Ступа плавно опускается к земле. Ощущения сносные, никакого подскакивания желудка к горлу, как бывает у меня на мостиках Дворцовой набережной. Бальтазар прыгает ко мне.
«Вверх!»
Ступа плавно набирает высоту. Мои пальцы, наверное, оставили вмятины в дереве. Мыш садится рядом, гладит крылом по рукам. Становится легче.
«Вперед!»
Мы летим на небольшой скорости, не знаю, на какой высоте, до деревьев еще далеко.
– Скорость, конечно, вообще никакая. Надо ступу меняуть, бабуся, – совершенно серьезно ворчит кот. – На неделе заедем к Казимиру, он на Апрашке лавку держит.
– Сказочное существо обитает на рынке?! У всех на виду?
– Прятаться на видном месте – самая лучшаяу стратегия. Он торгует вениками и банными принадлежностями для людей. А дляу нелюдей у него отдельный товар. Уважаемый бес… э‑э‑э… человек, кстати.
– Ладно, а как рулить?
– Метлу возьми и греби, как в лодке. Лево‑право, лево‑право, мыр‑р.
Я смотрела на кроны деревьев и училась поворачивать, не акцентируя внимания на том, что я не еду, а лечу. В принципе, ничего сложного, справлюсь.
Когда я приземлилась, была уже глухая ночь. Светила полная луна, Супчик объедался насекомыми, кот зевал. Я вылезла на ватных ногах и села рядом со своим транспортом. Руки тряслись.
– Утаила, что высоты боишься, – укоризненно сказал кот, садясь рядом. – Понаберут по объявлению…
– Я справлюсь! И вообще, «нельзя не исполнять обязанности», – процитировала я контракт. – И вроде как не умру, даже если выпаду. Не то чтобы я хотела проверить.
– Это да… Зелье сварим помощнее, чем у тебяу сейчас. Настоящее.
Я отхлебнула своего. Ничего, сейчас посижу немного – и домой пойдем. Вон дверь открыта, мошкары небось налетело… Будет Супчик всю ночь охотиться в четырех стенах.
* * *
Сегодняшнюю историю пишу тайком, пока все спят…
Бальтазар – кот свой собственный, мы с ним компаньоны, я ему не хозяйка, хоть он так и говорит. В общем, иногда кот уходит гулять. Что он делает на улице – я не спрашиваю, это его личное дело, а вот блохи, которых он все‑таки принес домой, коснулись всех.
Бальтазар чесался вечер, ночь, а утром чесался уже и Супчик. От задорного желания немного отомстить коту за его язвительность нестерпимо зудели руки! Я оставила компаньонов страдать, прихватила один из гримуаров и отправилась на учебу.
Рецепты красоты от ведьм – то еще чтиво, уж лучше советы бабки Аграфены в виде вонючих луковых отваров с уксусом для блеска волос, честное слово. Выискала рецепт для пушистости и естественных локонов без жертвоприношения и с улыбкой жду вечера.
В маленькой квартирке спрятаться негде, так что я тайком подмешала в шампунь от блох необходимые компоненты и позвала кота на банные процедуры.
Бальтазар хмуро терпел душ и намыливания, изредка прорывались животные мявки, спеси поубавилось.
– Да яу в жизни не полезу в тот подвал больше! Пусть эта киса сама ко мне ходит, – отплевывался кот от пены. – Нет, надо домашнюю найти, хоть блох не подцеплю.
– Герой‑любовник, а алименты ты этой кисе платить собираешься за котят? – Я представила себе, как хожу с пакетами корма к неизвестной кошке. Бабка‑кошатница.
– У меняу не может быть котят. Я однажды упал в котел с одним ядреным зельем.
Ничего себе новости.
Кот вздыхал, пыхтел и фыркал, прижав уши, – само смирение, но меня не проведешь!
Быстро обработала и мыша, вытерла, посадила их у батареи и ждала результата.
Что я могу сказать… Пушистость не взяла шерсть Супчика, а Бальтазар, оказывается, знает много ругательств. Его короткая шерсть распушилась во все стороны и завилась на кончиках. Выглядит так, будто мультяшного кота ударило мультяшным током. Уж он прилизывался, прилизывался, а Супчик закапывался в его шерсть и грелся.
Шалость удалась!
* * *
Засоленные лягушки – экзотическое лакомство для некоторых обитателей моего нового мира и одна из составляющих различных зелий.
На днях кот напомнил о встрече с Казимиром и о необходимости задобрить беса. Взятку ему дать, в общем, чтобы покладистей стал.
Жду курьера с грузом замороженной вкусняшки.
