Дина Зарубина "Запрещенный ритуал"

– Держи!

В живот мне уткнулся небольшой поднос. Плошка с супом, тарелка тушеной капусты, в кружке явно что-то ягодное, два ломтя серого хлеба. Живем! Когда училась, сроднилась с чувством голода. До сих пор передергивает, как вспоминаю. Соевое мясо, вареная морковка… вполне приличный обед. Трудно ожидать, что в монастыре нам подадут деликатесы.

Я поблагодарила и понесла поднос к столу.

Следуя моему примеру, девушки разбирали подносы.

– Какая гадость! – скривилась рыженькая. – Я такое не ем!

– Не ешь, – равнодушно ответила дриада, уписывая каупусту.

– Голод лучшая приправа, – ответила я, проворно работая ложкой. Все свежее, вполне съедобное, а что недосолено, так здоровее буду. Голодать – себя ослаблять, и не только физически. Мозги – это жир и сахар.

– Кусочек нежного филе, вымоченного в вине, обвертывается ломтиком бекона и запекается под сырной корочкой, – вздохнула рыженькая, с тоской глядя в тарелку. – С имбирем и мускатным орехом.

– Ничто не стоит куска парного мяса с кровью, – не согласилась худощавая смуглая шатенка.

Я присмотрелась к ней. Острые высокие скулы, раскосые светло-карие глаза, чуть приплюснутый нос, полные губы. Очень экзотичная красотка.

– Прости, ты не человек? – осторожно спросила я. Как-то люди не слишком любят сырое мясо. А парное мясо горожане вообще никогда не видят.

– Я принцесса Ювара?ни Па?нтар Аидава?, Несущая смерть, Клык Запада! – гордо выпрямилась она. И тут же сникла. – Была…

– Давайте, что ли, получше познакомимся, – предложила и обвела всех глазами. – Марина и человек. С Земли.

Рыженькая оказалась баронессой. Тоже бывшей.

Оказывается, с сопредельными мирами существует договор с Обителью. Когда объявляется отбор, на руке невесты возникает метка, и с этого момента она считается умершей, лишатся титула, звания, имущества. На завещание и прощание у нее сутки, и она переносится сюда.

Мне так стало их жалко! Да по сравнению с ними я вообще ничего не потеряла. Что стоит убогая двушка и старенькая машина против целого королевства пантер или огромного имения? А у рыжей Мартеллы действительно был жених, буквально через месяц она бы стала графиней! Теперь все получит ее младшая сестра, гадина, злюка и лгунья, со слов Мартеллы.

Красавица Ориэлла лишилась целого дворца с мужским гаремом. Она со стоном уронила голову на стол. Ее выдернули из матриархатного мира, что ввергало ее в беспросветную тоску. Я тоже ей посочувствовала. Насколько я понимала из фэнтези, оказаться в таком мире – мечта многих. Я бы тоже не отказалась. Не говоря уже о гареме, полном пылких красавцев на любой вкус и цвет!

Не все оказались знатными и богатыми; три девушки оказались дочерьми торговцев и ремесленников. Адель, Магда и Синтия. Очень симпатичные девушки, с правильными и тонкими чертами лица. Серые грубые хламиды только подчеркивали их стройность.

Две оставшиеся, свежие и румяные, оказались сельскими красавицами из разных миров, Геро и Руперта. Они не горевали, наоборот, с оптимизмом смотрели в будущее. Их ждали настоящие принцы! Повезло-то! Что они в своей деревне бы видели?

Все были обычными людьми, кроме Юварани и Доримены.

Мне тут же объяснили, что совершенно непонятно, как выбираются невесты, но люди ценятся больше, потому что совместимы практически со всеми расами. Юви подойдет только двухипостасным, а Доримена вообще только эльфам. Дриаду это ничуть не расстроило, кстати.

– Ну вот, Дори заберет эльф, Юви – оборотень, у нас еще остается целых три принца на восьмерых, шансы неплохие, – сказала Адель.

– Меня не считайте, – улыбнулась я. – Я тут по ошибке и замуж не хочу.

– Тем лучше, по две на двоих и три на последнего, – посчитала Адель.

– Сразу видно, что торговка, – фыркнула Ориэлла и выпятила пышную грудь. – Кто откажется от меня или Мартеллы в здравом уме? Так что на вас всех останется самый завалящий и нищий принц. Кривоногий и уродливый.

