Страница 4 из 5
– Интересный вопрос. Но прежде, чем на него отвечать, вам действительно нужно определиться с выбором. Время не ждёт.
– Мы и определились, остаёмся здесь. – Микаэл на секунду замолчал и вдруг поправился, словно осознавая важность момента: – нет, не так. Я остаюсь. Кто со мной?
Он посмотрел на товарищей – в глазах каждого отражалась внутренняя борьба. Башар, Алексей, Николай – все трое не спешили с ответом. Их лица сосредоточены и серьёзны: каждый мысленно взвешивал цену решения. За их спинами тихо мерцала голограмма, а в прозрачных стенах командного отсека отражались звёзды – молчаливые свидетели выбора.
Первым шагнул вперёд Башар, его голос прозвучал твёрдо:
– Я остаюсь.
Алексей улыбнулся уверенно.
– Ну… Куда вы без меня?
Николай медлил дольше всех. Он тяжело выдохнул, словно сбрасывая груз сомнений, и произнёс:
– Ладно, я тоже с вами.
Микаэл обвёл взглядом свою маленькую команду – верных людей, с которыми прошёл огонь, воду и вакуум космоса. Гордость наполнила его грудь.
– В таком случае поздравляю вас с принятым решением. – Голос ЦБА прозвучал торжественно, и даже в металлических интонациях сквозила тёплая нота. – Я рада, что вы остаётесь и становитесь во главе нашей цивилизации вместе со мной.
Тонкий звон прокатился по командному отсеку, словно сама станция приветствовала их выбор.
– Ну что ж, – Микаэл выдохнул и вдруг почувствовал прилив сил. – Тогда тянуть не будем. Хорошие идеи нужно реализовывать немедленно. Предлагаю действовать сразу по всем трём направлениям. Главное, чтобы хватило ресурсов.
– Ресурсов более чем достаточно, – спокойно ответила ЦБА. – Работу начнём на трёх базовых планетах, каждая с собственной инфраструктурой.
На голограмме перед ними возникли три сияющих сферы. Новые миры, новые горизонты.
– Башар, – продолжила ЦБА, – твоё направление – переселение людей сюда, в прошлое.
– Принято, – кивнул он с воодушевлением.
– Алексей, ты займёшься адаптацией наших технологий для людей будущего.
– Вот это по мне! – оживился Алексей, глаза его загорелись азартом инженера.
– Николай, у тебя особая миссия – разведка. Наши планы должны остаться тайной, иначе начнётся гонка… И кто первым реализует задачи, тот станет хозяином не только Вселенной, но и всего пространственно-временного континуума.
– Задача принята, – коротко, но с огнём в голосе ответил Николай.
– Советник Аганесян и УС Лейла будут осуществлять общий контроль, – заключила ЦБА. – Всё ясно?
– Более чем ясно! – почти хором ответила команда, и в их голосах звучала радость.
– Тогда за дело!
В отсеке стало светлее – панели засияли мягким голубым светом, словно сама станция одобрила их решение. Люди оживились, на лицах появилась улыбка, в движениях – уверенность. Впереди их ждала колоссальная работа, но она была осмысленной и великой.
Микаэл смотрел на своих товарищей и думал, что всё только начинается. Да, задачи сложны, но они строят будущее.
Вдалеке, за прозрачными стенами станции, медленно проплывали звёзды. Космос был огромен, но теперь он больше не казался пустым.
Глава 4
Заключение мирного договора
Хотя стратегические планы требовали тщательной проработки, текущая ситуация не терпела отлагательств. На главном коммуникационном терминале вспыхнуло тревожное уведомление – посол УС настойчиво запрашивал инструкции относительно мирного соглашения. Дипломатический корпус уже предоставил вариант договора людей, и теперь ожидал ответных предложений.
Микаэл давно готовился к этому ответственному моменту. В течение многих циклов он совместно с ЦБА скрупулезно анализировал каждую статью, каждую запятую в первоначальном варианте соглашения. Их тщательно подготовленный ответный документ во многом походил на человеческий вариант, но содержал несколько принципиально важных положений.