В кулинарной книге, доставшейся мне в наследство, описано множество блюд, которые я не стану есть ни за какие коврижки. Более того, буду рекомендовать данные пищевые изыски в качестве диеты: «Хочется кушать? Открой книгу рецептов – и желание пропадет напрочь!».
Отличный слоган, как по мне.
Курьер отбыл, я вскрыла содержимое посылки, часть аккуратно отделила – на засол, часть в морозилку – на будущее.
Когда‑нибудь размораживали лягушек в микроволновке? И не надо. Кот надавал мне по рукам: нельзя, говорит! Только при комнатной температуре!
– Зряу ты, Ягуся, нос воротишь и веснушки хмуришь, – читал мне лекцию Бальтазар. – Они живут только в чистых водоемах, а в их коже содержатся антибактериальные вещества. Мясо низкокалорийное, богато фосфором, кальцием, железом, витаминами С, В и В2.
– А можно мне суши, а?
В общем‑то, готовлю я неплохо, так что абстрагировалась от непривычного вида и ловко упаковала в банку, залила рассолом, как в книге указано, и поставила в темное место.
Уф! Попробуй только, Казимир Трехрогий, не съесть!
Казимир Трехрогий
Выбрали день, приличную погоду и поехали к Казимиру в лавку.
Кот надменно рассматривал мир из рюкзака с иллюминатором, чем вызывал у прохожих реакцию в духе: «Уси‑пуси, какая кися». Со мной пытались знакомиться, заходя со стороны котиколюбия: «Девушка, у вас такой красивый кот! А как зовут? Исчадие? А почему? В обувь гадит и кидается на ноги? В смысле, прыгает на голову со шкафа?». Бальтазар злобно щурил глаза на соискателей моей руки и прочих конечностей, изредка проводил когтями по пластиковому окошку, и желающие погладить кисю испарялись. Пять кавалеров спустя мы наконец доехали до Апраксина двора и окунулись в вавилонское столпотворение.
На высоких каблуках довольно сложно быстро передвигаться, но я старалась выжать максимум скорости, лавируя среди цыган, огибая выбоины, и успешно убегала от «красавица, куртка не желаешь?», и от белья, и от сумок, и…
Уф, вот и отдел «Все для бани»!
Возле ларька притулились не только кучи разномастных ароматных веников, шапок и ковшей, но и метлы. Конечно, покупатели‑обыватели не знают, что так под прикрытием работает древний бес.
Звякнул колокольчик, возвещая о моем прибытии. Я огляделась: кадки, ковшики, веники, полка с маслами и скрабами, шапки с дурацкими надписями. Никогда не любила баню.
– Добрый день, чем могу помочь?
Не знаю, что я ожидала услышать, но только не сварливый, слегка шепелявый голос. Откуда‑то из глубины лавки вышел мужчина лет шестидесяти, некрупный, глаза синие, яркие, небольшая аккуратная бородка с проседью. Я сняла рюкзак и открыла молнию.
– Это он, Казимир, – сообщил отпугиватель кавалеров и выпрыгнул на пол.
– Добрый день! Я – Баба Яга, а кота зовут Бальтазар.
Казимир приподнял брови, осмотрел меня от макушки до каблуков, хмыкнул и, обойдя нас, перевернул табличку на двери: «Закрыто».
– Не ожидал! А слухи верны – красавица! Чему обязан визитом?
– Мне нужны новая ступа и метла.
Еще один загадочный хмык – и образ собеседника внезапно покрылся рябью, мгновение спустя передо мной стоял не мужчина в годах, а двухметровый краснокожий рогатый бес лет тридцати по человеческим меркам. В косухе, в джинсах, с выглядывающими из‑под них копытами и с длинным красным хвостом, лохматым кончиком подметающим пол. Острые уши с кисточками волос, как у рыси, и черные разводы на коже; рогов от природы было больше, поскольку с левой стороны явно одного не хватало – там красовался коротенький обрубок. Для меня он был похож на Дарта Мола из всем известной космической саги. Только лазерного меча не хватало. Я немного оторопела – моя реальность фантастичней многих фильмов!
– А чем вас имеющиеся не устраивают? – Голос также изменился – глубокий баритон с бархатными нотками.
– Они старые, – осторожно начала я. – Метла сыпется, ступа едва летает. Можно посмотреть каталог продукции и выбрать более новую модель?
Казимир расхохотался. Его голос резонировал от тазиков и кадок, весело прыгая эхом. Видимо, я сказала нечто забавное. Ядвига тогда немного поведала про его скверный характер с уклоном в тиранию, но я живу с Бальтазаром, а до этого жила с родителями. Папа – военный в отставке, так что меня тяжелым нравом не проймешь. К любому вредному мужчине можно найти банальный подход – через еду. Доказано моей мамой. Я достала из рюкзака банку засоленных лягушек и протянула бесу:
– Я не с пустыми руками!
