Я приподнимаю бровь, её фраза звучит немного двусмысленно, и мои мысли летят в совершенно неправильном направлении.
– Кого? – я задаю вопрос с легким волнением, будто хочу услышать свое имя и… и продолжить флирт?
– Марка! – весело произносит Сандра, заставляя меня застопориться. – Ты же не можешь отрицать, что у него неплохо получается готовить.
– Эм…
– Антон, я знаю, это ты съел половину противня с печеньем. – Она складывает руки на груди, демонстрируя свою уверенность в сказанном.
– Домашнее печенье – это запрещенный прием! – обвинительным тоном выпаливаю я, будто это может меня оправдать.
– Что значит «домашнее»?
– То и значит! В моем доме не должно быть больше никаких сладостей и печенья!
– Тебе же оно понравилось! – хнычет Сандра.
– Именно поэтому и не должно! Никаких вредных сладостей! – гну свою линию, стараясь не плыть под ее напором и обманчиво милой улыбкой.
– Антон, Марк ребенок, не лишай его…
– Сандра! Я сам буду решать, как воспитывать своего сына! – Пресекаю ее попытку поговорить о Марке и получается грубее, чем нужно.
Девушка на пару секунд застывает от неожиданности – диалог, который начался на легкой игривой ноте, внезапно стал напряженным.
– Извини.
– Достаточно того, что ты и так постоянно готовишь, и искушаешь его…
И меня.
Опускаю данное уточнение, потому что кажется, меня искушают не только то, что она готовит, но и она сама.
– Я поняла, не переживай, я буду делать это, когда он на тренировке или уже спит.
– Спасибо, – соглашаюсь я с её предложением.
И понимаю, что это неправильно, она отлично справляется с обязанностями. Очевидно, для неё создание тортов настолько же важно, как для меня хоккей. Но почему же тогда я, как последний мудак, усложняю ей жизнь? Она и так кажется не спит совсем, а я ещё и ставлю ей условия, когда именно ей заниматься своими делами, даже если это никак не отражается на обязанностях, за которые я плачу.
На пороге появляется сонный Марк, и я не успеваю придумать, что еще добавить к своей сухой благодарности, чтобы не выглядеть полным придурком.
– Доброе утро, Марк, как спалось? – радостно приветствует его Сандра, показательно демонстрируя, насколько общение с моим сыном ей нравится больше, чем со мной.
Марк, который только-только открыл глаза и кажется ничего не соображает, озаряется улыбкой.
Вот как она это делает? Всего пару дней в доме, а уже всех очаровала.
– Привет, мне снились наши печенья, давай еще испечем! Я придумал рисунок!
– Обязательно! – коротко отвечает Сандра, бросив мимолетный взгляд на меня, в котором я отчетливо читаю: «Не смей вмешиваться!».
Какого-то хрена я подчиняюсь, но не потому, что она имеет какой-то авторитет, а потому что рад видеть сына счастливым и увлеченным, и еще мне кажется, что я перегибаю. Идея с детства приучать ребенка к правильному питанию пошла от Ванессы, но, может быть, все не так однозначно? Что плохого в одной-двух печеньях?
Вчера я съел полпротивня как обезумевший маньяк.
– Пап, только не ругайся, мы с Сандрой съели по одной печеньке.
– Конечно, не буду, тем более оно такое вкусное – как удержаться, правда?
– Ты пробовал? – глаза сына расширяются, и я чувствую, как меня загнали в угол.
– Эм…
– О да, он пробовал, – будто между прочим сообщает Сандра, выкладывая перед сыном тост с рыбой, авокадо, яйцом и зеленью.
– А мне? – облизываясь, смотрю я на безупречный завтрак для сына, достойный звезды Мишлен.
– А тебе овсянка! – Сандра звонко ставит передо мной миску с кашей.
Она издевается?
– Но я не ем рыбу, – хнычет Марк, а я чуть сдерживаю ухмылку. Сейчас она обломается, и предназначенный изначально для меня тост вернется ко мне.
На этот раз победа будет за мной, Пироженка!
– Почему? – спрашивает она у Марка, скрестив руки.
– Она пахнет рекой, и в ней кости.
Королева кастрюль расплывается в улыбке.
– Ты когда-нибудь пробовал филе нерки?
– Не знаю.
– Давай ты попробуешь, если не понравится – сделаю тебе кашу, договорились?
Марк недоверчиво откусывает тост и хмуро дуется, заведомо уверенный, что ему не понравится.
А ему и не понравится. Он ребенок, вкус рыбы еще не понятен ему, он предпочитает кашу, потому что туда можно добавить сироп и ягоды, а еще…
– М-м! Она почти не чувствуется! – комментирует Марк, впечатленный бутербродом.
– Что? – удивленно таращусь я на сына.
– Это вкусно, пап! Почему мама такого не делала никогда?
– Твоя мама не ест хлеб, – недовольно фыркаю я и обреченно зачерпываю кашу ложкой.
Кажется, мне больше ничего не остается, кроме как… Твою ж мать!
На мгновение мои рецепторы парализует резкий вкус соли, обжигающее чувство застает меня врасплох. Какого хрена? Она что, такую кашу подает моему сыну каждый день? Это ни в какие ворота не лезет! Я молниеносно вскидываю голову на Сандру, собираясь уволить её с позором в эту же секунду, но сталкиваюсь с довольной лисой, только и ждущей моего праведного гнева.
Сучка! Она сделала это специально!
– Что-то не так, Антон Владимирович? – приподняв бровь, спрашивает коза с наигранной доброжелательностью.
