Услышав звук открывающейся двери, я напряглась, готовясь к неизбежному.
Муж вошёл в квартиру, на удивление весёлый, но какой-то вялый.
В руках – букет пионов, видимо, в качестве извинения.
– Прости, вчера засиделись допоздна, перебрал малость, – он полез целоваться, но я брезгливо отстранилась, учуяв чужие духи.
– Лучше иди в душ, Рустам!
Муж поплёлся в ванную, на ходу стягивая рубашку. И тут я похолодела – у на его спине отчётливо виднелись свежие царапины от ногтей!
Схватив вазу со стола, я с размаху запустила её в Рустама.
Грохот, звон битого стекла. Он резко обернулся, мигом протрезвев.
– Какого чёрта, Нина?!
– Довольно! – закричала я, сотрясаясь от гнева и обиды. – Я всё знаю!
Рустам застыл, глядя на меня ледяным, отстранённым взглядом. Скрестил руки на обнажённой, мускулистой груди, опёрся плечом о дверной косяк. Такой дерзкий и самоуверенный… волосы немного влажные, растрёпанные.
– Ну и что же ты такого знаешь?
– Всё! И где ты был, и с кем развлекался! С этой шалавой, которой слал деньги за похабщину всякую!
Лицо Рустама потемнело. Желваки заходили на скулах, губы сжались в линию.
– О чём ты, Нин? Бред какой-то! – попытался отпереться он.
– Не смей мне врать! Я видела вашу грязную переписку, Рустам! Когда ты телефон забыл! Это же Виктория, да? Учительница Лили? Ты с ней эту ночь провёл?!
Рустам судорожно выдохнул и взъерошил волосы. Молчит, гад! Видно же, что правда глаза колет.
– Ну?! Отвечай! – не унималась я.
Муж шагнул ко мне, пытаясь обнять:
– Послушай, Нин! Это была ошибка, минутная слабость… Я просто увлёкся, с кем не бывает. Уже жалею, правда!
От его лживых оправданий ещё больнее стало.
– То есть ты признаёшь, что изменял? Врал, предавал? И продолжаешь юлить?! – взвилась я. – Всё, Рустам! Видеть тебя не хочу! Проваливай к своей подстилке!
Он вдруг с рыком впечатал меня в стену, до боли стиснув плечи:
– Успокойся! Дай сказать!
От Рустама разило вином и мерзкими духами. К горлу подкатила тошнота, я судорожно прошептала:
– Надеюсь, её с позором выгонят из гимназии…
Муж резко отшатнулся, сжимая мою руку до боли.
– Что?! Так это ты донесла на Вику, да?!
Его лицо искажала такая ярость, что я оцепенела. Показалось, ещё секунда, и он меня ударит.
Но вместо этого Рустам брезгливо отстранился и бросил, повернувшись ко мне спиной:
– Всё, Нина, я ухожу! Подам на развод и буду жить с Викой. Ты сама всё разрушила…
Глава 9
Я стояла, оглушенная несправедливыми обвинениями Рустама.
Он смеет утверждать, что я сама всё разрушила? Да как у него язык повернулся такое сказать?!
– Ах так, значит, по-твоему, я во всём виновата?! – закипела, сжимая кулаки. – А то, что ты мне изменял, спускал деньги семьи на грязные развлечения – это нормально? Сколько ты потратил на шлюх?! Полмиллиона, больше?! А как только я попыталась вмешаться и образумить тебя – сразу «ты всё испортила»?!
Внутри всё клокотало от праведного гнева. Да как он смеет обвинять меня в крахе нашего брака?
Рустам побагровел от ярости. Лицо исказила злобная гримаса, на шее вздулись вены.
Напряжение между с каждой минутой нарастало до критического уровня. Я боялась, что он сорвется, ещё сделает что-нибудь со мной…
Уже ничему не удивлюсь. Все эти годы в теле заботливого мужа скрывался монстр, который ждал подходящего момента, чтобы убить мою душу.
– Ты копалась в моём телефоне! – рявкнул он, сверкая глазами. – Рылась в личных вещах, совала нос куда не просят! Да как ты посмела?! Из-за тебя Вику опозорили, довели до слёз и сломали карьеру! Она мне вчера полночи в жилетку рыдала, совсем раздавленная! И что же ты там нарыла? Ссылку на её профиль директрисе отправила? Переписки, фото?! Ну ты и стерва подлая!
Договорить он не успел – моя ладонь со звоном впечаталась в его наглую рожу.
На скуле Рустама моментально вспыхнул алый отпечаток пощёчины. Я и сама опешила от своей несдержанности, но быстро взяла себя в руки.
