Страница 4 из 7
В глаза ударил сноп яркого белого света, на фоне которого черный силуэт хозяина выглядел совсем уж грозно.
На автомате, отпрянула назад, готовая опять бежать куда-то… Но мужская сильная ладонь крепко вцепилась в мое запястье и затянула внутрь.
Там было тепло, хорошо, светло и очень уютно.
А еще – пахло едой.
Желудок свернулся в трубочку и заурчал, громко и безутешно, заставляя щеки покрываться алыми пятнами смущения и стыда.
– Хорошо тут у вас…
– Обувь тут сними. – Он забрал, наконец, сумки с реквизитом и теперь выжидал, когда я разуюсь.
Почему мне, под этим его мрачным взглядом , постоянно хотелось скукожиться, спрятаться, стать меньше?
– Пойдем. Покажу, где переодеться.
– Папочка, ты где?! – Из глубин дома донесся звонкий детский голосок. Задорный, живой, возбужденный… И сразу стало уютнее и спокойнее…
– Не ходи сюда, Света! Здесь холодно! Я сейчас вернусь к тебе! – Мужчина крикнул ей в ответ, все так же раскатисто и зычно, как разговаривал и со мной… Но что-то было еще в его голосе. Что-то другое… Совсем не понятное и странное…
– Быстрее! Переодевайся! Я пока ее отвлеку!
– А дарить? – Босиком потопала за ним по гладкой теплой плитке пола, пришлось так спешить, что едва не поскользнулась.
– Что?
– Ну, подарок для девочки вы приготовили? Я что ей буду дарить?
– Зачем?
– Как это… Как это «зачем»? Ребенок в конце представления расскажет стишок, и за это обычно получает подарок… От Снегурочки или Деда Мороза. Но подарок обычно родители готовят. Вас разве не предупредили?
– Ммм…
Он резко развернулся, дернул какую-то дверь – похоже, кладовку, включил в ней свет…
Все полки в помещении были завалены коробками – конструкторы, куклы, машинки, пластилины… Целый детский магазин, а не кладовка…
– Выбирай.
– Что? Вот прямо отсюда?
– Бери, дари, что хочешь! Все! Надоела! Давай уже, поторапливайся!
Издалека послышался короткий громкий топоток ножек.
– Папотька! Ты куда делся?! Я хотю ловить красную сапотьку!
Я не успела ни посмотреть, ни послушать девочку… меня тупо втолкнули в тесную комнатенку, сверху привалили сумкой, и заперли. Хорошо, что на замок не защелкнули!
Отличный способ держать в секрете аниматора, твою мать! Надо будет заставить Люську, чтобы она с него неустойку взяла, за грубое обращение с человечеством в моем лице!
Кое-как переоделась, проверила застежки на Снегурочьем платье, косу сплела…
Что ж. Оставалось надеяться, что ребенок – маленький, и не сильно заметит, что кокошник мой слегка помятый.
– Папотька? Где? Где она? Я буду ловить Снегуротьку, да?
Мне навстречу топало маленькое чудо с небольшой косынкой на глазенках.
Как у такого урода могла получиться такая сладкая, белокурая лапочка?
– Принцесса, остановись! – Стоп. Не поняла…
Даже оглянулась по сторонам, пытаясь понять – откуда разносился этот тихий, ласковый, сладкий мужской голос.
Кто мог так разговаривать с девчушкой? С таким придыханием, от которого у человека даже сводило горло?
– Попался! Папотька! Мне кто-то попался! – Маленькие ручки обхватили мои колени, щечки прижались к платью.
– Ну, ты же просила себе Снерочку в гости, малыш? – Да. Этот голос принадлежал Серому. Это он так разговаривал! Куда подевался страшный хам и грубиян?!
– Снегуротька?! Да? Правда-правда?! – Девчушка сдернула с лица повязку, заплясала вокруг меня, захлебываясь радостным хохотом.
– Привет, малышка. Ты меня ждала? – Я кое-как избавилась от сухого кома в горле, прогнала растерянность.
Отец малышки за ее спиной корчил какие-то странные рожи. Кажется, это он мне намекал, что пора бы уже взяться за работу!
А если не начну – он даже девочку свою не постесняется, порвет меня на лоскуточки, а потом вместе с дочерью выкинет по кускам в овраг. Преподаст, понимаешь, дочери урок – что нужно делать с непослушными дамами.
– Я тебя отень здала, Снегуротька! Ты потему опоздала? Мне было плохо без тебя! Отень-отень!
– У меня, понимаешь ли, кнопочка, машина в снегу застряла… Завязла по самые-самые колеса… И мне пришлось ждать, когда прекрасный принц приедет и меня оттуда достанет!
Присела перед ней на корточки, взяла в руки маленькие, теплые ладошки…
– А тего ты не позвала моего папотьку? Он бы тебя сразу спас! Он всех-всех, всегда-всегда спасает!
Малышка отпрыгнула от меня и тут же помчалась к папочке – забралась к нему на руки и звонко поцеловала.
Суровая, сморщенная на лбу, недовольная рожа сурового мужика тут же разгладилась, растаяла, расплылась от удовольствия.
– Я вот и ездил ее спасать, маленькая. Просто мы хотели сделать тебе сюрприз! Чтобы ты ни о чем не догадалась. – Он улыбался во весь свой рот. И там… Черт побери! Под бородой и усами светились яркие, белоснежные зубы.
Откуда он их, вообще-то, взял?
