– Спасибо, – кивнула я.
Поднявшись с места, автоматически одернула короткую джинсовую юбку и решительно направилась к двери. Открыв ее, шагнула вперед и невольно замерла на полушаге. В прошлый раз этот кабинет поразил меня до глубины души, впрочем, как и сейчас. Он был большим, как огромный торжественный зал. Одну стену «украшали» различные сертификаты, а вот вторая была стеклянной, и через нее, как на ладони, виднелся город – широкий проспект, соседний бизнес-центр, часть двухъярусного моста.
– Добрый день…
Повернувшись на голос, кивнула мужчине:
– Здравствуйте.
– Проходите, присаживайтесь, – мне показали рукой за многочисленные кресла.
Когда я заняла одно из них, Павел Константинович вежливо уточнил:
– Что вас ко мне привело? Что-то случилось?
– Понимаете…
Я вкратце рассказала ситуацию, а когда замолчала, мужчина кивнул:
– Да, ваша дальняя родственница продала часть доли квартиры и разделила счета. Я вам вчера об этом говорил, но вы, видимо, упустили это из виду. Мне показалось, что вы все услышали и поняли.
– Для меня это стало сюрпризом. И я не понимаю, как теперь жить с чужим человеком в одной квартире? – невольно выдохнула, не сдержав эмоций, переполняющих сердце.
– А как раньше люди в коммуналках жили, – заметил мужчина, а потом, более мягко произнес. – В принципе есть несколько решений в вашей ситуации.
– Каких? – с надеждой посмотрела на своего собеседника.
– Ну, во-первых, вы можете предложить соседу выкупить его долю и тогда станете полноценной хозяйкой всей квартиры.
– Это исключено, у меня нет денег, – призналась сразу. Я даже представить не могла, где можно взять такие большие деньги, чтобы купить имущество в центре крупного мегаполиса.
–Тогда, возможно, сосед захочет выкупить вашу долю. Ну как вариант… Тогда вы сможете подобрать себе что-то на окраине и меньшее по площади, но зато эта жилплощадь будет принадлежать только вам.
– Спасибо, – улыбнулась в ответ. – А если он откажется? Что тогда делать?
– Ну, можно воспользоваться услугами риэлтора и продать долю третьему лицу. Но не думаю, что вы получите столько, что хватит на отдельную квартиру. Обычно при продаже доли продавец остается всегда в проигрыше.
– А еще есть варианты?
– К сожалению, – мужчина развел руками.
– И что же мне делать…, – вздохнула я.
– Ну уж если с соседом совсем общего языка не найдете, то можете свою часть квартиры сдавать, ну а сами…, подыщите что-то подходящее. Будете снимать.
Тут мужчина бросил взгляд на наручные часы и промолвил:
– К сожалению, я больше не могу уделить вам время. У меня назначена деловая встреча, и скоро придет человек.
– Да-да, спасибо, – растерянно пробормотала в ответ и встала.
Когда я открыла дверь, то услышала:
– Ксения?
– Что? – резко обернулась.
– Мой вам совет, с оформлением документов не затягивайте. Так будет лучше.
– Спасибо, – улыбнулась мужчине и покинула его кабинет.
Всю дорогу до дома я размышляла, как же поступить правильно. Конечно, для начала надо было поговорить с этим Никитой. Вдруг он захочет выкупить мою долю? Это решило бы все вопросы. А если откажется? Продавать? Сдавать? Просто переехать и жить?
Но судьба сама за меня сделала выбор…
Вернувшись домой, еще с порога услышала недовольный голос Ирины Егоровны, хозяйки комнаты, которую я снимала несколько месяцев. Она с кем-то громко разговаривала на кухне, весьма эмоционально возмущаясь:
– Нет! Все! Мое терпение на исходе! Хватит… Больше никаких животных! Или пусть доплачивает! А так, если что, уже есть новые жильцы, готовые вселиться прямо завтра.
Я поняла, что речь идет о Гере. И чем не угодил ей мой кот, было совершенно непонятно.
Пройдя в квартиру, сразу направилась на кухню.
Хозяйка комнаты сидела на табуретке и демонстративно обмахивалась веером, ругаясь то на жару, то на несчастного кота Гектора. Рядом с ней расположилась старшая по подъезду – Эмма Петровна, «милейшая» женщина, сплетница и вообще ужасный человек. Мне казалось, что цель всей ее жизни – создавать конфликтные ситуации. Она жаловалась соседу на соседа, плела дворовые интриги и перессорила всех вокруг. Я старалась с ней не разговаривать. Вернее, наше общение происходило так: «Здравствуйте», «До свидания», и не более.
И честно, увидев ее сейчас в квартире, весьма удивилась.
– Добрый день, – поздоровалась я.
– Ну наконец-то, – Ирина Егоровна скривилась. – Уже утомились тебя ждать.
– У меня были дела, – пожала плечами. – А что случилось? Вы могли бы позвонить… Предупредить о своем приходе.
– На тебя, милочка, жалобы, – женщина скривилась.
– Какие? – недоуменно посмотрела на нее, действительно не понимая, о чем идет речь. Шумных компаний я в дом не водила, музыку громко не слушала, с соседями не ругалась… И сейчас, услышав слова Ирины Егоровны, действительно совершенно растерялась.
– Кот твой орет, покоя нормальным людям не дает ни днем, ни ночью!
– В смысле? – несколько раз моргнула.
