– Ага, древние скандинавы выползли. Или кто-то про Тора насмотрелся… Что-то такое недавно по телеку гоняли…
– Это еще символ пары рот СС, я даже записала каких…
– И нацистов не добили. Тебе что – заняться нечем? Так я тебе сейчас найду работу.
И поди, поговори тут…
Вечером Ирина жаловалась Люсе.
– И даже не выслушали, прикинь?
– Иришка, ну чего ты расстраиваешься? Дело у вас забрали?
– Да. В Следственный комитет.
Ирина была свято уверена, что это – серия, но кроме нее таких умных не было. Так что ФСБ пока бездействовало, а вот Следственному комитету сам Бог велел работать.
– Вот пусть у них голова и болит. А тебе чего горевать?
Ирина махнула рукой.
– Чего-чего… обидно. Понимаешь, человек-то был хороший…
– Ну так ты сама, будет время, сходи да расспроси. Может, чего и найдешь?
Ирина вздохнула.
– Попробую.
Просто так сдаваться ей не хотелось.
Люся смотрела с улыбкой и думала, что Иришка на их работе еще не перегорела. Только надолго ли? Ох, что-то она сомневается.
– Спать будем?
– А, давай…
Проснулась Ирина с улыбкой. Она так последнее время всегда просыпалась.
В этом сне она как раз изучала змей. Брала с пенька гадюку, и та не кусалась. Шипела, обвивалась вокруг руки, открывала черную пасть… Кто сказал, что змеи скользкие? А туфли из крокодиловой кожи у вас не скользят? Обычные они, как кожаный ремень, сухие и прохладные. И всегда заняты делом. А потому со змеей можно договориться, можно разойтись миром, можно вообще не встретиться. Только на хвост ей не наступайте и не причиняйте вреда. А змея уж точно не глупее человека.
– Ты во сне шипела, – сообщила Люся.
– Серьезно?
– Более чем. Тихо, но отчетливо так, сссс…
Ирина пожала плечами.
– Мне снилось, что я со змеями разговариваю.
– Фу. Завязывай ужастики смотреть на ночь, а то еще и не такое приснится.
Ирина фыркнула и отправилась в душ. Один из отсеков был свободен, и девушка принялась тереть себя мочалкой.
Ой. А это что? Цепочка, на которой висели раньше крестик и монетка, оставалась на шее. Но крестика не было. А монетка осталась. Наверное, ушко разогнулось. Вот и упал.
Надо или в комнате поискать, или новый купить. Сильно верующей Ирина себя не считала, но кто его там знает? С верой, как с ОСАГО, может, и не попадешь ты в аварию, но страховку купи. Пусть будет…
Ладно. На выходных сходит, свечки поставит, ну и заодно крестик себе новый купит, если старый не найдет. Все равно дешевка серебряная, копейки стоит. Делают их чуть ли не из вилок, там процент серебра ничтожный, да и качество – штамповка дешевая. Вот и теряются…
В комнате крестика не обнаружилось. Ну и пусть его. Невелика потеря!
Глава 3
На работе пока было тихо. Никого не убили, никуда не вызывали.
Ирина достала телефон и принялась разглядывать следы в крови. Сфотографировала для себя, вот и пригодилось.
– Чего смотрим? – Саня заглянул через плечо.
– Да вот, видишь? Думаю, откуда в городе мог медведь взяться и как он туда пролез. Да и следы мелковаты, и не удержался бы медведь…
Саня фыркнул.
– Эх вы, поколение пепсюков.
– Сам ты! – обиделась Ирина.
– Ты хоть «Полосатый рейс» смотрела?
Ирина попробовала вспомнить.
Ну да, вроде слышала, а смотрела ли? Саня закатил глаза.
– Вот в чем беда! Всякую ахинею типа «Розы-мимозы» и «Горбатого, убивающего Хрипатого» или там «Зеленого змеехвоста» народ смотрит, а классику боится. Как же! Серьезное, думать надо, да еще развиваться потом начинаешь! Ладно, смотри!
Ролик, в котором буфетчица ползала по кораблю, оставляя «натуральные тигриные следы» произвел впечатление.
– Думаешь, там тоже так было?
– А чего сложного? У нас ролевиков бегает – вагон. Купи обувь на этих самых – и шлепай хоть медведем, хоть крокодилом. Только второе сложнее, там еще хвост цеплять надо.
Ирина задумчиво кивнула.
– Да, наверное. Я как-то не сообразила…
– А я еще раз повторю – классику смотреть надо. А не дешевые сериальчики из инета качать.
– И на сериалы времени нет.
– А сходить с красивым мужчиной в ресторан? – подкрался Сеня.
– Только по работе, – категорически отказалась Ирина.
– А я по работе и приглашаю. Директор подозревает, что у них там воруют по мелочи…
– Камеры поставить карма не позволила? – не понял Саня.
– Жаба. Жирная и зеленая. Знаешь, сколько сейчас за них ломят?
