Перейти к содержанию

Хиты Буктока. Ана Хуан. Комплект из 4 книг — книга серии «Cupcake. Бестселлеры Буктока. Ана Хуан»

Автор:

4,8 10+ оценок читателей Рунета
Категория
Современные любовные романы
Год издания
Издательство
Эксмо
ISBN
978-5-04-221444-8
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ [i]Разрушительная любовь[/i] Иногда разрушительная любовь приходит не для того, чтобы разбить сердце, а для того, чтобы собрать его по кусочкам. «Разрушительная любовь» — первая книга цикла Аны Хуан TWISTED. Цикл рассказывает о четырех очень разных подругах, каждая из которых обретает любовь. Одна книга — одна история любви. Идеально для любителей романов Моны Кастен, Эрин Уатт и Л. Дж. Шэн. Алекс Волков — гений-программист, который заработал свой первый миллион еще в школе. Жестокий и беспринципный, в его жизни нет места для любви. Ава Чен — нежный цветок, но ее не смогла сломить трагедия в прошлом. Они совершенно не подходят друг другу. ИМ ПРОСТО ОПАСНО БЫТЬ ВМЕСТЕ. Но когда Алекс видит Аву в объятиях другого парня, он становится тотально одержим ею. И Аве кажется, что только она может спасти его от самого себя. «Идеально для любителей тропов «лучший друг ее брата» и «ненавидит всех, кроме нее». Очень страстный роман, в котором есть химия, юмор и оригинальный сюжет. Обещаю, главный герой покорит вас своим остроумием, а автор — неповторимым слогом». — Арина maradyer.book, книжный блогер [i]Разрушительная игра[/i] Это не разрушительная любовь. Это разрушительная игра, в которой на кону стоит любовь. «Разрушительная игра» – вторая книга цикла Аны Хуан TWISTED. Цикл рассказывает о четырех очень разных подругах, каждая из которых обретает любовь. Одна книга – одна история любви. Идеально для любителей романов Моны Кастен, Эрин Уатт и Л. Дж. Шэн. В жилах Бриджит фон Ашеберг течет королевская кровь. Она всегда мечтала жить обычной жизнью, но когда ее брат отрекается от престола, Бриджит оказывается на троне. Рис Ларсен – ее телохранитель, мужчина, которому принадлежит ее сердце, но которого она не имеет права любить. Рис всегда придерживался двух правил: любой ценой защищать клиентов и никогда не поддаваться чувствам. Пока не встретил Бриджит… Ее внутренний огонь раскалил Риса до предела и превратил его принципы в пепел. «Восхитительная и очень горячая история, которая заставила меня кричать от восторга. Семейные секреты, будни королевской семьи и отличный пример построения гармоничных отношений. Идеальное средство от хандры». – Кристина Куликова (kkulikovabook), книжный блогер. [i]Разрушительная ненависть[/i] Молодой врач Джош Чен может очаровать любую девушку, но не Джулс Эмброуз. С тех пор как они встретились, эта рыжеволосая красотка не выходит у него из головы. Джулс – бывшая тусовщица, которую теперь заботит только успешная сдача экзамена на адвоката. У нее есть причины ненавидеть Джоша-сердцееда, но чем больше Джулс узнает его, тем больше понимает: влюбиться можно и ненавидя. [i]Разрушительная ложь[/i] Кристиан Харпер не знает, что такое любовь. Но в девушке, живущей этажом ниже, есть нечто особенное, что разжигает его страсть. И когда представляется возможность, Кристиан нарушает свои правила и делает соседке предложение, от которого она не может отказаться... Несмотря на свою популярность в интернете, Стелла Алонсо — девушка скромная. Тени прошлого вынуждают ее обратиться за помощью к самому опасному мужчине, которого она когда-либо встречала. При всей своей холодности Кристиан разжигает огонь в ее сердце и позволяет испытать все, о чем она мечтала...