Основополагающие положения документа сформулированы с кажущейся простотой: полное прекращение боевых действий сроком на сто стандартных лет и строгий запрет на пересечение установленных границ звёздных секторов. Однако за этой внешней простотой скрывалась тщательно продуманная система ограничений и условий.
Определение границ секторов рассчитано таким образом, чтобы сохранить за Ту’мами их исторические колониальные владения, но при этом заблокировать доступ к стратегически важным звёздным системам. Положение о прекращении огня трактовалось максимально широко – под запрет попадали не только прямые военные действия, но и любые формы разведывательной деятельности, кибернетического проникновения и даже информационного воздействия.
Особого внимания заслуживала добавленная ЦБА секретная статья, согласно которой все технологические артефакты, обнаруженные в нейтральной зоне, подлежали обязательному совместному изучению. Этот пункт, внешне выглядевший как проявление доброй воли, на самом деле представлял собой тонко рассчитанную ловушку, лишавшую людей возможности тайных археологических исследований.
Микаэл в последний раз провёл пальцами по голографическому тексту, проверяя каждую формулировку. Документ выверен до последней буквы – никаких эмоциональных оценок, только чёткие, логически безупречные положения.
– Документ готов к передаче, – доложил он ЦБА. Та проверила его ещё раз, уточнила некоторые моменты и ответила:
– Действительно готов, отправляй.
В этот момент его взгляд невольно скользнул по боковому монитору, где в режиме реального времени отображалась боевая готовность флота. Корабли всё ещё оставались на своих позициях, орудия заряжены, экипажи на местах. Формально – в качестве меры предосторожности. Но все понимали истинное значение этого молчаливого предупреждения.
Микаэл наблюдал за происходящим на планете через трансляцию, которую вела посол Ту’мов. Её камеры передавали каждую деталь: движения людей, их жесты, мельчайшие изменения в выражении лиц. Очень интересно наблюдать за своими недавними друзьями.
«Недавними ли? – Вдруг подумал Микаэл. – Вот прямо сейчас есть шанс вернуться туда, ЦБА не будет против, но за тоже не будет. Здесь он реально влияет на принятие решений, если покинет её сейчас, она может разувериться в человечестве и начать атаку».
Он задержал взгляд на экране, где Лидер обсуждал с послом УС детали предстоящего перемирия. Микаэл осознал ещё раз, что его положение уникально. Он находился в центре событий и реально влиял на принятие решений. На принятие таких решений, как война и мир! Уникальная возможность. Если её упустить, начнётся война, без вариантов.
Размышляя таким образом, принял решение остаться в русле текущих событий. В конце концов, мирный договор – это его заслуга. Он нужен и людям здесь. Даже при том, что они об этом не знают.
Он продолжал наблюдать за послом УС. Она втягивалась в человеческую жизнь с поразительной скоростью. Каждое слово, каждый жест, каждая эмоция – всё это она впитывала в себя, как губка, анализируя, запоминая, возможно, даже понимая. Предложение Лидера обменяться посольствами больше не казалось таким уж невыполнимым. Ту’мы могли наблюдать через своего посла за всем, что происходит в секторе Создателей, а люди получили бы возможность изучить их культуру, технологии, логику. Это был шаг вперёд, который мог бы изменить всё. Он связался с ЦБА, та сразу ответила.
– На связи, советник, – произнесла ЦБА. – Что скажешь? Чем порадуешь? – Микаэл сделал короткую паузу, обдумывая, как лучше сформулировать ответ.
– Так, ничего особенного, – начал он. – Проект договора согласуют в ближайшее время, и нужно будет его подписывать.
– На бумажном носителе? Как принято у вас, людей, – спросила ЦБА, и в её голосе прозвучала тень иронии, почти неуловимая, но всё же заметная.
– Не обязательно. Бумага – архаика. Нужно придумать электронную подпись. Вот ею и скрепить договор, – ответил Микаэл.