Он взял подарок и улыбнулся. Голливуд обзавидуется такому сиянию. И я тоже, честно говоря.
– Казимир, ступа еле ползет, серьезно. Ей полтыщи лет, наверное. Когда ты ступу последний раз делал, мыр‑р? – Кот выбрал место на прилавке и обвился хвостиком.
– Давненько. На них окромя баб‑ёг никто не летает, – поскреб затылок Казимир. Когти у него как у пантеры, скажу я вам.
– Сколько будет стоить новая модель?
– Тебе? Нисколько. Это же реквизит, выставлю счет – оплатит «Лукоморье».
– Тогда вот. – Я протянула ему лист с наброском летательного средства.
Мастер глянул на эскиз, на меня, снова на эскиз и присел на ближайшую стопку тазиков, от чего та протестующе заскрипела.
– Так, что мы имеем: дверца, обручи с заклепками, опоры в виде страусиных ног… – Он почесал свои рога. – Яга, скажи мне, ты, когда на той ступе летала, больно шандарахнулась об землю?
Ах ты язвительная каланча!
– А ты когда делал что‑то интересное, а не придуманное динозаврами? Стагнация, уважаемый Казимир, бизнесу враг.
Кот переводил взгляд с него на меня и дергал ушами, весь подобравшись и выпустив когти. Готовится к защите? Не думаю, что мы подеремся из‑за инноваций. Я оказалась права, мастер не собирался топать копытами в бешенстве, а вполне миролюбиво продолжил:
– Когда мне Ядвига предлагала улучшение модельного ряда, я, признаться, злился. Дел невпроворот, а тут она еще. Но за ней потянулись ведьмы разных возрастов с такими же просьбами, игнорировать их уже нельзя было. Я работал, мастерил, улучшал. Старая Яга, кстати, метлу обновила и крайне довольна.
Я смотрела на Казимира, ожидая по меньшей мере бумажного каталога продукции, но стандартные ситуации в мире сказочных существ, видимо, не приживаются.
Мастер встал с несчастных тазиков, откинул половик под ногами, демонстрируя крышку погреба – под ней оказалась лестница вниз, – и махнул рукой:
– Пойдем!
Его копыта зацокали по деревянным ступеням. Бальтазар заглянул в погреб:
– Ух ты! Спускайся, Яга, тебе понравитсяу!
И исчез. Идти за едва знакомым бесом в подвал? Конечно, о чем речь, регулярно так делаю. Ладно хоть кот рядом, аккуратно спустилась и я.
Ярко освещенное помещение, большой обшарпанный стол, на нем заготовки метел, на стенах развешаны инструменты, по углам металлические шкафчики вроде тех, что в раздевалках бывают, прутья, древки и непонятные мне аксессуары.
Казимир пинком отправил ко мне колченогий табурет:
– Присядь, устала поди на своих «копытах», – довольно хмыкнул своей шутке.
– Я весь день могу…
– Не удивила! Я тоже, – подколол бес, открыл один из шкафчиков и вынул метлу. Блестящее светлое древко, аккуратная хвостовая часть – прутья гибкие, не топорщатся во все стороны, стянуты ближе к кончикам железным хомутом.
– Попробуй, – вручил мне новенький агрегат.
– Она еще не летала на таком, только в ступе.
Я зыркнула на кота, чтоб не вздумал болтать про боязнь высоты, но Бальтазар и так молчал.
– Садишься сверху, древко между ног или боком, как в дамском седле, и она взлетит.
Таинственные технологии, что тут скажешь. Все, что нельзя объяснить наукой, – валите на магию!
Я пристроилась боком на древке и постаралась расслабиться – выше потолка точно не взлечу. Две пары глаз внимательно наблюдали за мной.
«Вверх!»
Метла плавно поднялась, я так же плавно заваливалась в ту сторону, куда перевешивала пятая точка.
Спустилась, устроилась другим способом.
«Вверх!»
Сидеть больно, ноги болтаются, крен и влево, и вправо.
«Вниз!»
– Ну? – требовательно спросил мастер.
– Метла отличная, послушная, – радостно сообщила я. – А можно ли сделать так, чтобы сидеть не больно было? Седло велосипедное, например? Зацепы для каблуков тоже нужны, ноги деть некуда.
Казимир схватился за рога и согнулся пополам от смеха. Кот ему вторил. Отлично, чувствую себя дурой.
