– А ты уже передумала спасать жизнь своего папаши? – с явным пренебрежение спрашивает Леон. – Готова уступить ему свое место?
Каждое его слово пронизано холодом и цинизмом. А еще злостью. Клокочущей яростью, которая таится в глубине его серых глаз.
– Нет, – обреченно выдыхаю.
Морте, наконец, смотрит на Дино.
– Что ты хотел?
– Доменико ждет встречи с тобой, – сдержанно отвечает тот, даже не глядя в мою сторону. И в этот момент я остро чувствую истинное положение дел. Что я – лишь предмет в этом доме.
Леон вновь смотрит на меня, но теперь его взгляд неуловимо меняется – становится задумчивым, более спокойным. Словно шторм успокаивается, и наступает затишье.
– Зови Савиано сюда. У меня для него задание.
– Но он собирался… – Дино тут же осекается, едва только Морте бросает на него взгляд. – Понял.
Мы вновь остаемся одни. Я догадываюсь, что перемены в Леоне не просто так. Он что-то задумал. И я не уверена, что готова к его идеям.
– Я бы хотела позвонить родителям.
– Нет, – роняет он.
– Пожалуйста, – прошу, надеясь все же получить хоть какие-то поблажки. – Мама наверняка сходит с ума. Она же не знает, где я и почему пропала.
Морте намеренно молчит – чувствую, что его забавляет моя реакция. Он ею наслаждается.
Если я правильно понимаю, то для него вся эта ситуация – возмездие. Он наказывает отца через меня. А заодно и маму.
– Она же не виновата, – добавляю дрожащим голосом.
– Правда думаешь, что мне не плевать?
Он смотрит на меня безразлично, отстраненно. Все эмоции будто исчезли, а вместо них – лишь бездушный взгляд человека, способного с легкостью лишить жизни другого.
Я только в этот момент начинаю осознавать в полной мере, куда попала и что меня ждет.
Слышатся шаги, и в коридоре появляется двое мужчин. Один – Дино, а второй – высокий смуглый брюнет.
Мне он не нравится. Слишком отталкивающий, пронзительный взгляд. Такой, будто он – против всего мира. А еще у него иссиня черные глаза, которые выглядят ненормально.
– Доменико, – сухо кивает ему Морте. – Знакомься, Вивиан Моро. Твое новое задание.
Испуганно смотрю на Леона.
– Мой контракт сегодня истек, – раздраженно возражает тот. – Я пришел получить обещанное.
На короткий миг в глазах Морте мелькает предвкушение, а затем он бросает ленивый взгляд на своего подчиненного.
– Еще два месяца, Савиано. Или ты забыл, что испытательный срок не учитывается?
Тот едва ли реагирует как-то внешне, но взгляд неуловимо меняется. Становится агрессивным и пугающим.
– Задание в чем? – с правильной выдержкой спрашивает Доменико.
– Будешь следить, чтобы наша гостья не смогла покинуть остров.
Лишь на короткое мгновение в глазах Савиано мелькает откровенное недоумение, но тут же пропадает. Он сухо кивает, принимая к сведению указания босса.
– Иди к себе, Вивиан, – добавляю Морте, обращаясь уже ко мне.
– Но я…
– У меня дела, – жестко пресекает он мою попытку вернуться к разговору о маме. – Слушайся своего телохранителя. Ты ведь привыкла к постоянному присмотру.
В последней фразе мне чудится насмешка, которая больно задевает.
– Проводи гостью в ее спальню, – приказывает Морте уже Савиано. – Теперь она – твоя головная боль.
Я не знаю, что хуже – остаться рядом с Леоном или же с этим пугающим итальянцем, который явно ненавидит меня просто за то, что навязали ему в качестве задания.
Бросаю еще один взгляд на Морте, но он будто и не замечает меня. Уходит вместе с Дино дальше по коридору.
– Идем, – сухо роняет Доменико, отступая в сторону и пропуская меня вперед.
До самой комнаты мне кажется, что я иду рядом с диким тигром. Дрессированным, но от этого не менее опасным.
– Дальше я сама, – категорично заявляю, открыв дверь. В ответ получаю лишь взгляд полный равнодушия. А как только я захожу в спальню, тут же закрываю дверь.
Я растеряна и пока не понимаю, как дальше быть. Обхожу комнату, пытаясь разложить мысли по полочкам. Обычно мне это помогает, но в этот раз не срабатывает. Внутри – шторм. Мне страшно. За себя, за родителей. Боюсь представить, что устроит отец, когда поймет, что я пропала.
Сейчас мое опрометчивое согласие уже не кажется таким правильным. Может, стоило как-то потянуть время? Суметь предупредить папу, что его друг предал его?
Обвожу взглядом комнату и торможу на шкафу. Подойдя к нему, резко дергаю дверцу на себя, чтобы…
Шокировано смотрю на вещи, которых здесь столько, что нет сомнений – к моему появлению готовились заранее.
Дрожь снова охватывает меня. Я раздвигаю вешалки, рассматривая одежду, и внутри зарождается жгучее возмущение и злость.
То есть Леон рассчитывает, что я и на это соглашусь?!
8 Вивиан
Все внутри вспыхивает от злости, когда рассматриваю, что же мне приготовил Морте. Я словно какая-то шлюха, должна рассекать в полупрозрачных пеньюарах!
Даже не будь у меня уродства, от которого не избавиться, я бы ни за что не согласилась на это. Меня воспитывали не так!
