Страница 4 из 6
– Я вам не официант, чтобы таскать в номера тарелки.
– Тогда пусть это сделает официант. Мне, в принципе, без разницы.
Он скрипнул зубами. Я хотела закрыть дверь, но хозяин подставил ногу в кожаном мокасине.
– Вы сказали, что хотите ужин, я вам его приготовил. Так какого хрена вы выпендриваетесь?! Поднимите свой зад и идите есть!
– Что мне делать со своим задом, я как-нибудь разберусь сама. И не приказывайте мне. Это я тут гость. Если вы что-то там приготовили, это ещё не значит, что я обязана прибежать. Вы всегда должны быть наготове и обслуживать клиентов. Или это не из рекламы вашего отеля? «Комфорт наших гостей – наша главная задача»? – процитировала я.
Он так плотно сжал зубы, что удивительно, как только не сломал. Развернулся и пошёл куда-то.
Я захлопнула номер.
– Придурок, – шепнула и прибавила звук телевизора.
Когда включала его дома, и не помнила уже. Но, судя по погоде, прогулка перед сном отменяется. А судя по отсутствию интернета, отменяется и работа. Значит, полчаса телевизора и спать – навёрстывать упущенное предыдущей ночью. Лёшенька с Валей уже, небось, вовсю резвятся на нашей двухспалке.
Чтоб в матрасе все пружины повыскакивали в самый ответственный момент! Готовлю я, значит, плохо, развлекала его тоже плохо!
Злость перекрывалась обидой, обида – злостью.
Пытаясь не думать о муже, я забралась на постель и начала погружаться в сюжет фильма, но в дверь постучали снова.
– Неймётся же кому-то. – Прошла в коридор и распахнула дверь.
За ней оказался хозяин с подносом. Не спрашивая меня, он прошёл в номер и грохнул поднос на столик в гостиной.
– Мясо с картошкой и чай.
– «У нас разнообразное меню на любой вкус», – процитировала я ещё одну фразу. – И где разнообразие?
– Разнообразие будет дома. Вы приехали внезапно, где я должен искать вам разносолы?
Только я хотела ответить ему, набрала в лёгкие воздуха, он меня остановил.
– И не надо говорить, что это мои проблемы. Останетесь голодной – проблемы будут ваши.
– Я не ем мясо, – ответила, глядя ему в глаза, и поморщилась. – Унесите это подальше, будьте добры. Меня от одного запаха воротит.
– Так вы ещё из этих… которые не жратвой, а ботвой питаются? – презрительно хмыкнул он.
– Я ботвой не питаюсь. Я просто не ем мясо и птицу. Мне не нравится. Не люблю, знаете ли. Так что ешьте свою дурацкую картошку сами!
– Я для вас её готовил!
– А вы меня спросили, прежде чем её готовить?! Лучше бы вы её просто сварили! Я не ем мясо, не люблю – запомните это. Не люб-лю.
– А я тоже не люблю.
Я в недоумении повернулась. В дверях гостиной стояла девочка в сером флисовом костюмчике и с интересом рассматривала меня. Глаза у неё были тёмные, а волосы – золотистые.
Она подошла ближе, заглянула в тарелку и скривилась.
– Папа и тебя заставляет мясо есть? – посмотрела на меня с сочувствием.
Папа?! Я вгляделась в недовольную физиономию хозяина.
Интересно как. Оказывается, не все от него сбежали – у кого-то просто не было шансов.
– Нет, – ответила девочке. – Папа не может заставить меня делать то, что я не хочу.
– А меня заставляет, – понуро вздохнула она.
– Вы подаёте ребёнку плохой пример! – рявкнул отец девочки.
– Вряд ли кто-то может подать ей пример хуже вашего.
– И чем это я подаю плохой пример?
– Да хотя бы тем, что до сих пор не соизволили представиться. Как мне к вам обращаться?! Эй, вы? Или ещё как?
На его скулах в очередной раз загуляли желваки. Развернув за плечо, он подтолкнул девочку к выходу.
– Я не разрешал тебе подниматься на второй этаж, – сказал ей. – Выйди за дверь и жди меня, Лилия.
Малышка послушалась. Правда, перед тем, как уйти, развернулась и помахала мне ручкой.
– Пока, – сказала она.
Я помахала ей в ответ. Не повезло ребёнку с отцом.
– Так вы будете есть?
– Сказала же – нет. Заберите это, только чай оставьте.
Поставив чашку на столик, он взял поднос и пошёл к двери вслед за Лилией.
– Михаил, – сказал сквозь зубы, почти закрыв дверь. – Можете обращаться ко мне Михаил.
Дверь захлопнулась, не успела я ответить.
Михаил? Видимо, и эту берлогу он в свою честь назвал! Михаил… Медведь он, самый настоящий!
Глава 5
Варвара
Казалось, что лопатой скребут у меня в голове. И нет, вчера я не пила – звук был вполне реальный.
– Да что же тебе не спится-то? – посмотрев в окно, спросила я в никуда и плотно закрыла створку.
