Лидия Андреевна рассмеялась, – Нет, не должны. Я не любопытна.
– Вы просто изумительно тактичны, и ваш муж обладает истинным сокровищем! – прокомментировал Соколовский. – Но тем не менее, я бы хотел объясниться… Я немного увлёкся ухаживаниями за одной прелестной женщиной, которая, увы и ах, оказалась замужем. А её муж – грубиян и невежда, отчего-то был против наших невиннейших разговоров, – Филипп откинул кудри и рассмеялся. – Последствия вы видели. А после того, как вы меня приютили, я смог добраться до яхты друзей, на которой и прибыл на то чудесное побережье…
Лидия улыбалась, кивала и не верила. Для неё, как для матери троих весьма предприимчивых сыновей, было очевидно, что в этом рассказе нет ни одного правдивого заключения.
– Ну вот… теперь моя совесть чиста! – заключил Соколовский, подумав, что его совесть – это такое летучее явление, что к ней никакая грязь пристать попросту не успевает, – Насколько я понял, у вас есть ко мне какое-то дело?
Глава 8. Дело принципа
В тончайшие чашки уютно лилась заварка, пирожные глянцево поблёскивали кремовыми боками, тонко нарезанные лимонные ломтики исходили соком…
– Красотища… – подумал Соколовский, легонько усмехаясь, – Как я весь этот антураж люблю и уважаю! И ведь, что показательно, всё это ради моей скромной особы… Интересно, и зачем это я Мироновой понадобился? Она не поклонница, не легкомысленная дама, которой льстит присутствие за столом известного актёра… если уж на то пошло, её супруг мог бы киностудию ей купить – так, чтобы чаи там распивать!
Поддержание ни к чему ни обязывающей светской беседы давалось Соколовскому легко и непринуждённо – он мог в этот момент обдумывать абсолютно сторонние предметы, но это не касалось разговора с Лидией Андреевной.
– Дама, которая мало того, что выручила, но и не задала ни одного уточняющего вопроса, хотя явно удивилась, исключительная редкость и ценность! Да и сейчас… если я хоть что-то понимаю в людях, она мне ни разу не поверила, однако, не стала загонять в угол, любопытствовать и умничать – вежливо покивала головой, поулыбалась и всё! Впору зауважать и её, и Миронова – такую жену себе найти – это он молодец!
Наконец, Лидия Андреевна решила, что гость уже готов к более содержательной беседе, и можно приступать к следующей части визита.
– Филипп, простите, не помню, как вас по отчеству…
– Лучше просто Филипп, – белозубо улыбнулся актёр. – Вы хотели у меня что-то спросить?
– Да. Мне нужна ваша рекомендация. Видите ли в чём дело… Мне нужен актёр, который сумеет сыграть одну роль…
– И какую же? – заинтересовался Соколовский.
– Сильного мужчины, способного заинтересовать чрезвычайно хищную и беспринципную девушку. Дело в том, что… ох, я не с той стороны начала, – поправилась она, заметив прохладно-отстраненную улыбку Соколовского,
– Вот посмотрите, пожалуйста, это её послужной список. Неполный, разумеется. У нашей службы безопасности не было цели выяснить все её контакты, они подобрали только наиболее известные и тяжелые случаи.
Лидия Андреевна подала Соколовскому папку.
Он заинтересованно открыл её и некоторое время внимательно просматривал информацию.
– Да, я понимаю, что она лично никого не пыталась вытолкнуть из окна, но и её заслуги в том, что человек всё-таки оттуда не выпал, нет ни малейшей… – вздохнула Лидия Андреевна. – Всё остальное такое же… Она, видимо, испытывает в жизни дефицит эмоций, поэтому изо всех сил вытягивает их из окружающих мужчин. Причём, чем сильнее личность, тем интереснее приручить и влюбить в себя этого человека, вынудить его на признания в любви, а потом, когда он полностью доверился, когда уже не представляет жизни без неё, как можно более жестоко бросить.
Соколовский мимолётно покосился на хозяйку дома поверх папки, которую внимательно изучал, а потом уточнил:
– Который из ваших сыновей под прицелом?
– Старший… – вздохнула Лидия Андреевна. – Я узнала об этом абсолютно случайно, и от самой Софьи – услышала её разговор с подругой, сейчас я дам вам его послушать.
