На самом деле, плевать, с кого начинать, но бомбардировщик крупнее штурмовиков и летит выше на километр. Промахнуться по нему практически нереально. «Росчерк» возьмёт цель, Юки подправит прицел, мне останется только произвести выстрел. Хреново, что в кабинах самолётов нет живых операторов. Кристаллам страх неведом, и они не отвернут ни при каких обстоятельствах. Так что придётся стрелять до конца…
– Принято! Но ты всё-таки постарайся вспомнить пароль, – сухо ответила Юки и тут же добавила: – Есть цель!
– Земля, – усмехнувшись, произнёс я и нажал на скобу. – С заглавной. Русскими буквами.
– Есть поражение! – коротко отчиталась Юки, а дальше произошло странное.
Начавшие сгущаться сумерки прорезали голубые лучи! «Росчерк» ударил из бортовых лазеров!
– Цели поражены! – сухо отчиталась боевая подруга и спустя секунду добавила: – Все самолёты уничтожены. Отбой тревоги…
– М-да…
Я окинул взглядом всё такое же чистое небо, усмехнулся, опустил винтовку и позвал назад своего фамильяра. Вот ни разу не компьютерная игра. Пальнул разок в пустоту, и всё веселье закончилось. Даже не успел испугаться…
– Прости, командир, – Юки появилась перед глазами и виновато потупилась. – Я электронная дура… Думала, там использовались только символы из нашей Системы…
– А ты хоть понимаешь, что это означает? – хмыкнул я, глядя на боевую подругу.
– То, что он там, вместо тебя?
– Да! – я кивнул и улыбнулся. – Алекс рон Дарт на Земле, и это отличная новость!
Глава 4
Нет, я, конечно, могу ошибаться, но тогда скажите: откуда Алекс знал русский язык? Тёмный подсказал ему только одно слово и пояснил, как его использовать? Ага… Только как бы это выглядело для самого Алекса? Вот тебе слово, запароль оружие корабля и свали подальше в спасательной капсуле? Бред! Слишком велика вероятность ошибки, да и какой смысл уничтожать такого полезного парня, как Алекс? Тёмному нужно было перенести сюда часть матрицы, и он это сделал, но Земле ведь тоже угрожает опасность! Проще было произвести рокировку и каждого из нас озадачить. Только сделать это Тёмный мог лишь при непосредственном контакте… ну или в пределах этой Системы, потому, в отличие от меня, Алекс знал заранее, куда он направляется и зачем. Всё остальное – его личная инициатива.
Понимая, что у искина корабля поехала крыша, капитан приказал ему дожидаться и одновременно постарался максимально обезопасить моё здесь появление. Срезал двери по пути в командную рубку и запаролил бортовое оружие. Не сделай он этого, и я бы сейчас здесь не стоял.
В момент приземления на Лим приказ капитана был выполнен, и изменившийся кристалл просто разнёс бы «Алькор» бортовым залпом. Наверное, он мог бы взлететь и попробовать расстрелять меня носовым лазером, но решил, что надёжнее будет рвануть со мной на Талею и подвести корабль под огонь ПВО.
Когда не выгорело и с этим, враг, зная, что бортовые лазеры не работают, поднял самолёты с двух уцелевших аэродромов. Оппоненту Тёмного очень нужна моя смерть, и он ради неё пожертвует любым переметнувшимся искином.
Капитан это понимал и сделал всё, что было в его силах. Он очень помог. Мне или… себе будущему? Чёрт, а ведь интересно: кто мы с ним друг для друга? Незваные гости, которые хуже татар, или настоящие братья? Думаю, ответ на этот вопрос не знают ни философы, ни фантасты. Зато знаю я! Бойцы Первого Легиона считают своих сослуживцев братьями. Я теперь тоже космодесантник. Значит, тот парень, что сейчас на Земле, мой брат. После всего здесь случившегося мне так проще о нём думать. Да, возможно, я ошибаюсь…
– Пароль установил Алекс рон Дарт, – Юки легко пожала плечами и добавила: – Ты же об этом сейчас думаешь?
