Страница 3 из 6
И в доказательство моих слов, сперва гончие прекратили своё паническое бегство и алчно глянули на нас, а потом показался шевелящийся ковёр из пауков. Они помчались в нашу сторону, сверкая глазами-плошками и щёлкая хелицерами.
– Твою мать! – выплюнула Мирослава и помчалась следом за Анной. А та уже неуклюже бежала за мной с дико вытаращенными в ужасе глазами.
И со стороны Коломейцева явно выглядела, как идеальный кандидат на роль актрисы, изображающей в фильме красотку-раззяву, которая постоянно подворачивает ногу, удирая от монстров. И, чтобы такого не произошло, я остановился, сунул за пазуху Акима, закинул пискнувшую девчонку на плечо и помчался к частоколу, искренне благодаря того охотника, что снял с Анны всю броню. Сейчас на ней был лишь грязный комбинезон, весящий всего ничего. Да и сама Аннушка весила не так уж и много. Первую сотню метров я пробежал, вообще не чувствуя её веса, а вот потом уже почувствовал…
Ноги стали подгибаться, плечо отозвалось болью, а вдоль спины потёк целый водопад горячего пота. Казалось, что Коломейцева усиленно жрала, добывая еду прямо из воздуха, пока я её катал.
Однако у меня ещё имелись кое-какие силы, потому я, стиснув зубы, продолжил бежать, словно хромой мерин. Оставил за спиной площадь и ворвался на знакомую узкую улочку, стиснутую заборами. Тотчас трава принялась злорадно хватать меня за ноги.
– Гадство, – зло прошипел я сквозь зубы, пробежал ещё с пару десятков метров и остановился около открытой калитку, где с облегчённым вздохом стащил с плеча перепуганную блондинку. Оказавшись на ногах, она покачнулась и чуть не упала. Но я вовремя поддержал её.
– Они догоняют! – прокричала отставшая Синявская, уже успевшая избавиться от пут.
– Помоги ей, – кивнул я на Анну, чьи руки продолжали быть связанными, а изо рта торчал чей-то грязный платок, играющий роль кляпа.
Мирослава не стала мне перечить, чем снова продемонстрировала свою сообразительность. Она подскочила к хлопающей глазками блондинке и начала распутывать её.
А я тряхнул руками, поскрёб по сусекам маны и швырнул в орду пауков и гончих магоформу «волна» А-ранга. Она прокатилась по улице, уничтожая всё на своём пути. Траву, заборы и, конечно же, монстров. Пущенный следом «бумеранг» собрал полсотни душ, не меньше.
Однако тварей оставалось ещё охренеть как много. А у меня уже бензин был на нуле, в смысле, мана. А восстановить её не так-то просто. Нужен покой и умиротворение. А какой тут на хер покой? У меня сердце в груди билось так, будто хотело выпрыгнуть и умчаться. Но опыт множества битв всё-таки позволил мне унять сердцебиение и даже чуток расслабиться.
– Ратников, что с твоим лицом? Ты будто лёг в тёплую ванну с бокалом вина в руке, – протараторила Мирослава, судорожно дыша. – Сейчас не время сходить с ума! Ты нам нужен!
– За мной, – махнул я ей рукой, миновал калитку и побежал к частоколу через травяное море, жгущее открытые участки кожи.
Девчонки поскакали за мной по проделанной моим телом колее.
Монстры тоже решили, что пока не стоит прекращать погоню. Они повалили забор и помчались за нами. И очень шустро помчались. Пауки сократили расстояние и прямо на бегу начали плеваться в нас кислотой. Тупые, конечно, они. Мы же все накрыты магической бронёй, отражающей физические атаки. Поэтому все усилия пауков пошли насмарку. Они лишь изрядно попортили местный газон, понаделав в нём проплешин, будто бы сотворённых с помощью агрессивной кислоты.
– Туда! – указал я девчонкам на брешь в частоколе, а сам остановился и выдал очередную «волну». Она повергла в гнилостный прах особо ретивых гончих, обогнавших прочих монстров. Да и газон после работы моей магии оказался «подстрижен» под ноль. Правда, я сам чуть с копыт не свалился от магического истощения. Во рту появился металлический привкус, а сердце застучало как-то не очень ровно, словно забыло, как это правильно делать.
Однако я всё-таки собрался с силами, с помощью «бумеранга» сцапал души, а затем проскочил через брешь в частоколе и очутился у импровизированно моста. И тут перед моими выпученными глазами предстала картина маслом…
Анна пыталась затащить на перекинутые через ров брёвна Синявскую, бултыхающуюся в тухлой воде. Её тянула на дно кольчуга, поэтому у отчаянно вопящей Коломейцевой не хватало сил на то, чтобы вытащить из воды объятую ужасом Мирославу, хватающую ртом воздух.
