Страница 21 из 27
– Нет. Дома… энергия хаоса плотнее. Следовательно, состояние усугубится. Но там я хотя бы не причиню никому вреда.
– Но, возможно, тогда не стоит уходить, если здесь тебе легче?
– Я ведь действительно могу кого-нибудь убить.
– Данилу?
Василий прислушался к себе. Нет.
– Нет… а тот человек, который тебе звонил?
– Это отец Марго, – Элеонора посмотрела на телефон. А вот руку не убрала. И наверное, надо отпустить. Нехорошо нарушать личные границы, не получив на то предварительного согласия. Но она ведь не пыталась освободиться. И можно ли это считать невербальным согласием на нарушение границ? – Я же говорила, что её будут искать. Похоже, ему всё-таки сообщили. Поэтому и позвонил. Вспомнил. Работу предложил… даже забавно.
– Что именно? Извини. У меня имеются определённые сложности с чувством юмора.
– Я трижды пыталась устроиться в его компанию. На разные должности. И почти все низовые. Но всякий раз – отказ. У меня не самая лучшая репутация.
– Почему?
– Сложно. Скорее всего, потому что сама сглупила. Когда я решила оставить Мелецкого, то подумала, что стоит воспользоваться его связями. Точнее связями его отца. В хорошую компанию, как бы это ни звучало, тяжело попасть вот так, совсем со стороны. Тем паче, если ты вчерашний выпускник без опыта работы и к тому же женщина. А вот он мог поспособствовать.
– Отказался? – лоб зудел слева, и Василий не удержался, осторожно поскрёб его.
– Нет. Данька… он бестолочь ещё та, но не злая. И не отказывает. Только просьбы надо излагать очень конкретно. Я же сказала, что мне нужна работа. Какое-нибудь хорошее место. Оказалось, у нас разные представления о хорошем. Мне предложили должность личного помощника. Я сперва решила, что это неплохо. Что вакансия поможет раскрыть мои таланты. И опыт опять же получить.
Пальцы дрогнули.
И желание убить кого-то вернулось.
– А на деле выяснилось, что от меня ждут помощи в весьма определённой сфере… и если поначалу всё сводилось к шуточкам, которые я игнорировала, то потом… однажды случилась неудобная ситуация. И мне пришлось защищать себя. У тебя опять глаза красные.
– Извини, – Василий закрыл их и снова сделал вдох, медленный и глубокий.
– Всё закончилось увольнением и скандалом. Или правильно сказать, скандалом и увольнением? И репутацию мне подпортили. В общем… с работой с тех пор не складывалось вот совсем. Даже тогда, когда находила, удерживалась недолго. Полгода максимум… потом… один раз попытались втянуть в финансовые махинации, верно, решив, что я тупа и не пойму, чем в перспективе обернётся моя подпись на некоторых документах. В другой, сначала всё шло и неплохо даже, а потом сменилось руководство. И у нового начальника оказалась очень ревнивая жена. Ей ещё донесли слухи про меня, после той истории и увольнения, что будто это я пыталась соблазнить шефа и… в общем, то одно, то другое. Но это уже не имеет значения.
– Почему?
– Потому что теперь я в городе не останусь. Марго поправится, и мы куда-нибудь уедем.
– Зачем?
– Затем, что это единственный выход, который я вижу. Увезти её и спрятаться. Исчезнуть просто-напросто.
– Ты боишься? – ярость не исчезла, но и не туманила разум. Напротив, мышление сделалось на удивление ясным.
– Да. Я ведь живой человек. И я понимаю, что то место, что его организовали не просто так и не ради Марго. Скорее она здесь, если не случайно, то лишь как удобный элемент и только. Но они не захотят терять это вот место и ресурсы, на него потраченные. Устранение Марго – оптимальный вариант. Или меня. И работу эту предлагают не просто так. Ехать не хочется…
– Тогда не надо.