Читать «Хиты Буктока. Ана Хуан. Комплект из 4 книг» — Ана Хуан онлайн

Страница 3 из 5

– Я бы не стал просить – знаю, у тебя куча дел, – но несколько недель назад она порвала с парнем, и теперь он ее преследует. Я всегда говорил, что он говнюк, но она не слушала. В общем, не мог бы ты за ней присмотреть – просто убедиться, что ее не убьют и не похитят? Я буду крайне признателен.

– Ты уже должен быть признателен за все те разы, когда я спасал твою задницу, – сухо сказал я.

– Ты получал от этого удовольствие. Иногда ты слишком напряженный, – Джош широко улыбнулся. – Так это «да»?

Я снова бросил взгляд на Аву. Рассмотрел ее. Ей было двадцать два, на четыре года меньше, чем Джошу и мне, и она умудрялась выглядеть одновременно моложе и старше своих лет. Дело было в манере держаться: словно она видела все – хорошее, плохое и самое ужасное – и по-прежнему верила в добро.

Сколь тупо, столь же достойно восхищения.

Видимо, она почувствовала мое внимание, потому что прервала разговор и посмотрела прямо на меня. Ее щеки порозовели от моего твердого взгляда. Она переоделась из футболки и джинсов в струящееся сиреневое платье.

Жаль. Платье красивое, но мне вспомнилась наша поездка на машине, когда влажная футболка прилипла к ней, словно вторая кожа, и ее соски торчали из-под декадентского красного кружева бюстгальтера. Я не врал, когда сказал, что она не мой типаж, но зрелищем насладился. Представил, как подниму футболку, сорву зубами бюстгальтер и обхвачу губами сладкие затвердевшие вершины…

Я резко вырвал себя из этой чарующей фантазии. Что за хрень со мной творится? Это сестра Джоша. Невинная, с наивным взглядом и такая милая, что аж тошно. Полная противоположность утонченных, пресыщенных женщин, которых я предпочитал в постели и вне ее. Из-за их чувств мне волноваться не приходилось, им хватало ума не привязываться. Ава же целиком состояла из чувств, с небольшим добавлением дерзости.

На моих губах появился намек на улыбку, когда я вспомнил ее прощальный выпад. Надеюсь, проглоченный тобой кол заденет жизненно важный орган.

Я слышал в свой адрес и куда более страшные слова, но от нее такой агрессии не ожидал. Не припомню, чтобы она вообще говорила кому-то или о ком-то дурные вещи. Я даже получил изощренное удовольствие от того факта, что смог так ее задеть.

– Алекс, – допытывался Джош.

– Не знаю, приятель, – я оторвал взгляд от Авы в сиреневом платье. – Нянька из меня никудышная.

– К счастью, она не ребенок. Слушай, я понимаю, это серьезная просьба, но понимаешь, только с тобой я могу быть уверен, что ты не…

– Не оттрахаю ее?

– Боже, приятель, – Джош будто лимон проглотил. – Не используй это слово по отношению к моей сестре. Это отвратительно. Но да. В смысле, мы оба знаем: она не в твоем вкусе, и даже если бы было иначе, ты бы никогда не стал.

Меня кольнуло чувство вины, когда я вспомнил свои недавние непристойные мысли. Пора звонить кому-нибудь из моего списка, раз я уже начал фантазировать об Аве Чен.

– Дело не только в этом, – продолжил Джош. – Помимо семьи ты единственный человек, которому я доверяю, и точка. И ты знаешь, как я беспокоюсь об Аве, особенно учитывая эту историю с ее бывшим, – он помрачнел. – Клянусь, если я увижу этого ублюдка…

Я вздохнул.

– Я о ней позабочусь. Не беспокойся.

Я пожалею. Я это прекрасно понимал, но все же жертвовал собственной жизнью, во всяком случае на ближайший год. Я редко давал обещания, но если давал, то всегда держал. Чего бы мне это ни стоило. А значит, раз я пообещал Джошу присмотреть за Авой, я за ней присмотрю, и речь не о короткой переписке пару раз в месяц.

