Страница 2 из 3
2
В груди всё неприятно сжимается, пока мы подходим к кабинету мистера Гроули, декана нашего факультета и отца Эльзы.
Только она может открывать эту дверь без стука.
– Па, я поймала нарушителя! – громко сообщает Эльза, проталкивая меня внутрь. – Говорит, что у неё какое-то письмо от академии. Наверняка подделка.
Декан встаёт из-за письменного стола, выпрямляется, осматривает меня осторожным взглядом.
– Не подделка. Всё верно, – отрезает мистер Гроули. – Эльза, оставь нас, пожалуйста, и не забудь закрыть дверь, – ровным голосом приказывает он дочери, пока та плавно открывает рот с диким возмущением на лице.
– Ты шутишь?.. – выдыхает она.
– Нет, дорогая, – снова отрезает декан, смотря на меня прожигающим взглядом и жестом приглашая сесть напротив него.
Его лицо кажется спокойным, но в воздухе ощущается напряжение, которое только усиливается вместе с громким хлопком двери, когда Эльза всё же покидает кабинет.
Я нервно сглатываю, потому что сама не ожидала подобного исхода.
– Приветствую вас, мисс Морени, – голос декана звучит холодно и расчётливо.
Немного радует то, что я не вижу в нём осуждения и желания унизить. А ведь из-за меня у него наверняка были большие неприятности…
– Мистер Гроули, – я приветственно склоняюсь перед ним и присаживаюсь, неуклюже задевая угол стула, который тут же издаёт противный скрежет.
Декан устраивается в кресле и даёт мне время унять бешеное сердцебиение. Потом, отбив по поверхности стола звонкую тираду пальцами, достаёт что-то из ящика.
Это маленькая бордовая коробочка, словно из ювелирного магазина. Я не понимаю, имеет ли она отношение ко мне, и пока не до того – сомневаюсь, что мне выдадут какой-то отличительный значок.
– Как вы уже знаете, мисс Морени, ваше положение плачевно. Вас обвиняют в пропаже студента. Это очень серьёзно, – он говорит так, будто намеревается помочь. – Академия даёт вам ещё один шанс. Вы уже успели понять, как это произошло? Уже думали над тем, что можно сделать, чтобы вернуть Нолана Хартли?
– Я… нет, – мямлю я себе под нос.
Стыдно признаться, что я понятия не имею, что и как делать, ведь мне только что дали второй шанс. Мыслей у меня много, но всё сливается в одно – в неуверенность, что у меня что-то получится.
– Вы не блещете знаниями, мисс Морени. Мы не можем назвать вас одарённой. Вы всегда держитесь в тени и почти не участвуете в общественной жизни академии.
Я опускаю глаза в пол. Его слова наваливаются тяжёлым грузом, заставляя ссутулиться ещё больше, чем обычно.
– Да, знаю…
– Если результата не будет в ближайшее время, мне будет сложно повлиять на комиссию, чтобы вас допустили к занятиям. Понимаете?
Я поджимаю губы, тем самым давая понять, что всё кристально ясно: я никому здесь не нужна, особенно после случившегося. Меня бы и не заметили, если бы не трагедия с исчезновением Нолана.
– Но у меня есть кое-что, что поможет вам справиться с задачей.
Я поднимаю на него глаза. Грудь наполняется маленькой, но всё же надеждой.
Декан открывает коробочку и достаёт оттуда маленький кулон с кристаллом. Он похож на каплю воды светло-серого оттенка, напоминающего цвет глаз Нолана. Кулон поблёскивает на тонкой цепочке и мерцает, словно живой. Я никогда не видела ничего подобного.
– Родители Нолана недавно нанесли нам визит. Они уверены, что их сын ещё жив, и кое-что нам доверили, – он протягивает мне это сокровище.
– Что это? – срывается с моих губ.
– Это анима-камень. Он доступен только некоторым элитным семьям. Нолан из таких, как вы знаете. Им пользуются в случаях, когда маг серьёзно болен, чтобы вылечить, или когда пропадает, чтобы понять, жив ли он, а также, чтобы восстановить с ним связь. В камень с рождения помещают частичку души новорождённого мага. С помощью особенной магии она заключена в нём, и благодаря этому можно попробовать её восстановить. С того света, понятное дело, никого не вернуть, но из другого измерения – можно попытаться.
– И вы уже пробовали? – я держу кулон в руках и рассматриваю его вблизи. Он необыкновенен.