– Надо. Они… если я не приеду, это будет почти признание. А если приеду, то, скорее всего, навесят жучков или чего-то вроде… хуже всего, если у них есть менталист. Или, не знаю, зелья там… я ведь могу и рассказать, что видела.
Она замолчала и, повернувшись к дороге, сказала:
– Кажется, сюда кто-то едет…
Василий присутствие посторонних давно ощутил, как и жар, исходящий от техники. Ведьмина тропа продолжала сопротивляться, и поэтому техника замедлилась, но всё-таки кто-то да прорвался.
Из клубов пыли, которые вдруг поднялись и повисли над дорогой этакими грозовыми облаками, вынырнул автомобиль. Подпрыгнув на дороге, он вдруг начал вилять, а потом и вовсе остановился.
– Что за… – дверь распахнулась и на дорогу вывалился мужчина в белой некогда рубашке. Теперь под рукавами её расплывались круги пота. Лысина сияла. И сам мужчина дышал сипло, тяжко, отфыркиваясь. – Что тут вообще… я буду жаловаться!
– Простите? – Элеонора нервно сжала ладонь.
– Здесь явно установлены запрещённые артефакты! – голос у него был трубным и громким. Это тоже мешало сохранению психологического равновесия.
И лоб зачесался сильнее.
– Беспредел! Я вызываю полицию… немедленно! И войска!
– И спасателей, – подсказала Элеонора.
А Василий подумал, что если оторвать голову сейчас, то свидетелей не будет. Почему-то он не сомневался, что Элеонора его не выдаст. Но смутился этих мыслей и потому вежливо спросил:
– А вы кто такой будете?
Почему-то прозвучало грубо.
Хотя, конечно, будь на месте Василия нормальный демон, вопрос он бы задавал, вежливо придерживая собеседника за горло. Отец говорил, что это очень способствует установлению близких и доверительных отношений.
Но горло конкретно этого субьекта было пухлым и потным. Поэтому хватать его не хотелось.
– Я – руководитель проекта! А ты кто?
– Василий, – сказал Василий, всерьёз задумавшись, нужно ли ещё что-то уточнять. Или имени достаточно.
– Василий… сейчас… – толстяк нырнул в машину и вынырнул с папкой, которой потряс. – Василиев тут нет! И вообще никого тут нет. По проекту.
– Мы есть, – Элеонора протянула руку. – Позволите?
– Обойдёшься! – человечек спешно убрал папку за спину. – И вообще… что тут происходит?! Почему тут до сих пор люди?!
– Знаете, – Элеонора на отказ не обиделась, но изобразила улыбку. – Нам самим хотелось бы понять, что тут происходит. Каким именно проектом вы руководите и как здесь оказались?
– Так… строительство начинать надо. Сроки. У нас вот… распоряжение, – толстяк отчего-то смутился. – Реконструкция… надо дома сносить и вообще… вот… там техника. Сейчас… подъедет…
И где-то там, на краю поселения, загрохотало.
А Василий ощутил, как падает заклятье, пропуская ту самую строительную технику.
Глава 13
В которой садовое товарищество готовится нанести ответный удар
В университете врачи изучали фармацветику, лечебное дело, химию и Анатолия.
Тайны одного университета.
Ульяна замерла с бубликом в одной руке и кружкой чая в другой. Чай был травяным, но безумно вкусным. Он пах липой, ромашкой и всамделишним летом, которое бывает только в детстве, и там же остаётся, потому что взрослое лето всегда отравлено заботами, проблемами и прочей ерундой.
– Уль?
Ощущение было странным. Словно там, вдалеке, надвигалась гроза.
Только не живая, рождённая небом и летней жарой. Нет. Эта гроза несла с собой разрушение и вонь железа.
– Что-то там… там что-то происходит, – Ульяна отложила бублик, подумав, что если она и дальше будет питаться чаем с бубликами, то очень скоро сама округлится.
И совсем не там, где стоило бы.
– Что-то… нехорошее.
