Страница 2 из 8
Она выскочила на балкон и захлопнула за собой дверь. Села на перила и свесила ноги, уставившись на город. Лайя обернулась за поддержкой к Чону, но тот находился в каком-то странном ступоре. Почувствовав её внимание, он словно очнулся и перевел на неё взгляд.
– Разве это может быть правдой? – растерянно пробормотал он, ища у неё ответы. – Как я могу любить ту эльфийку? И я видел нашего сына. Моего и её. А это место… – Он стал озираться по сторонам, как будто увидел его впервые. – Оно было мне домом. Я защищал его… Так уготовано?
Лайя с опаской покосилась на балкон, боясь, что Тэруми услышит Чона, но той было не до чего.
– Послушай! – Она не удержалась и в поддержке взяла его за руки, а потом тут же одернула себя, вспоминая, как чуть не лишилась жизни Исалиэль. Для Чонсока это не осталось без внимания. Улыбка против воли посетила лицо, а карие глаза мужчины с теплом и затаенной гордостью замерли на хрупкой фигурке танэри. Лайя закатила кверху глаза, поражаясь обоим, а потом эмоционально заговорила: – Никто и ничто не смеет решать за тебя! Только ты сам! Жаловаться на судьбу и верить в предначертанное – удел слабых! Так проще, ведь не надо нести ответственность за свою жизнь. А насчет Исалиэль: она может лишь предположить, а ты сам решаешь – принимать её версию такой жизни или не принимать.
Чонсок, казалось, не слышал её, потому что не сводил глаз с Тэруми, и только когда Лайя собралась уходить, чтобы оставить их одних, тихо сказал:
– Спасибо.
Лайя легонько похлопала его по плечу и вышла.
Чонсок тяжко вздохнул, готовясь к непростому разговору, и подошел к балкону. Едва воин приоткрыл дверь, Тэруми сказала не обернувшись:
– Прости. – Плечи вдруг поникли, спина сгорбилась. Тэруми стала рассматривать свои ладони, а он стоял и не находил слов, чтобы прервать её. – Я могла бы сказать, что это темная магия внутри меня, или что Кыт руководил мной, но это ведь неправда. В тот момент я просто… – она глубоко вздохнула, силясь признаться, – испугалась. Испугалась, что она заберет тебя у меня. Это было эгоистично. Я должна была думать о последствиях для всех нас и для Фенриса.
Лучше бы злилась и кричала, ненавидела его и весь мир, чем вот так. В груди стало тесно. Страх, который постепенно разрастался, теперь окончательно захватил его. То пророчество Анкалумэ…
– Люди, которые любят тебя, отводят удар раз за разом, но однажды никого не окажется рядом, и никто не сможет спасти тебя… Никто…
Выходит, Тэруми однажды не избежит смерти, потому как то, что показала ему Исалиэль, ни при каком другом случае невозможно. Представить себе, что он добровольно откажется от своей Руми, было слишком невероятным.
– Руми, – тихо позвал он её. Она обернулась. – Я знаю, что ты не веришь в случайности, а веришь в судьбу…
– Амэнэ, – прервала она его и перебралась на другую сторону, спрыгивая на пол балкона. – За время, которое я провела с ведьмочкой, я усвоила самый важный урок в своей жизни. Иногда, чтобы судьба сложилась как надо, ей нужно немножко помочь. – Она вдруг широко улыбнулась и торжественно пообещала: – Я буду драться за наше счастье и за твою любовь до конца. – А потом хихикнула и добавила: – Не до своего конца, до конца тех, кто посмеет забрать у меня моего данхне.
Чонсок нежно ей улыбнулся и распахнул объятия. Тэруми тут же прильнула всем телом и закрыла глаза, пряча своё смятение и стараясь выбросить из головы красивое лицо эльфийки, которая с такой любовью смотрела на её мужчину.
Глава 2
Ночная прохлада проникала в комнату через распахнутую дверь балкона. И хоть все обитатели Дэйлора наверняка спали, Лайя найти покой так и не смогла. У неё даже не получалось сесть, внутри всё дрожало и волновалось, сгорая от нетерпения. Как можно отдыхать, когда Фенрис где-то там умирает? А если будет слишком поздно?