– Да, представь себе, я всё знаю! И про переписки ваши блядские, и про фото-видео! Нечего такой потаскухе делать в престижной гимназии и чужих мужей совращать. Туда ей и дорога!
Рустам зарычал как дикий зверь. В два шага подлетел к шкафу, распахнул дверцы и начал остервенело запихивать одежду в сумки. Просто вышвыривал, не глядя, будто одержимый. Лицо перекошено от бешенства, желваки ходят ходуном.
– Хватит с меня! Разводимся к чертям собачьим! – цедил муж, методично опустошая полки. – За эти годы ты из озорной девчонки превратилась в унылую занудную ханжу. Пилишь с утра до ночи, к Кире придираешься, контролируешь каждый шаг. А уж копаться в моих вещах – это последняя капля! Нет больше к тебе доверия, ясно?
Я стояла ни жива ни мертва, до хруста стискивая пальцы. От обиды хотелось выть волком. Знаю ведь, нарочно проезжается по больным местам, пытается задеть и принизить. Но держать лицо и гнуть свою линию – Боже, как это непросто! Когда тебя втаптывают в грязь, растоптав святое…
– Ни стыда у тебя, ни совести! Думаешь, ты реально сдался этой девке? Как же! Она тобой попользуется и выбросит за ненадобностью. Ей твои деньги нужны, а не ты сам. Неужели не противно, что она торгует собой направо и налево? Тебя не смущает её виртуальный гарем из престарелых онанистов?
– Заткнись! Не твоего ума дело! – огрызнулся муж, застёгивая сумку. – Мы любим друг друга, у нас всё будет отлично! Она изменится ради меня, завяжет с Онли! Между нами такая химия, страсть, чувства на грани! С тобой я такого вулкана никогда не испытывал.
Рустам резко развернулся. Глаза его полыхали звериной яростью, желваки ходили ходуном. Кулаки сжаты так, что побелели костяшки. На лбу залегли грозные морщины, губы сошлись в тонкую линию. Казалось, муж едва сдерживается, чтобы не ударить меня. Ну давай, подонок, только тронь!
– Как только её увидел, сразу понял, это моё… Родство душ, единение сердец, инсайт ебучий! С тобой я такого в жизни не испытывал!
Рустам застегнул сумку и направился в ванную. Там загремели флаконы с шампунями, затрещала рвущаяся ткань полотенец. А я осталась стоять в гостиной, комкая подол домашнего платья.
Перед глазами всё плыло от подступающих слёз. Глотала их, кусала губы в кровь. Только не раскисать, ни в коем случае! Не доставлю ему такого удовольствия…
– Поживём вместе, а потом как бог даст – сделаю ей предложение! Может вообще в коем-то веке меня сыном осчастливят! Не то, что некоторые… – пробормотал тихо и добавил. – Вытащу девчонку из этого ада, чтобы не торговала телом. Ты, небось, думаешь она от сытой жизни в эту сферу пошла? Да у неё брат болеет, на лечение деньги нужны! Семья еле концы с концами сводит, жрать нечего! А ты, не разобравшись, взяла и сломала человеку жизнь!
Каждое слово, как нож по сердцу… Знаю ведь, что специально бьёт по больному, чтобы унизить. Но как же тяжко держать лицо!
Вчера – любящий муж, а сегодня – монстр бессердечный. Как же так? Я просто не верю в то, что сейчас происходит…
Я метнулась к сумке, открыла молнию и щедро плеснула на одежду Рустама отбеливатель и средство для унитаза. Пусть ходит вонючим, сволочь, а рубашки до дыр сгниют!
Когда он вышел, я уже стояла в дверях, скрестив руки на груди. Смотрела, как Рустам обувается, как закидывает сумку на плечо. Душа разрывалась от боли, но я не проронила ни слезинки.
Пусть катится! Посмотрим, надолго ли его хватит. Приползёт ещё на коленях молить о прощении, да будет поздно!
– Кто из нас на развод подаст, ты или я? Хотелось бы побыстрее с этим разделаться, – бросил Рустам, дёргая дверную ручку.
– Ты просто монстр, Рустам! Придёт время, и ты ответишь за свои мерзкие поступки. И вот тогда ты получишь такой удар, что вряд ли оправишься!
– Да-да, конечно, – отмахнулся неверный муж. – Бывай, Нина. Только попробуй перед дочками меня очернить, гнусностей наплести, пожалеешь…
– Катись уже быстрее к своей шмаре! Девочкам врать будешь сам, как от них к проститутке сбежал!
– Переживут! Я имею право на свой выбор! Это жизнь и так бывает. Повзрослеют – поймут. Да и девочкам не по три годика!
