце, я бы не смогла сделать то, что должна была. Не тратьте зря время, Бера. Я не допущу, чтобы дети Вартана подвергались опасности из-за вашего сентиментального сердца. Будь моя воля, я бы отвезла отродье Адона на равнины и бросила там умирать. Так было бы лучше для всех. Но я отдаю Кэма вам на воспитание. Просто держите его подальше от Диллона и Ануш. – С этими словами Лара оставила свекровь и пошла искать Носс и Лиама, чтобы обсудить с ними переезд в дом Вартана.
Через несколько дней состоялся обмен домами. Невзирая на протесты Носс, Лара расположилась в малых покоях, где раньше жила Бера. И открыла, что ей значительно лучше спится в закрытом со всех сторон пространстве, чем на большом ложе, которое она раньше делила с мужем. И дети были рядом, в своих детских покоях. Бера ей и двух слов не сказала после последнего разговора, и Кэма Лара совсем не видела.
Медленно потянулись летние дни. Лара сбросила с себя обязанности жены лорда, как змея кожу. Теперь леди Фиакра стала Носс, и Лара с радостью ей помогала. Ей было приятно смотреть, как Носс привыкает к своим новым обязанностям. Лара почти все время проводила с детьми. Ануш как раз начала ходить и, казалось, ничего не боялась. Диллон прилип к Ларе как репейник, задавал миллион вопросов и устраивал разные проказы. Он веселил ее, как никто другой.
Однажды после обеда Лара устроилась с детьми под деревом на травяной лужайке. Ануш спала у Лары на коленях, а Диллон, прижавшись, требовал, чтобы мать рассказала какую-нибудь историю. Лара поняла, что пришло время рассказать ему о себе.
– Однажды, давным-давно, прекрасная фея очаровала красивого парня, фермерского сына из Центроземья. Она увела его в свой лесной домик, и они много дней любили друг друга. Через какое-то время она родила прекрасную девочку, которую очень полюбила. Но потом фее пришлось оставить и своего любимого, и дочку, которая была еще совсем крошкой, ей только исполнилось несколько месяцев. И она вернула их обоих из мира феи в обычный мир.
– Почему? – удивился Диллон.
– Потому что у феи были обязательства перед матерью и всей семьей, – объяснила Лара. – Ее любимый не смог бы жить в ее мире, а она не выжила бы в его. Иногда, сын, люди ставят семейные обязательства выше всего остального. Так поступила и та фея. – Она погладила Диллона по темным волосикам.
– Что было потом с сыном фермера и их дочкой? – спросил тот.
– Он забрал свою дочку и вернулся к родителям. Но, к несчастью, за время его отсутствия его отец умер, и главой семьи стал старший брат, который не хотел, чтобы в его доме жил этот ребенок. Он сказал, что кровь феи навлечет несчастье на всю семью.
– Ну и глупо, – презрительно заявил Диллон. – Всем известно, что феи приносят удачу. Мам, по-моему, этот фермер был дураком.
Лара усмехнулась.
– Я тоже так думаю, – сказала она.
– А что было дальше?
– Дориан, этот глупый фермер, приказал брату уходить и забрать с собой ребенка. Но этому воспротивилась их мать Ида. Она сказала, что, если Дориан прогонит своего брата с ребенком, она уйдет вместе с ними. Дориан не смягчился, и тогда Ида со своим младшим сыном и его малышкой переехала в город. Сын стал знаменитым солдатом, а Ида занялась воспитанием внучки. Но когда девочке было десять лет, ее бабушка умерла.
И ей пришлось вести хозяйство, пока отец не нашел себе новую жену, Сюзанну, дочь фермера из Центроземья. Они поженились, и Сюзанна подарила ему сына, которого они назвали Михаилом.
