– Это мое дело.
Он думал, что знает причину или, по крайней мере, ее часть.
– Хорошо, когда будете готовы, мы поговорим об этом.
– Хорошо, спасибо…
Девушка развернулась и хотела уйти, но Снейдер удержал ее:
– Я разве закончил с вами разговор?
Мийю остановилась и в замешательстве посмотрела на него.
– Вы закончили?
– Нет.
Теперь она показала ему свой телефон.
– Хотите взглянуть на письмо?
Снейдер покачал головой.
– Сообщение пришло от меня – с одного из моих фейковых аккаунтов. Я хотел посмотреть, как вы четверо на это отреагируете.
Ее глаза расширились на долю секунды.
– Тест на лояльность?
Он погладил свои бакенбарды.
– Можно и так сказать. В конце концов, никогда не знаешь наверняка, с кем имеешь дело и на кого можно положиться
– Кто прошел этот тест? – спросила она.
– До настоящего времени? Только вы. – На самом деле он ожидал, что Дирк тоже свяжется с ним, но, видимо, ошибся.
Мийю впервые посмотрела ему в глаза, и Снейдер увидел в ее взгляде неукротимое стремление, которого сам давно не испытывал. Желание быстрых результатов – и жажду успеха.
В этот момент завибрировал его мобильный телефон. Эсэмэс от Крамера. Наконец-то! Он быстро пробежал его глазами и снова поднял взгляд.
– Через час приходите в конференц-зал номер семнадцать, у нас много работы.
Глава 12
Секретарша Дромайера сразу же пригласила Снейдера в кабинет босса.
– Он уже ждет вас.
Снейдер прижал руку к бедру, которое разболелось еще сильнее, и направился к двери.
– В каком он настроении?
– Вы действительно хотите знать? – спросила она.
Он покачал головой:
– Вообще-то нет – я просто пытался быть вежливым.
– Снейдер… – вздохнула она, – светские беседы не ваша сильная сторона.
Он открыл дверь и вошел в кабинет Дромайера. Неделю назад здесь еще сидел Дирк ван Нистельрой, но теперь это уже в прошлом. Будучи его заместителем, Фридрих Дромайер временно взял на себя обязанности президента БКА и фактически одержал победу над своим гораздо более популярным коллегой Ионом Эйсой, третьим президентом. Видимо, у него пока не было ни одной свободной минуты, чтобы переделать офис. Даже старые фотографии все еще висели на стене и болезненно напоминали Снейдеру о его бывшем начальнике и близком друге.
Дромайер стоял у окна, он только что закончил телефонный разговор и положил телефон в боковой карман своего серого костюма.
– Не думали, что я возьму это на себя, верно? Хотя бы временно? – Он все еще смотрел в окно.
– Я…
– Помолчите, Снейдер. Это был риторический вопрос.
Снейдер поджал губы.
– Я тоже не думал. – Дромайер обернулся. У него были тяжелые мешки под глазами и хриплый голос заядлого курильщика. – В чем-то мы похожи. Я всегда говорю то, что думаю, я сторонник жесткой линии и не иду на компромиссы.
«Верно», – подумал Снейдер. Дромайер был честным парнем, а не карьеристом, как Йон Эйса, молодой, лощеный, рок-звезда БКА, который с удовольствием ловил на себе взгляды коллег-женщин в коридоре.
Дромайеру никто не смотрел вслед. Скорее, многие даже отворачивались, увидев его. Он был высоким и для своих шестидесяти пяти лет находился в хорошей форме, но редкие седые волосы и уродливый глубокий шрам на голове от огнестрельного ранения придавали ему зловещий вид. Из-за своего непреклонного характера он получил прозвище Железный Кулак, что также было намеком на его протез кисти, – результат серьезного ДТП. Трамвай проехал на красный свет и врезался в его машину. За рулем была его жена, а сам он сидел на пассажирском сиденье. Все, кто знал Дромайера, протягивали ему левую руку и были готовы к тому, что его хватка будет крепкой, как у борца.
С таким физическим недостатком он вообще-то не мог стать даже вице-президентом, не говоря уже о временном президенте БКА, поскольку эта должность не только подразумевала множество представительских обязанностей, но и имела некоторое отношение к престижу. Даже если его замена каким-нибудь ловким политиканом была лишь вопросом времени, – Снейдер считал его назначение единственно правильным решением в хаосе, оставшемся после ван Нистельроя. Дромайер был выдающимся человеком, который все держал под контролем и мог укротить даже такого, как Йон Эйса.
– Я хотел бы… – начал Снейдер, но Дромайер прервал его решительным жестом.
– Снейдер, я узнал кое-что неприятное о вас от студентов академии.
Снейдер надул щеки.
– Боже мой, вы имеете в виду утечку данных обо мне из архива?
– Вы уже в курсе?
Снейдер холодно улыбнулся.
– Это я отправил письмо.
– Можете не утруждаться со своей гримасой, Снейдер! Выглядеть жутче меня у вас не получится. – Наконец Дромайер кивнул. – Я так и подумал, что это ваш очередной странный тест.
– Сколько студентов к вам пришло?
– Трое.
– Жаль, эти трое могли бы стать хорошими следователями. На самом деле я здесь, чтобы поговорить с вами о Сабине Немез.