– Да, но на нас он не срабатывает. Возможно, дело в том, что ритуал исчезновения произвели именно вы. Так как у вас есть связь с Ноланом благодаря этому ритуалу, мы решили предоставить артефакт вам.
– Он жив… – я впервые за долгое время улыбаюсь, замечая, как в капле пульсирует свет. – И что мне с ним делать?
–Носить. Если будут какие-то изменения – обязательно мне доложите. А пока можете идти.
Я киваю, продолжая, словно зачарованная, рассматривать кулон.
– Можете надеть его прямо сейчас, – кидает декан, и я, не раздумывая, слушаюсь.
Если это поможет вернуть Нолана, я готова носить кулон и днём, и ночью. Он не должен мучаться из-за моей ошибки.
Как только камень касается груди, он немного жжёт. Я морщусь, и декан это замечает.
– Всё в порядке?
– Да, всё хорошо. Просто…он немного горячий.
Декан встаёт и подходит ко мне, внимательно рассматривая анима-камень.
– Отлично. Значит, я был прав – в вашем случае он всё же работает. Напомню: если будут изменения, сразу докладывайте. Кстати, мы разместили вас в одиночной комнате, чтобы вам никто не мешал.
Я киваю и даже нахожу силы улыбнуться, несмотря на то что этот камень, на ощупь ледяной, сейчас будто прожигает кожу.
– Можете попросить Эльзу зайти. И да, пока никому не говорите о кулоне и о том, что у нас появилась надежда на возвращение студента Хартли, – говорит он на прощание.
Я выхожу и встречаюсь с разъярённым взглядом Эльзы. Толпы студентов уже нет – все поняли: шоу не будет, и разбрелись.
– Тебя… он тебя ждёт, – кидаю я, будто извиняясь, а потом добавляю: – Я правда не хотела, чтобы это произошло. Мне жаль, что он исчез.
Эльза игнорирует мои слова и проходит мимо.
Я делаю пару вдохов, а потом пытаюсь себя убедить – я хотя бы постаралась её утешить. Право находиться в академии подтвердилось, и теперь я иду в сторону общежития в поисках своей комнаты.
Одной рукой держу сумку, другой – трогаю горячий камень на груди. С каждым шагом меня бросает в жар, а на лбу выступают капельки пота.
Я заворачиваю за угол в сторону уборной. Молюсь, чтобы там никого не оказалось, и в этот раз мне везёт.
Я включаю воду в раковине, чтобы немного освежить лицо. Снимаю очки и умываюсь. Расстёгиваю рубашку, чтобы протереть шею и зону декольте. Сначала делаю это аккуратно, но потом уже не беспокоюсь о том, что намочу одежду. Мне слишком жарко. Я даже подумываю намочить волосы, но движение в зеркале привлекает моё внимание. С ужасом оборачиваюсь – никого. Не хотелось бы, чтобы меня застали в таком виде и увидели мои странные родимые пятна. На всякий случай привожу себя в порядок: застёгиваю пуговицы, возвращаю очки на переносицу.
Тяжело дышу, уперевшись руками в раковину, и поднимаю глаза на кристалл в отражении – он устроился между родимых пятен в форме птиц. Теперь кажется, будто они летят, следуя за сияющей каплей на моей груди. Завораживает.
А потом меня будто прошибает током, потому что в отражении позади я вновь замечаю движение – и в этот раз вижу его.
Нолана Хартли. Неужели анима-камень подействовал так быстро?
Его белые волосы растрепаны, он улыбается, но так дико и зловеще – будто предупреждает, что следующие дни моего существования станут адом.
Я замираю. Поворачиваюсь назад – никого.
Снимаю очки и протираю их. Показалось? Я постоянно видела его в своих снах, разъяренного, как в момент исчезновения, поэтому не сразу понимаю, сплю я или брежу наяву.
Кожа по всему телу покрывается мурашками.
Нолан продолжает смотреть на меня из отражения. Он поднимает одну бровь, будто ждёт от меня реакции.
«Соскучилась?» – звучит в голове его голос.
Он уже вернулся? Так быстро?
Я, конечно, хочу, чтобы он вернулся… но что-то в его диком взгляде пугает меня до чёртиков. Так обычно смотрят дикие животные перед тем, как наброситься на жертву.
