Страница 4 из 14
– И что, ты правда думаешь, что сможешь отработать такой долг просто горничной?
Этот вопрос мучает и меня. Но ответа нет. Точнее, есть подозрения, и мне они не нравятся. Так что я просто пожимаю плечами.
– Я уже пыталась донести этому вашему Северу, что меня подставили. Но он слишком упрямый и безразличный.
Лена фыркает.
– Неужели ты реально про него совсем ничего не слышала? И то, что он, по сути, хозяин города? И что весь порт принадлежит ему одному?
Снова жму плечами. Может, что-то такое и было. Конечно, девчонки в университете болтали разное. Но я не особенно обращала внимания. В отличие от многих, я студенткана дотации. И если я не буду хорошо сдавать сессию, то меня отчислят. А платить за мое обучение попросту некому – мать давно уже не интересуется моей жизнью, предпочитая этому компанию собутыльников.
– Вот ты даешь, – продолжает между тем Лена. – Он же такой властный и богатый, – мечтательно добавляет. – Мне кажется, любая была бы рада его вниманию.
– А я не рада, – качаю головой. – Мне бы домой вернуться и на учебу. Но отсюда, похоже, не сбежать.
– Ну, вообще-то это не совсем так, – вдруг говорит Лена. – Если знать, то возможность покинуть территорию есть.
– Ты серьёзно? – ухватываюсь за возможность. Мне очень важно попасть в общежитие и суметь как-то договориться с преподавателями, что я буду закрывать долги по учебе после. Или еще что придумать. Найти того же Рената и попросить о помощи. В конце концов, он меня бросил, и должен за это разобраться с Севером.
– Ну да. Если не побоишься, конечно. И в принципе я могла бы тебе помочь, – многозначительно добавляет она. – Но не за просто так.
Лена выжидающе смотрит на меня. А я хоть и понимаю, что это, получается, единственный шанс, но все равно – чувство, что цена окажется для меня слишком уж… непомерной. Вот только какой выбор? Рискнуть? Или остаться здесь расплачиваться за чужую ошибку?
5 Алина
– Так, я не поняла – мне вас долго еще ждать? – вдруг врывается в комнату Валентина, и разговор приходится свернуть. Лена выразительно хмыкает и тут же улыбается той.
– Валя, ну чего ты, девочка новая, пока все расскажешь.
– А ты лучше делом займись – уборку на втором этаже никто не отменял, – строго возражает Валентина. – Новенькая – за мной.
Естественно, я подчиняюсь, но пока иду вслед за женщиной, не перестаю думать о словах Лены. Судя по всему, она восхищается этим Севером. Что, как по мне – странно. Человек он пугающий. И холодный.
Как можно хотеть внимания такого мужчины? Не понимаю.
– Значит, так, – говорит между тем Валентина, приводя меня в небольшое подсобное помещение. – Здесь можешь переодеться. А после занимаешься уборкой на первом этаже. Надеюсь, руки из правильного места растут, и объяснять, как и что мыть – не надо?
Она цепко смотрит на меня, и я тут же киваю. Уж что-что, а убираться я точно умею. Мама этим не особенно занималась дома. У нее были другие интересы, а меня воротило от того бардака, что порой оставался после их попоек. Радовало, что хотя бы не каждый день, а иногда она просто уходила к своим дружкам, и тогда у меня выходило несколько дней покоя.
– Хорошо. Естественно, если что-то прикарманишь, наказание будет жестким. Воровкам здесь не место.
– Я бы и не…
– Все вы “не”, – передразнивает меня Валентина. – Правила простые – делай работу молча и качественно. И все будет в порядке.
– А вы не знаете – надолго я здесь? – осторожно спрашиваю у женщины. Та лишь брезгливо морщится.
– Откуда? Мне Сергей Александрович не докладывает о своих планах. Впрочем, с такой мордашкой пристроишься быстро.
– Я не хочу, – мотаю головой. – Мне бы просто домой. Понимаете?
Она лишь отмахивается, явно не веря мне.
– Все вы принципиальные поначалу и готовые драить полы. Да что-то быстро сдаетесь. Пара недель, и все. Согласны уже совсем на другие условия.
Так вот как это работает… Значит, Север отправил меня работать горничной, чтобы я сдалась и согласилась на те самые аукционы, а он поимел с этого денег?
– Я не все, – упрямо повторяю. – И мне другие условия не нужны.
Валентина вздергивает бровь недоверчиво.
– Милочка, знаешь, сколько тут таких, как ты, было? В комнате, где тебя поселили, жила вот одна. Знаешь, где она теперь?
– Лида? – догадываюсь, сложив два и два.
– Лида-Лида, – кивает Валентина. – Так вот месяц продержалась. Тоже была вся из себя гордая и “не такая”.