Теперь она под моей защитой.

Знакомое, жуткое чувство неизбежности сдавливало горло все сильнее и сильнее, пока не иссяк кислород и перед моими глазами не заплясали маленькие огоньки.

Кровь. Повсюду. На моей одежде. На ее любимом кремовом ковре – она привезла его из последней поездки по Европе.

Меня охватило безумное желание отскрести ковер, выдрать частички крови из мягких шерстяных волокон, одну за другой.

Я мог лишь стоять и пялиться на гротескную сцену в моей гостиной – меньше получаса назад эту комнату переполняли тепло, смех и любовь. Теперь она стала холодной и безжизненной, как три тела у моих ног.

Я моргнул, и все исчезло – огни, воспоминания, хватка на горле.

Но они вернутся. Как всегда.

– Ты лучше всех, – заявил Джош, и его улыбка вернулась, когда я согласился исполнить роль, не имевшую ко мне никакого отношения. Я не был защитником; я разбивал сердца, уничтожал соперников по бизнесу и не заботился о последствиях. Если кто-то имел глупость в меня влюбиться или перейти дорогу, – а я предупреждал, чтобы люди никогда, никогда этого не делали, – он получал по заслугам.

– Я привезу тебе – черт, даже не знаю. Кофе. Шоколад. Кучу того, что у них там хорошего. И в будущем я твой должник.

Я выдавил улыбку. Прежде чем успел ответить, зазвонил телефон, и я поднял вверх палец.

– Сейчас вернусь. Надо ответить.

– Не торопись, приятель.

Джоша уже отвлекли блондинка и брюнетка, которые прежде липли ко мне и теперь нашли куда более благодарную аудиторию в лице моего лучшего друга. Когда я вышел во двор и ответил на звонок, они уже запустили руки ему под рубашку.

– Дядько, – сказал я, используя украинское слово.

– Алекс, – проскрипел голос дяди, хриплый от десятилетий курения и жизненных перипетий. – Надеюсь, не помешал?

– Нет, – я глянул через стеклянные двери на творящееся внутри буйство. Джош обитал в этом двухэтажном доме с первого курса. Мы жили вместе, пока я не выпустился и не переехал в Вашингтон, чтобы быть поближе к работе – и подальше от толп вопящих пьяных студентов, бродивших по кампусу и окрестностям каждый вечер.

На прощальную вечеринку к Джошу пришли все, и подо «всеми» я имею в виду половину населения Хазелбурга в штате Мэриленд, где находится Тайер. Джош был всеобщим любимчиком, и я знал: все будут скучать по его вечеринкам не меньше, чем по самом Джошу.

Он постоянно жаловался на кучу дел по учебе, но находил удивительно много времени на алкоголь и секс. Впрочем, на успехах это не сказывалось. У засранца был высший балл по всем предметам.

– Ты уладил проблему? – спросил дядя.

Я услышал, как открывается и закрывается ящик, а потом – как тихо щелкает зажигалка. Я уговаривал его бросить курить много раз, но он всегда отмахивался. От старых привычек избавиться сложно, от старых дурных привычек еще сложнее, а Иван Волков достиг возраста, в котором на дурные привычки становится плевать.

– Пока нет, – в небе низко висела луна, отбрасывая полоски света в чернильную темноту двора. Свет и тень. Две половины одной и той же монеты. – Но улажу. Мы близко.

К справедливости. Мести. Избавлению.

Последние шестнадцать лет меня поглощало стремление к трем этим вещам. Они владели моими мыслями, моими снами и кошмарами. Были моим смыслом жизни. Даже в ситуациях, когда меня отвлекало что-то другое – шахматные партии корпоративной политики, мимолетное наслаждение от погружения в упругое тепло жаждущего тела, – они оставались в моем сознании, вели меня к возрастающим амбициям и жестокости.