– В прямом, – и хозяйка квартиры внимательно посмотрела на Эмму Петровну. Та, тут же закивала и промолвила. – Да, да… Все жалуются! И сверху, и снизу! Кот орет дурниной, и так больше жить невозможно!
– Подождите… Гектор котик цивилизованный!
– Да что ты, – Ирина Егоровна всплеснула ладонями. – Кошак, он и есть кошак. Ему бы посытнее пожрать, и побольше погулять.
– Не надо говорить о том, о чем не знаете. Гера гулять не просится и никогда не будет.
– Конечно, – Эмма Петровна прищурилась. – Получается, все вокруг врут, одна ты правду говоришь?!
– Вы просто клевещите, и мне непонятно почему! – невольно повысила голос я.
– Ишь нахалка, – скривилась пожилая женщина.
– Ксения, в общем, так, – Ирина Егоровна встала. – С соседями конфликт еще можно уладить, но квартплату я поднимаю.
– Что?! – охнула в ответ.
– Да-да, вот так, – женщина нахмурилась. – Хочешь жить с котом, доплачивай!
– Это уже слишком! – возмутилась я.
– Тогда съезжай!
Посмотрев на хозяйку квартиры и старшую по подъезду, прекрасно осознала, что они сговорились, и никак иначе. Видимо, Ирина Егоровна решила в очередной раз содрать с меня денег, да еще и с Эммой Петровной обещала поделиться. Иначе объяснить их совместную слаженную клевету я не могла.
– Ну, что, Ксения, скажешь? – хозяйка квартиры ехидно улыбнулась.
Она, видимо, рассчитывала, что мне деваться некуда, и я опять соглашусь на весьма невыгодные условия. Только в этот раз Ирина Егоровна очень ошибалась.
– Что скажу? – широко улыбнулась. – Я съезжаю.
– Что? – женщина оторопела. Она явно подобного услышать не ожидала.
– Считаю, что за каморку с мухами, тараканами и вредными соседями – стоимость определенно завышена.
– Что?!
Этот вопрос уже звучал как-то совсем глупо. Конечно, еще несколько дней назад, опасаясь оказаться на улице, я бы согласилась на все условия, но теперь… Теперь все изменилось.
Не посчитав нужным отвечать, направилась в свою комнату. Достав ключ, открыла дверь. Гера тут же соскочил с дивана и мяукнул:
– Мррр…
Малыш соскучился и явно желал получить толику моего внимания.
– Мой хороший, – подхватила его на руки и прижала к себе. – Я тоже соскучилась.
– Ксения! – за спиной раздался голос Ирины Егоровны.
Обернувшись, вопросительно посмотрела на нее.
– Ты как следует подумай…
– Я уже подумала.
– И что?!
– Стоимость вашей квартиры весьма завышена!
– Ах так! – лицо женщины покрылось румянцем. – Немедленно убирайся, и прямо сейчас!
Хмыкнув, тихо произнесла:
– Только после того, как вы мне вернете оставшуюся часть денег. А если нет…У меня есть еще неделя!
– Да как ты смеешь!
Я знала, сейчас слабость проявлять нельзя. Оскалившись, хмыкнула:
– Вот так… Хотите поспорить? Пусть наш вопрос тогда решает полиция.
Ирина Егоровна неприлично выругалась и заявила:
– Неделя! Поняла?!
– Не переживайте, я освобожу комнату раньше.
Женщина выскочила, и вскоре я услышала хлопок двери. Посмотрев на Гектора, хмыкнула:
– Ну, что, дружочек, выбора у нас нет. Так что собираемся… А с Никитой… С ним тоже как-нибудь разберемся!
Гектор поднял на меня понимающий внимательный взгляд и фыркнул.
Глава 3
Откладывать переезд в долгий ящик я не собиралась. Хозяйка квартиры меня безумно разозлила, энергия во мне буквально кипела. Собрав личные вещи в пакеты, посадила Геру в сумку-переноску, напоминающую чемодан на колесиках, только частично сделанную из прочной сетчатой ткани, и вызвала такси.
Гектор переноски, любые, даже самые комфортные на дух не переносил. Он всей своей кошачьей душой ненавидел их. Естественно, оказавшись в плену, хвостатый тут же попытался вырваться, пустив в ход когти и зубы. А когда осознал, что самому не справиться, решил включить синдром «симулянта».
Сначала он начал громко и протяжно мяукать, да так жалобно, что от этих жутких звуков хотелось уши закрыть руками. Кот всеми силами показывал свои непосильные мучения.
Потом стал тяжело дышать, задыхаться. И для пущей убедительности он вытащил язык и подкатил глаза…
Наблюдая за этим «актером», невольно улыбалась. Когда впервые Гера так разыграл меня, я безумно перепугалась. Конечно, в тот же миг вытащила кота из переноски. Едва не плача, стала искать в телефоне номер ветеринара… А хитрец, тем временем, быстренько выбравшись из моих объятий, тут же забыл о плохом самочувствии и спрятался на верхушке шкафа, откуда его достать было просто невозможно.
Именно тогда, ко мне пришло осознание, что пушистый наглец воспользовался моей любовью к себе и провел, как ребенка.
Теперь я ему абсолютно не верила, и своей жалости поддаваться не собиралась.
Покосившись, Гера осознал, что его уловки на меня не действуют, и придумал новую хитрость. Упав на дно переноски, котик стал стонать…, словно вот-вот умрет.
– Так, прекрати истерику, – невольно разозлилась на него. – Совесть у тебя есть или как? Неужели нельзя немного потерпеть?