Ещё несколько часов назад она отправилась сама бродить по дворцу в поисках Анкалумэ, но её быстро нашел Натаниэль и вынудил вернуться в комнату, сообщил только, что Верховная жрица примет её завтра с утра, а сейчас она занята. Взвинченная Лайя собиралась уже устроить скандал, как эльф смилостивился и пояснил:
– Подземными лабиринтами несколько столетий никто не пользовался. Карты нужно найти и скорректировать, так как после возникновения барьера многие ответвления были специально забаррикадированы. Ни один коридор теперь не ведет в Дэйлор. Поэтому следует запастись терпением.
Объяснение промедления было вполне правдоподобным – Лайя смиренно вернулась в свои покои и уже там нервно металась из стороны в сторону.
Без какого-то предварительного оповещения в комнату вошла Тэруми. Внешний вид её был крайне забавный в своей контрастности: нежно-персикового цвета длинная ночная сорочка; сильные, рельефные руки, не скрытые тканью одежды; босые ноги; взлохмаченные волосы и перевязь с оружием, которую та держала в руках.
– Так и знала, что ты не спишь, – сказала она Лайе и прошла в спальню, плюхнулась на кровать и похлопала по одеялу, приглашая. Лайя лишь мельком на неё взглянула и возобновила ход. – Не мельтеши, меня сейчас укачает и стошнит.
– Не могу, иначе меня разорвет!
Тэруми взяла с прикроватной тумбочки расческу и протянула Лайе, красноречиво намекая на свои спутанные волосы.
– Сейчас ночь, – угрюмо буркнула Лайя, косясь на сестру, при этом не останавливаясь и прохаживаясь от стены к стене. – Зачем это?
– Та эльфийка слишком красивая, – небрежным тоном ответила Тэруми, – мне нужно соответствовать.
Лайя возмущенно фыркнула.
– Любят не за красоту!
Но уселась рядом и забрала расческу. Пребывая в задумчивости, она снова отключилась от реальности, механически водя расческой по волосам сестры.
– Ай! – воскликнула Тэруми. – Осторожнее! Больно же!
Лайя вспылила и бросила расческу на пол, а сама подскочила и опять принялась ходить. Тэруми невозмутимо подобрала орудие пыток, снова села и вытянула руку с зажатым предметом. Лайя сначала принципиально не смотрела на неё, но потом всё же подошла и села. Волосы сестры она стала разбирать осторожно, стараясь не тянуть.
– Почему не спрашиваешь, как прошло собрание, на которое ты не захотела идти, и что решили с изимцами?
– Как прошло собрание и что решили с изимцами? – послушно повторила Лайя, разбирая сильно спутанную прядь черных волос.
– Аларик рвется пойти с нами искать Фенриса.
– Он будет только мешать, – недовольно проговорила Лайя. – Слишком слаб ещё.
– Я ему так и сказала.
– Я так понимаю, последовали споры…
– Угу. Но Чон их всех там построил. Изимцы, включая Кларис, отправятся домой. Мориан проводит их и вернется в клан. О том, что Кларис связана с эльфом, будут молчать до возвращения Чона.
– Ясно, – безучастно проговорила Лайя, продолжая распутывать прядь за прядью, а потом возмутилась: – Ты специально их, что ли, в узел завязывала?!
Промелькнувшую улыбку сестры она видеть не могла.
– Почему не спрашиваешь, как я спаслась? – вместо ответа сказала Тэруми.
Лайя встрепенулась.
– Меня больше волнует Кыт. Как это возможно?! Ты же отпустила блуждающих монстров, я же видела!
– Отпустила, – согласилась Тэруми. – Думала, что отпустила. Я не ощущала их в себе, пока не стала драться с Таурохтар у реки. В моменты смертельной опасности Кыт самовольно отделялся от тела и спасал меня. Так и смогла сбежать. Выпустить его осознанно и спасти людей я не могла: погибли бы все. Я всё ещё не умею толком им управлять. Да и убивать Кыт сам горазд, а вот вариант отступить – очень тяжелый для него. Позже, вспоминая момент за стенами Изимы, я поняла, почему часть блуждающих монстров осталась во мне. Я хотела этого… Они же семья…
Лайя охнула и на мгновение замерла, а потом опять продолжила расчесывать волосы.