– Да вроде недорого…
– Но воришка-то тоже будет знать, где они стоят. Если такие, которые недорого. А дорогие – ресторанчик небольшой. Да ты его знаешь, Сань. Это самвеловская «Чайхана».
– Знаю. Сходите, человек хороший…
Ирина поняла, что ее не «клеят», а приглашают по работе, и успокоилась. Чего б не сходить?
«Чайхана» оказалась симпатичным ресторанчиком. Маленьким, всего на шесть столиков, но все были заняты. Люди сидели, сосредоточенно жевали, за стойкой распоряжались девушки в белом, в приоткрытую дверь виднелась кухня. Тоже небольшая, но чистенькая.
Ни восточной пышности, ни украшений, ни каких-то невероятных занавесей – почти обычная столовая. Темное дерево столов и стульев, светлые стены и потолки.
Ирина бросила взгляд на стойку. Хм, а цены чуть не в два раза выше? Вот та же самса с говядиной? Она по семьдесят рублей покупает, а здесь сто двадцать? И салат дороже, и лаваш…
– Дорого.
– Здесь дороже, да, но народ все равно ходит, – пояснил Сеня. – Самвел хорошие продукты покупает, ничего тухлого не кладет…
– Барев дзез, товарищ участковый! – Сам владелец кафе себя ждать не заставил. Этакий типичный армянин лет пятидесяти, полный, усатый, с роскошными черными волосами, с легкой проседью, с белозубой улыбкой, которая заставила бы горько плакать стоматологов. А зачем они нужны при таких клыках?
Ирина с грустью вспомнила про свои две пломбы. М-да…
– Самвел Аветисович! Рад вас видеть!
– Пообедаешь?
– Как обычно. Сначала разговоры, потом дела.
– Какие могут быть дела на голодный желудок? Да еще с тобой такая очаровательная девушка!
– Это не девушка, это стажер!
– Сеня, Сеня… Девушка может быть стажером, но все равно остается прекрасной девушкой. И стыдно этого не замечать.
– Самвел Аветисович…
– Ну пойдем, поговорим…
Кабинет у директора был небольшой, но светлый и уютный. И опять без лишней восточной пышности. Единственное цветное пятно – ваза. Вот та – да. Роскошная, шикарная, явно авторская работа, изображающая извержение вулкана. Коричневое стекло, красное, оранжевое…
Интересно, что можно в нее поставить? Астры, огоньки, настурции. Вот орхидеи или лилии смотреться не будут, а что-то такое – вполне.
Сеню усадили в кресло, Ирину устроили на диване, снабдили потрясающе вкусным кофе и подносом с восточными сладостями и принялись рассказывать.
Проблема была простой.
Воруют. Тащат хоть и по мелочи, но неприятно. То столовые приборы, то продукты, то скатерти… и главное, и за руку не поймаешь, и обыскивать всех не станешь… дело-то минутное. Выскочил якобы покурить, передать кому-то – и обратно.
Камеры ничего не фиксируют, хотя и стоит парочка, но поймать никого не удается. Обидно.
Что самое плохое, Самвел старался создать хорошую атмосферу в коллективе, а из-за воришки и он начал волком смотреть, и люди друг другу не доверяют… Плохо это. Очень плохо.
Сеня вздохнул.
– Заявление пишем?
– Семен Игоревич, ты сначала с людьми поговори. Найди мне гадину, я уж сам разберусь…
– Самвел Аветисович…
– Да нэ стану я бить! Нэ стану! – от волнения в речи Самвела прорезался акцент. – Но на рынкэ эта тварь нигдэ нэ устроится!
– Ну, смотри сам. Поговорить – поговорю.
– Я сейчас скажу людям, пусть сюда приходят. Поговоришь, посмотришь…
– Каждый день тащат?
– Да.
– Ну, тогда давай приглашать. Ириш, будешь протокол вести.
– Так точно, – кивнула Ирина. И потянула бумагу из планшетки.
Эх, где вы, нетбуки и макбуки, почему вами не комплектуют участковых? Как удобно было бы набирать текст напрямую! Но – нет в мире совершенства.
Сеня опрашивал. Ирина писала и писала. Протоколы были похожими, как под копирку: имя, фамилия, отчество, нехитрые вроде бы вопросы… Классическая фраза: «С моих слов записано верно, мною прочитано». Число, подпись…
Люди. Повар и двое помощников. Продавцы. Официантки.
Вот, одна из них… Что царапнуло Ирину, кто бы ей сказал?
Худенькая, совсем еще девочка, коротко остриженные прямые волосы, темно-русые, чуть потемнее, большие серые глаза, щуплая фигурка. Вид – самый невинный. Но почему эта девчушка так не нравится Ирине?
Бабская зависть? Ревность к более симпатичной? Или что?
Ирина и сама не могла определиться. А вот Сеня слушает, кивает, поплыл уже.