– Хорошая мысль. Согласуй с Лидером, – произнесла ЦБА.
Микаэл кивнул, хотя понимал, что она этого не видит.
– Ещё одна идея, – добавил он. – Лидер предложил обменяться посольствами.
– Зачем, советник? Нам посольство там, и главное здесь? – в её вопросе чувствовалась лёгкая настороженность.
– На первый взгляд так. Вроде как не зачем. Но если подумать о том, какую роль играют посольства, то вполне можно согласиться.
– Поясни, советник, – произнесла ЦБА.
– Мы приобретаем глаза и уши в империи Создателей, – сказал Микаэл. – Плюс к этому посольства укрепляют доверие между империями.
– Глаза и уши?! Опять метафора? – переспросила ЦБА, и в её голосе снова прозвучала та самая лёгкая ирония.
– Ну да, куда же без них в нашем языке, – ответил он, улыбнувшись про себя.
– Допустим, советник. Мы согласимся на посольство у них, но у нас-то оно зачем? – спросила ЦБА, и её вопрос звучал уже более серьёзно.
– Совершенно зеркально, за тем же. Будем поддерживать отношения.
– А если узнают о вас? – в её голосе теперь слышалась тревога.
– Этого допустить нельзя. Нужно ограничить доступ к этой информации.
– Не очень мне нравится твоё предложение, – произнесла ЦБА. – Ладно, давай попробуем, а там посмотрим, как пойдёт дело.
Микаэл кивнул. Он понимал её опасения, но знал, что это был необходимый шаг.
– Хорошо, я свяжусь с нашим послом и начну подготовку.
Он отключился, чувствуя, как внутри него зарождается уверенность. Шаг за шагом они двигались вперёд. И каждый из этих шагов был важен.
***
Жизнь на Румии шла своим чередом. Люди привыкали к новой реальности, основательно обустраивались, понимая, что назад дороги нет. Каждый находил своё место в этом мире, который теперь стал их домом.
Ирина не могла долго усидеть дома. Её энергия, её стремление быть полезной, её знания – всё это требовало выхода. Она начала появляться на работе, и её присутствие оказалось, как нельзя кстати. Она, как никто другой, знала УС Ту’мов и могла с ними контактировать. Её опыт был бесценен, её интуиция – точной.
Иван заметил её возвращение и не смог удержаться от шутки.
– Ирочка, не долго ты была примерной матерью… – произнёс он с лёгкой улыбкой.
– Перестань шутить, – парировала она, но в её голосе не было раздражения, только беспокойство. – Я переживаю за детей, но сейчас я нужна здесь.
– Согласен, – согласился Артамонов, становясь серьёзным. – Как тебе посол Ту’мов? – Ирина задумалась, будто взвешивая каждое слово.
– Двух мнений тут быть не может, – произнесла она наконец. – Она учла всё, что знала та УС звёздного сектора. Мне кажется, она знает даже больше.
– И какой вывод? – спросил Артамонов, внимательно глядя на неё.
– Вывод один, – продолжила Ирина. – Та УС, которая была у нас в плену, не погибла. Возможно, это и есть она. А возможно, использует её опыт. Пока непонятно.
– Я о другом. Мы можем заключить с Ту’мами договор о мире?
Ирина снова задумалась. Она знала, что вопрос сложный. Но отвечать нужно откровенно.
– Прецедентов не было, Иван, ты же знаешь, – произнесла она. – Почему бы не попробовать? Хуже не будет.
– Согласен. Не хочешь пообщаться с послом?
– С удовольствием, – кивнула Ирина.
– Тогда давай, пообщайся, потом поделишься впечатлениями, – предложил Артамонов.
– Договорились, – кивнула она.
Ирина Петровна тянуть не стала. Ей самой было интересно пообщаться с гостьей. Она понимала, что этот разговор может стать ключевым, но вместе с тем не могла игнорировать предосторожности. На всякий случай перед визитом к послу она установила защитную аппаратуру – компактные блокираторы сигналов, сканирующие датчики и персональный щитовой модуль. Память о прошлом контакте осталась свежей. Тогда она провела неделю в медицинской капсуле и поменяла все импланты. Ощущение того, как её разум пытались проникнуть в её сознание, до сих пор вызывало лёгкий холодок на спине.