В ужасе я делаю шаг в сторону и поскальзываюсь. Осматриваюсь, но не нахожу признаков присутствия Нолана в уборной.
Быстро поднимаюсь – он уже исчез.
Это было… пугающе. Случившееся заставляет меня задуматься о том, как отнесётся Нолан к тому, что я верну его, если, конечно, у меня получится. Вряд ли он скажет спасибо – ведь это моя вина, что он исчез.
Как бы то ни было, я обязана это сделать.
3
Нахожу свою комнату в общежитии. Одиночная. Это радует. Особенно учитывая, что весь факультет меня ненавидит за то, что я заставила исчезнуть их любимчика. Здесь очень любят «шутить» – могут и дохлую мышь под подушку положить. А так я буду закрывать комнату и спокойно спать, зная, что меня не измажут какой-нибудь пастой, вызывающей прыщи, или меняющей цвет лица на зелёный.
Сюда уже доставили мой чемодан с вещами. На всякий случай смотрю в зеркало рядом с входной дверью – вдруг там вновь покажется он? Нолан.
До жути красивый, и такой же… пугающий. Потом же не заснешь!
Пусто. Зеркало как зеркало. В ванной комнате тоже нет ничего странного.
Поэтому я могу себе позволить опустить сумку на пол, сесть на кровать и немного отойти.
Показалось.
Каменная капля на груди уже больше не жжёт.
Однако секунды спокойствия длятся недолго.
В комнату врывается Аделина – болтушка и сплетница факультета. Понятно, почему она здесь: чтобы выведать правду о моём приезде.
В следующий раз я буду закрывать дверь не только на ночь, но и днём.
– Вау! Ты… здесь, – она обнимает меня, и я слышу пару чмоков, словно она приветственно целует меня в щёки, но на самом деле – в воздух.
– Я уже не думала, что когда-либо тебя увижу! – её голос такой звонкий, что, кажется, сможет растормошить даже спящих в глубоких пещерах троллей.
– Угу, – глухо буркаю я.
Я и сама не думала, что вернусь.
– Ты не представляешь, сколько было шуму! – начинает Аделина, взмахивая руками и отчаянно жестикулируя.
Из груди доносится отчаянный скулёж. Я даже не хочу представлять.
– Все говорили… – теперь она думает, что если поделится со мной этой информацией, то я взамен расскажу ей что-то другое. Ну уж нет.
– Я знаю, что говорили, – резко останавливаю её я.
– Но как? Тебе разрешили вернуться… – она невинно хлопает глазами, и это побуждает как можно скорее дать ей то, зачем она пришла.
– Мне дали второй шанс. Декан решил, что я могу продолжить обучение. И Эльза сегодня в этом уже убедилась. – Я стараюсь говорить это так сухо, чтобы у Аделины пропало желание спрашивать у меня что-либо ещё. Мистер Гроули просил не рассказывать об анима-камне, и я не собираюсь этого делать.
– Да ты что… – отвечает она, задумываясь над следующим вопросом.
В день моего прибытия я стала популярной темой для разговора. Уже чувствую, как мне перемывают кости в коридорах академии, возмущаясь и ища подвох. Популярность, которой я не искала и даже избегала.
– Так что, ничего интересного, – я пытаюсь её убедить в том, что обо мне можно забыть и поискать другую тему для разговоров. – Прости, я только что приехала. Мне нужно в душ.
Я подхожу к двери и открываю её, приглашая девушку на выход.
Она ещё несколько секунд рассматривает меня.
– А… – собирается задать какой-то вопрос.
– Апчхи! – я делаю вид, что чихаю.
Аделина вздрагивает и кивает.
– Всё, поняла, – недовольно протягивает она и покидает мою комнату, забыв попрощаться. Ей пришлось уйти ни с чем.
Тщательно запираю за ней дверь, чтобы не надумала вернуться.
Тяжело вздыхаю.
Надеюсь, этот камень поможет мне найти и вернуть Нолана как можно скорее. Ещё бы сделать это так, чтобы не было последствий. Чтобы обо мне потом все забыли и позволили спокойно закончить обучение.
Я начинаю раскладывать одежду из чемодана. Пара книг, сменное бельё, коллекция моих камней, на которых я медитирую, чтобы успокоить ум.
Последние я выставляю в ряд на тумбе рядом с кроватью, чтобы сделать это перед сном. Здесь есть и фиолетовый аметист, и цитрин, и обсидиан, и даже чароит с малахитом.