– Да что вы умеете-то? – вскипела Адель. – Жрать и сношаться? Разве такая королева нужна стране? А я и торговать могу, и учет в лавке вести!

Ориэлла подскочила, но дриада ухватила ее за подол.

– Тихо! – воскликнула Доримена. – За ссоры могут отчислить!

Адель и Ориэлла грозно посверкали друг на друга глазами и уселись на места. В драке я бы поставила на Ориэллу, она одним бюстом противницу задавит.

– Вы делите шкуру неубитого волколака, – робко сказала крестьяночка. – Выбрать будут принцы. А не мы.

– Девочки, у меня вопрос, – я перевела тему. – Неужели ваши родные добровольно соглашаются терять дочерей, наследниц, помощниц?

– У нас еще четверо, родители только рады были, – отмахнулась Магда.

Обе крестьянки оказались тоже из многодетных семей и закивали, подтверждая слова Магды.

– Если не отдадут, плохо будет, начинается мор, пожары, наводнения… никто не будет связываться с Обителью, – ответила Мартелла. – Да и не так часто отбор, раз в пять лет. Можно успеть выскочить замуж, метка цепляет только незамужних.

– Но это же неправильно! Вас должны были хотя бы спросить! Хотите ли вы участвовать во всем этом! Получается, вас силой принуждают становиться чьими-то женами и наложницами! – во мне кипело возмущение.

– Зато Обитель защитит мир в случае нападения пуру?гов.

Мне тут же объяснили, что это огромные черви, ядовитые, проникающие через любой камень, плавучие и практически неубиваемые. В каждом мире их называют по-разному: пуруги, локвары, щихты, морши. Только летать не могут, а так уничтожают все на своем пути. В пасти у них зубы по спирали до самого желудка, а в пасть влезает карета с лошадьми. Единственный способ их задержать – это создавать сплошное кольцо огня. Огонь они не любят, шкура трескается, а в разлом уже можно бросить боевое заклинание. Но держать долго такое кольцо могут только сильные маги или специальные артефакты.

– М-м-м… такие артефакты делают только тут, в Обители? – сразу предположила я.

Девушки дружно закивали.

Скорее всего, этих червей разводят и насылают на неугодных сами жрецы, а потом выступают спасителями и героями. Зато все миры им должны и все несут подарки. Хорошая схема, рабочая.

– Я не понимаю, как ты могла попасть на отбор, – Геро вдруг вытянула в мою сторону палец. – Ты же старше моей матери!

Ну да, женились в двенадцать, помирали в сорок, я по их меркам старуха. Джульетте бы в пятый класс ходить, а ее матери было всего двадцать четыре, самый расцвет. Я тоже не понимаю, как алтарь меня зацепил, хотя, скорее всего, Обители постоянно нужен приток новых ресурсов, их приносят почитатели. Паства. Уж не захватить ли наш мир решили пронырливые маги? Ну-ну. Их ждет неприятный сюрприз. Зря они считают себя самыми сильными и самыми умными. Думаю, у нас магические создания будут плоховато себя чувствовать из-за скудости энергии, а современные военные силы их удивят. Ученые взвоют от восторга, если из моря выползет новая неисследованная тварь. А жертвы… в ДТП каждый день погибает больше людей. Любой червь уползет и зароется поглубже, если за ним будет охотиться армия ученых с ловушками, парализаторами, клетками и скальпелями наперевес. С воды, земли и воздуха.

– Сбой призыва, – пожала я плечами. – Ошибочка вышла у жреца.

Хотя лично я сомневаюсь, что тот жрец ошибся. Колдовал вполне уверенно. Мартелла тихонько поправила: не жрец, а патер. Белые – патеры, черные – братья, серые – сестры. Да пожалуйста, хоть халдеи[1 - Халдеи – каста жрецов в Древнем Вавилоне, от названия семитского племени.]!

– Девочки, а про женихов этого сезона кто-нибудь знает?

Разгорелось бурное обсуждение. Разумеется, все мечтали о могучих, мудрых и богатых драконах, красивых утонченных эльфах, непобедимых оборотнях. Юварани презрительно кривила губы, слушая рассуждения о волках, барсах и медведях. Она же благородная пантера! И согласна в лучшем случае на леопарда, ягуара. В худшем – на ирбиса или кугуара.