Несколько минут я перебираю вешалки и убеждаюсь, что нормальной одежды в шкафу нет.
Так вот какую роль отвел меня Леон…
В этот момент я забываю о том, что еще недавно дрожала перед ним. Злость застит глаза, и я резко выбегаю из спальни. Всего пара шагов, и натыкаюсь взглядом на Савиано, который появляется будто из ниоткуда.
– Куда собралась? – холодно уточняет он, преграждая мне дорогу.
Оглядываюсь по сторонам, но никого рядом нет. И вся моя злость концентрируется на мужчине.
– Скажи своему хозяину, что мне нужна другая одежда!
Я едва успеваю закочнить фразу, как оказываюсь впечатанной в ближайшую стену, а на моей шее появляется крепкая мужская ладонь. Доменико в отличие от Морте не церемонится. Сдавливает так, что я начинаю задыхаться.
– Ты, кажется, плохо слушала, девочка, – цедит леденящим душу голосом. – Моя задача – не дать тебе сбежать с острова. Запрета на физический ущерб не было.
С каждым его словом мне становится все труднее дышать. Легкие горят от недостатка кислорода. Когда Савиано все же отпускает меня, то я сползаю на пол. Болючий кашель дерет горло. Кажется, я вот-вот выплюну свои же внутренности. А Доменико возвышается надо мной как ни в чем ни бывало.
Поднимаю на него глаза, поражаясь жестокости, которая живет в его взгляде.
– В следующий раз думай, прежде чем открывать рот.
Тру шею ладонью. Я в ужасе. Казалось бы, Морте и так напугал меня. Но его подручный сумел переплюнуть своего босса.
Кое-как поднимаюсь с пола и сбегаю обратно в спальню. Сейчас я, конечно, сама себе удивляюсь – откуда только взялась смелость, граничащая с безумием. Сейчас от нее остается только пепел.
Подхожу к окну – широкий подоконник позволяет удобно расположиться, чтобы наблюдать за тем, что творится снаружи.
Правда, ничего интересного там не происходит. А когда раздается стук в дверь, я дергаюсь и едва не падаю с подоконника.
– Можно? – спрашивает женщина, заглядывающая ко мне в спальню.
– Да, конечно, – растерянно киваю.
Дверь открывается сильнее, и незнакомка закатывает внутрь тележку с едой. Притормаживает возле кресла и после вопросительно смотрит.
– Это мне? – уточняю, спускаясь с подоконника.
– Хозяин просил напомнить, что будет вас ждать после ужина внизу.
– А вы здесь работаете?
Женщина кивает.
– Можете звать меня Пенелопа, – говорит она. – Так же вам надлежит переодеться в праздничное платье красного цвета.
– Надлежит? – переспрашиваю.
Она снова кивает.
– Посуду заберу чуть позже.
Оставшись одна я, вместо того чтобы сесть и поесть, снова иду к шкафу и проверяю. Действительно красное платье есть. Точнее, пародия на него. Потому что это скорее какая-то тряпочка, едва ли прикрывающая хотя бы самое важное.
Тут же отбрасываю ее обратно в шкаф и хлопаю дверью.
Злость вперемешку с беспомощностью горят во мне, переплетаются, создавая дикий коктейль.
Открыв крышку, вижу тарелку на тележке и понимаю, что даже еду мне подали, дав понять, что хозяин дома знает обо мне достаточно.
Морте в курсе того, что я не ем мясо, но зато обожаю рыбу. Возвращаю крышку и снова иду к окну. Высота приличная, хотя казалось бы только второй этаж. Дом как будто стоит на возвышенности. Вижу вдалеке темную точку, которая постепенно приближается. А спустя несколько секунд распознаю в ней вертолет.
Вот, значит, как сюда добираются.
Пенелопа возвращается и молча забирает тележку, пока я так и сижу на подоконнике. От нечего делать изучаю раму, пробую ручку и понимаю, что она подается.
Но как только я прикрываю окно, распахивается дверь спальни, и на пороге появляется Леон.
Его холодный цепкий взгляд проходится по мне. На лице не отражается никаких эмоций, но с каждым его шагом воздух в комнате пропитывается опасностью.
– Ты не переоделась, – роняет он, мрачно глядя на меня.
Я напрягаюсь, стараясь держаться уверенно. Но правда в том, что на самом деле я дрожу и теряю способность связно мыслить.
Морте излучает не просто опасность. Он несет с собой смерть.
Вспоминаю его слова про приговор и тяжело сглатываю.
Подбираюсь всем телом. Мне хоть и страшно, но пойти у него на поводу – еще хуже.
– И не стану, – качаю головой. – Я не буду носить то, что висит в шкафу.
– Разве я спрашивал твое мнение?
– Ты говорил, что я здесь гость!
На лице мужчины появляется холодная усмешка. И я уже понимаю, что в ответ вряд ли получу понимание и человеческое отношение. Приподнимаюсь на коленях и хватаюсь за ручку, открывающую окно.
– Заставишь, и я прыгну, – обещаю, распахивая окно. Мне жутко страшно. На самом деле во мне нет той храбрости, что я пытаюсь показать.
Ноги дрожат, а сама я пытаюсь следить за тем, что будет делать Морте.
– Вперед, – ухмыляется он. – Знаешь, кто займет твое место? Твоя мать, Вивиан. Я легко доберусь до нее, и твой папаша все равно заплатит. Так что твоя жертва окажется напрасной.
Он даже шага в мою сторону не делает, но я уже понимаю, что проиграла.
