– Вы оба мне нравитесь, – повторила я, при этом тщательно проговаривая каждое слово и стараясь смотреть то одному, то другому мужчине в глаза, чтобы они осознавали всю серьезность моих слов. – Поэтому выбирать вам. Я не буду кого-то одного из вас выделять. Как решите, так и будет.
– Уверена? – переспросил Олег, а его лицо буквально закаменело.
На что я лишь с горечью хмыкнула, но всё же ответила:
– Мой муж изменил мне с моей собственной родной сестрой, которую я любила как мать. Я бы отошла в сторону и оставила их быть счастливыми, если бы они пришли ко мне и рассказали об этом. Но… они решили убить меня, да еще и особо жестоким способом. Я слышала, как они это обсуждали, собственными ушами. Я хочу забыть это. Отвлечься от этого знания хотя бы на некоторое время. И если один из вас поможет мне в этом, я буду очень благодарна.
– Ты очень… честна, – с разочарованием покачал головой Илья.
– А ты хотел бы, чтобы я что сказала? – приподняла я брови. – Сказала, что влюблена? Прости, Илья, но нет. В подростковом возрасте я была очарована вами обоими. Может быть, даже влюблена. Но сейчас… после предательства самых близких я вообще удивлена, что еще дышать могу и даже с вами разговариваю. Моя душа сейчас бьется в агонии. Она почти умерла. Но за что-то еще цепляется. За что? Я и сама не знаю. Может быть, просто за месть. Но и в этом я не особо уверена. Возможно, я просто еще живу на автомате. Так как привыкла это делать.
– Поэтому решила воспользоваться одним из нас? – не без сарказма спросил Олег.
– Если вы предлагаете, то почему бы и нет? Я хочу облегчить свою боль, что сейчас скопилась где-то глубоко, вот здесь, между желудком и сердцем. – Я потерла рукой это самое место. – Но я не хочу, чтобы вы обманывались. Мы тут все взрослые люди. И говорить о высоких чувствах было бы глупо. Вам хочется моего тела, я вижу это невооруженным взглядом, оно вас как минимум привлекает. А мне хочется забыться. Так давайте поможем друг другу? Но если вы передумали, то я пойму… – Я всё же сделала шаг назад, в сторону кровати, и села на неё, сгорбившись.
Ощущение усталости резко накатило на меня, буквально придавив бетонной плитой.
Делать вид, что я роковая женщина, не было сил. Да, мои бабочки еще пытались ожить, но не слишком уверенно. И, кажется, после этого разговора вновь начали возвращаться в своё дохлое состояние.
Вообще удивительно, хотя нет…
Все же Илья с Олегом всегда были красавчиками. Что в молодости, что сейчас. Сейчас скорее, наоборот, стали еще более привлекательными в эротическом плане. Уверенные в себе, два очень сильных альфа-самца. Оба явно не чураются спортивных тренировок.
Наверняка владеют каким-либо видом боевого искусства.
Не зря они занимаются такой деятельностью. Она требует… колоссального жизненного опыта и сильных качеств.
Я уж молчу про их лица.
И Илье, и Олегу можно было бы без проблем сниматься в кино в роли каких-нибудь элитных бойцов спецслужб или даже шпионов.
Они были очень разные по внешности, но абсолютно одинаковые по внутреннему содержанию. А еще оба были невероятно харизматичными.
Как они умудрились подружиться, вообще непонятно.
– Как насчет нас обоих? – вдруг вырвал меня из моих размышлений о божественной мужской красоте голос Ильи.
– Что? – приподняла я брови, не совсем понимая, о чем он.
– Что, если мы хотим оба одновременно с тобой заняться сексом, – более детально пояснил Олег, заставив, мягко говоря, опешить.
Сказать, что мой шок был в шоке, – значит ничего не сказать.
Илья вдруг опустился напротив меня прямо на пол, стянул свои ботинки, сложил ноги по-турецки, следом за ним уселся и Олег.
Теперь они оба были немного ниже меня и при этом сидели напротив.
– Мы хотим заняться с тобой сексом одновременно. Ты и мы двое, – чуть ли не по слогам, как маленькому ребенку, начал разжёвывать мне Илья.
– Мы понимаем, для тебя это непривычно, но ты сама сказала, что мы нравимся тебе оба, – продолжил Олег.
– И у нас есть опыт подобных отношений, – это был Илья. – Не сказать, что они были идеальными и мы не наделали ошибок. Но сам факт… Они были. И мы умеем делить женщину в сексе.
– Причем так, чтобы доставить ей максимальное удовольствие.
– Это неожиданно, – хриплым голосом сказала я и, сама от себя не ожидая, почувствовала прилив сильнейшего удовольствия даже от одной мысли, что я и они…
– Ну так что, Лиза? – чуть подавшись вперед и сделав свой голос более глубоким, спросил Олег.
– Мы обещаем, что ты забудешь о своём муже хотя бы на некоторое время, – сказал Илья.
– Я не знаю, смогу ли расслабиться, – пролепетала я, чувствуя себя словно девственница.
– Давай мы просто возьмем на себя все эти проблемы? – спросил Олег.
– Ты ведь уже полностью доверилась нам в плане своей защиты. А теперь доверишься в плане сексуального удовольствия.
– Разве я вам нравлюсь? – спросила я, пытаясь оттянуть момент с таким сложным решением.
– Ты очень красивая женщина, – серьезно ответил Олег.
– И очень желанная, – добавил Илья.
– Я толстая, – пробормотала я.
– Нет, – покачал головой Олег. – Ты очень красивая. И мы ждем, когда ты скажешь нам «да».
Я какое-то время пораженно переводила свой взгляд с одного мужчины на другого, не представляя, как мы умудрились до такого договориться.
