Вздохнув, я рассказала и это: про новое замужество мамы и про отчима, который стремительно тратит состояние папы.
– Это я решу, – кивнул Гроув. – У меня есть знакомый адвокат…
– Джонатан Стоун? – вспомнила я имя с визитки. – Спасибо, мастер Гроув, только есть маленькая проблема: через три дня вы умрете! Так может, не будете давать пустых обещаний, а для начала останетесь живым?
– Я ведь уже сказал, что постараюсь, – невозмутимо ответил он. Захлопнув блокнот, положил его в ящик стола, а затем добавил: – Я бы хотел посмотреть на колесо времени. Да, в прошлый раз, как я понял, Мелани мне не явилась. Но теперь все будет по-другому.
Мне бы очень хотелось в это поверить. Но когда я шла рядом с Гроувом к хранилищу артефактов, мрачный червячок сомнений точил мое сердце, и настроение упорно стремилось к нулю, даже несмотря на ясное солнышко.
– Вы так и не сказали, зачем ходите на кладбище, – вспомнила я.
– Ну, я кое-что ищу, – протянул он.
– Так не пойдет! – сердито воскликнула я, поднимаясь по ступеням хранилища. – Я рассказала вам все секреты, мастер Гроув, выложила даже про девственность…
– И я высоко это ценю, – сказал он. – И откровенность, и невинность. Кэсси… – Гроув так мягко произнес мое имя, что я сбилась с мысли. – Я очень тебе благодарен. За все, что ты для меня делаешь. Спасибо.
Мы остановились у одной из колонн, и стражи некроса неодобрительно скалились через окна хранилища.
– Я все равно узнаю правду, – мрачно сказала я.
– Звучит как угроза, – усмехнулся он. – Допрос лжицей? Анализ вампиром? Что еще есть в твоем арсенале, Кэсси Рок?
Я подалась к нему и, обвив шею руками, заглянула в глаза.
– Чес, – имя легко сорвалось с моих губ, еще припухших после его поцелуев, – что ты ищешь на старом кладбище?
– Лекарство от проклятия, – вздохнул он.
***
Чес привык скрывать свой секрет ото всех, но стоило Кэсси Рок обнять его, посмотреть в глаза и задать вопрос нежным голосом – и он раскололся. Нет, нельзя пускать ее на боевку. Ее завербуют в числе первых, используют как страшное оружие, заставят улыбаться кому-то другому, а то и чего похуже… Не поставит он ей зачет. Пусть хоть на кусочки его режут.
Прохладная тень хранилища артефактов слегка его остудила, а стражи некроса любезно предоставили возможность выплеснуть излишек эмоций.
– Это случилось почти два года назад, – начал Чес, глуша некрос боевой колотушкой. Энергия рванула с ладоней, размазывая стражей по стенам. – Вроде заурядное дело, – набросил на ближнего стража аркан, – пара трупов, след вел на кладбище. Пожалуй, я избавлю тебя от подробностей.
Потому что Кэсси не надо их знать. Кровь, грязь, страдание пусть обойдут ее стороной. Петля полетела на следующего некроса, и Чес продолжил:
– Все указывало на стрыгу.
– Обрезанные волосы? – догадалась Кэсси, шагая следом.
Помимо прочего. Сейчас-то понятно, что убийца пускал их по ложному следу. Причем он отлично знал, как это сделать – недаром сам работал в бюро.
– Возможно, я бы заметил какие-то детали, несостыковки, но дело мне передали от другого коллеги, – вздохнул Чес, сплетая вязью рун оставшихся стражей. Те зашипели точно злые коты, а он стянул их в пучок и сказал: – Я вычислил закономерность в нападениях, решил устроить засаду. В ту самую ночь коллега, что вел расследование первым, присоединился ко мне. А потом превратился в зверя.
– Он был вервольфом?
Чес критически оглядел стражей, щеривших зубы в бессильной злобе, и, хлопнув ладонями, накинул на них сферу глухоты.
– Да, – коротко подтвердил Чес. – В общем, он умер. Дело закрыли. Информацию засекретили, поскольку он занимал достаточно высокий пост и был из влиятельной семьи. Сама понимаешь: пятно на репутации, которое не отмыть. А мне предложили уйти.
– Погоди, ты убил его? – ахнула Кэсси.
– Что еще прикажешь делать, когда на тебя прет волчара с клыками в ладонь? – возмутился Чес. – А он, зараза такая, сумел меня поцарапать. И что обидно – крохотная ранка! Вроде заусенца на твоем мизинчике. Меня проверяли после, заражения не нашли. Но я чувствовал – что-то не так. Сперва запахи, потом зрение. Волосы стали гуще.
Кэсси остановилась посреди лестницы, и по ее личику пронеслась целая буря чувств от негодования до жалости.
– И вы решили преподавать? – уточнила она. – Вот самая отличная карьера для вервольфа! Вы ведь опасны, мастер Гроув! Особенно в полнолуние!