– Все отлично! – демонстрирую ей саркастичный оскал и, не сводя глаз, зачерпываю огромную порцию адского месива и отправляю в рот. Жую, издаю стон, как самый плохой порно-актер, слизываю соль со своих губ и невольно спускаю взгляд на её – карамельные, с легкой припухлостью. Наказать бы эти губы… поцелуем. А потом трах…
– Пап, можно я больше не буду есть каши по утрам?
Спасибо, сын, что вовремя остановил меня от самых идиотских мыслей, которые только мог допустить мой мозг.
– Нет, каша должна быть в твоем рационе – это полезные углеводы.
– Но ты же сам все время говоришь, чтобы я меньше их ел!
– Конфеты – зло, а медленные углеводы дают энергию, которая тебе необходима на тренировках.
– Ну п-а-а-ап…
– Кстати, о них – давай быстрее, а то опоздаем!
Марк цокает и принимается уплетать бутерброд, приготовленный Сандрой.
Я достаю телефон и отставляю кашу.
– Сам её не ест, а меня заставляет… – бурчит Марк, косясь на мою полную миску.
– Согласна, – поддерживает эту клоунаду стерва с красным узлом на голове. – Может, покажешь пример? – подначивает, будто я не могу её уволить.
Но вместо того чтобы поставить ведьму на место, я с вызовом пододвигаю кашу обратно и ложка за ложкой начинаю уплетать, все так же удерживая её взглядом.
Я съем эту дрянь, а потом тебя! На десерт! Сожру и глазом не моргну.
Сандра неотрывно следит за тем, как я уничтожаю ее ядовитое зелье, и, будто прочитав в моих глазах угрозу, немного съезжается.
Уже не так весело, Кексик?
– Было очень вкусно! – я еще раз извращенно облизываю ложку и громко бросаю её в пустую тарелку. – Спасибо!
– П-пожалуйста, – растерянно отвечает и впервые за время, пока я её вижу на кухне, просто смотрит на меня, а не суетится как ужаленная.
О, я привлёк ваше внимание, принцесса сотейников?
– Марк, нам пора! – сообщаю я сыну тоном, не терпящим возражений, но продолжаю смотреть на своего строптивого повара.
Почему наша странная игра мне так нравится?
– Сандра, пока! – кричит сын.
– Удачи на льду, – отвечает ведьма.
– До вечера! – киваю я и, схватив сумку, ухожу вслед за сыном.
Во рту будто море высохло, мне нужно срочно найти кулер, который я, кажется, опустошу в один присест, и место, где нормально позавтракаю. Ведь в итоге я выхожу из дома, где есть личный повар, голодным, взвинченным… возбуждённым? И это самое, чёрт возьми, живое и настоящее, что я чувствовал за последние 10 лет.
Глава 8. Желание под тёмным шоколадом
Антон.
Я отвёз Марка в школу, после чего сам поехал на тренировку, где на удивление всё прошло довольно гладко, Картер почти не цеплялся, а тренер был в настроении даже похвалить нас после игры. Зайдя в раздевалку, я спешу в душ, так как обещал Сэму присутствовать на встрече с представителем компании по производству спортивных товаров. Champion's Way прут как танки, накидывая мне всё больше и больше альтернативного заработка. Я, конечно, не жалуюсь, но иногда кажется, что им совсем плевать на мои интересы, я не нуждаюсь в таком количестве рекламы и мероприятий, они утомляют и сбивают со спортивного ритма.
– Sokol, ты сегодня молодец! – хлопает меня по плечу Слоун, проходя к своему шкафчику.
Питер, несмотря на то, что является близким другом Адамса, никогда не проявлял агрессию по отношению ко мне, а иногда даже давал понять, что замечает мою игру.
– Спасибо, Питер! – благодарно киваю и снова перевожу взгляд на телефон, чтобы проверить уведомления.
– Не обольщайся, твоя игра на правом фланге желает лучшего, – фыркает Адамс, чем у меня вызывает только усмешку.
Сегодня мы играли друг против друга, и мне удалось забить в его ворота с синей линии, поэтому я вообще не удивлён, что он бесится.
«Встреча переносится, позже сообщу дату и время, не забудь про вечернее интервью»
Читаю сообщение Сэма и с облегчением выдыхаю, что, хотя бы на эту скучную встречу лощёных клерков идти не придётся.
Марк в школе, следующая тренировка только вечером, получается, у меня почти весь день свободен, поэтому, не найдя себе занятия поинтереснее, решаю просто поехать домой. Уже сто лет не валялся просто так на диване за просмотром телевизора, могу же я позволить себе такую роскошь хоть раз в сезон?
Дома меня уже по традиции встречают приятные ароматы свежей выпечки и лёгкий ягодный шлейф. Как зачарованный иду на запах, прекрасно понимая, что благоухающий пирог предназначен не для меня, а скорее всего для очередного частного заказа Сандры.
– Снова устроила углеводную завесу? – без злости бросаю я, как только вхожу в кухню.
– О господи! – девушка подскакивает с тюбиком крема в руке. – Ты можешь прекратить появляться так внезапно?
Она словно милый мышонок, которого застукали за поеданием сыра, большие глаза округлились, тоненькая рука замерла в районе аккуратной груди. Сандра вся такая миниатюрная, лёгкая, изящная, мне кажется, я могу с лёгкостью поднять её одной рукой.
На её реакцию я только тихо смеюсь и, спрятав руки в карманы, подхожу ближе беспечной походкой.
– Почему ты дома? – возмущённо выстреливает, сдвигая свои тёмные бровки.
– А что? Делаешь что-то незаконное? – облокотившись на высокий стол, начинаю разглядывать творческий беспорядок на нём, состоящий из различных сладких посыпок, цветного крема и, видимо, съедобных бусин и фигур.
– Для тебя – да. Ты же реагируешь на мои десерты так, будто я здесь амфетамин варю.