– Вас двоих ни на секунду нельзя оставить! – выдохнул я, забрался на брёвна и подбежал к Мирославе. Схватил её за руку и вытащил на мостик. – Ты всё-таки хотела посмотреть на того мертвеца?
– Агхм, – ответила Синявская, выплёвывая изо рта мутную воду, смешанную с мелким мусором.
– Некогда лежать! – ухватил я её за талию, поднял и потащил прочь, отчаянно проклиная тот день, когда пошёл против своих принципов.
Не надо было брать в отряд девок! Хотя, с другой стороны, от них есть польза. У меня уже сформировался кое-какой план… Но сперва бы удрать от монстров.
Твари выскочили из бреши в частоколе, как раз в тот момент, когда я вместе с девчонками оказался на другой стороне рва. И я тут же столкнул в воду все брёвна, изображающие мост.
Благо, сельчане сделали ров довольно широким, будто знали, что мне придётся улепётывать от демонов, поэтому пауки побоялись в него лезть. Однако гончие решили его переплыть, но откашлявшаяся Мирослава начала швырять в них магоформы, отбившие у зверей всякое желание геройствовать.
– Молодец, – похлопал я по плечу Синявскую, не чувствуя в себе сил даже на то, чтобы создать магоформу Ё-ранга.
Однако «бумеранг» я при поддержке жадности сумел-таки сотворить, чтобы души гончих просто так не пропадали. Магия притащила мне пяток душ, после чего мы с девками торопливо двинулись прочь.
– Ратников, скажи мне, что ты знаешь куда идти, чтобы покинуть эти чёртовы джунгли, – прохрипела Мирослава, чьё лицо осунулось от усталости. Анна выглядела не лучше, а даже хуже. Она из последних сил продиралась через джунгли, тяжело дыша и сглатывая густую слюну.
– Хочу тебя огорчить. Я не знаю, – усмехнулся я и достал из-за пазухи Акима. – На, подлечи его. Вот он знает куда идти.
– Грач? – выпучила глаза красотка.
– А что тебя удивляет, гар-р-р? – прокаркал Аким, смекнув, что время маскировки прошло. Приход в этот мир Ищейки всё поменял. Теперь я мог немного выйти из тени.
– Фамильяр! – ахнула Коломейцева, чуть не врезавшись головой в низко растущую ветку. – Я только раз видела фамильяра. Ох, бедненький, у тебя глазика нет, и пёрышки все в крови. Я бы тебя вылечила, но подлый Вербов отобрал у меня магический перстень.
– Вербов получил своё. Сдох как собака, а то и хуже. Любо дорого было посмотреть, гар-р-р, – довольно изрёк Аким, перекочевав из моих рук в лапки Синявской.
– Какой кровожадный фамильяр, – проронила Мирослава, запустив в тушку Акима целительную магию, быстро затянувшую все его раны. – Он мне нравится.
Фамильяр насмешливо покосился на меня. Дескать, гляди какой я дамский угодник.
– Правда, глаз ему так просто не вернуть, – продолжила Синявская, глядя на Акима, принявшегося размахивать крыльями, чтобы избавиться от засохшей крови.
– Да я и с одним глазом – орёл! – гордо выдал фамильяр и, явно красуясь, точно ракета, взмыл в воздух.
– А я, кажется, уже видела его рядом с вами, Ратников, – задумчиво проговорила Коломейцева, снова двинувшись по джунглям. Только теперь мы шли не наобум, а следовали за Акимом.
– Сдаётся мне, что Ратников – никакой не Ратников, – сощурила глазки Мирослава. – Собственно, этим и объясняется такое волшебное преображение вчерашнего затюканного слабака-мага в этого… этого господина. Кто вы?
– Снова на «вы»? Хороший сигнал, – осклабился я, устало меся ботинками чавкающую грязь и отчаянно надеясь на то, что Ищейка не станет нас преследовать. У меня ведь для неё ещё не подготовлена ловушка.
– Вы должны мне несколько честных ответов на мои вопросы, – напомнила Синявская, внимательно глядя по сторонам, чтобы не проворонить возможное нападение демонов.
– Валяй, задавай, – разрешил я, поймав на себе изумлённый взгляд Анны. Кажется, её до глубины души потрясло то, что перед ней не настоящий Ратников. В её глазах, будто бы даже теплилась надежда на то, что предположение Мирославы окажется неверным.
– Как вас зову… Хотя, нет, это не особо важно. Роман или Игорь или ещё как… Не важно. Так. Из какого вы мира?
– Земля-13, – сказал я, услышав потрясённый вздох Анны. Всё-таки Ратников оказался не Ратниковым, что сильно опечалило её. А я ещё и поддал гари, весьма правдоподобно солгав: – В родном мире меня ждут жена и дети.
