Глава 4
Марина.
– Доброе утро, дочь. Ты чего так поздно, завтракать не будешь?
– Доброе утро, пап, ― чмокнула его в щеку и плюхнулась за стол, хватая чашку с ароматным кофе, ― на работе что‐нибудь поем.
– Меня не устраивает, что‐нибудь, Марин. Ты должна хорошо питаться.
– Я хорошо поем, ― улыбнулась, делая глоток.
– Проспала?
– Угу, ― кивнула, злясь на себя и на Ярослава, который всю ночь не давал моим мыслям покоя.
После его сообщения, как я и предполагала, уснуть не смогла до утра. В голове постоянно прокручивала наш поцелуй и касалась губ, словно он только‐только отстранился от них и теперь смотрел на меня. То и дело, я порывалась схватить телефон и написать ему чтобы он шел лесом, но каждый раз себя останавливала. Ответить после полуночи, значит дать понять, что я думаю о нем и не могу уснуть. Такого удовольствия я ему не доставлю. Обойдется.
Нет, телефон я все же брала, открывала мессенджер, нажимала на его профиль и смотрела на фото. Красивый, мерзавец. Такая мужская красота, возбуждающая. В темной толстовке, с модной стрижкой и строгим, серьезным взглядом. Когда я смотрела в его глаза, мне казалось, он передо мной, настоящий, но на деле же это был всего лишь снимок. А он так своим взглядом проникал в самую душу.
От воспоминаний ощутила, как вершинки груди превратились в камушки. Сжала руку в кулак и поторопилась сделать глоток кофе.
– Ты нервная, мне это не нравится. Что происходит? Тебя кто‐то обижает?
– Нет, пап, ты чего? Все нормально, правда.
– Хорошо. Допивай кофе, я отвезу тебя на работу. Кстати, Катерина Олеговна поделилась со мной твоими успехами. Ваша главная по кухне хвалила тебя ей.
– Правда? ― изумленно произнесла я, не веря, что действительно это слышу.
– Ты разве сомневалась в своем таланте?
– Услышать от профессионалов похвалу очень приятно. Пап, ― я отставила чашку и, улыбнувшись, посмотрела на него с любопытством, ― ты же не просто так ездишь в кафе?
– Все‐то ты видишь, Мариш.
– Она тебе нравится, да? Красивая Катерина Олеговна и молодая, кстати. Может тебе еще ребеночка родить.
– Так, ты не перегибай. Она и так меня в шею гонит.
– Почему? ― улыбка слетела с губ.
– Жизнь такая, дочка. Ты все?
– Угу, ― кивнула я, и, забрав со стола чашки, быстро сполоснула их под краном.
До кафе мы добрались быстро. Папа решил выпить кофе, естественно не просто так, а я поторопилась на кухню. Кафе открывалось только через час. Кондитеры и повара приходили раньше на пару, чтобы успеть сделать заготовки. Мне же сказали приезжать за час до открытия. А я была не против. Кто откажется лишний часик поспать?
– Доброе утро, ― поздоровалась с Ярославом, не глядя на него.
– Доброе утро.
– Марина, не забудь позавтракать! ― крикнул отец в след, а я едва не зарычала.
– Хорошо, пап.
Зачем он это сделал при Ярославе?
Черт!
Поздоровавшись с девочками, я под чутким руководством тети Тамары приступила к своей работе. Вчера практически все сладости разобрали, и нам предстояло много работы. Даже у девочек в кулинарном цехе не было минутки чтобы заглянуть к нам. И мне нравились такие ситуации, когда люди покупали все, что я готовлю. Ну, конечно, не только я. Все мы. Это очень приятно.
Поставив взбивать крем для рулетов «Брауни», я наконец‐то взяла стакан с водой и сделала несколько больших глотков. Жаждала замучила, но даже воды попить некогда было. Да только чуть не подавилась, когда увидела, что на кухню вошел Ярослав.
– Привет, ― его хриплый голос прошелся оголенным проводом по моим нервам.
Я отняла от губы стакан, и выпрямила спину.
– Привет.
– Слышал твой отец говорил, что ты голодная. Держи, ― он протянул пакет с логотипом известного ресторана.
– Что это?
– Завтрак для тебя.
– Ненужно. Я здесь поем то, что девочки готовят.
– Марина…
– Ярослав, ― перебила его я, а он поморщился.
Почему? Не понравилось, как я его назвала? Вроде бы это его имя. Что не так?
– Послушай, давай договоримся, меня ненужно кормить и мне ненужно уделять знаки внимания.
– Кто их тебе уделяет? ― язвительный тон царапнул по душе, отчего я приподняла подбородок.
– Ты вчера поступил нагло…
– Я наглый парень.
Я улыбнулась ехидно, выражая свое недовольство.
– Ты сорвал мой поцелуй.
– Тебе понравилось, ― сказал утвердительно, словно знал, что иначе быть не может.
– Ты не спросил.