Магда согласна была на гнома. Они богатые, веселые и дарят драгоценности не поштучно, а сундуками. Плевать, что ростом не вышли, она тоже не каланча. Зато гномы обожают высоких и плотных девушек. Геро и Руперта переглянулись и кивнули друг другу.

– Гоблинов вам в мужья! – Не выдержала Ориэлла. – Нага не хотите? Скользкого и ядовитого? Укусит и мозги в кисель, на все готовы будете совершенно бесплатно!

– Я змей боюсь, – пискнула Адель.

Звук гонга прервал наше совещание.

Во дворике стояла группа патеров в белых мантиях. В кресле дремала Рузелла, изображая немощную старушку. Но я заметила, как она остро поглядывает на жрецов из-под приспущенных век. Держать сильных магов в узде – это уметь надо! Быть недюжинным руководителем, обладать силой и хитростью. И магией.

За креслом Рузеллы выстроились послушницы, я узнала девчушку, что провожала меня сюда.

– Итак, здесь десять невест. Получите знаки отбора! – сказал патер.

Послушницы дружной шеренгой выступили вперед, держа в ладони что-то маленькое. Я прищурилась. Что-то вроде пряжки или брошки.

Послушницы подошли к нам и прицепили украшение на грудь каждой. Эмалевый цветочек с камушком в серединке, по кругу лента с теми же кракозябрами.

– Теперь вы участницы Отбора и подчиняетесь его правилам. Кристалл в вашем значке служит маяком для определения вашего местонахождения. Прикоснувшись к нему дважды, вы можете позвать на помощь. Трижды – если вам будет угрожать смертельная опасность. Не советую баловаться и вызывать братьев зря! За ложный вызов последует наказание, вы опуститесь в списке невест на последнее место при планировании встреч с принцами- женихами. Сами понимаете, что у первых невест будет больше шансов произвести впечатление. С завтрашнего дня у вас начнутся занятия, которые будут полезны для вас и помогут при выборе лучше сориентироваться в ситуации. Любые контакты с противоположным полом запрещены, кроме тех, что проходят по графику свиданий.

Ориэлла томно вздохнула и облизнулась.

Собственно, на этом и закончилась торжественная часть. Ни тебе вдохновляющей речи, ни психологических манипуляций. Думают, что все и так на все согласные, пафос разводить ни к чему. Это они зря!

Адель, прикусив губку, недобро косилась на остальных. Эта девочка с амбициями, уж она точно решила без жениха не оставаться. На пять женихов у нас пять лишних невест. Надо ждать подстав и покушений.

Но Доримена, зашедшая перед сном поболтать, развеяла мои подозрения.

– На любое прямое воздействие, магическое или физическое, даже на злые слова сработает оповещение. Провинившаяся может быть отчислена моментально, а этого никто не хочет.

Значит, будут гадить исподтишка.

– Ты не веришь в людей, – сделала вывод Доримена.

– Садись, я тебя расчешу и заплету, – предложила я. – Никогда не видела дриад. У нас их нет. Леса хищнически вырубают.

– В каком ужасном мире ты жила!

– Дело привычки, – я пропускала сквозь пальцы темно-зеленые волосы дриады. Они были прохладные на ощупь, будто трава. Всегда мечтала, что у меня будет дочка, которой я буду заплетать косички. Не сложилось.

Пряди будто сами укладывались на место, а когда я доплела шестипрядную сложную косу, в волосах вдруг распустились маленькие белые цветочки с необыкновенно приятным ароматом.

– Им понравились твои руки, – сказала довольная дриада, посмотревшись в зеркало.

– Они мне тоже понравились. Изумительно пахнут! – я погладила цветочки и втянула носом аромат.

– Им не так-то легко угодить, – дриада погладила косу, а цветочки закивали головками.

– С удовольствием буду тебя заплетать.

То ли надышавшись волшебными цветочками, то ли утомившись от новостей, ночью спала, как убитая.

Глава 4. Котелок неприятностей.

Проснулась на рассвете, свежая и отдохнувшая. Хорошо, что я ожидала всякого-разного нехорошего, поэтому не стала рывком открывать двери. Жизнь в общаге закаляет, и меня бы не удивил кувшин с ледяной водой, а то и с чем похуже.