– От роя и змей тоже Кыт спас?
– Да. – Тэруми зажмурилась, вспоминая свою наполненную ужасом и вместе с тем каким-то мрачным торжеством первую ночь. – Они вышли из моего тела и окружили, не давая приблизиться другим монстрам. Но… мне почему-то кажется, что и без этого монстры будут меня опасаться, как будто я… – Тэруми запнулась, тело обдало жаром, а сердце часто застучало, волнуясь. Но собственную страшную догадку решила всё же доверить. Кому, как не сестре? – Как будто я тоже монстр, такой же, как и они.
– Не говори так! – воскликнула Лайя, обхватывая её со спины и прижимаясь.
Тэруми слабо улыбнулась.
– Всё нормально. Мне это в какой-то степени льстит. Я чувствую себя особенной.
– А что Чон? – тихо поинтересовалась Лайя, боясь даже представить себе реакцию воина, услышь он подобное.
– Ничего. Мы не говорили об этом. И не будем. Так всегда было. Он притворяется, что ничего нет и что он ничего не знает. Ему так проще. Да и мне тоже. Хоть по этому поводу свою вину не чувствую.
– Тэ… – протянула Лайя и поцеловала её плечо, а потом снова вернулась к своему занятию. Волосы Тэруми были уже как шелк, но Лайя продолжала медленно водить расческой.
– Исалиэль назвала Анкалумэ матерью, – сказала Тэруми. – Но она же явно Таурендил. Разве может у Эарендила и Анорортад родиться дочь из другого клана. Это как если бы ты и Фенрис родили азура.
Лайя пожала плечами и промолчала.
– А что думаешь насчет Дария? – продолжила говорить Тэруми.
– То же, что и насчет Исалиэль… Ничего. У нас свои планы, и судьбе придется подвинуться.
Тэруми одобрительно хмыкнула, выставила кулак, Лайя тихонько стукнула сверху своим.
В дверь осторожно постучали, а потом раздался обеспокоенный голос:
– Лайя, Тэ здесь?..
– Заходи, – крикнула со своего места Лайя.
Воин был в легком, просторном домашнем костюме ослепительно-белого цвета. Меч, зажатый в его руке, говорил о готовности к возможным элементам неожиданностей. При виде мирно сидящих девушек Чонсок заметно расслабился и прошел к кровати.
– Почему не разбудила? – укорил он Тэруми. – Я проснулся, а тебя нет! Что я должен был думать?
– Ты бы тогда пошел со мной, – с невинной улыбкой ответила ему Тэруми, – а у нас свои секретики.
Чонсок забрал одну из подушек и покрывало и стал устраиваться на диване, собираясь спать.
– Амэнэ, всё в порядке же! Не нужно охранять нас, да и мы ещё сплетничаем.
– Потом посплетничаете, – ответил он, пристраивая меч на полу возле своего спального места, – дома.
– Где это? – не удержалась и съязвила Тэруми.
– В Изиме, – уверенно ответил он и закрыл глаза.
Тэруми недовольно цокнула и обернулась к Лайе, прошептала:
– Переодевайся, и будем спать. Завтра, если повезет, отправимся за угрюмым. – Лайя суетливо вскочила, но снова разволноваться Тэруми ей не дала и с ехидцей заговорила: – Какие у тебя сорочки? Такие же отвратительные, как выдали мне? Или тебя пожалели и дали нормальные?
– А что с твоей не так? Она очень даже милая, – не поняла Лайя, подходя к шкафу, куда эльфийки положили чистые, новые вещи.
– Именно! Милая! Не хватало только рюш! – притворно возмутилась Тэруми. – Даже Чон засмеялся, когда меня увидел в ней.
– И он до сих пор жив? – тихо засмеялась Лайя.
– Сама в шоке. Это наверняка влияние этой сорочки! Заговоренная, не иначе!
Лайя снова засмеялась, нашла ночную рубашку особенно девичью, в мелкий цветочек, и специально надела. Тэруми от нового образа сестры беззвучно затряслась от смеха, а потом забралась под одеяло и откинула край, приглашая хозяйку комнаты в собственную кровать. Лайя послушно улеглась, а Тэруми укутала её и зашептала:
– Рассказать тебе один забавный случай?