– А ты научилась читать мои мысли? – хмыкнул я и с сомнением посмотрел на боевую подругу.
– Нет, – девушка покачала головой и, скопировав мой тон, пояснила: – Я, если ты не забыл, знаю состояние твоего организма и умею считывать эмоции.
– Хорошо, – я улыбнулся. – Но ты же ещё что-то узнала?
– Да, – Юки кивнула. – Алекс оставил тебе небольшое послание. В заметке к паролю. Там можно было написать пару слов.
– И что же он написал?
– Он написал, что террабитовый доспех уязвим для Хаоса, – Юки изобразила тяжёлый вздох и добавила: – Тебе нужно избавиться от брони.
– Это как «избавиться»? – я растерянно поморщился. – Просто взять и снять? Но…
– Да, именно так, – напарница кивнула. – Полагаю, у капитана были веские основания предполагать, что воздействию Энтропии подвержены не только грудные импланты.
– Интересно… – я усмехнулся и, положив на плечо винтовку, направился к кораблю. – Билата говорила, что бойцы в броне ощущают воздействие Хаоса через месяц после высадки на поверхность планеты. Эти выводы были сделаны во время трёх экспедиций, которые были совершены на Талею.
– Во время тех экспедиций легионеры находились под защитой полей, – тут же возразила мне Юки. – И даже несмотря на это как минимум некоторые из них испытали на себе негативные последствия. Надеюсь, ты не забыл о том, что произошло с Веридом роном Рейном и десятком бойцов, которые вместе с ним прибыли на Луону?
– Нет, не забыл, – я тяжело вздохнул. – Вот только много ли я протяну тут без брони?
Услышав вопрос, Юки ненадолго задумалась и пояснила:
– Ты знаешь, мне кажется, что с Меткой Тёмного Энтропия тебе не страшна. А броня… Думаю, она может усиливать негативное воздействие на организм. Точно не скажу, но Алекс посчитал важным донести эту информацию до тебя. Думаю, к этому стоит прислушаться. Да, я понимаю, что винтовку тогда придётся оставить, но из пистолетов можно стрелять при помощи «рукава». Меч ты тоже можешь использовать, а от пуль и лазеров я постараюсь тебя защитить. Только возьми для меня запасную батарею.
Ну да… Только с помощью нарукавной батареи можно произвести не больше пяти выстрелов из плазменного пистолета. Впрочем, пять выстрелов – это лучше, чем ничего. К тому же батарею можно подзарядить от ранцевой, но, как бы то ни было, задача усложняется. Впрочем, никто и не обещал, что будет легко.
Позвав подбежавшего Сая, я вернулся сквозь пролом на корабль и сразу же направился в оружейную комнату. Медблок пока подождёт, сначала нужно разобраться с текущими делами.
Сняв броню, я убрал винтовку в шкаф и внимательно изучил список хранимого вооружения. Затем сходил в комнату очистки и переоделся в полевой комбинезон. Вернувшись в оружейную, повесил на пояс обе кобуры с пистолетами, вытащил из ящика пластиковый ранец и сложил в него аккумуляторы с магазинами. В качестве дополнительного оружия выбрал компактную штурмовую винтовку и короткий пехотный меч. Примерив пять «рукавов», выбрал самый подходящий и закрепил его на левом предплечье. Внешне нарукавная батарея чем-то походила на наруч средневекового рыцаря. Защиты от неё, правда, было немного, но движениям не мешала – и ладно.
Доложив в ранец пять снаряжённых магазинов к винтовке, я сходил на кухню и накормил кота. Немного подумав, составил компанию своему фамильяру. Закончив с едой, отобрал десять пайков, наполнил водой две армейские фляги и вернулся в оружейную комнату.
Брал с большим запасом. До станции всего шестьдесят один километр, и нам с Саем хватило бы одного пайка на двоих, но непонятно, сколько времени займёт осмотр территории.