Шестнадцать лет могут показаться долгим сроком, но я мастер долгой игры. Неважно, сколько лет мне придется ждать, если результат стоит того.

А крах человека, уничтожившего мою семью? Это будет восхитительно.

– Хорошо, – дядя закашлял, и я поджал губы.

В ближайшее время надо убедить его бросить курить. Жизнь выбила из меня сентиментальность еще много лет назад, но Иван был моим единственным живым родственником. Он забрал меня, вырастил как родного сына и помогал на каждом повороте извилистого пути к мести – я был обязан ему хотя бы этим.

– Скоро твоя семья обретет покой, – сказал он.

Наверное. Можно ли сказать то же самое обо мне… Ну, этот вопрос оставим на потом.

– На следующей неделе заседание совета директоров, – сказал я, меняя тему. – Я приеду в город на день.

Мой дядя был официальным генеральным директором «Арчер Груп», компании по недвижимости, которую он основал десять лет назад под моим руководством. Я разбирался в бизнесе еще подростком.

Штаб-квартира «Арчер Груп» находилась в Филадельфии, но офисы располагались по всей стране. Поскольку я жил в Вашингтоне, там был истинный центр управления, но заседания совета директоров все равно проводились в центральном офисе.

Я начал исполнять обязанности генерального директора много лет назад, по нашей с дядей договоренности при основании компании, но должность исполнительного директора давала больше свободы, необходимой для окончания моего дела. Кроме того, все знали, что истинная власть у меня. Иван был неплохим директором, но именно мои стратегии обеспечили нам место в списке 500 крупнейших компаний Америки.

Мы с дядей еще немного поговорили о делах, а потом я отключил трубку и присоединился к празднику. Шестеренки в голове завертелись, когда я принялся обдумывать произошедшее за вечер – обещание Джошу, напоминание дяди о небольшой помехе в моем плане мести. Каким-то образом и тем и другим придется заняться в ближайший год.

Я мысленно складывал кусочки собственной жизни в разные узоры, проигрывая до конца каждый сценарий, взвешивая «за» и «против» и проверяя их на потенциальные трещины, пока не принял решение.

– Все хорошо? – крикнул с дивана Джош, пока блондинка целовала его в шею, а руки брюнетки откровенно исследовали область под ремнем.

– Да.

К моему раздражению, мой взгляд снова метнулся в сторону Авы. Она была на кухне, хлопотала над наполовину съеденным тортом из «Крамбл энд Бейк». Загорелая кожа мерцала от легкой испарины после танцев, а волосы цвета воронова крыла мягким облаком клубились вокруг лица.

– Насчет твоей просьбы… У меня есть идея.

Глава 3

Ава

– Надеюсь, ты ценишь, какая я хорошая подруга, – зевнула Джулс, пока мы, пошатываясь, шли по передней лужайке к дому Джоша. – Проснулась в чертову рань, чтобы помочь твоему братцу убраться и собрать вещи, хотя этот парень мне даже не нравится.

Я рассмеялась и взяла ее за руку.

– Я куплю тебе карамельный мокко в «Морнинг Роаст». Обещаю.

– Да, да. Большой, с дополнительными топингами?

– Именно так.

– Договорились, – Джулс снова зевнула. – Тогда оно того стоит.

Джулс и Джош друг друга недолюбливали. Мне это всегда казалось странным, если учесть, как много у них общего. Оба компанейские, обаятельные, до безобразия умные сердцееды.

Джулс – человеческая версия Джессики Рэббит[1], с блестящими рыжими волосами, кремовой кожей и изгибами, из-за которых я поглядывала на собственное тело со вздохом. В целом меня вполне устраивала собственная внешность, но я бы не отказалась от увеличения груди на пару размеров – без обращения к пластической хирургии. По иронии, Джулс иногда жаловалась на свой четвертый размер, заявляя, что их тяжело носить. Женщинам необходимо приложение, которое позволит получать и отправлять друг другу размеры груди одним нажатием кнопки.