Но отец девочки хотел добиться лучшего положения. А добиться этого он мог, только получив звание Доблестного Рыцаря. Ему хотелось попасть на турнир, который проводили раз в три года, чтобы отобрать новых рыцарей, но у него не было на это средств. Но затем он вспомнил, что все же владеет одной ценностью – у него была прекрасная дочь, наполовину фея. Продав ее Гаю Просперо, главному торговцу, он мог выручить достаточно денег, чтобы купить отличного боевого коня, новое оружие и лучшие доспехи. Он знал, что у него хватит умения получить желаемое место, а став Доблестным Рыцарем, он бы смог переехать вместе с семьей в прекрасный Район садов, купить там красивый дом и рабов и дать отличное образование сыну. Но такую возможность он получал, только продав в рабство свою дочь. Другого способа не было, ведь он не имел средств даже ей на приданое. Вот он и продал свою дочь. Но она была счастлива помочь отцу. И когда он стал Доблестным Рыцарем, победив на турнире, она им очень гордилась.
– И что с ней было дальше? – нетерпеливо спросил Диллон.
– Ее снова продали, на этот раз лесным лордам. Но они оказались очень жестокими хозяевами, и она сбежала от них с помощью своего друга, гиганта Ога. Они с Огом добрались до пустыни принцев-теней, и у них она научилась искусству любви и сражения. Она стала отличной воительницей, унаследовав от отца способности воина. Через некоторое время принцы-тени отправили ее в Дальноземье, где она встретила прекрасного лорда одного клана. Она вышла за него замуж и родила прекрасных детей, мальчика и девочку.
– Мамочка! – воскликнул Диллон. – Это же ты про себя рассказываешь, да?
Лара засмеялась и взъерошила ему волосы.
– Ты очень умный мальчик, – сказала она. – Да, я и есть та самая фея.
– Расскажи про нее еще, – попросил он.
– В следующий раз, – пообещала Лара. – Хорошенько запоминай эту историю, Диллон. Когда я уеду, ты будешь рассказывать ее Ануш, чтобы она знала, кем была и есть ее мать.
В последующие дни она продолжила свой рассказ. Лара излагала историю, постепенно заполняя пробелы. Сначала она назвала сыну имя его дедушки – его звали Джон Быстрый Меч. Затем он узнал, что звание Доблестного Рыцаря можно получить, только если ты достойно выглядишь. В силу возраста Диллон отнесся к этому с презрением, ведь отец ему всегда говорил, что достоинство человека определяется его поступками и заслугами, а не внешним видом. Диллон заявил, что этот Хетар – странное место.
Лара рассказала сыну и о своем детстве. Как бабушка учила ее вести хозяйство и лечить раны, рассказывала, как надо торговаться и отличать хорошую ткань от плохой. У нее не было друзей-ровесников, они ее боялись. Она не помнила свою мать. Как позже она узнала, отец и бабушка запретили красавице фее видеться с дочерью. Но, оставляя дочь, мать надела ей на шею кулон-оберег, который дочь никогда не снимала. В кулоне этом жила Этне – дух, призванный охранять Лару.
Лара пояснила Диллону, что Гай Просперо позволил ей оставаться в отцовском доме до тех пор, пока отец не завоюет на турнире звание рыцаря. По настоянию пожилой соседки в последнюю ночь свободы Лара попросила отца рассказать, как он влюбился в ее мать и об обстоятельствах ее рождения.
Утром, после победы отца и посвящения его в Доблестные Рыцари, главный торговец забрал свою новую рабыню. Он хотел перепродать ее по хорошей цене в Дом удовольствий, но Старшая госпожа гильдии женщин для удовольствий этого не позволила.
– Почему? – спросил Диллон. – Они подумали, что ты недостаточно красивая?
– Они подумали, что я слишком красивая, – объяснила Лара. – Когда меня выставили на продажу для самых лучших покупателей, между ними сразу вспыхнули ссоры за право меня купить. И Старшая госпожа, чтобы восстановить мир, запретила Гаю Просперо продавать меня в городе. Поэтому меня отослали к караванщикам, чтобы они продали меня в Прибрежную провинцию.