Но… с другой стороны, а почему бы и не попробовать? Что я теряю?
Да ничего уже не теряю.
И я кивнула, а затем сказала это вслух:
– Да.
– Ну вот и умничка, – ответил Олег, резко поднимаясь на ноги.
Причем сделал это так грациозно, что мне оставалось только поражаться его скорости и габаритам.
Илья тоже поднялся с пола и сказал:
– Я очень быстро сбегаю в душ к себе, дождешься, Лиз?
– К-конечно, – кивнула я.
– Я тоже в душ к себе сбегаю, а заодно принесу нам вина, чтобы чуть-чуть расслабиться.
– Ага, – ответила я.
– Мы быстро, не теряй нас, – попросил Илья.
И не успела я ответить, как нагнулся, и я уж думала, что сейчас припадет к моим губам с поцелуем, но нет, блондин мягко поцеловал меня очень нежно в лоб, затем в переносицу, следом поцеловал по очереди в брови, веки, щеки и только в самом конце – в губы.
Я невольно заулыбалась от такой нежности, а Илья мне шепнул:
– Всё будет хорошо, Лиз, мы тебя не обидим. Вернемся через несколько минут, не засыпай.
И они оба с Олегом ушли.
А я осталась сидеть, словно оглушенная.
Захотелось сбегать в душ, но я вспомнила, что была там совсем недавно, еще и мылась до скрипа, поэтому смысла делать это опять не было.
И я закинула ноги на постель, подвинулась зачем-то на середину кровати и положила голову на подушку, пытаясь справиться с охватившим меня волнением.
Но, что удивительно, у меня получилось его преодолеть за считаные мгновения.
Сама не знаю почему, но я не могла слишком долго рефлексировать. Просто не получалось.
Возможно, слишком сильно захотелось почувствовать себя желанной женщиной, доказать самой себе, что раз два таких шикарных мужчины предлагают мне секс, значит, дело не во мне, моей внешности.
Дело в моем муже и сестре.
Глупо, конечно, так думать.
Понятно, что это они оба конченые, а уж точно не я.
Но всё равно… всё равно где-то внутри меня появился серьезный комплекс, когда я услышала их разговор.
И вот сейчас два мужчины помогут мне справиться с ним.
Ну, я на это надеюсь.
А если и не помогут, то всё равно обрету почву под ногами и смогу завтра не переживать по поводу всего происходящего.
Потому что буду переживать по поводу другого.
Как там психологи советуют? Переключиться? Вот я и переключусь.
Настроение постепенно выровнялось, и я не успела заметить, как тревога растаяла, уступив место спокойствию. Сон подкрался незаметно, мягко, как кошка.
И конечно же, я не услышала, как в комнату тихо вернулись двое мужчин.
Не желая меня тревожить, они неслышно поставили на столик бутылку вина, коробку конфет и миску со свежей клубникой. А рядом – два бокала.
Затем так же бережно, словно боялись спугнуть хрупкое равновесие, они забрались на кровать и улеглись рядом – каждый с своей стороны, оставив между нами воздух, наполненный тихим теплом и запахом горячих после душа тел.
ГЛАВА 4
Мне снился сон. Очень необычный и неожиданно эротический. Почему «неожиданно»? Да потому что таких снов я не видела еще ни разу.
Я лежала в постели с двумя мужчинами, и они меня очень мягко ласкали в четыре руки.
А я чувствовала себя такой разнеженной и сонной, что даже ничего толком не могла предпринять.
Одно радовало, что это всего лишь сон, поэтому я решила: будь что будет.
Во сне-то всё можно, в конце-то концов.
К тому же сексом мы с Антоном последнее время крайне редко занимались. И вот сейчас я хотя бы во сне могла ему отомстить.
Все эти мысли были вялотекущими в моей голове, а мужские прикосновения становились всё более настойчивыми.
Вот моя грудь оказалась в плену чьих-то рук, вот моя шею в плену чьих-то поцелуев.
И всё так нежно и медленно, прямо как я люблю.
Никакой спешки, просто утренний секс.
В голову еще пришла мысль, что, может быть, это Антон, а мне просто снится, что он раздвоился, но я подумала, что на него это не похоже. Ласки совсем другие.
Более властные и одновременно нежные.
Не представляю, как я это поняла, но просто знала, и всё.
А сон всё длился и длился. И заканчиваться не желал.
Вот меня медленно начали освобождать от одежды, снимая халат. Интересно, как я умудрилась в халате уснуть?
Вот я сама с энтузиазмом уже помогла это сделать, хотя просыпаться полностью всё еще не хотелось, и даже глаза открывать. Казалось, будто волшебство этого сна тут же закончится, поэтому я продолжала находиться в его развратной власти.
Если уж Морфей, бог сна, подарил такой интересный сон, то не стоит им пренебрегать. А то еще обидится и нашлёт страшные кошмары.
Вот я и не собиралась сопротивляться.
Я словно растворялась в этом сне: в прикосновениях, в тепле, в едва различимых дыханиях у самой кожи.
Каждое движение было неспешным, почти ленивым, как будто само время решило немного задержаться, чтобы я успела всё прочувствовать.
Кто-то провёл пальцами по моему плечу, оставляя за собой невидимую дорожку жара. Я вздохнула, не открывая глаз, и мне показалось, что воздух стал гуще, как перед грозой.
На границе сна и яви звуки становились громче: дыхание, шорох простыни, стук сердца. Всё сливалось в один ритм, в котором не было ни слов, ни мыслей.
Я чувствовала силу рядом – не грубую, а ту, что может удержать и отпустить одновременно.
От этого по спине пробежала дрожь, а губы сами собой разомкнулись, будто я хотела что-то сказать, но забыла слова.
