Ледяной голос Марфы поверг Игоря в коматоз. Реакции притупились, сердце остановилось, дыхание свалило в неизвестном направлении.
Марфа изо всех сил толкнула оба тела, навалившихся на неё. Оставалось только удивиться, как сорок семь килограммов за секунду скинули на пол вес втрое больше собственного.
– У тебя есть две секунды, чтобы объяснить мне, что за хрень тут происходит, – встав с кровати и включив свет, Марфа ткнула пальцем в охреневшего Игоря. – Если не успеешь, я вспорю тебе брюхо и скормлю кишки твоей шлюхе. Время пошло.
Вся краска сошла с лица парня. Ещё никогда в жизни он не был в такой до нелепости убийственной и шокирующей ситуации.
– Что ты тут делаешь? – спросил он у Марфы. Тупейший вопрос, но работать его мозг, если он вовсе ещё был жив, отказывался.
– Дай подумать, – Марфа мечтательно коснулась губ указательным пальчиком. – Мой сраный медовый месяц. Ибица. Мой люкс. Моя постель… Что же я тут делать могла… Думаю… Думаю… Я тут, сука, спала! Спала до тех пор, пока ты поверх меня не закинул голую тяжелую корову! Совесть, блд, есть или нет?!
Марфа не просто метала взглядом гневные молнии в сторону двух так и сидящих на полу полуголых людишек, будто собираясь их убить. Мысленно она уже приговорила из них тушенку и скармливала её бездомным собакам.
«Надо загуглить, где на Ибице водятся бродячие псы,» – сделала она себе мысленно заметку.
– Я, конечно, знала, что ты наглец… Но это же пиздец! Ты что эту шлюхенцию в туалете клуба не мог поиметь? Зачем сюда-то тащить? Вдруг у нее сифилис или лямблии, или глисты!
Марфа посмотрела на девушку, пренебрежительно окинув взглядом и оценив её ляшки.
«Нет, слишком мясистая. Глистов точно нет,» – подумала она про себя. Но взгляд её был красноречивее тысячи слов
– Я не шлюха! – завопила девчонка, опомнившись. Ох, как же это зря было! Лучше бы не отсвечивала своим присутствием.
– Хорошо. А с остальным как? Справки имеются? Игорь, позвони на ресепшн, пусть постельное поменяют, – Марфу передернуло от отвращения. – Так и знала, что пирантел пить придется. Я, кстати, пошла за ножом. Кто не спрячется – я не виновата.
Глава 10
Испания. Ибица. Рай на земле. Чистый запах Средиземного моря – запах свободы и счастья.
Неподдельный характер острова пробуждается на закате. Стоит только скрыться последним лучикам солнца за горизонтом, как жизнь на острове сбрасывает со своего лица маску.
Бесконечные ночи, наполненные музыкой и страстью, безудержные вечеринки и безграничное веселье.
Такой Марфа запомнила Ибицу и именно эту беззаботную жизнь хотела снова попробовать на вкус. Но когда она выбирала место для проведения медового месяца, ее ожидания были иными.
Вместо того, чтобы танцевать на песке под громкую, ритмичную музыку и любоваться звездным небом, она слушала визг рассерженной девчонки, которую Игорь пытался выставить из номера.
Нет, точно не так она представляла себе медовый месяц.
Выйдя на балкон, Игорь застал Марфу сидящей в мягком белом кресле. Глаза девушки были закрыты. Кончиком карандаша она водила по своей левой брови. На коленях лежал альбом с эскизами.
– Поиски вдохновения? – пошутил он.
Ему и самому было не смешно, но как-то надо было разряжать обстановку, накаленную собственноручно.
– Вроде того, – усмехнулась Марфа, не открывая глаз. – Я так прекрасно уснула, а вы меня разбудили.
– На Ибицу прилетают не в поисках сна, – Игорь частенько бывал здесь вместе с друзьями и точно знал, за какой именно отдых тут отваливают огромные бабки.
– Вот уж открыл мне Америку. Я и не собиралась здесь спать, но, представь себе, почему-то, настроение у меня не праздничное. Не знаешь причину? – Марфа распахнула глаза и выразительно посмотрела на Игоря.
Тяжело вздохнув и почувствовав новый прилив раскаяния, Игорь нервно провел пятернёй по своим волосам, ероша и без того непослушные завитки.
– Хочешь верь, хочешь нет, но мне реально стыдно. В такую нелепую ситуацию я впервые попал, – внутренне содрогнулся парень.
– Не думаю, что для тебя две девушки в постели – такая уж непривычная ситуация, – Марфе не требовался ответ, чтобы удостовериться в своей правоте. У Игоря ответ был написан на лбу.