Через несколько дней Лара продолжила свой рассказ. Мальчик узнал, что в конце концов ее купил глава лесных лордов со своим братом. А потом Ог раскрыл ей тайну лесных лордов. Оказывается, Мива, старая королева лесных фей, наложила на лесных лордов проклятие, которое не позволяло им продолжить род и получить наследника. А Лара из-за своего наследия феи не могла родить ребенка, не полюбив мужчину всем сердцем. И поскольку она не любила главного лесного лорда, они с Огом придумали план побега.
– А моего отца ты полюбила всем сердцем, – заметил Диллон.
– Верно, полюбила, – ответила Лара.
Ее изумляло, как много понимает ее маленький сынишка. Она видела понимание в его глазах, и с каждым днем ее рассказ обрастал все большими подробностями. Лара рассказала, как они с Огом сбежали из леса и добрались до пустыни принцев-теней. Как принц Калиг сделал ее своей возлюбленной, но, зная, что ее судьба состоит не только в этом, научил ее не только любить, но и сражаться. Калиг догадался, что ее мать – это Илона, наследница старой королевы лесных фей. Он помог ей встретиться с матерью и бабушкой, и Лара узнала, почему мать ее оставила – она была нужна Миве. И у Илоны не было другого выбора, кроме как вернуться в королевство фей.
Порой к Ларе и Диллону присоединялась и сама Илона, и, сидя с ними под деревом, она дополняла рассказ Лары. Иногда она приходила с Сирило, единоутробным братом Лары, который был лишь на год старше своего племянника. Женщины сидели и смотрели, как мальчики играют на лугу, и за ними хвостиком бегает Ануш.
– Они очень подружились, – однажды заметила Лара, обращаясь к матери. – Когда я только начала рассказывать свою историю, Диллон заявил, что жители Хетара глупы, потому что думают, что феи приносят несчастье. Он сказал, что феи, наоборот, приносят удачу.
Илона рассмеялась:
– Значит, мой внук считает, что в нас есть только добро? Что ж, почему бы и нет. Со временем он поймет, что и у фей есть по крайней мере две стороны, как и у смертных. – Илона посерьезнела. – Сколько еще ты здесь пробудешь? – спросила она.
– Пару-тройку недель, – ответила Лара. – Носс скоро родит, и я хочу быть рядом, чтобы помочь ей на первых порах.
– У нее разве нет слуг? – поинтересовалась Илона.
– Конечно есть, но подруга гораздо лучше служанки. Кроме того, это позволит мне еще побыть с детьми. Я даже не знаю, увижу ли я их еще когда-нибудь после своего отъезда. Мне уже сейчас больно при мысли, что мы расстанемся. – Лара тяжело вздохнула.
– Ну, твои дети, по крайней мере, будут знать, что ты их любишь и не хотела уезжать от них, – горько проговорила Илона. – А мне пришлось тебя оставить и подчиниться диктату мира фей. Твоя бабушка-смертная была жестокой женщиной. Она ревновала, не желая, чтобы я хоть как-то на тебя влияла.
– Бабушка не знала, что у меня есть судьба. Она готовила меня к жизни в мире смертных, поскольку сама иного не знала. Она по-своему любила меня, но, как и ты, я жалею, что мы столько лет были врозь. Сейчас мы есть друг у друга, и я этому очень рада. – Лара помогла матери встать и поцеловала ее. – Я очень люблю тебя.
– Ты унаследовала мастерство, присущее смертным: взять кусочек зла и обратить его в кусочек добра, – чуть улыбнулась Илона. – Наверное, они тоже владеют какой-то своей магией. – Она прижалась губами к руке Лары. – Ни одна мать не пожелает лучшей дочери.
Носс родила рано утром в один из последних дней лета. Мальчик родился здоровым и громким ревом заявил о своем присутствии. Его головку украшала целая шапка рыжих, как у Лиама, волос. Его назвали Элроем. Носс чуть не потеряла сознание, увидев, какой он большой, а роды были очень быстрыми. Элрой родился настоящим богатырем с потрясающим аппетитом, что доказал, когда спустя несколько часов его приложили к материнской груди. Его маленькие ручки с толстенькими пальчиками стискивали грудь Носс, нетерпеливо требуя пищи. Очарованная Носс прямо-таки преисполнилась гордости.