– Когда приползёшь прощение на коленях просить – я тебя даже на порог не пущу… Я не прощаю предательства!
– Ну-ну! Вика – женщина мечты, с ней я познал истинную страсть. А потом понял, что восемнадцать лет брака – была лишь унылая обязаловка.
Дверь с грохотом захлопнулась. Всё… Кажется, это действительно конец.
Осталось только дождаться дочерей и сообщить им ужасную новость.
* * *
Когда за Рустамом захлопнулась дверь, мой запал и ярость ослабли.
Ноги подкосились, я рухнула на пуфик в прихожей, спрятав лицо в ладонях.
Душу будто ножом полоснули – так больно, что вздохнуть нечем.
Ещё вчера мы были вместе, строили планы, мечтали о будущем.
А сегодня любимый муж собрал вещи и ушёл к шлюхе.
Теперь грядёт развод, деление имущества, споры об опеке… Кошмар!
Я сидела на одном месте, не шевелясь. Слёзы катились по щекам, капали на колени.
Руки дрожали, всё тело колотило как в лихорадке. Боль разрывала изнутри, комом застревала в груди.
Наш песик Тоша запрыгнул мне на колени и начал лизать солёные от слёз щёки.
Бедный, он тоже напуган – почуял неладное, наверное. Всегда был таким чутким…
Я машинально гладила его по мягкой рыжей шерстке, пытаясь успокоить. Никогда не думала, что Рустам способен на подлость. А он взял и предал в один миг, растоптал наши чувства!
Столько грязи вылил, столько обидных слов… будто я последняя сволочь, а не верная жена.
Да уж, не зря говорят – бойся своих желаний. Просила правды? Получай! Только как теперь с этим знанием жить?
Ну Рустам, ну подонок! Променял семью на прошмандовку, ещё и меня во всём обвиняет. Мол, сама виновата – стала скучной, придирчивой. А он, видите ли, настоящую любовь встретил!
Ага, конечно. Попользуется тобой твоя Вика, а потом – свободен «Голодный папочка», попомни моё слово…
Глава 10
Тошно. Мерзко. До одури противно. Как теперь дочкам в глаза смотреть? Что им сказать?
Папа вас любит, но будет жить с другой?
Ведь знал, на что шёл. Знал, как нас предаёт. Но всё равно выбрал её. За что, господи?!
Надо держаться. Подавать пример стойкости. Не позволю мерзавцу сломать меня!
Ничего. Прорвёмся. Ради себя, ради детей – справлюсь. Мы ещё посмотрим, кто в этой войне победит.
Рывком поднявшись, пошла в ванную. Плеснула в лицо холодной водой, смывая слёзы вперемешку с потёкшей тушью. Пока мокла под холодными струями, вспомнился день нашего с Рустамом знакомства.
Боже, как давно это было! Мне исполнилось восемнадцать, я училась на третьем курсе училища. Робкая, наивная провинциалочка с туго заплетёнными косичками и россыпью веснушек на носу.
И тут он. Рустам Довлатов. Первый красавец района.
Высокий, статный, с копной блестящих чёрных волос и бездонными как ночь глазами. Помню, мы с девчонками возвращались с занятий, щебетали о чём-то. А он подкатил на своей крутой тачке. «Бумер», ни дать ни взять! Не новый, конечно, но по тем временам верх понтов и престижа.
Притормозил возле нас, стал клеиться. Свистел, подмигивал, отвешивал комплименты. Прямо-таки кот, объевшийся сметаны!
Девчонки хихикали и строили глазки, а я стояла вся красная. Смущалась дико. Куда мне до такого ферзя?
Несколько месяцев Рустам за мной ухаживал и никак не думал остывать. Его решительности можно было только позавидовать.
Довлатов будто бы случайно оказывался там же, где и я. Караулил возле дома, провожал до училища. Присылал с курьером огромные букеты и коробки конфет. Осыпал комплиментами, сравнивал с луной и звёздами.
Голова шла кругом от его неистовых ухаживаний! Влюбилась, кажется, по уши… Но подпустить ближе боялась. Слишком уж взрослым и опытным казался Рустам. Из обеспеченной семьи, весь из себя крутой и дерзкий.
Но многое изменилось после одной вечеринки у подруги. Рустам тоже там оказался. Пригласил на медленный танец, прижал к себе крепко-крепко. Глядел в глаза так, что коленки подгибались. И тут моя решимость дрогнула… Мы впервые поцеловались. Долго и со страстью!
А потом он меня украл. В лучших традициях, как у них принято! Подкараулили у общежития с друзьями, схватили и в машину…