Как я говорила, я довольна собственной внешностью большую часть времени, но никто – даже супермодели и кинозвезды – не защищен от комплексов.

Не считая переживаний насчет груди, Джулс была самым уверенным человеком, что я встречала, – ну, кроме моего братца, чье громадное эго вполне могло бы вместить все Восточное побережье Соединенных Штатов и еще осталось бы место для Техаса. Впрочем, он имел на это все причины, ведь он всегда был популярен и, как ни тяжело признавать такое про брата, выглядел тоже вполне неплохо. Рост под сто девяносто, густые темные волосы и точеные черты лица, о чем он никогда не позволял забывать. Думаю, Джош заказал бы собственную скульптуру и установил бы ее на лужайке перед домом, если бы мог.

Джулс и Джош никогда не объясняли причин взаимной неприязни, но я подозревала, они слишком отчетливо видели друг в друге себя.

Входная дверь была уже открыта, и мы не стали стучать.

К моему удивлению, в доме оказалось очень чисто. На прошлой неделе Джош отвез большую часть мебели в хранилище, и остался только диван (который заберут позже), кое-какие кухонные принадлежности и странная абстрактная картина в гостиной.

– Джош? – Эхо моего голоса разнеслось по большому опустевшему дому, а Джулс уселась на пол и с мрачным видом притянула колени к груди. Она явно не была ранней пташкой. – Ты где?

– В спальне! – Наверху послышался громкий удар, а потом – приглушенные ругательства. Минуту спустя Джош спустился вниз с большой картонной коробкой.

– Это на благотворительность, – объяснил он, опустив ее на столешницу.

Я наморщила нос.

– Надень футболку. Пожалуйста.

– И оставить Джей Эр без утренней услады для глаз? – ухмыльнулся Джош. – Я не настолько жесток.

Не одна я думала, что Джулс похожа на Джессику Рэббит, – Джош постоянно называл ее инициалами персонажа, что бесконечно ее бесило. С другой стороны, ее бесили любые действия Джоша.

Джулс подняла голову и бросила сердитый взгляд.

– Пожалуйста. В спортзале я видала и получше. Послушай Аву и надень футболку, пока я не лишилась вчерашнего ужина.

– По-моему, дама слишком придирчива, – протянул Джош, похлопав ладонью по кубикам. – Единственное, что ты теряешь, это…

– Так, – я вскинула руки в воздух, прерывая беседу, прежде чем она травмирует меня на всю жизнь. – Хватит болтать. Давай собирайся, а то опоздаешь на самолет.

К счастью, следующие полтора часа Джош и Джулс вели себя прилично, – мы собрали оставшиеся вещи и перегрузили в джип, арендованный для переезда.

Наконец осталась только картина.

– Надеюсь, ее тоже на благотворительность? – Я глянула на огромное полотно. – Даже не знаю, как она уместится в машину.

– Нет, пусть остается тут. Она ему нравится.

– Кому?

Насколько я знала, дом Джоша пока никто не арендовал. Но был только июль, и я ожидала, что жилье быстро займут ближе к началу учебного года.

– Увидишь.

Мне не понравилась его улыбка. Совершенно.

Послышалось низкое рычание мощного двигателя.

Джош улыбнулся еще шире.

– Прямо сейчас и увидишь.

Переглянувшись, мы с Джулс бросились ко входной двери.

На подъездной дороге стоял знакомый «Астон Мартин». Открылась дверь, и вышел Алекс. Выглядел он куда роскошнее, чем человек может выглядеть в джинсах, «авиаторах» и черной рубашке с закатанными рукавами.

Он снял очки и холодно нас оглядел, ничуть не смущенный небольшой приветственной делегацией на ступенях.

Правда, настроение у меня было не слишком приветливое.