Она включила запись и обратила внимание на то, как изменилось выражение лица Соколовского – вежливое выражение лица сменилось жестким и даже каким-то хищным прищуром, пальцы чуть крепче, чем нужно прихватили края папки, и Лидии Андреевне даже померещилось, что на них возникли острые когти, ну надо же… чего только не покажется, когда волнуешься за своего ребёнка. Пусть даже и за взрослого, уверенного и самостоятельного.
– Ну что же… – Соколовский аккуратно положил папку на стол рядом с собой. – Советовать вам кого-то из своих коллег я не буду.
Лидия Андреевна расстроенно и понуро кивнула:
– Я понимаю, это не совсем…
– Нет-нет, ваша просьба абсолютно понятна и логична. Я вовсе не это имел ввиду, а хотел сказать, что сам почту за честь помочь вам решить эту проблему.
– Вы? – удивилась Лидия.
– Да. Видите ли… я от всей души ненавижу подобные вещи и отлично знаю, какой беды можно натворить, играя чувствами людей! – он нахмурился, – И, кроме того, раз у неё есть детективное агентство, нам будет сложно придумать персонаж с легендой, которую можно проверить и подтвердить – насколько я понимаю, девушка интересуется людьми, которые ей более-менее известны, то есть на слуху.
– Да, всё так, – согласилась Лидия. – Я вам безмерно признательна! Разумеется, любой гонорар…
– Нет-нет, ни о каком гонораре и речи быть не может. Единственное – какие-то вещи могут потребоваться, например, данные, информация, контакт с вашим сыном… – он усмехнулся.
– Но ведь…
– Лидия Андреевна, вы же не потребовали у меня оплаты за ваше гостеприимство, – мягко улыбнулся он, – А это… – он кивнул на папку, – Это для меня дело принципа. Я почту за честь несколько притормозить эту людoжoркy.
Лидия Андреевна, пересказывая мужу итог встречи, была в восторге:
– Людoжoркa! Как верно окрестил! Мне показалось, что он сам отлично знает подобный тип женщин, и крайне их не любит, вот и согласился…
Пётр Андреевич попросил Хантерова собрать данные, запрошенные Соколовским и передать их актёру.
Нет, конечно же, можно было их просто переслать тому на электронную почту, но любопытство неистребимо, и Хантеров решил сам передать данные.
Встреча была исключительно интересна.
– Кто бы мог подумать… – анализировал Хантеров свои впечатления, – И вовсе не актёрский павлин… нет, машинально отслеживает своё отражение во всех зеркальных поверхностях, любуется собой, правда, это профессиональное, но вот характер, неожиданно, твёрдый. И есть ещё что-то…
Вот это что-то сильно заинтриговало Хантерова – лёгкая улыбка Соколовского, словно узнавание чего-то уже виденного, в момент их знакомства, а потом, когда Хак уже уходил, было ощущение пристального взгляда в спину. Ощущение, которое Кирилла Харитоновича никогда не подводило.
– Ладно, потом при случае уточню… – решил Хак. – Но! Софочке я лично крайне не завидую! – резюмировал он свои впечатления от знаменитого актёра. – Вообще-то это справедливо! Если дева жаждет играть чужими жизнями, то ей должен попасться достойный партнёр, который знает правила игры и сам жаждет поразвеяться, так что Калязиновой в кои-то веки повезло – кушайте, не обляпайтесь!
***
Как только охотница покинула ресторан, Николай сосредоточился на еде, благо мясо было вкусным, овощи свежими, а тарелка не была замысловато измазана неведомыми узорами соуса.
Правда на девушку за соседним столиком он время от времени косился.
– Надо же, какая боевая! Раскатала Софффочку-эфффочку в лепешку. Познакомиться, что ли?
Он прикинул возраст Миланы – ровесницы этой решительной девушки, призадумался.
– Не детский сад, нормально.
Правда, по зрелому размышлению решил не торопиться – от девушки после беседы с Софьей, только что искры не летели.
– Глупо пытаться познакомиться, когда девушка в таком настроении, – разумно рассудил Миронов. – Я ж себе не враг – сейчас пошлёт точно! Тем более, что найти я её смогу запросто.
Совсем несложно сфотографировать человека, сидящего за соседним столиком, тем более, если человек тебя заинтересовал.