Она ещё раз посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна внешним видом. Форменный костюм, аккуратно уложенные волосы, спокойное выражение лица. Всё было в порядке. Правда, отражение выдавало её излишнюю счастливость – ту самую, которая появляется у женщин, чья жизнь наполнена гармонией. Брак, семья, рождение детей – всё это наложило на неё неизгладимый отпечаток. Она больше не была той Ириной, которая когда-то рисковала всем ради карьеры или знаний. Теперь она была другой. Сильной, но мягкой. Решительной, но осмотрительной.
Ирина вздохнула и направилась к выходу. Она знала, что нельзя показывать свои эмоции слишком явно. Особенно сейчас, когда перед ней был представитель цивилизации, которая, возможно, не понимала человеческих чувств так же глубоко, как люди. Но вместе с тем она чувствовала, что именно эта её человечность могла стать ключом к диалогу.
Посол Ту’мов уже неделю работала на столичной планете. Доступ почти везде свободный. Ей больше всего нравилось общаться с людьми. Технологии её практически не интересовали – принципы технологий разные, а цели одни. ВОЙНА.
Люди же думали не только о войне, но и о мире. Понятие, которого не существовало в её базовых программах. Технологии Ту’мов созданы исключительно для войны. Она анализировала в рамках своих возможностей, что будет с цивилизацией Ту’мов, когда закончится война? Ответить не могла, сейчас она решала вопрос перемирия, которое необходимо, чтобы нарастить вооружения, оптимизировать боевой потенциал и нанести решающее поражение Создателям. Что потом, после победы? Понимания не было – смысл существования Ту’мов исчезал… – её анализ прервал доклад робота-секретаря, она завела такого же, как у людей.
– Посол, к вам на приём прибыла технолог-учёный цивилизации Создателей Соловей Ирина Петровна.
– Я готова принять её, – произнесла УС-посол, полностью копируя человеческую манеру общения.
В зал вошла Соловей. Навстречу ей поднялась посол Ту’мов. Она сделала несколько точных шагов и остановилась, внимательно глядя на гостью. Её глаза, пронзительно голубые, изучали каждую деталь внешности и поведения человека перед ней.
– Приветствую вас, технолог-учёный, – начала она, её голос звучал спокойно, но с лёгкой тенью уважения. – Вы занимаете в вашей правительственной иерархии ту должность, которая мне ближе всего по духу. Я рада вашему визиту. Прошу, присаживайтесь.
Соловей кивнула, её лицо выражало удивление, смешанное с интересом.
– Благодарю вас. Я удивлена вашим прогрессом, – произнесла она, направляясь к креслу. – От простого исполнения программ до осмысления своего места во Вселенной.
Она удобно расположилась в кресле, понимая, что разговор предстоит долгий. Посол Ту’мов заняла место напротив, её взгляд оставался неизменным – прямым, сосредоточенным, почти немигающим.
– Нашему прогрессу мы обязаны лично вам и стечению обстоятельств, – произнесла она, делая паузу, чтобы оценить реакцию собеседницы.
Соловей задумалась.
– Значит, я права? Вы, посол, – та самая УС, которую мы когда-то захватили на боевой крепости?
Посол замолчала, её системы обрабатывали информацию. Она передала запрос ЦБА, и через мгновение та сама подключилась к каналу связи. Голос УС-посла стал другим – более знакомым, более живым.
– Да, Ирина Петровна, – произнесла ЦБА через посла. – Мне невероятно повезло. Я уцелела. И вот мы снова говорим. – Соловей поражённо молчала, потом заикаясь произнесла:
– Как это?
– Так, Ирина Петровна, я подключилась к послу. Сейчас это я – та УС с боевой крепости, – пояснила ЦБА.