– Вообще-то я пока не обращался, – ворчливо признался он. – Самоконтроль, нагрузки…
Он муштровал себя похлеще чем солдата в казарме. Так, чтобы к ночи падать без задних ног.
– Потом еще мелкие ритуалы, которые заставляют помнить о том, что я человек.
Тщательная гигиена, безупречный внешний вид. Начищенные до блеска ботинки, прическа. Поначалу он даже сбривал все волосы на теле, но быстро отказался – уж больно кололось. К тому же, он и раньше был волосат.
– Ректор не знает?
Чес покачал головой.
– Но вас можно расколдовать? – не отставала она.
– Вроде бы, – нехотя ответил он.
Надежда была совсем призрачной, но он ухватился за нее обеими руками.
– Был один колдун, с которого началось проклятие зверя.
– Дуглас Мактрау, – проявила осведомленность Кэсси. – Мы проходили по истории нечисти. Оборотни появились в результате его опытов. Он искал лекарство от смерти, а потом, когда почувствовал приближение старости привил себе волчью суть.
– Все верно, – кивнул Чес. – Дуглас Мактрау взбодрился, женился на какой-то молодке, и жизнь вновь забурлила, а кровь быстрей побежала по венам.
– Ну, закончилось это плохо.
– Потом волк взял над ним верх, и Мактрау пошел вразнос и натворил немало дел. Его дети от молодой жены родились кровными вервольфами и положили начало целым династиям оборотней.
– Его убили где-то здесь, в ведьминых холмах, – вспомнила Кэсси.
– И похоронили на старом кладбище. У этих мест богатая история, если копнуть.
– И вы ходите и копаете могилы, чтобы упокоить старого колдуна понадежней? – она нахмурилась. – Нет, тут что-то не так! Потому что под лжицей на мой вопрос про могилы вы ответили как-то неопределенно, но скорей утвердительно! Значит, не могила вам нужна, мастер Гроув!
Кэсси Рок вцепилась в него словно клещ – проще рассказать, все равно не отстанет. Это и раздражало, и умиляло, и наталкивало на определенные мысли. Не стала бы она так стараться ради того, кто ей безразличен. Как же бесил тот факт, что он не помнит ни первых свиданий, ни поцелуев. С другой стороны, грех жаловаться. Будут еще поцелуи. Если он доживет.
– Дугласа Мактрау убил охотник на нечисть, – сказал Чес. – Бенджамин Олахари.
– Что-то вроде читала…
– Однако тот его ранил, заразив проклятием зверя. Олахари был в отчаянии, прямо как я. Но ему явилась святая Нарцисса и подарила кулон, хранящий в себе исцеление.
Хотя в некоторых источниках информация разнилась. Кое-где писали, что то была вовсе не святая, и подарила она ему не кулон, а страстный поцелуй. Но тогда надежда таяла, и Чес предпочитал верить в артефакт, похороненный где-то вместе с охотником.
– Он унес кулон с собой в могилу, – утвердительно произнесла Кэсси, спускаясь по лестнице.
Тени заметались, соглашаясь с ее словами.
– Похоронили его тоже где-то здесь, – добавил Чес. – Мне нужна не могила, а артефакт.
– Ну, в целом ясно, – вздохнула она. – И что, вы до сих пор не нашли, где покоится этот ваш Олахари?
– А ты кладбище видела? Там могил до горизонта!
– Если действовать по системе… – она задумалась. – Чего не сделаешь ради того, чтобы остаться человеком! Получается, во время оборота зверь сильнее? Вы не сможете его контролировать, если станете волком?
– Если я пойму, что зверь побеждает, то приму меры, – хмуро пообещал Чес, остановившись перед тяжелой дверью. – Нам сюда?
Чес открыл тяжелую дверь, и Кэсси прошла вперед, окинув его любопытным взглядом, в котором не было ни капли страха.
– Быть может, друзья или близкие того убитого вами вервольфа хотят отомстить? – предположила она, и ее голос зазвучал гулко в унылом помещении без окон.
Шкафы, заваленный рухлядью стол, старый колодец… Присутствие мытаря ощущалось легким холодком, пробежавшим по затылку. Чес обернулся и заметил колебание воздуха под потолочной балкой – как над костром. Что ж, в прошлый раз, если верить Кэсси, у него не получилось наладить контакт с Мелани. Но теперь он знает больше. И пусть за девственницу он не сойдет, но Чес был готов проявить и деликатность, и чуткость, и что там еще надо обиженной женщине.
– Или вас убивает охотник на нечисть, – продолжила рассуждать Кэсси, направляясь к старому колодцу. – Есть ведь такие, что охотятся ради трофеев или прибыли на черном рынке. Тем более у вас вырывают сердце. Это неспроста, мастер Гроув, зуб даю! А что если… – она повернулась к нему, и зеленые глаза распахнулись от внезапного озарения. – Николас Дудка! – воскликнула Кэсси. – Вы сами говорили, что артефакты, созданные им в плену, работают на крови и всяких зубах. Вот взять барабан – вдруг он работает на сердце вервольфа?