– Ну вот… Милана, надеюсь, не откажет сказать мне, кто это? – решил Миронов, закончив обед.
Уходя, он невольно обернулся – девушка ела, причём делала это с удовольствием.
– Ещё один плюс! – Николай не любил, когда рядом с ним кто-то мается от голода, делая вид, что она ест как колибри и бывает сыта капелькой цветочного нектара. – А тут всё нормально, без выпендрёжа, – довольно рассудил он.
При выходе из ресторана, ему позвонила мама и зачем-то велела пообщаться с каким-то Соколовским, если тому придёт в голову Николаю позвонить.
Фамилия была знакомая, правда, припомнить сходу, кто это, у него не вышло – очень уж он далёк был от киношного мира.
– Коля! Филипп Соколовский, знаменитый актёр! – строго напомнила мама.
– Аааа, этот Соколовский… А что ему может от меня понадобиться? – удивился Миронов, у которого в голове моментально родилась картинка, как этот самый актёр рекламирует его продукцию. А что? Его внешний вид досконально Николай ассоциировал с трудом, а вот пышную роскошную шевелюру с крупными кудрями вспомнил мгновенно!
– Коля, он выполняет мою ЛИЧНУЮ просьбу, так что не удивляйся, если он задаст тебе какие-то вопросы.
– Мам, ты меня пугаешь…
– Родной, если ты ко мне на днях заедешь, я тебе всё объясню, а по телефону не получится.
Лидия Андреевна сына знала как облупленного и прекрасно понимала, что он может оскорбиться – как-же для его спасения от хищницы задействован ещё кто-то.
– Нет уж, я лично ему всё смогу объяснить, а пока пусть так, – решила она.
– Сплошная загадочность, – проворчал Николай, заканчивая разговор с матерью, – Ну вообще-то могу и сейчас съездить, недалеко же.
Правда, когда он дошел до места, где припарковал машину, все мысли о визите к родителям, вылетели у него из головы.
Ещё издалека он увидел, как работник ресторана, вышедший с мусорным пакетом, как-то странно себя ведёт. Нет, ему-то было без разницы – может хобби у человека такое – мешками помойными размахивать. Кто ему запретит? Но вот странных типов у собственной машины он как-то недолюбливал. Это можно было сформулировать как-то так:
– Хоть по стенке бегай, но не у моей тачки!
Немудрено, что Миронов подобрался и значительно внимательнее присматривался к непонятным телодвижениям типа.
– Пппшшшшш, – услышал он.
– Ещё и шипит чего-то! Так и знал, что если в центре Москвы у ресторана есть удобная парковка, и там даже есть место, то где-то тут есть подвох! – заподозрил Николай. – О, следующая стадия пошла – ногами размахивает как Пеле, который собирается гол забить! Мужик, вали от моей тачки, а там хоть до ушей махи делай.
Ментальный Мироновский заряд до цели, видимо, долетел, потому что странный тип запутался в собственных конечностях, грянулся боком об угол здания, сдавленно взвыл, а потом с удвоенной силой забегал вокруг Мироновской машины, на этот раз топая ногами как слон.
– Пшшшла, проклятое отродье! Чуть не убился из-за тебя! – выкрикнул он в направлении машинного бампера.
– Так… И чем вам мой автомобиль так досадил, что вы ему в морду вопите? – голос Миронова заставил «ресторатора» замереть на месте, а потом медленно обернуться.
– Ээээ, да я ж это… Не машине, – он издалека оценил – машинка была так себе – на хозяина можно особого внимания и не обращать. А вот когда тот появился, стало понятно, что это умозаключение было исключительно неверным.
Ага, не обрати на такого внимание – как танк проедется по тебе и не заметит, что тут кто-то был.
– А кому? – уточнил «танк», – Ну вопили кому? Тут кроме вас, вашего мусорного мешка, который вы так нежно прижимаете к себе, и моей машины никого больше не наблюдалось.
– Да нет же! Тут эта тварюга проклятая под вашу тачку забилась! – исчерпывающе объяснил работник ресторана. – Она тут уже второй день ошивается, и я как её встречу, всё идёт не так! Вон, чуть рёбра об угол дома не сломал, а всего-то пошел мусор выносить.