Поэтому веревочку, привязанную к ручке, я обнаружила сразу. Вверху виднелся котелок. Вот же дряни мелкие! Опоздать на занятия, появиться в неподобающем виде или вовсе пропустить нужную лекцию… В котелке, скорее всего, моча. Или вчерашний суп.

Ладно, если нельзя в дверь, попробуем в окно. Не сидеть же мне все утро в комнате, слушая, как хихикают мелкие пакостницы.

Окно открывалось на плоскую крышу трапезной, и я презрительно фыркнула. По такой крыше разгуливать – одно удовольствие! Заодно решается вопрос с зарядкой, на свежем воздухе ее намного приятнее делать, чем в комнате. А дальше идет водосточный желоб, и я по нему преотлично спущусь.

Ох, и любила я в девочках лазить по гаражам и крышам! И подружка Катя у меня была такая же оторва. На спор как-то спустилась с пятого этажа по чужим балконам. И я выбиралась из окна, когда меня запирали в комнате. На окне решетка, куда я денусь? А я давно выкрутила здоровущие винты по краям, оставив только средние, рама на них спокойно поворачивалась вдоль оси, и я могла пролезть, прикрыв раму за собой. И возвращалась под утро тем же макаром, благо первый этаж.

И не боялись мы с Катькой, и ничего с нами не случилось, что удивительно! Мы вдвоем и в лес ездили, и по скалам лазили, и на озеро загорать. Даже клеща ни одного не подцепили. Катя шутила, что у нас очень опытные и квалифицированные ангелы-хранители. Дуры были безголовые, но кто в пятнадцать слушает родителей? Когда лето и жара, каникулы, гормоны бушуют, а дурная голова ищет приключений?

Потом поступили, стали учиться в разных вузах, встречаться реже. У нее была великая любовь к смазливому байкеру. У меня – к симпатичному преподу. Наверное, полкурса на него облизывались и с тоской смотрели на обручальное кольцо. Мы тогда еще верили в ритуалы и традиции. А препод вовсе был неженат, носил, чтоб самых рьяных девиц отсекать.

Тут в окне решеток нет. Надо решить вопрос со спортивной формой. А пока могу размяться в джинсах и майке. Их еще и постирать не мешало бы после моего эпического провала в другой мир.

Минут пятнадцать я разминалась, крутила суставами, прыгала, приседала и отжималась. Зарядка-зарядка, молодым людям она вовсе не нужна, и так все работает, а я вот ощутила лет в тридцать пять, что пора более внимательно относиться к суставам и мышцам, если не хочу скрипеть и болеть. После разминки ловко спустилась, отпустила трубу и спрыгнула во дворик.

Ой! У высокой двери стоял незнакомый брат в черной рясе и смотрел на меня. Монах был молодой, симпатичный, лет тридцати, его длинные светлые волосы были завязаны в хвост. Еще у него на поясе был короткий меч. Я удивилась, они же мирные и благостные, зачем оружие?

– Доброе утро! – постаралась мило улыбнуться. Вроде я никаких правил не нарушила своей зарядкой?

– Доброе! – Отозвался монах и спросил с любопытством. – А что вы делали такое странное на крыше?

– А у вас не принято тренироваться и улучшать свое тело?

– Воины постоянно тренируются. Но вы не воин, – он задумчиво меня оглядел.

– В моем мире женщины хотят иметь тонкую талию, высокую грудь, крепкую попу и стройные ноги, – улыбнулась я. Лично мне очень нравится нагружать тело, тогда я чувствую, что жива. И это честное занятие – как позанимаешься, такой результат и получишь. В отличие от любви. Ты можешь втрескаться до одури, а тебя могут не полюбить в ответ. Или притвориться, что любят, а на самом деле бессовестно пользоваться.

– А! Вы невеста! – Понял монах. – И все ваши женщины занимаются подобным образом?

– Очень многие.

Монах тоже улыбнулся.

– Позвольте вам кое-что показать. Тут недалеко.

Ведомая любопытством, я пошла за ним. Мы спустились по лесенке, прошли несколько пустых залов, миновали галерею, и я восхищенно охнула.

Настоящая спортивная площадка! Лестницы, брусья, турники, дорожки для бега!

– Вам нет нужды заниматься на крыше, рискуя поскользнуться и сломать себе шею. Можете заниматься здесь. До шести утра тут никого нет, но позже тут тренируются послушники и охранники.