– Всё-то ты знаешь. Как бы там ни было, так орали подо мной впервые. Жаль, твою брань так же хорошо было слышно, как и крики, а то все вокруг бы подумали, что я фантастичен в постели.
Он вспомнил разъярённый взгляд Марфы и задумался, что её больше задело – сам факт происходящего или то, что он с другой девицей до койки добрался?
– Могу повторить тебе в ухо. У меня ребра затрещали, когда ты эту тушу на меня водрузил, ещё и сам навалился. О чем я только думала, когда притащила с собой малолетку?
Приняв более удобную позу – поджав под себя ноги, Марфа принялась делать набросок. Создание новых образов её всегда успокаивало. Даже недавно испытанное унизительное чувство собственной ничтожности притуплялось.
– Я думал, ты с Антоном осталась, – вырвалось у Игоря против воли.
Вскинув голову, Марфа распахнула глаза.
– Неужели я на дуру похожа? Не прощаю тех, кто тянет в дом грязь, – сказала она многозначительно, заставляя Игоря задуматься – относится к нему эта фраза или нет?
Марфе казалось, что держится она молодцом. Без лишних истерик и наматывания соплей на кулак. Но ей, как и всем в такой ситуации, хотелось узнать – почему близкий человек пошел на предательство? Почему не стал сопротивляться соблазну? Что было не так в отношениях? Зачем он пошел на этот шаг? Только поэтому она согласилась на разговор с Антоном, впрочем, спустя пару минут пожалела. Ответов на свои вопросы она не получила, а бескрайние, как просторы России, извинения ей были не к чему.
– Прости, родная, я так больше не буду!
Марфа мысленно поморщилась. А больше и не надо! Одного раза достаточно.
Как и все, Марфа и Антон ссорились и мирились множество раз. Учитывая, что они были вместе с ранней, во всяком случае Марфиной, юности, то эмоциональные качели оправданы. Буйство гормонов, переходный возраст, повышенная эмоциональность, становление личности. Слукавит тот, кто скажет, что никогда не ошибался и не делал необдуманных глупостей. Все мы грешны, но без ошибок счастья своего не создать. В этот же раз всё прошло совершенно иначе. Внутри у Марфы ничего не дрогнуло. Сердце от созерцания боли в глазах Антона не ныло.
Неужели Антон, так хорошо её зная, думал, что достаточно будет оправданий: «Прости, я ошибся», «Перебрал – ничего не помню», «Она сама в трусы ко мне лезла», «Люблю только тебя». Слушая это, Марфа хотела, чтобы Антом побыстрее убрался и никогда больше не попадался ей на глаза.
Ему хватило мозгов, да впрочем и наглости, чтобы обвинить Марфу в том, что она пускает под откос всё их совместное прошлое. Что тут скажешь? Такое не лечится.
– Если лучше тебя меня тут никто не трахнет, то после возвращения домой я тебе позвоню. Но это не точно, – ещё несколько часов назад, когда она говорила эту фразу Антону, она знала – не позвонит.
Несколько лет назад она проходила практику в одном из самых известных модных домов Испании, но тогда, одержимая глупостью, отказалась от предложения остаться и продолжить сотрудничество. Причина – Антон. Больше она такой ошибки не сделает. Пусть и набив шишку, очень ноющую, но она поняла – собственные интересы превыше всего.
– Ладно, так уж и быть, я постараюсь простить тебя, если принесешь мне бутылку шампанского, – обратилась она к сидящему напротив Игорю.
Поднявшись на ноги, Марфа отправилась в сторону огромной ванны, установленной на балконе, которая представляла собой чащу, походящую на половинку кокоса, и Марфе отчего-то отчаянно сильно захотелось испробовать её в деле.
Глава 11
Подавшись вперед, Игорь обхватил голову Марфы и, надавив, погрузил её под воду.
– Как же ты бесишь своей довольной ухмылкой. Обломала мне такой вечер приятный. Стервозина.
Он думал, что вынырнув, она разозлится и снова начнется веселье. Специально её провоцировал. Эмоциональность Марфы заводила его.
Вышел просчет.
Выбравшись из его захвата, Марфуша набрала полную ладонь пены и, повернувшись к сидящему рядом Игорю, сдула легкие пузырьки ему на лицо.
– Расслабься. Я спасла тебя от необходимости сдавать кровушку на ЗППП. Хотя может быть, я о тебе чего-то не знаю? – задорно вскинула она бровь.
Не дожидаясь ответа, она снова откинула голову на мягкую подушечку и поудобнее устроилась в ванне-кокосе.
