Неудовлетворенное желание бьет по венам, вызывая приступ ярости.
– Ну уж нет! – рычу, пытаюсь натянуть штаны. – Ах ты… ЯНА!
Реву ей вслед, но девчонка с хохотом скрывается за дверью. Быстро надеваю брюки. Зверею. Глаза наливаются кровью. Ну все, Яна! Игры кончились!
Несусь вслед, стояк очень мешает, но злость сильнее.
И в миг, когда Яна уже дергает ручку двери своей комнаты, настигаю свою строптивую блондинку.
– Ай! Мурад! – вскрикивает, когда я грубо дергаю ее на себя. – Что ты… ОТПУСТИ!
Но я не слушаю. В крови бурлит ярость, смешивается с возбуждением. Животное во мне взяло верх, и сейчас Чикина получит по заслугам. Совесть издает предсмертный хрип и рассыпается в пыль.
– Сейчас моя очередь, – хриплю, кайфуя от сопротивления Янки, – поиграла и хватит. Пора подчиниться.
– Пусти! – рычит.
Захожу в свою спальню, швыряю Яну на постель. Она нагло смотрит на меня, словно до сих пор считает себя хозяйкой положения.
Ничего, девочка, сейчас я это исправлю.
Расстегиваю ремень на брюках.
Глава 3
Яна
Открываю глаза. Все тело ломит, но это приятная боль. Жмурюсь от яркого света, потягиваюсь.
Он уехал. Как всегда, всю ночь трахал меня и свалил. Не могу сдержать горький стон. И так каждое утро!
Сбрасываю одеяло. Топаю в душ. Включаю прохладную воду, смываю с себя терпкий мужской запах.
Мысли помимо воли несутся назад, в самую глубину темной ночи…
***
– Пришло время серьезных игр, девочка, – Мурад бродит темным жадным взглядом по моим голым бедрам, медленно расстегивает наспех застегнутый ремень на брюках.
Хищник. Настоящий, первобытный. Все мое женское трепещет и раскрывается под этим темным взглядом.
Растягиваюсь на кровати, стягиваю платье с бедер и швыряю в Горцева. Ловит его одной рукой, прижимает к носу.
Рядом с Мурадом во мне поднимается что-то темное. Жуткая собственница, отчаянно желающая его всего целиком. Чтобы не было этих постоянных посиделок с партнерами, ночных сидений в офисе и непонятных командировок.
Только я.
Но кем я хочу для него быть? Просто любовницей… или все-таки любимой девушкой?
– Ты меня сильно разозлила, Яна, – слова словно мед для моих ушей.
– Я знаю, – выдыхаю.
Хочу продолжить, но прикусываю язык. Как объяснить, что только когда он зол, я чувствую себя его вселенной? Может это эгоистично. И некрасиво. Но так есть.
Мурад швыряет мое платье в кресло, снимает брюки вместе с боксерами и резко наваливается на меня. Одним движением рвет на мне трусики.
– Они дорогие, – шепчу, сгорая от желания.
– Куплю новые…
Вот такой дикий Мурад сводит меня с ума. Не ледяной жестокий бандит, а горячий восточный мужчина. Присваивающий. Его жадные касания успокаивают.
– Янка, – рычит, покрывая мое лицо поцелуями.
Сладкими, слегка колющими от жесткой бороды. Зарываюсь пальцами в его волосы, сжимаю.
– Что тебя тревожит? – вдруг спрашивает, в черных глазах мелькает вопрос. – От чего ты так бежишь?
– Меня тревожит то, что ты еще не во мне, – тихо шепчу, облизывая губы.
Не хочу этих разговоров, не сейчас! Я не готова! Сейчас хочу его член внутри. Слегка приподнимаю бедра, трусь мокрой киской об его истекающую смазкой головку.
– Твою мать, – Мурад тыкается в мой лоб своим, таранит взглядом, – ты с ума меня сведешь… я, блядь, чокнусь с тобой!