На того парня в медблоке рассчитывать пока не приходилось. Я десять дней провалялся в отключке после тридцати семи лет нахождения в капсуле, и с ним будет что-то похожее. Сейчас его нужно «разбудить» и перевести в режим реабилитации. Он подождёт меня здесь. За безопасность можно не переживать: на Талее нет оружия, способного преодолеть защиту корабля, и никакая тварь к «Росчерку» не приблизится. Кристалла тут нет, но хватит и нейросетей. Юки их уже проверила и правильно озадачит.
Сложив пайки с флягами около ранца, я запросил у подруги информацию по использованию медицинского оборудования и направился в медблок корабля. Настроение было отличное. Я пока не знал, кто там находится, но напарник лишним не будет. Настоящий, всамделишный космодесантник. С ним даже побухать, наверное, можно.
Вложив ладонь в специальный отпечаток на панели возле медблока, я открыл дверь, зашёл внутрь, огляделся и хмыкнул. Ну хоть в чём-то фантасты на Земле не ошиблись.
Просторное прямоугольное помещение было залито мягким голубым светом. Вдоль правой стены располагались хранилища медицинских препаратов и сменные детали конструкций капсул, которых в комнате стояло шесть. Ведь именно столько человек входило по штату в экипаж этого корабля.
Справа от входа в специальных креплениях над полом висели два робота-медика, основными задачами которых являлись замена оборудования капсул и доставка необходимых для лечения препаратов.
Сами капсулы располагались в ряд с интервалом в полметра одна от другой и занимали большую часть пространства этого помещения. Длина каждой – примерно два с половиной метра, ширина – метр семьдесят и высота – полтора. Все капсулы являлись встроенными элементами блока и представляли собой медицинские столы с расширенными возможностями.
Детали конструкции выдвигались из пола, и такой стол превращался в капсулу, которая по функционалу дала бы фору любой московской больнице. Достаточно положить сюда человека – и искусственный интеллект проведёт все необходимые манипуляции: от полной проверки состояния организма до большинства хирургических операций. В особо сложных случаях сохранит раненого до прибытия корабля на Аргон.
Капсулы также использовались при дальних перелётах, сохраняя членов экипажа корабля в состоянии условного сна, который земные фантасты называли анабиозом. Собственно, здесь была похожая ситуация. Пять капсул пустовали, шестая находилась в режиме сохранения.
Уже здесь, на пороге медблока, я вдруг понял, что меня напрягает. Находящийся в капсуле не мог самостоятельно выйти из медицинского сна! Это было как минимум странно.
Да, я помнил, о чём говорил мне на Станции Эрик, но здесь ситуация не такая. Ты не можешь самостоятельно прервать операцию или период реабилитации, но когда здоровье в порядке, никто не станет тебя здесь держать. С сохранением ещё проще. Оно прекращается в установленный срок или в тот момент, когда на корабле происходит внештатная ситуация.
Получается, Алекс положил приятеля в капсулу и запретил выводить его из состояния сна? Ведь вряд ли тот, кто находится в капсуле, попросил его не будить… Или он не смог сам проснуться? Ведь если этот искин тоже…
– С кристаллом всё в порядке, – успокоила меня подруга. – Он полностью отрезан от корабля и хорошо защищён. Я почувствовала его только сейчас.
– Хватит уже читать мои мысли, – я облегчённо выдохнул и, обратившись к кристаллу медблока, потребовал: – Докладывай!
– Медицинский блок функционирует в штатном режиме, – сухим женским голосом отчитался кристалл. – Связь с кораблём заблокирована, как ты и приказал. Объект в шестой капсуле пребывает в бессрочном сне. Состояние стабильное. Угроз жизни и здоровью нет. Оценку психоэмоционального состояния провести невозможно.
– Ясно, – я кивнул, подошёл к капсуле и попросил: – Покажи его.
В следующий миг верхняя панель стала прозрачной, и… реальность обрушилась на меня ледяным водопадом.