Они вместе пили шампанское и ели свежие фрукты. Марфа откисала в воде, а Игорь сидел рядом, подтянув поближе к «водоему» кресло-лежак, чтобы было удобнее чокаться.
– Мы оба друг друга спасли. Я тебя от брака неудачного. Ты меня от гонореи и сифилиса. Прекрасный тандем, – он протянул руку и со звоном ударил краешком своего бокала о бокал девушки
– Ты ужасный. Просто невыносимый, – морщась, Марфа хотела скрыть своё отчего-то приподнятое настроение.
Десять совместных лет – на одной чаше весов, на другой – спор с двоюродным братом. Возможно, Игорь прав: выходить замуж, рожать детей от такого «гения мысли», как Антон, не стоило. Но Боже! Как же обидно. Десять лет и упущенная возможность построить карьеру.
Её ведь никто не заставлял. Сама согласилась уехать с Антоном, когда он, весь такой нереально страдающий, приехал за ней в Испанию. Театральность – это вообще его фишка. Рухнуть на колени, пообещать сигануть с крыши, заглянуть в глаза, изображая вселенское раскаяние и щенячью преданность.
«Как я с ним жила, если меня так раздражает показушность?» – Марфуша не понимала себя, но тем не менее, раз за разом прокручивала в памяти прошлое и усиленно старалась найти ответы на вопросы.
Зачем было тратить время, если сердце давно не горело? Если бы любовь осталась цела, она бы сопли сейчас по подушке размазывала? Хорошенькая перспектива. Неужели последние годы были прихотью глупой привычки? Даже при желании она не смогла бы сейчас расплакаться. С чего вдруг?! Разве что деньги, потраченные на шелк для платья и кружева ручной работы, было жаль.
«Оставлю на память о своей глупости,» – подумала Марфа.
– Кто тебя Марфой назвал? Родители не пожалели? Или бабку какую-то трехсотлетнюю твою так величали? Википедия пишет, что после Октябрьской революции твоё имя, ассоциирующееся с деревенской жизнью, полностью вышло из употребления. – Игорь провел пальцем по экрану, прокрутив ленту. – Статистические данные какие-то… За шестьдесят лет ни одного случая употребления. Короче, одно из редчайших имен. Ты приемная что ли?
Марфа вскинула бровь и окинула Игоря презрительным взглядом.
– Рада, что ты хотя бы читать умеешь.
– Были сомнения? – наклонив голову на бок, Игорь прикипел взглядом, словно заворожённый, к мокрым, слишком выпирающим ключницам Марфы.
Его удивило, что при своей тщедушной комплекции, у неё имелись весьма привлекательная попка и грудь. В остальном, она казалась почти невесомой, чрезмерно хрупкой. Разве что язык ещё мощный.
– Думала, ты мир познаешь по картинкам, – передернула плечами Марфа и снова ушла под воду, на этот раз добровольно.
Игорь не мог понять, зачем он терпит оскорбления мелкой болонки, или у каких там собачонок уши большие.
«А может, у неё голова просто маленькая? – мелькнула нежданная мысль. – Это бы всё объяснило».
– Итак. С моим именем мы разобрались. Теперь ты расскажи, откуда судимость? – Марфа снова включилась в беседу. – Тебе двадцать один, значит не тяжкое что-то.
– Ну как сказать, Марф. Иногда я бываю не против грохнуть тебя и реально срок отсидеть, – отложив телефон в сторону, Игорь откинулся на спинку лежака и вытянул удобнее ноги. – У меня условка за избиение с причинением повреждений средней тяжести.
– Фанат после матча крикнул, что ты кривоножка? – легко поинтересовалась Марфа и, подхватив бокал со столешницы, отпила.
Странное у них выходило общение, но тем не менее оно нравилось обоим.
– Ты почти угадала, – Игорь широко улыбнулся и подмигнул Марфе. – Одного из болельщиков вырубил. Он крикнул, что трахает мою девушку. Я не успел сдержаться. Придурок подошел слишком близко.
Марфа с отвращением поморщилась.
– Они ведь часто, специально провоцируют… – Он ведь не может не знать?
– Я так и думал. До того времени, пока не узнал, что она, моя бывшая, реально спала с этим ушлепком.
Игорь говорил так беспечно, что Марфа опешила.
Его слова прочными гвоздями вонзились в мозг. Марфа часто-часто заморгала.
– Расслабься, – Игорь немного поколебался. Стоит ли рассказывать Марфе подробности? Он ведь ее «грязное белье» выпотрошил, сам того не желая. – Во время трансфертного окна пару лет назад я переехал в Испанию. Через пару месяцев Катя прилетела ко мне. Осталась жить тут. Во время сезона я дома почти не появлялся, вот она и заскучала. Увлеклась другим мужиком, – несмотря на то, что говорил он легко, на душе снова заскребли драные кошки.