Всех детей в семье привели посмотреть на новорожденного.
– У него волосы, как у па, – заметил Чарлах.
– Большой, – мудро заметила Ануш.
– Он будет великим воином, – сказал Диллон.
Все с любопытством посмотрели на него.
– Я вижу это, – добавил мальчик. – Ничего не могу с этим поделать. Я просто вижу.
– Полезное умение, – улыбнулась Лара.
– Это в нем говорит кровь феи, – проговорила Эста, мать Лиама.
– Именно так! – подтвердила Лара. – Правда, замечательно? Я уже рассказала об этом матери. Она проследит, чтобы он научился пользоваться своим даром. Мой сын станет ценным пополнением клана.
– Безусловно, – согласился Лиам. – Но ему нельзя взрослеть слишком быстро, иначе его дар пострадает.
Лара с благодарностью посмотрела на него. Теперь она точно знала, что с Лиамом ее дети будут в безопасности.
Дни становились все короче. Лара понимала, что уже не может больше задерживаться. Каждую ночь, лежа в постели, она слышала голос своего оберега, убеждавшего ее отправляться в путь. День проходил за днем, и она поняла, что легче уже не станет. Приближалось Собирание дальноземских кланов, а она ведь пообещала себе, что к этому времени ее уже не будет в Дальноземье. Носс уже оправилась после родов и сама теперь занималась домашними делами, привязав к себе новорожденного сына. Очарованная Ануш ходила за ней по пятам. Ларе теперь казалось, что она стала лишней в доме, который совсем недавно принадлежал им с Вартаном.
– Ты уезжаешь, да? – спросил Диллон однажды вечером, когда Лара укладывала его спать.
– Когда ты завтра проснешься, меня уже не будет, – услышала она свой собственный голос. – Не забывай меня, не забывай, как сильно я тебя люблю. И не позволяй Ануш меня забыть. Или засомневаться, что я люблю и ее тоже. Я уезжаю, потому что так велит мне моя судьба. Ты меня понимаешь?
– И да и нет, мамочка, – ответил мальчик.
Она кивнула.
– Я бы тоже хотела, чтобы все было иначе, сынок. Я думала, что к этому моменту с нами еще будет твой отец. Но у меня нет выбора, я должна уехать.
– Мы еще когда-нибудь тебя увидим?
– Конечно, – заверила она. – Только я не знаю когда.
– Не забывай нас, мамочка, – попросил Диллон.
– Никогда! – поклялась Лара. – Ты мой сын, в твоих жилах течет моя кровь.
Диллон потянулся и коснулся ее щеки маленькими пальчиками.
– Ты вернешься, и это будет еще до того, как мы вырастем, – уверенно произнес он и закрыл глаза. Лара сидела с ним, пока его ровное дыхание не подсказало, что он заснул.
Она встала и подошла к люльке, где спала дочка. Ануш унаследовала ее изящество, но цветом кожи, как и старший брат, пошла в Вартана. «Однажды она превратится в красавицу», – подумала Лара. Она нагнулась, поцеловала дочь в нежный лобик и вышла из комнаты. Затем отправилась в главный дом, где теперь жили Лиам и Носс.
– Мне пора уезжать, – сообщила она.
– Подожди до утра, – стала упрашивать ее Носс.
– Если я сейчас не уеду, то, наверное, не уеду вовсе, – сказала Лара. – Даграс теперь принадлежит моему сыну. Я уже говорила с ним. Научи Диллона на нем ездить, и как можно скорее, – попросила она Лиама. – И помни свое обещание. Роан не должен получить Даграса, что бы он ни сулил за него.
– А ты сможешь как-нибудь с нами общаться? – спросил Лиам.