Девяти нет, а Михаилу Потапычу припёрло разгребать дорожку. Отдохнула, называется, выспалась! Что же не в шесть-то?!
С закрытым окном стало тише, но мне нравилось спать, когда воздух свежий. Закутаться в тёплое одеяло, а снаружи чтобы прохладно было. Лёша долго ворчал, потом смирился – самому понравилось.
Застукав себя на мыслях о почти бывшем муже, я обрубила их и пошла в ванную. Бодрящий прохладный душ с цитрусовым гелем и кофе – вот что мне нужно для начала. И завтрак, раз уж на ужин у меня был только чай.
***
Зря я тешила себя надеждой, что кофейный аппарат заработал. Этот мужлан его даже в розетку воткнуть не удосужился!
Застегнув до конца ворот горнолыжной куртки, я вышла на улицу и, остановившись метрах в двух от входа, стала наблюдать за убирающим снег Потапычем. Куртки на нём не было – только свитер и здоровенные рукавицы.
А неплохо смотрится, надо отдать ему должное.
– Я, вообще-то, сюда отдыхать приехала, – сказала, идя к нему.
Он отбросил в сторону снег и, воткнув лопату, повернулся ко мне.
– Не понял.
– Что непонятного? Я приехала отдыхать. Вроде на русском сказала.
– Претензии какие?
– Такие, – показала на лопату. – Люди на отдыхе в половине восьмого ещё спят. Будьте добры, решайте хозяйственные вопросы в нормальное время, а не с утра пораньше.
– Ходить удобно? – хмурясь, сухо спросил он.
Теперь его не поняла я. Вопрос был точно с подвохом.
– Ходить удобно, спрашиваю? – повторил он.
– Ну, допустим.
– Тогда что жалуетесь? Вам же припрёт прогуляться, а будет всё снегом завалено – распищитесь: «не могу пройти, уберитесь, как так можно?» – сделав писклявый голос, провизжал он.
Выглядело забавно. Я достала из кармана связанные Олькой варежки и надела. Подставила лицо ветерку. Ещё не рассвело, но день обещал быть хорошим. Прошла вперёд метра три. Расчищенная дорожка на этом заканчивалась, и я под внимательным взглядом хозяина вернулась к двери. Сделала ещё один круг.
– Вы долго мне на нервы действовать будете?
– А в чём дело? Вы же так старались, чтобы я могла погулять. Вот, гуляю, ни в чём себе не отказываю.
– Какая же вы язва, – процедил он и взялся за лопату.
– Уж какая есть. И, раз уж так, я жду свой завтрак.
– Ждите.
– Завтрак с восьми до десяти. – Я достала телефон. – Сейчас половина девятого. И включите уже кофейный аппарат. Я не собираюсь каждый раз за вами бегать и просить сварить кофе.
– Так не бегайте. Я принесу вам растворимый. Кулер на этаже.
– Сами пейте свой растворимый, а я буду пить нормальный.
Он проворчал что-то себе под нос и опять воткнул лопату. Снял рукавицы и посмотрел на меня, словно от души пожелал мне провалиться под снег. Молча прошёл мимо и скрылся за дверью.
Дыхание превращалось в облачко пара, в деревьях чирикали птицы, а воздух был настолько чистый, что хотелось дышать полной грудью. Но самым странным было отсутствие фонового шума. Казалось, что от тишины в ушах звенит.
Проваливаясь в снег, я добралась до кромки леса и немного постояла у деревьев. Только вернулась на дорожку, из дома выбежала Лилия.
– Папа кофе сварил! – громко объявила она.
– Какой у тебя папа молодец. Надо ему медаль дать за отвагу.
– Почему?
– Да так… Не обращай внимания, я пошутила.
По обеим сторонам от дорожки горели фонари, над дверью тоже была включена лампа, и я могла рассмотреть малышку. На ней была чёрная куртка со светоотражающими вставками и простая тёплая шапочка, из-под которой выбивались волосы. На ногах – дутые сапожки.
– Вы тут вдвоём с папой живёте?
– Угу, – кивнула она. – Раньше были Люда и Люся, ещё Маша и дядя Коля, а теперь никого не осталось, – расстроенно сказала она.
– А твоя мама где?
Девочка пожала плечами.
Ну ясно всё, от него не только сотрудники сбежали, но и мать его ребёнка. Видно, убегала она так быстро, что даже дочь не забрала. Хотя тут всякое возможно – может, её не стало, так что с этим лучше поаккуратнее.
– Ну пойдём. – Я протянула малышке руку. – Раз папа сварил кофе, надо идти.
Она крепко вцепилась в мою ладонь.
– А ты надолго приехала?
– Ну так… На две недели.
– Это долго?
– Не очень, но достаточно долго. Так что твоему папе придётся постараться.
***
Обеденный зал больше походил на домашнее кафе. Я насчитала десять столиков на четверых, хотя вряд ли в доме за раз отдыхало столько постояльцев.
– Ваш кофе.