На широком медицинском столе лежала светловолосая девушка. Юная и красивая, как летний закат, но… Этого же просто не могло быть, и… Какого хера тут вообще происходит?!
Отшагнув назад, я с силой зажмурил глаза, открыл их, и… всё осталось по-прежнему. Девчонка спокойно спала, чуть приоткрыв рот, и никуда исчезать не думала. Это в капсуле медблока боевого корабля! На захваченной Хаосом планете… Грёбаный сюр, и непонятно, что теперь с этим делать…
Она была похожа на спящую царевну из сказки. Высокая, длинноногая и очень худая. С короткой стрижкой и белыми, как снег, волосами. Одета в тёмные дорожные штаны, коричневую рубаху и короткую куртку. На ногах высокие армейские ботинки.
Кто она? В Легионе служить не могла, но тогда эта девушка из экипажа «Феникса»? Медик или, может быть, инженер? Полностью одета – значит, не была ранена, но… как она здесь оказалась? Боевая подруга Алекса? Возлюбленная? Скорее всего, так и есть, но мне-то она на хрена? Тут же не игра и не идиотский сериал про подругу космического пирата! Да, вкусу Алекса можно только позавидовать, но меня совершенно не трогали прелести этой красотки. Она не моя, и я вообще хотел мужика! В смысле, напарника.
Простояв так примерно с минуту и уложив в голове эту сказочную принцессу, я обречённо вздохнул. Нет, я очень люблю женщин, но всему же своё время и место. Вот зачем мне сейчас эти пятьдесят килограммов геморроя? Я совсем не сексист, мне близки идеи равноправия и женской эмансипации, но эта длинноногая красотка не заменит напарника. И не разбудить нельзя. Алекс же не просто так спасал эту подругу.
У меня никогда не было своей женщины, но зато с мозгами полный порядок. Вот как, скажите, объяснить подруге, что ты – это больше не он? Твой парень улетел на далёкую планету, ага… Вернее, улетели его мозги… Да ёп! Вот, казалось бы, пользуйся моментом, но я же не свинья! Алекс мой брат, а это его женщина! Идиотизм? Всё не так однозначно? Да, наверное, но себя ведь не переделаешь.
С другой стороны, а чего я так заморочился? Всё равно же собирался в одиночку сходить и уничтожить кристалл. Пока она будет приходить в себя, закончу тут все дела и, возможно, даже успею долететь до Аргона. Если здоровому мужику на это понадобилось больше десяти дней, то что говорить о худенькой девочке? Она же, как и я, тридцать семь лет проспала. В общем, решено. Запущу процесс реабилитации и отправлюсь по своим делам. Завтра с утра, в смысле, отправлюсь, ну а там – как-нибудь разберёмся. Умирать только нельзя, ведь без меня эта подруга погибнет. Впрочем, я этого делать не собираюсь.
– Как её хоть зовут? – уточнил я, не отрывая от девушки взгляда. – И что я говорил, когда помещал её в капсулу?
– Имени ты не назвал, – тут же пояснила хозяйка медблока. – Приказал заблокировать связь с кораблём и погрузить объект в бессрочный сон, который можешь прервать только ты или кто-то из старших по званию. Потом распорядился готовить спасательную капсулу, и больше мы не разговаривали. От себя замечу – ты очень спешил. Объект был помещён в капсулу в одежде, что противоречит инструкциям. При этом никаких ранений и травм она не имела. В момент помещения в капсулу находилась без сознания. Причина его потери мне не известна.
– Ясно, – я кивнул. – Приказываю вывести её из состояния сна. И сообщи, когда примерно она очнется.
– Да, командир! Убираю газ. Объект придёт в сознание примерно через двадцать секунд.
– Через двадцать?! – выдохнул я, растерянно глядя, как отодвигается прозрачная крышка. – Но мне казалось, что это произойдёт нескоро.
– Время пробуждения зависит от состояния головного мозга, – спокойно доложила хозяйка медблока. – Структура её мозга демонстрирует высочайшую степень нейропластичности и крайне сложную организацию нейронных сетей. Я с таким ни разу не сталкивалась и даже не представляла, что подобное возможно.