– Трахни меня, – продолжаю тереться, почти насаживаюсь на его толстый член, – прошу… умоляю… я не хочу говорить. Тебя хочу…
Его взгляд очень красноречив. И снова мы ныряем в его тьму. Толчок. Горцев распахивает мои стеночки, проскальзывая в самую глубину.
– Блядь, Яна… ты такая мокрая. Неужели так сильно хочешь? – ухмылка на красивых губах.
Киваю. Мурад выходит, затем толкается еще сильнее. Вскрикиваю, низ живота опаляет сладкая боль. Так всегда, когда он только входит. Я слишком узкая для его толстого члена.
Но постепенно мои мышцы обволакивают его. Сжимают, вознося на небеса. Я знаю свою женскую силу. И этот бешеный самец подчиняется.
Ведь я так боюсь снова остаться одной. Что меня оставит тот, кого я…
Но методичные толчки выбивают из меня все мысли. Это то, что я ищу. Полное освобождение. Порок, обволакивающий нас и отрезающий от всего мира. Именно сейчас у меня есть хоть что-то…
Горцев ставит меня на четвереньки. Таранит киску снова и снова. Рычит, вколачивая в меня член. Сильно хватает за бедра, фиксирует.
А я кричу. Не сдерживаю себя, выпускаю все накопившееся. Сейчас нет страха, есть только блаженная пустота…
Но и ее недостаточно. Мурад не может полностью наполнить меня. Нужно что-то… или кто-то?
***
Выключаю душ. Возвращаюсь в реальность. Да, я прячусь. Убегаю от боли потери.
Но вчерашняя мысль поразила. Недостаточно…
Я выжимаю из Горцева всю страсть, весь огонь. Но этого мало. Я не знаю, как понять собственные мысли.
Надеваю узкие джинсы, наверх полупрозрачную блузку. Природа наделила меня упругой «тройкой», так что лифчики я не ношу.
Повар Мурада оставил завтрак в холодильнике.
Беру себе фруктовое парфе и сажусь завтракать в одиночестве. В голове мелькают обрывочные воспоминания, словно из другой жизни. Наши завтраки с папой.
Каждое утро, прежде чем уехать в офис, он спрашивал, как я спала. Что мне снилось. И я с радостью рассказывала ему. Папа… почему ты оставил меня? Что мне теперь делать?
Я всегда считала себя сильной, но теперь, словно потерянный котенок. Мурад вырвал меня из моей трагедии, посадил в золотую клетку. Но, несмотря на драгоценные прутья, это все равно темница.
Тихо всхлипываю.
– Яна Васильевна, – слышу голос моего личного охранника Николая, быстро смахиваю слезы с ресниц.
– Ты достал код?
– Я не думаю, – мнется он, – босс меня уволит.
– Коль, – кладу ладонь на его огромную руку, поглаживаю, – мне нужен доступ в кабинет Мурада. Он не хочет помогать мне с наказанием той суки, что убила моего отца. Но я знаю того, кто сможет помочь. И уверена, что в кабинете Горцева все есть. Его адрес или телефон.
Уолс. Чудовище с черными глазами и татуированной шеей. Тот, кто, не моргнув глазом, похитил меня и выставил на аукцион. Монстр без души. Но при нашей последней встрече я оставила на его шее глубокие следы своих когтей…
Я знаю, что он связан с Горцевым. И если бы Мурад хотел, давно бы уничтожил мою мачеху. Если не хочет, я сделаю это сама…
– Ну так что? – смотрю прямо в глаза молодому спецназовцу, которого Мурад оставил охранять меня. – Поможешь мне, или я сама вскрою его кабинет, а потом буду все отрицать и скажу, что это ты?
Парень испуганно смотрит на меня. Хлопает глазами.
– Ладно, – берет салфетку и черкает код от второго кабинета Мурада.
Выхватываю и сминаю в руках.
– Спасибо. Я ничего никому не расскажу.
Бегу на второй этаж, в самый конец коридора. К незаметной двери, закрытой кодовым замком. Ввожу код и проскальзываю внутрь…
Глава 4
Яна
Бесполезные бумаги, контракты, соглашения. Все сложено идеально, листок к листку. Аккуратно перелистываю, стараясь найти хоть что-то, что укажет на контакты Уолса.
Почему я решила, что именно тут смогу что-то найти?
О! Это презабавнейшая история!
В тот день, примерно две недели назад, я слонялась по особняку Горцева. После смерти отца Ксюха выгнала меня из дома, лишив всего: крыши над головой, кредитной карты, машины.
Но мне было совершенно плевать на деньги. Главное: эта сука довела папу до инфаркта. И пусть в заключении о смерти стояло «быстрая сердечная смерть» или что-то такое, я знала правду.
Она виновата. У папы было слабое сердце, и эта стерва ударила точно в цель. Она довела его. И я отомщу!
Пытаясь осознать, что больше никогда не увижу самого близкого человека, я набрела на ту дверь. Она была приоткрыта. И оттуда доносился хриплый баритон Мурада.
– Нет, она как сквозь землю провалилась. Ксения исчезла, их юриста тоже отыскать не удалось. Думаю, у нее крепкая крыша. После взрыва в резиденции сгорели все бумаги, указывающие на заказчиков аукциона. Я знаю, что ты в курсе, кто заказал Яну, Клим…
Клим…
Не знаю ни одного партнера Мурада с таким именем. Но следующая фраза расставила все по своим местам.
– Я знаю твою цену, Уолс. Но не отдам тебе Яну, даже не проси. Она моя, я защищу ее ото всего. В первую очередь от нее самой.
Они сговорились! Меня не спросили, чего хочу я. Сильные мира сего разделили Яну Чикину как трофей. Естественно, ведь если удастся вернуть мне бизнес отца, я стану завидной невестой, и Горцев решил этим воспользоваться.
– Но я не ваша собственность, – рычу, остервенело, но точно и аккуратно перелистывая тонкие листы белой бумаги.
Тот вечер разделил мою жизнь на до и после. Именно слова Мурада разбили мои очки стеклами внутрь.
Я искренне верила, что он спас меня. Когда мачеха вышвырнула мои вещи из особняка, в котором я провела всю жизнь, именно Горцев протянул мне руку помощи.
И на какое-то время я подумала, что в безопасности. Но после услышанного мозги встали на место. Я вещь для него. И раз так, я использую его первой.
Если Уолс хочет заполучить меня, думаю, мы сможем договориться. Естественно, я не лягу с ним в постель. Но хотя бы выслушаю его условия.
Демон с черной душой. Так называют его партнеры Мурада. Горцев точно рад, что такое чудище на его стороне. И я смогу использовать это…
– Бинго, – ухмыляюсь, достав потрепанную визитку с надписью «Клим Волков», – так вот почему ты Уолс. Волков…
Это даже немного возбуждает. Перспектива обвести вокруг пальца двух самых опасных игроков подпольного мира. Самое главное – не попасть в плен больших черных глаз Уолса.
Телефона на визитке нет, как ни странно.
Есть адрес. Быстро фотографирую на мобильный и выхожу.
– Коля, мы едем кое-куда, – хмыкаю, – но сначала мне нужно переодеться.
Парень покорно следует за мной. Я взлетаю на второй этаж, запираюсь. Распахиваю дверцы шкафа. Пробегаюсь взглядом по платьям. Нужно что-то изысканное, но неброское.
Выбираю струящийся сарафан с открытыми плечами. Надеваю кружевное белье. Не для того, чтобы соблазнять. Я просто так чувствую себя увереннее.
Отчего-то мне горько в душе. Словно я предаю Мурада. Но ведь в моих планах нет ничего интимного. Уолс – чудовище, мне даже представить страшно, какие у Демона пристрастия.
БДСМ? Брр! Мне нравится, как меня касается Горцев, пусть так и останется.
Причесываюсь, выбираю аккуратные босоножки на невысоком каблуке, сумочку в тон и выхожу.