Лайя кивнула. Тэруми тихо и медленно заговорила, тщательно описывая детали, вдаваясь в мельчайшие подробности. Голос старательно сохраняла монотонным, не позволяя пробиться эмоциям в рассказ. Когда глаза её ведьмочки сонно закрылись, а сама она мирно спала, Тэруми умолкла и довольно улыбнулась. Несколько минут любования Чоном… теперь можно и спать.
***
Тихий стук в дверь прервал сон. Лайя подскочила, накинула халат и бросилась к двери. На пороге стоял Натаниэль. Он вежливо кивнул, приветствуя, а потом сообщил:
– Через два часа вы покинете город. У вас есть пожелание к тому, что хотели бы взять с собой? Кроме провизии, которую мы уже подготовили для вас.
– Нам предоставят карты?! – выпалила она.
– Да.
– А сопровождение?
Натаниэль недовольно нахмурился, ответил уклончиво:
– Детали путешествия обсудите с Верховной жрицей перед отъездом. Я же пришел узнать, нужно ли вам что-нибудь в дорогу?
– Д-да, – торопливо проговорила Лайя. – Перевязочный материал, какие-нибудь заживляющие мази и зелья. Ещё стрелы… много… Если это возможно. И… – Она скользнула оценивающим взглядом по его фигуре, мысленно сопоставляя. Да, телосложение такое же. Сделала шаг в его сторону. Рост тоже. Эльф наблюдал за этим с легким недоумением, словно перед ним был какой-то диковинный зверек, способный выкинуть совершенно непредсказуемое. – И мужская одежда такого же размера, как сейчас на вас. Только более практичная и теплая. Полный комплект начиная с нижнего белья и заканчивая верхней. Темного цвета.
Лайя обернулась на Тэруми и Чонсока, безмолвно спрашивая, нужно ли им что-нибудь, но те отказались. Одежду всем выдали ранее, а оружие у них было своё. Еда есть.
– Хорошо, тогда оставлю вас на час. Завтрак скоро принесут. Остальных людей оповестите о выходе сами.
Отмеренное им время показалось таким незначительным. Чонсок и Тэруми поспешили в свою комнату, разговоры с изимцами взяли на себя. Лайя же бросилась к сумкам, в очередной раз перебирая содержимое, понимая, что чем меньше вещей с собой возьмет, тем легче и быстрее получится идти. Вещи, которые когда-то откладывала для себя, выложила. Их место в сумке займет одежда для Фенриса. Уцелевшие зелья Лайя просто распределила равномерно на четыре части, чтобы у каждого было.
Тихим стуком оповестили о своем приходе эльфийки. Они принесли заказанное гостьей и завтрак. Спешно проглотив еду, даже не почувствовав вкуса, Лайя вернулась к распределению вещей.
Вскоре изимцы и азуры собрались у неё в комнате в ожидании сопровождающего. Аларик беспокойно крутился возле неё и Тэруми, раз от раза прося взять его с собой, уверяя, что справится. Чонсок один раз ограничился коротким «нет» и больше не стал тратить время на убеждение, оставляя просьбы изимца без внимания.
Неприятным сюрпризом стало то, что людям, которые отправятся в Изиму, эльфы провизию не предоставили. Другую одежду, которая была не на них, взять запретили. Оружие тоже не выделили, а то с каким они пришли, изъяли. Очевидно, гостеприимство распространялось только на двух ведьм и Чонсока. И то, потому что они были нужны.
И если провизию можно было поделить между двумя отрядами, что отправятся в разные стороны, то как быть с оружием? И пока все раздумывали, Мориан не совсем уверенно произнес:
– Я попрошу у клана оружие для нас.
– Думаешь, они его отдадут своим врагам? – скептически поинтересовалась Кларис.
– Не знаю, – признался эльф, не скрывая своего беспокойства.
Чтобы пройти без оружия от Дэйлора до Изимы, даже зная все тропы и укрытия, нужно благословение всех Богов вместе взятых.
Тэруми вдруг достала один из кинжалов и отдала Аларику. Он удивленно уставился на неё и запротестовал:
– Я не возьму. Ваш путь гораздо…