М-да… Десять дней – и двадцать секунд. Вот даже не знаю, радоваться мне или расстраиваться из-за собственной тупости. Умный на моём месте, наверное, поинтересовался бы о сроках пробуждения и не задавал глупых вопросов. Как там говорят на Земле? Умная баба плюс тупой мужик равно – счастливая семья? Чёрт! Да что за херня мне в голову лезет?!
За двадцать секунд капсула с негромким жужжанием полностью скрылась в полу. Передо мной остался только стол с лежащей на нём блондинкой. Пока я перебирал в голове варианты предстоящего разговора, сон закончился. Девушка глубоко вздохнула и открыла глаза. Большие, как у персонажа из аниме, очень красивые и… жёлтые.
Видя, что эта подруга пришла в сознание, я кивнул, изобразил на лице улыбку и… только чудом успел среагировать на движение. Не произнеся ни единого слова и не изменившись в лице, девчонка крутанулась на столе и коротко пробила коленом мне в пах. Это произошло настолько быстро, что без Юки я бы не успел среагировать.
Резко вывернув бёдра, я сбил колено левой ладонью и попытался поймать девчонку за куртку, но она оказалась быстрее. Отбросив мою руку локтем, девушка оттолкнулась ладонями от стола и, извернувшись, отпрыгнула на свободное пространство около выхода.
И вот что делать мужчине в такой ситуации? Эта подруга, очевидно, затаила обиду на Алекса, и мне сейчас приходится расхлёбывать. Нет, наверное, лучший вариант – просто дать по башке, но как с ней потом разговаривать? К тому же бить женщин – последнее дело, гораздо проще попробовать договориться.
– Погоди! Я всё объясню! – выставив ладонь, произнёс я и мысленно приказал кристаллу держать дверь медблока закрытой.
Впрочем, бежать никто тут не собирался. Заметив мой жест, девчонка оскалилась, прыгнула вперёд и вцепилась в моё запястье. Руку я не отдёрнул. Просто не видел угрозы. Опрокинуть на пол она меня так не могла, а любой удар ногой я заблокирую. К тому же её теперь не придётся ловить, а то начнёт скакать по столам, и что тогда прикажете делать?
Все эти мысли мелькнули в голове за мгновение, а дальше началась какая-то дичь.
Руку обожгла резкая боль, а вцепившуюся в неё блондинку затрясло так, словно она ухватилась за высоковольтный кабель. Жутко и страшно. Тело содрогалось в странных конвульсиях, глаза закатились, ноги подкосились, и… тут вдруг у меня проснулась в голове Юки.
– Держи её ладони на своей руке! – заорала боевая подруга. – Не дай ей тебя отпустить!
– Сука! – выдохнул я и, морщась от боли, накрыл ладони девушки своей правой рукой.
Это продолжалось больше минуты. Девчонка висела на моей руке, дёргаясь так, словно из неё изгоняли всех демонов преисподней. Юки не отвечала, рука дико болела, но самым поганым было то, что я не понимал, какого хрена тут происходит. Нет, даже идиот связал бы цвет её глаз и проснувшуюся на руке Метку, и тут явно не обошлось без заражения Хаосом. Подарок Тёмного как-то избавлял эту подругу от мерзости, которую почему-то не заметил местный искин. Вот только как?! И что с ней будет потом?
По итогу ничего страшного не случилось. В какой-то момент девушка перестала трястись и безвольно повисла у меня на руке. Боль прошла, я осторожно уложил её на пол и возмущённо поинтересовался:
– Ты долго будешь молчать?!
– А что говорить? – Юки появилась перед глазами и пожала плечами. – Я и сама не понимаю, что произошло. Просто знала, что ты должен поступить так. Кстати, можешь уже её отпустить.
– М-да… – я вздохнул и, подняв девушку с пола, снова уложил её на стол.
Она была совсем не тяжелая. Килограммов сорок всего – при росте под метр семьдесят пять. Долгое нахождение в медицинской капсуле не добавляет лишнего веса. Дышала вроде нормально, и её уже совсем не трясло. Только было непонятно, что с ней теперь делать.
Я уже собирался проконсультироваться с хозяйкой медблока, но этого не понадобилось. Девушка открыла глаза. Такие же красивые, но уже оранжевые!
Приняв сидячее положение, она ошарашенно оглядела серые стены, заметила меня и отпрянула.
– Сейчас всё тебе объясню, – я сделал успокаивающий жест и снова изобразил на лице улыбку. – Ты, главное, больше не нервничай.
– Но… – девушка с сомнением смерила меня взглядом и, спрыгнув со стола, осторожно добавила: – Но ты же не Алекс! Я это чувствую…
– Сказал же, всё объясню, – произнёс я, немного сбитый с толку таким поворотом нашей беседы. – Для начала назови своё имя. Мне нужно знать, как к тебе обращаться.
– Айна дея Аргона, – глядя мне в глаза, твёрдо объявила она. – Я дочь Императора Кориана…
– О-хе-реть, – выдохнул я, осознав сказанное, и потрясённо покачал головой. – Занавес…
Глава 5
Сон оборвался. Он почувствовал тело и судорожно вдохнул. В тот же миг руку и виски пронзила резкая боль, но он обрадовался ей, как старой подруге.
Сознание прояснилось. К телу вернулась чувствительность. Он открыл глаза и увидел над собой потолок. Грязно-белый, с двумя неровными трещинами. Вдохнул, выдохнул и улыбнулся.
Дышать было легко, видел нормально, но тело ощущалось странно. Чужое и ватное… Ватное, м-да…
В голове тут же появилось определение: волокнистое вещество из хлопка и шерсти, используемое в санитарии и для утепления одежды, жилищ… Интересное сравнение и полностью отражает суть его состояния. Разум уже адаптировался к существующей реальности. Думает он уже на чужом языке и даже мгновенно подбирает сравнения. Вот только понимание немного запаздывает, и с этим придётся жить в первое время. Впрочем, на другое он и не рассчитывал.
Приняв сидячее положение, Алекс с сомнением оглядел светлую тряпку, которой его кто-то накрыл, откинул её в сторону и увидел свои ноги. Худые и… совершенно чужие. Мысленно выругавшись на незнакомом, но удобном языке, он поднёс к лицу ладони, рассмотрел их и обречённо вздохнул. С этим тоже придётся жить… Он знал, на что шел, понимал цену своего решения и ни о чём не сожалел. Даже сейчас…
Морщась от головной боли, капитан поднялся с кровати и, как был в трусах и футболке, прошёл по комнате до противоположной стены. Вернувшись, сделал пять приседаний, затем оперся руками о пол и принялся отжиматься. На одиннадцатом повторении понял, что больше не может. Выругался и, поднявшись на ноги, устало сел на кровать. В этот момент его накрыла волна ужаса и отчаяния.
Жуткое, незнакомое чувство проникло в каждую клетку нового тела и опутало разум липкой паутиной необъяснимой тревоги. Ощущения были настолько сильными, что ему стало трудно дышать. Один… Вдали от своих… На чужой, отсталой планете, в бессильном нетренированном теле. Без навыков и оружия, имея лишь смутное представление о своей текущей задаче…
Впрочем, продолжалось это недолго. Подавив страх усилием воли, Алекс провёл ладонями по лицу и грустно усмехнулся. К этому теперь тоже нужно привыкнуть. Организм чужой, и неудивительно, что у него такая высокая эмоциональная восприимчивость. Наверное, медитациями и специальными тренировками это можно будет поправить. И ещё должна помочь Метка… Исходный код, который он получил вместе с этим телом. Кусочек матрицы, который может спасти многих. Здесь – и там, в далёкой Империи.
Алекс перевёл взгляд на запястье левой руки и вздохнул.