Дромайер поднял руку в протестующем жесте, затем посмотрел на часы и нажал кнопку внутренней связи на своем телефоне.
– Он уже здесь?
– Да, мне его пригласить? – раздался голос его секретарши.
– Впустите его.
Они подождали несколько секунд, затем дверь открылась.
«Что за черт!»
В дверях стоял Марк Крюгер, специалист по информационным технологиям и прослушке из бывшей команды Снейдера.
– Я думал, ты в Мюнхене с сестрой Сабины и ее племянницами.
Марк посмотрел на него холодными, прищуренными глазами.
– Привет, Мартен.
– Сегодня утром я вызвал его на службу, – объяснил Дромайер.
– Я думал, Сабина мертва! – выпалил Марк. – А потом мимоходом узнаю, что вчера она тебе звонила. Вчера! Когда ты собирался мне об этом рассказать? На следующей неделе?
Снейдер заскрипел зубами.
– Пока что я вообще не планировал это делать.
– Дьявол! И почему?
– Именно по этой причине, – резко ответил Снейдер. – Посмотри, как ты взволнован. Тебе наверняка захотелось немедленно связаться с отцом и сестрой Сабины и сообщить ее трем надоедливым племянницам, что их тетя жива.
– Да, конечно! Я думаю, они имеют право…
– Ты уже это сделал?
– Нет, еще нет, но…
– И в настоящий момент нам не стоит этого делать! – Снейдер посмотрел на Дромайера, который до сих пор не вмешивался в их разговор. – Пока мы не знаем, с чем имеем дело и где находится Немез, лучше, чтобы ни пресса, ни ее семья, ни большинство наших коллег не знали, что она жива. Слухи и так уже распространяются со скоростью лесного пожара.
– Возможно, информация устарела, – заметил Дромайер с непроницаемым выражением лица. – Ее звонок был вчера вечером. С тех пор она выходила на связь?
Снейдер покачал головой.
– Насколько я понял, ее держат в плену, и ей каким-то образом удалось заполучить мобильный телефон. Сомневаюсь, что у нее получится сделать это во второй раз.
Дромайер кивнул.
– Значит, из зацепок у нас только один этот звонок. Насколько далеко вы продвинулись в своих расследованиях?
Снейдер сообщил Дромайеру и Марку имеющуюся на данный момент информацию и что он ожидает звонка от Крамера.
– Давайте сядем, – наконец сказал Дромайер, и они расположились за столом для посетителей. – Снейдер, если вы предложите мне конкретный план, я дам вам двадцать четыре часа, чтобы вы нашли первую конкретную зацепку по Сабине Немез, используя только ваши методы. Не беспокойтесь ни о каких постановлениях суда и действуйте по своему усмотрению, как будто у вас есть все полномочия. С последствиями ваших действий мы разберемся позже. Сейчас не время для всей этой бюрократической международной чепухи. – Он поднял руку. – Но мы говорим только о следующих двадцати четырех часах! Если за это время вы не добьетесь никаких результатов, другой отдел официально займется этим делом, и вы будете исключены из расследования, понятно?
Снейдер кивнул. Это превзошло его ожидания.
– Ладно, что вам необходимо? – Дромайер сразу перешел к делу.
– Поскольку моей старой команды больше нет, мне нужны новые люди.
Марк поднял руку.
– Я согласен.
Снейдер сделал недовольное лицо.
– Возможно, ты лучший хакер, которого я знаю, но в данном случае, – вздохнул он, – слишком эмоционально вовлечен и пристрастен, чтобы мыслить ясно.
– А ты нет? – возразил Марк.
– Я могу абстрагироваться.
– Да, я заметил, как хорошо ты можешь абстрагироваться! – прошипел Марк. – Я настаиваю на своем участии. – Затем он обратился к Дромайеру: – Вам лучше этого сейчас не слышать… – сказал он и, повернувшись к Снейдеру, понизил голос: – Ты же знаешь, что я могу добыть для тебя всю информацию и замести следы так, что почти никто не узнает. Кого ты собираешься взять в команду вместо меня? Какого-нибудь идиота из 1Т-отдела?
– Значит ли это, что кроме вас у нас в IT нет толковых специалистов? – недовольно спросил Дромайер.
Марк поморщился.
– Честно говоря… некоторым из них стоит серьезно задуматься о переподготовке. Может, на какие-то профессии, связанные с природой?
– Идиот! – обругал его Снейдер, хотя прекрасно понимал, что Марк прав.
Но прежде чем тот успел возразить, Дромайер снова предостерегающе поднял руку:
– Помолчите, Снейдер! Крюгер в команде, и точка! Именно такие люди вам сейчас нужны – по крайней мере, в течение следующих двадцати четырех часов. Кто еще?
– Мийю. – Снейдер глубоко вздохнул.
– Мийю Накахара? – Дромайер нахмурил густые брови. – Она еще студентка.
– И что?
– Насколько мне известно, она как-то связана с вашей тайской массажисткой, не так ли?
– Акико из Японии и занимается шиацу[3], – поправил Снейдер. – Мийю ее племянница, дочь сестры. Отец Мийю – немец, работает в уголовной полиции Берлина.