– А какой идиот спрашивает о поцелуе понравившуюся девчонку.
Я в удивлении рот приоткрыла, а он хмыкнул, поставив пакет на стул.
– Если не съешь завтрак, я поцелую тебя еще раз.
Я сглотнула и удивленно распахнула глаза, потому что в этот момент на кухню вернулась тетя Тома. Она все слышала.
– Приятного аппетита, маленькая, ― и он вышел, оставив меня ошарашенную и напуганную.
Что если тетя Тома расскажет все Катерине Олеговне? Та подумает, что я та еще девица и выгонит меня.
Я обернулась к тете Томе и увидела на ее лице улыбку.
– Только не рассказывайте Катерине Олеговне. Я… мне это все ненужно.
Женщина удивленно выгнула бровь и подойдя к стулу, подняла пакет.
– Парень позаботился о тебе. Не обидь его. Позавтракай.
Чтооо? Она серьезно?
– Но ведь…
– Я не треплюсь ни за спинами, ни в глаза. Тебе не о чем переживать.
– Тетя Тома, я…
– Тихо, успокойся, ― она протянул руку и погладила меня по плеч., ― Ты очень красивая девочка. И даже у такого ловеласа, как Ярик, не было шансов устоять.
Тетя Тома добродушно улыбнулась и вернулась к своей работе.
У меня челюсть отвисла.
И что это сейчас было?
Глава 5
Марина.
– Ты уже закончила? ― в кондитерский заглянула Верочка, дежурная сегодня по кулинарному цеху.
– Да, уже наношу последние штрихи. Еще минут пятнадцать.
Мне нужно было доделать украшение для пирожных, которые сразу же уйдут на витрину на баре. Утром они уже должны продаваться и потому всегда готовятся с вечера.
– Ой… Пятнадцать минут это долго. У сына сегодня День рождения и они меня уже все заждались. Мариш, сможешь закрыть цех сама?
– А кафе? ― вот тут меня едва не одолела паника.
– Не волнуйся. Сегодня Ярик на смене, а он всегда ждет, чтобы помочь закрыть кафе.
Я могла бы выдохнуть, понимая, что самой не придется по темному закрывать дверь. Неважно, что вокруг горели фонари. Вечер есть вечер, и я немного боялась. Мало ли какой ненормальный выскочит из‐за угла. Темнота ― мой страх. Но, с другой стороны, Ярик, с которым у нас не заладилось с первого рабочего дня. Я до сих пор помнила его дерзкий поцелуй и то, с какой наглостью он это сделал.
– Хорошо, ― выдохнула я, посчитав, что лучше с Яриком закрывать кафе, чем самой.
– Спасибо, Мариш. С меня пироженка.
– Вот эта, ― выгнула я бровь указывая на десерт, который меня сегодня задержал.
– Договорились. Пока.
– Пока.
Через пару минут, я, сполоснув руки, схватила поднос с первой партией лакомства и направилась в сторону бара. Кажется, Верочка, общалась с Ярославом.
– Я просто очень спешу, друг. Ты только не закрой Маришку, она еще на кухне.
Я тут же прикусила губу, и дойдя до бара, дала о себе знать.
– Ярослав, уберешь пирожные на витрину?
Он обернулся и одарил меня хмурым взглядом.
– Уберу. Верочка сказала, чтобы я тебя тут не закрыл, ― хмыкнул он, забирая поднос, ― а я подумал, может, нам вместе закрыться?
Я точно изменилась в лице. Его слова звучали искренне, без иронии. Он действительно этого хотел. Я же… Мне стало не по себе. На что он способен? Тронет меня без моего желания? Без согласия?
Ярослав свел брови на переносице и плотно сжал губы. Это я еще не знала, с какой силой он вцепился в поднос. Не погнул его случайно?
А что? Что он на меня так смотрит?
– Ты же сейчас не серьезно?
Он прищурился и оставив пирожные на стойке, двинулся ко мне. Я сжала руки в кулак, почувствовав, как короткие ноготки впились в нежную кожу ладоней. Прикусила губу изнутри и вздернула подбородок, пытаясь сделать вид, что я храбрая и воинственная девочка. На деле же коленки тряслись.
Ярослав остановился в нескольких сантиметрах от меня и наверняка мог слышать мое тяжелое дыхание. А я… я чувствовала жар его тела. И пялилась на губы… На губы, которые уже однажды терзали мои.
О чем я, вообще, думаю?
– А ты о чем сейчас подумала? Что я закрою нас здесь и возьму тебя силой?
Он был не злой, нет, он был в гневе. Гнев так и сочился из его голоса, он ощущался во всем его внешнем виде.
Я почувствовала солоноватый вкус во рту. На нервах прокусила губу, даже не почувствовав боли.
Ярослав протянул руку и коснувшись губы, вызволил ее из захвата зубов. Осторожно мазнул, стирая каплю крови и размазывая ее между пальцев.
– Сама захочешь, девочка.