– Так вы женаты? – неприятно изумилась Синявская. – И сколько же вам лет?
– Ага, женат. Как-то пошёл на запах борща, да и женился. Я тогда был не на пике своей интеллектуальной мощи. А годиков-то мне уж почитай три полных десятка, – соврал я. На самом деле мне было на несколько лет меньше.
– Раз вы не Ратников, то, где же он теперь? – спросила Коломейцева, затаив дыхание.
– Помер в том самом магазине, где нас с Синявской впервые свела воля дьявола. И если бы она не хлопала ушами, то увидела бы его душу.
– Бедолага, – хлюпнула носиком блондинка, опустив голову.
– Да чёрт бы с ним, – «человеколюбиво» выдохнула Мирослава. – А как вы поняли, что вас тут ждёт засада?
– Звоночков хватало. Все не буду называть, но о Вербове расскажу. Он же умный человек, а в джунгли с какого-то хера сунулся, хотя я ему сказал, что демоны развесят по лианам кишки охотников. Потом тот же Вербов взял в отряд мало на что способную Аннушку. Мне думается, что он сам предложил ей пойти с ним. Так ведь?
– Так, – кивнула Коломейцева.
– И опять же Вербов уж слишком рисковал в бою с гончими, словно знал, что они не причинят ему вреда. Надо отдать должное Ищейке, она старалась создать хорошую ловушку, но всё-таки не докрутила её. Ничего неожиданного в ней не было. А вот если сейчас Коломейцева вытащит из-под губы лезвие бритвы и полоснёт им меня по горлу, то вот это уже будет неожиданно.
– Кто такая эта Ищейка? – спросила Мирослава, покосившись на блондинку, никак не отреагировавшую на мои слова.
– Ты же слышала, что она – эмиссар ящеров. Ищейка умеет путешествовать между мирами, как и прочие сильные маги смерти. У нас с ней богатая история взаимоотношений. Каждый из нас, если хочет представить что-то хорошее, в первую очередь фантазирует о жестокой смерти другого. Я, к примеру, представляю, что она варится в расплавленном металле. И орёт, орёт, орёт…
– А ящеры…
–…Даже не заикайся о них. Я всё расскажу, когда мы доберёмся до князя, а то мне не хочется по триста раз талдычить одно и то же.
– А если князь нам не поверит? – проблеяла Аннушка, уже, кажется, перестав оплакивать Ратникова. Быстро она.
– Поверит. В том или ином виде к нему уже подкатывали посланцы ящеров. Возможно, они его даже перетащили на чешуйчатую сторону.
– Наш князь не такой! Он до конца будет биться за свой народ, – отчеканила Синявская, полыхнув глазками. Хм, как она его рьяно защищает… Это можно будет использовать.
– Тогда волноваться не о чем.
– Вообще-то есть о чём… – сурово выдала Мирослава, скрипнув зубками. – Оказывается наш мир на грани гибели, а единственный, кто может помочь нам, это вы… ты. И надо признать, что ты – не самый хороший человек. Совсем не спаситель на белом коне.
– Да у меня и желания-то нет спасать вас. Но я очень сильно хочу насолить ящерам, так что помогу вам оказать им сопротивление, – проговорил я, попутно прикидывая, что успею сделать до того, как закрою оставшиеся пункты Списка.
– Вы не плохой человек, – вдруг заявила Аннушка, едва не поскользнувшись на влажной грязи. – Если бы вы были плохим, то не пришли бы нам с Синявской на помощь.
– Чую, мы просто для чего-то ему нужны, – пробормотала Мирослава, отодвинув рукой очередную ветку, пытающуюся выколоть её глаз. – Те, кто был ему не нужен, остались лежать в церкви.
– Молодец, что вспомнила церковь. Любопытно узнать подробности, произошедшего там, – проговорил я, заметив, что джунгли перестали быть такими густыми. Значит, скоро нас ждёт опушка.
Глава 4.
Девки быстро переглянулись и шустро затараторили, пытаясь опередить друг друга. Из-за этого я ни хрена ничего не понял и поднял руку:
– Тпру-у-у. Давайте по очереди. Коломейцева была первой в церкви, так что пусть она и начинает.
Аннушка бросила на Мирославу победный взгляд, поправила грязный локон и заговорила, тяжело вздохнув:
– Мы шли через джунгли, постоянно теряя охотников, посему к церкви добрался отряд численностью всего семь человек. И тут нас окружили гончие. Вербов приказал отряду укрыться в церкви. Мы оборонялись около получаса, а затем появилась Синявская…
–… Долгая прелюдия, давай сразу к финалу, где Вербов крутит вам руки, – поторопил я её, увидев опушку, укутанную серым сумраком.