Он опустил глаза на чёрный пакет, вроде как опомнился, ринулся к мусорным бакам в глубине двора, а пробегая мимо заднего колеса Мироновской машины, громко топнул ногой рядом с ним.
Это несложное действие имело совершенно неожиданный эффект – к ногам Николая вылетело нечто абсолютно чёрное и крайне мелкое.
– О как… – содержательно отреагировал Николай.
– Выскочила! Класс! Пните её, пните в сторону, там ей деваться некуда будет, и я её наконец-то изловлю! – скомандовал «мусоронос».
Это услышала девушка, которая, закончив обед и покинув ресторан отправилась к припаркованной рядом машине.
Котёнка она увидела сразу и аж зажмурилась, осознав, что не успевает спасти кроху от пинка.
– Вот сейчас этот медведище как размахнётся, как отфутболит котика! Да у него ножища в три раза больше, чем несчастное создание! – она заторопилась вперёд, чтобы перехватить отлетевшего от удара котёнка, а потом с крайним изумлением увидела, что широкоплечий «медведище» вместо того, чтобы пнуть, наклоняется и…
– Да! Держите её, я сейчас эту гадину заберу и… – ресторанный деятель торопился к Миронову и почти что дошел, даже руки уже протянул, чтобы схватить тощее тельце, виноватое разом во всех его неудачах…
– Ты, мужик, совсем того? – рыкнул Миронов, – А ну, грабли свои убрррал, а то, если лишние имеются, я тебе их быстро повыдёргиваю! С котёнком он воевать вздумал, да инструкции мне раздавать, то пни, то отдай. А не пошел бы ты… вон, в помойку, там тебя работа ждёт!
– Чё? – не понял его собеседник. – Ну куда вы её? Она ж опять будет всем тут дорогу переходить! Беды от неё одни!
– Вот идиота кусок! – c выражением высказался Николай, – Запомни, бестолочь, это у тебя теперь одни неприятности будут!
– Почему? – удивился и даже испугался его собеседник.
– Да потому, что они таких как ты любят! – Николаю стало лень объяснять что-то такому пустоголовому типу, поэтому он покрутил в руке котёнка, чуть поразмыслил. Строго глянул на «мусорника», открывшего было рот, и со стуком его закрывшего, да и сунул дрожащее и тощее до невесомости существо себе за пазуху.
– Слушай, уйди куда-нибудь подальше, а? – посоветовал он. – Уйди, а то я сам стану твоей неприятностью. Большой такой и глобальной! Понял?
Он не оборачивался, поэтому не видел, как сверкали глаза у девушки с тёмно-русыми волосами, слышавшей весь этот разговор.
– Иииии, какой! Ну, где же, где такие мужчины водятся, а? Женатый ведь, небось! Уй, какой классный медведище! Надо хоть номер машины запомнить! Мало ли… вдруг он случайно неженатый…
Николай, занятый устройством черной мелочи у себя под пальто, и внимания не обратил на суету за своей спиной – занят был.
– И чего ты так паникуешь? Не колотись. Спокойно! Я вот не знаю пока кто ты – кот или кошка, но это неважно – имя для тебя у меня уже есть, приятель тоже, вот ему компания теперь будет, а ещё у нас там целая орда вокруг обретается, так что не бойся, уже всё хорошо!
– Оооой, с котёнком разговаривает, утешает явно! Да так серьёзно! – таяла от умиления девушка, нырнувшая за руль своего автомобиля, – Ну почему мне такие не попадались, а? Ну где справедливость в этом мире?
Глава 9. Мечтательница о медведище
Даша Иволгина терпеть не могла водить машину – нет, и умела, и права были, конечно, но вот удовольствия от этого она не получала, да ещё и нервничала постоянно.
– Откуда вылез этот баран? – выехав с парковки, Даша сходу рассердилась на какого-то типа с мотоциклом, отважно, но с известной долей безбашенности маневрирующего между автомобилями, – А куда это ты пролезть пытаешься? – гневно уточнила она у сверкающей дорогой тачки, упорно теснящей всех остальных. – Правила тебе не писаны?
Не понимала она всякое такое… вот у неё в работе – всё понятно! Линии эскизов, выкройки, ровные строчки машинного шитья.
Логично, красиво, выверено, как авиа чертежи.