– А теперь?
– Теперь раздвигает ноги перед толстосумом, – кривится она. – Так что не надо тут громких слов, Алина. Все вы одинаковые.
Меня коробит от ее цинизма, но я больше не спорю. Просто нет смысла. Похоже, тут никто не верит, что у человека может быть самоуважение.
– А можно подробнее перечислить, что именно мне надо делать? – уточню, оглядываясь по сторонам и прикидывая, что где взять.
– Сухая и влажная уборка. Ванные комнаты тоже. Но здесь на этаже их всего две. Естественно, технику влажными тряпками не протирать – для этого есть специальные салфетки. Пылесос и швабра – в том углу, – инструктирует Валентина. – Питаться будешь со всеми на кухне. Лена позовет, когда будет готово. Ну, или сама приходи – по расписанию в два часа обед, в шесть ужин. Все понятно?
– Да.
– На второй этаж не ходи. Но если вдруг забудешь, – усмехается женщина, – то в дальнюю комнату не суйся.
– Да я и не собираюсь…
– И еще – если ты уж и правда не такая, – хмыкает Валентина, – не крути жопой перед охранниками. Тебя тут защищать некому, девочка. Зажмут в углу и попользуют, если дашь повод.
– А если не дам, а они все равно зажмут? – напряженно спрашиваю, вспоминая, как тот самый Кирилл на меня навалился сегодня.
– Мужики здесь тренированные в этом смысле. Просто так трогать не будут. Так что сама смотри – хочешь адреналина, потом не жалуйся. Ни Кирилл, ни Марк разбираться не станут, и слезы тебе утирать некому будет.
После этого она уходит, а я переодеваюсь и приступаю к уборке. Вообще людей в доме довольно мало – хотя особняк просто огромный. Зачем такой, я не понимаю.
Но это и не мое дело.
Лену я до конца дня больше не вижу – даже во время обеда. Когда прихожу поесть, на кухне, которую я нахожу далеко не с первого раза, только Валентина, Мария – кухарка. И все. Еще заходят двое ребят из охраны. Заинтересованно поглядывают на меня, но когда Валентина их осекает, быстро уходят.
Еще пару раз натыкаюсь на Кирилла – тот бросает на меня мрачные взгляды, но ни слова не говорит.
В целом день проходит спокойно. Только у меня никак не выходит встретиться с Леной и уточнить, что она имела в виду про возможность сбежать за ворота. Я ведь уже целый план успеваю придумать – как свяжусь с Ренатом и попрошу его о помощи. Он же обещал защищать меня и быть рядом.
После ужина Валентина строго спрашивает, убралась ли я в библиотеке. И на мой ответ “нет” отправляет, что называется, дорабатывать. Я уже так устала, что с радостью бы наплевала на эту самую библиотеку, но в то же время я помню ее слова про то, как быстро сдаются девочки, выбирая другой путь, и это помогает держаться.
Лучше уставать и мыть полы, чем продавать свое тело.
Поэтому приношу стремянку и, поставив ту к высокому книжному шкафу, достающему почти до потолка, забираюсь на нее, чтобы протереть пыль с корешков.
Занятие это довольно монотонное, но на очередной полке я торможу, Заметив очень редкое издание по истории культурологии. Зависаю, разглядывая его. На лекциях преподаватель рассказывал про эту книгу, но я даже подумать не могла, что дома у такого, как Север, может оказаться нечто подобное.
Оглянувшись назад, убеждаюсь, что поблизости никого нет. Впрочем, кому вообще понадобится прийти в библиотеку? Кириллу? Вот уж вряд ли.
Положив тряпку на одну из ступенек лестницы, тянусь за изданием. Но книги на полке стоят очень плотно, и у меня никак не выходит поддеть нужный корешок. В итоге я все же справляюсь. Но дернув книгу на себя, прикладываю слишком много сил, и в итоге, потеряв равновесие, падаю назад.
Но вместо удара чувствую крепкую хватку мужских рук, а следом приходит понимание, что не упала я благодаря хозяину дома.
Который смотрит на меня весьма и весьма мрачно…
6 Алина
В первый момент я так пугаюсь, что не могу даже дышать. Только завороженно смотрю на Севера и понимаю, что он сейчас меня просто прибьет за наглость.
Однако мужчина медленно опускает меня на ноги, окидывает пренебрежительным взглядом. А затем замечает книгу в моих руках.
– Еще и воровка, – бросает он.
– Ч-что? Нет! Я просто…
– Что просто? – лениво спрашивает он, убирая руки в карманы.
Он такой большой, огромный даже. И даже Кирилл, который тоже тот еще бугай, не сравнится по энергетике с Севером. Только от него веет ледяным холодом. Не зря так называют.