А ещё она ощущала свою волшбу. Или колдовство? Как правильно? Главное, что этакую вот ниточку, что протянулась от неё, Ульяны, к границе посёлка.
И грозу на границе.
Она пока копошилась, пробираясь ближе и ближе.
– Надо идти, – она вскочила.
– А сатанисты? – робко поинтересовался Никита. – Будем спасать? Всё-таки наши козлы…
– Каждый сам отвечает за своего козла, – произнёс Данила презадумчиво. – Я позвоню. Может, у бати найдутся знакомые…
– В службе защиты животных? – уточнил Никита и, сев на зад, потянул носом. – Что-то там… воняет.
– Вы тут? – Игорёк появился на кухне. – Там нас по новостям показывают!
– Опять? – Никитка подпрыгнул. – Когда успели… мы ж, вроде, тихо вчера.
– Не вчера. Сегодня. Поселок сносить едут.
– Чего?! – Ульяна подскочила.
И Данила подскочил.
И со звоном разорвалась нить, а ощущение грозы, точнее угрозы, навалилось, парализуя.
– Говорят, что здесь самовольная застройка, что было вынесено судебное решение… постановление… короче, чего-то там где-то там вынесли и они типа едут исполнять. – Игорёк осмотрелся и принюхался. – А чем это так пахнет вкусно?
– Бубликами?
– Нет… такое вот… прям и не знаю, как сказать, – он крутанулся, прислушиваясь.
– Горька! – рявкнул Никита. – Ты там говорил…
– А, да… я поэтому и шёл. Нате, – Игорёк сунул Никите телефон, ткнув в экран. – Любуйтесь…
– …жители посёлка выразили протест, – кухню заполонил чей-то бодрый голос. – Несмотря на существующее предписание они всячески…
Ульяна отряхнулась.
Нет уж.
Она не позволит! Предписание там или ещё что, но она просто-напросто не позволит лишить её дома. Мама? Её шуточки? Или это просто получилось так? Совпало?
– …мы имеем дело с организованной группой, действия которой нарушают существующее законодательство. Более того, имеются сведения, что на территории посёлка действует преступная организация, изготавливающая…
– Ложь, – выдавила Ульяна. – Какая организация… тетка Марфа и… кто организация…
Она глянула на экран.
Это… дорога. Точно. Развилка. Какая-то техника. Ульяна узнала кран с привязанной к нему гирей или как она там называется. И вон ещё пару бульдозеров. Серьёзный господин в костюме вещал о том, какую страшную угрозу для местной экологии и цивилизованного мира представляет садовое товарищество и его жители. И пухлая репортёрша старательно кивала.
– …наша задача вернуть процесс в русло существующего законодательства, поскольку…
– Я отцу звоню, – Данила вытащил телефон. – У него есть связи. Должны быть хоть какие-то… это ни хрена не законно!
– Пи! – на стол быстро вскарабкалась мышь. – Пи-пи!
Ульяна моргнула.
– Нет. Пока ничего не надо предпринимать, – она заставила себя выдохнуть. И успокоиться. В конце концов, это действительно незаконно. Речь шла о продаже участков, но пока, насколько Ульяна знала, никто ничего не продавал. Значит, этот парад строительной техники – голая провокация.
– Передай Вильгельму, что необходимо…
– Перекопать дорогу, – Данила опустил трубку. – Не берет. Всегда вот так. Когда он нужен, то занят.
Это было сказано с обидой.
– Зачем дорогу?
– Чтобы техника не прошла. Уль, надо их задержать. Потому что в суде потом можно будет доказать, что они неправы, но дома это не вернёт. Они огорчатся, сделают вид, что понятия не имели, что вот у них другие постановления и действовали они исключительно в рамках правовых норм. А потому готовы и штрафы принять смиренно, и компенсацию выплатить. Но дома уже не будет. Так что пока главная задача – остановить технику. Передай Вилли, что нужно вырыть защитные полосы.
– Пи!
– Понимаю. Время понадобится, но… будет. Идём.
И Ульяну за руку взял.