Глава 12
– На вечеринку пойдем или потрахаемся? – дерзко и в тоже время задорно поинтересовался Игорь, войдя в спальню Марфы. Тут же подавился воздухом. На полувдохе закашлялся.
«А ты как думал, хлопчик? Так я творю,» – мысленно спросила она его, возвращаясь к эскизу.
Игорь застал её в пикантнейшей позе. Девушка стояла на полу. На коленях. Одним локтем опершись о пол. Вторая рука быстро скользила по большому белому листу, держа в руках карандаш. В зубах ещё два, для обозначения приоритетных линий.
Поза весьма говорящая. Но никогда не знаешь, где вдохновение тебя возьмет в оборот. У Марфы так было всегда. Поэтому блокноты были распиханы везде, от сумочки до шкафа-пенала, стоящего в её ванной комнате.
«Конструктора меня точно убьют, когда им придется разрабатывать технический образец. Шума будет,» – Марфа, высунув кончик языка, выплюнула оба карандаша.
Вспомнив, что именно она руководитель студии, её единоличный учредитель и создатель, девушка прыснула от смеха.
«Как же, как же. Скажут они мне что-то».
Марфа знала – все сотрудники её обожали. И было за что. Таких условий труда, как у них, не было на аналогичных проектах. Марфа горела своим делом, пуская все заработанные деньги на развитие и расширение производства.
Сотрудники в долгу не остались. Девчонки несколько месяцев работали сверхурочно и шили её свадебное платье. Невзирая на протесты и требования, деньги взять они отказались. Только ткань Марфа смогла купить. В остальном справились сами, выбрав эскиз флагмана новой свадебной коллекции платьев.
Посетители салона могли выбрать себе любой образ, имеющийся в каталогах, масс и эксклюзив. Разница была только в цене. За оригинальность приходилось просто больше платить. После оплаты эскиз убирался из перечня предлагаемых образов, наряд оставался уникальным. Некоторые, самые удачные эскизы, по согласованию, перебирались на стены в виде миниатюрных картинок. Каждый месяц панно разрасталось. Потому что главный дизайнер творила всегда и везде.
Ещё будучи маленькой девочкой, она влюбилась в мир моды. Детскую, прекрасную, светлую головку заполнили мечты о красивых костюмах и изысканных платьях. Малышка была настолько поглощена нарядами от кутюр, что папа отовсюду привозил дочурке всевозможные журналы мод. Каждый из них подвергался нападкам. Детские пальчики, вооруженные ножницами, вырезали понравившиеся образы и вклеивали их на один из разворотов альбома для рисования. С другой стороны маленькая Марфа, высунув язычок, рисовала усовершенствованный наряд, меняя фасон, дополняя его новыми деталями.
По мере взросления тяга к прекрасному лишь росла, определяя отчетливые рамки собственного стиля, ни на кого не похожего. Народные мотивы, ткани с богатой фактурой.
Выразительные наряды, словно продолжение творца были призваны создать праздник и окутывать окружающих счастьем и нежностью.
Марфа, накрыв лист ладонью, стала крутиться и двигать его за собой, ища лучший угол освещения. Надо ли говорить, что картину собой это действо представляло забавную. Остановившись, она снова начала быстро наносить линии на рукав нового образа.
– Ты всегда такая странная, Марф? – Игорь опустился на край кровати. Наклонившись, он уперся локтями в ноги, сжав вместе ладони, и стал наблюдать за девушкой.
– Лучше в клуб. Только давай какой-нибудь поприличнее. Как вчера я не хочу, – с запозданием Марфа ответила на ранее заданный вопрос.
Вчера они впервые вместе выбрались окунуться в ночную жизнь Ибицы. Та, что безудержное веселье. И несмотря на то, что заведение считалось высокого уровня, Марфе не понравилось, от слова совсем. Пьяные рожи, потные телеса, постоянно трущееся о неё своим салом, она могла бы и у себя, в Ростове, найти. Музыка, дерущая на части барабанные перепонки. И запахи… не очень приятные. В общем, вела себя Марфушечка, как самая настоящая Фушечка. Сидела у бара и вливала в себя коктейли, один за другим.
Игорь, как частый гость подобных сомнительных мероприятий, быстро нашел себе увлечение. И также быстро потерял к нему, то есть к ней, интерес, когда увидел, как к его Костяшке проявляют недюжинный интерес сразу несколько здоровенных мужиков.