– Тетя Снегуротька, а потему ты застряла в снегу? Ты же его не боишься, разве нет? И куда ты дела своего дедушку?
Блин.
Такая маленькая.
Такая хрупкая белокурая кошечка… Улыбчивая…
Но зато задает такие четкие и верные вопросы!
И попробуй ответь на них неправильно, когда в твое лицо смотрят глаза, насквозь прожигающие. И шевелят бровями так, что холодок бежит по позвоночнику…
– Мой дедушка приболел, понимаешь, хорошая моя? Пришлось его оставить дома, в резиденции…
– Он болеет? Папотька! Деда Мороза надо спасать! Поедем?!
Я представила, как отец этой милой кнопочки материт меня, на чем свет стоит, и вызывает за компанию еще одного аниматора. А меня под задницу выгоняет из дома, по профнепригодности.
– Дедушка просто старенький. У него спина разболелась. Ему нужно просто отдохнуть. – Я аккуратно подошла к девочке, протянула руки к ней, намекая, что пора спуститься на пол…
И она легко, без всякой опаски потянулась ко мне навстречу. Устроилась в моих объятиях, прижимаясь мягкой щечкой к моей.
Зато отец ее снова принял стойку, готовый убивать и сражаться за безопасность своего чада.
– И он потом отдохнет, и к нам придет, да?
– Теперь уже в следующем году. – Кажется, я смогла угодить ее папе. Он удовлетворенно кивнул. – А теперь, может быть, нам пора поиграть с этой славной, замечательной девочкой?
– Да! Играть! Играть! Хатю! Папа, пойдем играть со Снегуротькой!
– Да. Хватит уже торчать в коридоре. Пойдем в гостиную.
И, верный своему дурному характеру, он снова размашисто куда-то пошагал, не оборачиваясь.
– Кнопочка… – Я мягко нажала пальцем на маленький, идеально ровный носик, заставив девочку снова весело рассмеяться. – Мы будем папу твоего догонять или, может быть, останемся вдвоем? Мы же и в этом коридоре ничего не запугаемся, верно?
– Нет! – Малышка отрицательно замотала головой.
– Ты боишься темноты? – Поиграла бровями, снова вызывая у нее задорный смех.
Честно говоря, я бы ей прямо тут, в коридоре сплясала… Да хоть стойку на голове! Только бы не идти туда, к ее неадекватному папочке…
– Не баюс! – Девчушка попыталась цапнуть меня за нос. – И тебя не баюсь!
Еще одна попытка укусить – и уже не такая шутливая, как в первый раз.
– Эй, погоди, котеночек! Меня нельзя кусать!
– А папотька говорил, сто у тебя сосулька на носике! Я хотю попробовать – она вкусная или нет?
– Давай, ты меня потом на вкус попробуешь, хорошо? Мы же веселиться собирались, верно? А как я буду тебя веселить без носика, скажи-ка мне?
Девочка заерзала на моих руках, доверчиво прижимаясь к шее.
– Я не буду тебя откусывать совсем! Это был пранк, Снегуротька!
– Пранк? Ты даже такие слова знаешь?
– Ага. Только не говори папе! Он будет ругаться! – Доверчивый шепоток защекотал мне ухо, заставляя ежиться.
– Вы где там застряли? Что опять за ерунда? – Суровый мужчина опять все испортил и нарушил наше славное уединение с девочкой.
Не позволив мне даже слова сказать, он забрал у меня дочь и кивком указал направление, куда идти.
Посеменила следом, почему-то не готовая остаться здесь одна. Сразу стало боязно и зябко.
– Смотри! Смотри Снегуротька, мы елочку для тебя нарядили!
В огромной, просторной гостиной, в самом центре стояла пушистая ель – вся увешанная разноцветными, переливающимися игрушками. От верхушки по всем сторонам растягивались гирлянды, мигающие всеми цветами радуги.
– Она живая? – Давно уже не видела таких шикарных, пушистых деревьев. Вернее, не видела вообще никогда! Пальцы сами потянулись к ароматным иголкам.
– Да! Мне папа ее выкопал и принес домой!
Я снова покосилась на этого бородатого великана.
Как-то не вязался образ грубияна с «папотькой», готовым выковыривать ель из мерзлой земли…
– Она что? Совсем-совсем живая, что ли? В горшке?
– Ага. – Девочка деловито сползла с отцовских лапищ, взяла меня тонкими, аккуратными пальчиками за запястье, заставляя потрясти пушистые ветви дерева. Вновь заливисто рассмеялась, глядя на то, как прыгают игрушки и гирлянды. – Когда лето придет, мы ее снова в землю закопаем! Ты видишь, мы с папой хоросые! Мы деревья не нарушаем!
Насчет папиной хорошести, я бы, конечно, поспорила с девчушкой. Но – не сейчас. И не при ней.
А лучше – когда окажусь дома, и будет возможность обсудить все с Люсиндой, будь она неладна…
– Может быть, мы уже познакомимся, хорошая девочка, которая любит природу?
– Я люблю папотьку! Он самый лутьсый!
– Замечательно! И все-таки, ты мне скажешь, как тебя зовут, милая доченька самого лучшего папы?
Краем глаза уловила, как иронично изогнулась бровь у этого папашечки… Но он сдержался и промолчал.
– Папотька, мозно?
Белокурая кнопка вдруг посерьезнела, оглядываясь на отца.
– О чем ты спрашиваешь, принцесса моя?
– Мне мозно познакомиться со Снегуркой? Или ей нельзя говорить, как меня зовают?!
Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом
