– Ладно, – сказал он. – Теперь хоть понятно, куда ехать и зачем. А то распустили тут сопли ледяные и…
– УМНИК!
– …риторические, – невозмутимо закончил он.
Через час десятки ледяных ласточек с примёрзшими к лапкам свитками разлетелись во все концы вселенной.
Я наблюдала за ними из окна, чувствуя лёгкую тошноту от содеянного.
– Ну, поехали, – вздохнула я. – Теперь осталось только дождаться, когда на порог явятся первые… кандидаты в мужья. Ох, какое ужасное слово.
– Не бойся, – сказал Умник, тычась мордой в мою руку. – Если кто-то будет совсем уж негодным, мы его… охладим.
В его тоне было столько тёплой угрозы, что мне на мгновение стало спокойно.
Почти.
Глава 2
– СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА СНЕЖАНА —
И тут до меня дошла вся глубина ужаса.
Я поспешила отправить письма «счастья».
В мои владения должны будут хлынуть гости.
Женихи.
А мой дворец…
Я окинула взглядом свой безупречный, стерильный, идеально-холодный чертог и с ужасом поняла: он абсолютно не готов к приёму гостей, жаждущих романтики.
– Здесь, в моём дворце нет ни души уюта! – заявила я, обходя тронный зал.
Инесса сидела в кресле и пила какао, она удивлённо на меня посмотрела, а Умник от моих слов скривился.
– Ни капли гостеприимства в моём дворце. Всё кричит: «Убирайся прочь, или превращу тебя в ледышку!»
– А разве не в этом был смысл? – проворчал Умник.
– Смысл поменялся. Теперь нам нужна… атмосфера!
Я закрутилась на месте, пытаясь охватить мысленным взором грядущий апокалипсис.
– Нам нужен план! Много планов!
Первым делом я созвала совет.
Кроме Инессы и Умника, на него явились главный управитель дворца, старый Вьюг по имени Буран Бураныч, и шеф-повар, грузный снеговик по имени Пломбир.
– Итак, – начала я, расхаживая перед ними. – Грядут перемены. Я выхожу замуж. Жених пока неизвестен. Но нам уже предстоит масштабная подготовка. Буран Бураныч, с чего начнём?
Старый Вьюг сдул с усов изморозь и важно произнёс:
– Первым делом, ваше Снежество, надо полы натереть. Лёд должен блестеть, как слеза младенца… э-э-э… то есть, как бриллиант!
– Прекрасно! Мобилизуйте всех снеговиков-уборщиков! Пусть скребут до бриллиантового блеска!
– Уже мобилизованы, – кивнул Бураныч, послав мысленный приказ. – Так, их пятьсот штук. Правда, двести из них внезапно растаяли, но мы сделаем новых. Ещё нужно заменить льдины в окнах. Старые уже подмутнели от векового холода.
– Сделать! – скомандовала я. – Чтобы в каждом окне играл радужный свет. Чтобы каждый гость, глядя в него, думал: «Какая у неё тонкая душевная организация…»
Инесса фыркнула в своё какао.
– Дальше… – продолжила я, обращаясь к Пломбиру. – Кухня. Какие у нас планы на угощение? Событие ведь важное, замуж иду…
Пломбир надул щёки, отчего он стал напоминать перезрелую тыкву.
– Ваше Снежное Величество! Мы подготовим меню «В плену у Снежной Королевы». Холодец «Ледяное Сердце», мороженое «Ледяная Страсть», замороженный щербет «Последний Вздох» и ещё будут ледяные коктейли «Поцелуй Холода»… Так, ещё…
Я уставилась на него в немом ужасе.
– Пломбир, дорогой, – заговорила я, стараясь сохранять спокойствие. – Ты представляешь, что будет с принцем с огненных земель, если он съест твой холодец? Он чихнёт, и от нашего дворца останется лужица! Нет, нам нужно что-то… нейтральное. Тёплые булочки. Глинтвейн. Горячий шоколад. Может, даже… о ужас… овощное рагу…
Пломбир побледнел, то есть, стал ещё белее и с трудом сглотнул.
– Т-тёплое? Ваше Снеженое Величество, но это же нарушение всех гастрономических традиций…
– Традиции меняются, Пломбир. Иначе наши гости сбегут от нас. От меня… – я щёлкнула пальцами, поймав мысль. – И кстати, Пломбир, а ты хоть представляешь, как готовить тёплые булочки?
Шеф-повар сглотнул с таким звуком, будто проглотил гигантскую сосульку.
– В теории, ваше Снежество, – просипел он. – Я читал свитки… Нужна какая-то… печь. И огонь. – Он произнёс последнее слово шёпотом, словно это было ругательство или проклятие.
– Огонь? В моих владениях? – я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги. – Но это же… святотатство…
– Можно поставить печь в самом дальнем гроте, – предложила Инесса, чьи глаза горели азартом изобретателя. – Я придумаю охлаждающий амулет, чтобы жар не растопил дворец. Это же так весело! Настоящие, тёплые, румяные булочки в королевстве Снежной Королевы!
– Они же будут… пахнуть, – с ужасом прошептал Пломбир. – Этот запах дрожжей и тепла… Он перебьёт все ароматы свежего инея и ледяной свежести! Наша кухня потеряет свою аутентичность!
– Наша кухня будет кормить гостей, а не мумифицировать их, – парировала я, уже чувствуя этот чужой, но манящий запах где-то на краю сознания. Какой кошмар. – Сделайте это, Пломбир. Это приказ. Начни с малого. С… с одного пирожка, например. Для тренировки.
Пломбир смотрел на меня с видом ледяного существа, которого только что приговорили к вечной ссылке в жаркие тропики.
– А музыка? – внезапно вспомнила я. – Нам нужна новая музыка! Где наш капельмейстер?
Инесса хлопнула в ладоши и послала мысленный приказ явиться капельмейстеру.
И в зал мгновенно выплыл маленький, вечно мокрый человечек по имени Капель Диезович.
– Я здесь, ваше Вечное Снежное Величество! – прочирикал он. – Я уже в курсе событий и дал задание сочинить что-то новое. И мы создали новый марш для встречи ваших женихов! Называется «Фуга с сосульками в ля-миноре»! Очень строго и торжественно!
– Забудьте этот марш! – взмолилась я. – Никаких фуг! Нам нужно что-то лёгкое, романтичное… Что-то, под что можно… – я сглотнула, – танцевать медленный танец.
В зале повисла шокированная тишина.
Даже Умник раскрыл широко глаза.
– Лёгкое? Романтичное? – прошептал Капель Диезович. – Но наши музыканты, все тридцать вьюг, умеют только завывать минорными третями.
– Научите их играть что-то позитивное! Найдите ещё музыкантов! У нас огромное королевство, что музыканты перевелись? Спросите у Инессы, она подскажет
Фея, пойманная врасплох, поперхнулась.
– У меня есть пара заклинаний для создания музыки ветра, – предложила она задумчиво. – Но она обычно звучит как смех гиены в метель.
– За что мне это, – простонала я, потирая виски. – Ладно, разберёмся. Дальше. Охрана.
– Охрана будет усилена, – отрапортовал Буран Бураныч. – Расставим ледяных големов по периметру. Любой незваный гость будет заморожен на подлёте, подъезде и любом другом приближении.
– НЕТ! – закричала я, и все вздрогнули. – Никаких големов! Они пугают даже меня! Мы же не крепость, мы… мы дом любви. Поставьте вместо них… снеговиков-швейцаров. С добрыми улыбками. И морковок им добавьте. И чтобы морковки у них стояли торчком, это будет… жизнеутверждающе!
Буран Бураныч смотрел на меня так, будто я только что предложила дворец пустить на дрова.
– И ещё, – сказала я, чувствуя, как от всего этого у меня начинает подтаивать мозг. – Мне нужно новое платье. И… – я сделала паузу для драматизма, – новая корона. Побольше. Солиднее.
– О! – вспыхнула Инесса. – Вот это я понимаю! Мы можем вплести в неё лунный свет! И звёздную пыль! И…
– И чтобы с неё не капало, – мрачно добавил Умник. – А то в самый ответственный момент на нос жениху упадёт сосулька. Романтики, я понимаю, будет целый ноль.
Я закрыла глаза.
В голове у меня кружился вихрь из тёплых булочек, танцующих снеговиков, платья с лунным светом и женихов, которых тошнит от холодца.
Это было странно.
– Ладно, – выдохнула я. – Все всё поняли? Полы, окна, тёплые булочки, весёлые вьюги, улыбчивые снеговики и новый гардероб с короной и украшениями. Всем спасибо, все свободны.
Совет разошёлся в подавленном молчании.
Я осталась одна в показавшемся вдруг мне таким маленьким тронном зале.
Умник лениво подошёл и ткнулся мордой мне в колени.
– Ну что, величество, – сказал он. – Нравится играть в гостеприимство?
– Это не игра, Умник, – вздохнула я, глядя на свою идеальную, такую одинокую ледяную корону, отражённую в ледяной стене. – Это… стратегическая операция под кодовым названием «Замужество». Надеюсь, моя внезапная эмоциональность поутихнет, когда я выйду замуж.
– Мне кажется, что твой удел быть вечной, одинокой и идеальной Снежной Королевой. А вот это всё – истинное безобразие. Что-то я не ожидал, что всё будет… вот так… Ладно, я пойду погуляю, пока дворец всё ещё дворец…
Барс ушёл, оставив меня с тяжёлыми мыслями.
Я прикрыла глаза, пытаясь отогнать навязчивый образ идеального жениха, который почему-то был одет в фартук пекаря и с упоением скоблил мои полы.
Быть может, Умник прав?
Может, проще остаться вечной, одинокой и идеальной?
Но было уже поздно.
– Так, – вздохнула я, – мне нужно прилечь. У меня, кажется, паническая атака. Или внезапное обострение. Или всё вместе.
Я отправилась в свою опочивальню и повалилась на ледяное ложе, закрыв глаза.
Глава 3
– СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА СНЕЖАНА —
Я решила не мешать подготовке личным присутствием, дабы не сеять панику.
Вместо этого я устроилась в своей гостиной с большой чашкой мятного чая, который я теперь почему-то любила, и со своим верным ледяным шаром наблюдения.
В принципе, он был создан для наблюдения за метелями на окраинах владений, но сейчас куда важнее было увидеть, не растопил ли Пломбир очередной булочкой нашу последнюю надежду на идеальное тёплое гостеприимство.
Я провела рукой по гладкой поверхности, и в шаре заклубились образы.
В тронном зале кипела работа.
Легион снеговиков-уборщиков, вооружённых скребками из оленьего рога и шкурами полярной лисы, ползал по полу, отчаянно скобля лёд.
Эффект был, мягко говоря, неоднозначным.
Пол местами действительно блестел, как зеркало, а местами трескался и подтаивал.
– Они угробят пол, – безжалостно прокомментировал Умник, устроившийся рядом и с интересом наблюдавший за зрелищем. – К приезду женихов тут будет либо идеальный каток, либо идеальное подтаявшее озеро. Очень романтично.
Я собиралась его осадить, но в этот момент один из снеговиков, слишком усердно налегая на скребок, протёр в полу аккуратную дыру.
Получилась идеальная лунка, заполненная водой, из которой вдруг показалась рыбья голова, и тут же исчезла.
На мгновение воцарилась тишина, а затем несчастный уборщик, глядя на своё оплывающее тело, тихо и жалко простонал: «Ой…».
Его срочно унесли на реанимацию в сугроб.
– Мой дворец тает и уходит по воду, – вздохнула я. – Надеюсь, после замужества, это закончится. А сейчас… Что ж, пусть будет пол с мокрым эффектом. Это… эксклюзивно.
Умник фыркнул, но промолчал.