– Этот гад и предатель подлым образом стащил с моего пальца перстень, пленил Синявскую и убил Григория и Алексея. Видимо, Вербов не сумел перетянуть их на свою сторону, потому-то ему и пришлось расправиться с ними.
– Жаль, целых две души пропали, – опечалился я.
– Признаться, мне до ужаса хотелось вытащить спрятанный перстень и дать бой предателям, – взяла слово мрачная Мирослава, глядя под ноги, где почва стала посуше. – Но я кое-как сдержалась, памятуя о твоих словах, Ратников… или как теперь тебя называть?
– Называй, как и раньше. И без моего разрешения никому не говорите, что Ратников уже не Ратников.
– Хорошо, – проронила Синявская.
Аннушка же ограничилась лишь кивком, а затем спросила:
– Почему ты всё-таки пошёл в джунгли, раз знал, что тебя там ждёт ловушка?
– По многим причинам, – туманно ответил я.
Ну, не рассказывать же ей, что мне нужно было проверить силу Ищейки, а также показать, что некоторые люди мне типо как не безразличны?
К слову, надеюсь, что Ищейка поверила в эту фантастику с небезразличными людьми. А уж в то, что я гораздо слабее неё, она точно поверила, ведь это практически так и было.
Теперь Ищейка попробует загнать меня в такую ловушку, из которой я не выберусь и паду от её магии. И действовать она будет через окружающих меня людей. Запугивание, шантаж, подкуп… всё пойдёт в дело. И мне нужно создать в своём окружении такого персонажа, который в нужный момент сыграет в моём плане ключевую роль.
Пока же я услышал недовольное фырканье Коломейцевой. Её явно разбирало любопытство. И не получив ответ на один вопрос, она задала другой:
– Выходит, иные миры существуют? И кто там живёт?
– Там плюс-минус всё то же самое, что и у вас. Только иногда технологии заметно более продвинутые, чем у вас. И вот парадокс, в одном из очень развитых миров некоторые люди считают, что земля плоская, прививки делают только староверы, а заниматься проституцией не зазорно, а весьма выгодно. И такие дамы даже во всеуслышание говорят, что да, сплю за деньги с мужиками, завидуйте мне, сучки.
– Фи, – сморщила носик Анна, в ужасе прижав грязные ладошки к покрасневшим щечкам.
– Это их дело, – пробурчала Мирослава. – Расскажи лучше, какое в иных мирах оружие и что там за магия?
– Доберемся до князя и расскажу, а сейчас лень, – усмехнулся я и вышел из джунглей.
Тут же вечерняя прохлада окружила меня, остужая разгорячённую кожу, покрытую плёнкой пота, смешавшегося с грязью. Дико захотелось почесать торс. И я не стал себя сдерживать, хотя рядом и присутствовали дворянки. Запустил пятерню под пропотевшую, вонючую одежду и с наслаждением поскрёб ногтями кожу, почти испытав оргазм.
Девчонки с отчётливой завистью посмотрели на меня, но сами чесаться не стали. Воспитание не позволило. Они же не какие-то простолюдинки, а благородные дамы. Потому им пришлось терпеть, хотя они явно бы с наслаждением пробежались ноготками по зудящей тут и там коже.
– Ищейка не стала преследовать вас, гар-р-р, – отрапортовал Аким, усевшийся на моё плечо. – Я пару раз летал назад и не видел её. Звери же без команд фамильяра занялись своими звериными делами.
– Хорошо, – кивнул я и пошёл к броневичкам, чьи силуэты угадывались в сером сумраке, опустившимся на княжество.
– А если… если князь переметнулся на сторону ящеров, что же нам тогда делать? – подала голос Аннушка, сорвав пучок травы и принявшись им оттирать от грязи лицо и руки.
– Князь не мог так поступить, – процедила Синявская, бросив на блондинку рассерженный взгляд разноцветных глаз.
– Будем решать проблемы по мере их поступления, – мудро изрёк я и следом уточнил: – Князь же не женат, а из родственников у него осталась только собственная тень?
– Верно, – сказала Мирослава, попутно насмешливо поглядывая на Анну. А та уже и слюни пустила в ход, чтобы избавиться от грязи. – Ратников, ты что-то задумал?
– Может, и задумал.
– Если ты решил сесть на княжеский престол, то лучше сразу откажись от этой мысли. Я не дам тебе этого сделать.
– Пф-ф-ф. Больно он мне нужен этот твой престол, – совершенно честно сказал я, что было на меня не похоже.
– Ну-ну, – сощурила глаза Мирослава, чья система жизненных ценностей говорила, что каждый первый буквально жаждет заползти на княжеский престол.