– Хотела почитать, – тихо говорю, опуская голову. Вряд ли он мне поверит.
– Разве ты здесь, чтобы развлекаться?
Вопрос подобен удару хлыста – четкий, хлесткий.
– Может, тогда стоит выбрать иной способ отрабатывания долга? – насмешливо добавляет мужчина. И это единственные эмоции в мою сторону – насмешки, пренебрежение. Ничего общего с банальным уважением.
Резко поднимаю взгляд на него и четко говорю:
– Не дождетесь. Прошу прощения, что посмела взять книгу, чтобы почитать. Не волнуйтесь, все верну на место.
Делаю шаг к лестнице, но Север резко преграждает мне дорогу, отчего я почти врезаюсь в него. Он молча забирает у меня из рук книгу, мельком смотрит на обложку и затем кивает на дверь.
– Свободна.
– Но Валентина сказала…
– Ты оглохла?
Он не повышает голоса. Но ему и не надо – и без этого меня бросает в дрожь от холодного равнодушного тона. Будто это не человек, а ледышка.
В общем, спорить – желания у меня никакого. И я ухожу – в конце концов, если что, скажу, что хозяин дома прогнал. Но когда я возвращаюсь на кухню, выясняется, что Валентине попросту не до меня.
– Ой, иди уже к себе, – отмахивается экономка. – Не до тебя сейчас.
– А как же…
– Алина! – рявкает она. – Ты что, дура? Или, может, все-таки хочешь под кем-то оказаться сегодня?
Испуганно мотаю головой и сбегаю в ту комнату, куда меня поселили. Но уже закрывая за собой дверь спальни, успеваю заметить Лену в конце коридора. Вот только она не одна, а кажется, с Кириллом. Приходится отложить разговор с ней на потом.
По идее можно умываться и ложиться спать, но вместо этого я достаю мобильный и проверяю его. Никто не звонил. Только сообщение от Лады с вопросом, собираюсь ли я завтра в институт. Я так и не отвечаю ей – банально не знаю что. Пугать подругу не хочется. Но и признаваться, что она была права, когда отговаривала идти на день рождения Макса, тоже не хочу.
Мне остается надеяться, что Ренат все же вернется и разберется с тем, что произошло.
Кроме него мне некому помочь. Однако его телефон не просто не отвечает – он до сих пор вне сети.
Вполне вероятно, что мобильный Рената остался там же на яхте – кажется, он фоткал нас тогда, в каюте, куда мы ушли вдвоем. Теперь же выходит, что Смоляков мог сменить номер, и я его не узнаю. Что же мне делать-то?
Так и не уснув, осторожно выхожу из комнаты, чтобы пойти на кухню. В доме стоит оглушающая тишина, что неудивительно – уже за полночь время. Валентина сказала, что в принципе можно поесть на кухне и вне расписания, если выдастся свободная минутка. Правда, мне хотя бы воды попить – может, тогда получится уснуть.
Однако проходя по коридору, улавливаю чьи-то негромкие голоса. Мужские, кажется. И вроде бы как раз хозяин дома говорит.
Тут же вспоминаю, как Марк вбил в меня одно из правил дома – не задавать вопросы, и уже собираюсь пойти дальше, чтобы меня не заметили, но слух цепляется за знакомую фамилию.
– Смоляков уже который раз звонит. Трубу оборвал прямо-таки, – произносит кто-то незнакомый.
Торможу, замирая на месте. Прислушиваюсь и осторожно делаю пару шагов по направлению, откуда доносятся голоса – кажется, как раз из библиотеки.
– Это было ожидаемо, – равнодушно отвечает Север. – Хочет вернуть свою игрушку. Пытается пробить место, где она.
– А ты? Отдашь?
– Мне самому без надобности, но…
Дальше слышу звук шагов и, испугавшись, что меня застукают за подслушиванием, разворачиваюсь и бегу обратно к себе в комнату.
Только закрыв за собой дверь, выдыхаю с облегчением.
Господи, это что же получается, Ренат все-таки пытается меня вытащить? Не зря я ждала. Не зря! А Лада ошибалась, когда говорила, что ему нельзя верить!
На глаза наворачиваются слезы радости, и на эмоциях достаю мобильник, включаю и строчу быстро сообщение Смолякову, чтобы он узнал, где я. Главное, чтобы включил телефон или восстановил старый номер!
“Ренат, я знаю, что ты меня ищешь. Я дома у Севера. Помоги”.
Жмурюсь, мысленно молясь, чтобы мне повезло и… Как вдруг возле имени Рената появляется зеленый знак, показывающий, что абонент в сети.
А дальше я вижу, что Ренат начинает писать мне ответ.