– Твои идеи одна другой забористей, – оценил он.
– Я с нетерпением жду ваши версии, мастер Гроув, – язвительно ответила Кэсси.
Была у него одна идея, которую Чес пока держал при себе. Что, если в полнолуние зверь оказался сильнее? Вдруг обращение началось? Мог ли он сам вырвать себе сердце, не желая становиться чудовищем?
– Никаких идей, – соврал Чес. – Итак, где же Мелани? Ты нас представишь? Я бы счел за честь познакомиться с ней.
Кэсси заглянула в колодец и гулко крикнула:
– Мелани! Это опять я! С Гроувом! Помнишь его? В прошлый раз ты сказала, что он не такой!
– А Мелани сохраняет воспоминания о твоих перемещениях? – заинтересовался Чес и, подойдя к колодцу, тоже посмотрел вглубь.
Ничего интересного: старые камни да паутина.
– Она – часть колеса времени, – понизив голос, сообщила Кэсси. – Конечно, она все помнит. В том числе и то, как вы предпочли отправиться на кладбище вместо того, чтобы остаться со мной. К слову, вам обязательно туда таскаться по ночам? Что мешает просто закрыться в полнолуние где-нибудь в подвале? Или вот кабинет доктора Шменге – отличный вариант. Окон нет, магическая защита есть. Даже вервольфу не выбраться!
Чес вздохнул и присел на край колодца.
– На старом кладбище куча безымянных могил. Искать среди них охотника – что иголку в стоге сена. Но в полнолуние у меня обостряется запах и звериное чутье, а с ними и шанс найти нужного покойника. Если хочешь знать, я уже столько нечисти упокоил!
– Но охотник исцелился, – напомнила Кэсси.
– Но у него магический артефакт, – сказал Чес. – Он фонит. Магия пахнет, ты знала? Боевые заклинания – грозой и пеплом, бытовые – печеньем. Ты тоже пахнешь, Кэсси, – он осторожно потрогал шелковистую прядь ее волос. – Не могу разобрать: что-то цветочное и свежее, как майский луг после дождя.
Она улыбнулась, бросив на него взгляд из-под ресниц, и Чес придвинулся ближе и, замирая от собственной наглости, прошептал ей на ухо:
– А что, если нам выманить Мелани?
– Как? – выдохнула Кэсси.
– Раз уж она стоит на страже девственности, – тихо сказал Чес, обнимая ее за талию, – то наверняка возмутится, если твоя окажется под угрозой. Я могу сделать вид, что собираюсь лишить тебя невинности прямо сейчас, и тогда…
– Хитро, – прозвучал голос откуда-то с потолка.
– Мелани! – воскликнула Кэсси, сбрасывая его руку и отстраняясь. – Это всего лишь шутка! Он не стал бы… Прямо здесь.
Чес благоразумно промолчал. Как знать, вдруг мытарь чувствует ложь.
Мелани появилась напротив – невысокая полноватая девушка с длинным носом и большими оленьими глазами. Ее губы поджались в тонкую ниточку, когда она оглядела Чеса с головы до пят.
– Было бы ради кого стараться, – фыркнула она. – Ты нецелесообразно используешь могущественный артефакт, Кассандра!
– Честер Гроув, – представился он и церемонно поклонился.
– Вот что я скажу, – Мелани вздохнула, и ее прозрачное одеяние, напоминающее сорочку, заколыхалось как медуза в морской воде. – Если он и правда вервольф, как вы тут болтали, то лучше дождись, пока он умрет, а потом сдай свой зачет комиссии и живи дальше.
В глубине души Чес был с ней согласен. Для Кэсси это самое разумное решение.
– Но он – типичный эгоистичный мужлан, – припечатала Мелани. – И, конечно, плевать хотел и на тебя, и на прочих женщин.
– Не хотел, – возразил Чес. – Я желаю Кэсси только добра.
– Так и отстань от нее, собака, – бросила Мелани. – Чего прицепился?
– Мелани, прекрати, – попросила Кэсси, краснея. – Сама же сказала – он не такой. Мы лучше пойдем.
Она взяла его за руку, и Чес пожал тонкие пальцы.
– Погоди, – попросил он. – Мелани, вы ведь жили лет триста назад. Возможно, слышали что-то о Бенджамине Олахари, охотнике на вервольфов.
– Охотник? – она фыркнула. – Бенджи?
– Ты его знала? – ахнула Кэсси. – Мелани, пожалуйста-пожалуйста, расскажи нам все!
Глава 3. Ниточки-клубочки
Мелани покрутила носом, набивая цену, но я видела, что ей и самой хочется поболтать. Оно и неудивительно: посидишь так в подвале лет триста. Девственниц у нас в академии раз-два и обчелся, так что Мелани сама себе установила жесткий фильтр для общения.
– В общем, Бенджи был младшим сыном в потомственной семье охотников на нечисть, – начала она, летая туда-сюда по подвалу. – В семье, как говорится, не без урода, и Бенджи Олахари взял на себя это тяжкое бремя.
