Пробормотав на прощание «сантехника каждый может вызвать», я вышла из авто, сразу же сорвавшегося с места. Кстати, а на обратном пути он не так быстро ехал, даже обгонял по-человечески, с поворотниками. Может же, когда захочет!
Я зашла в квартиру, в которой не было никаких проблем с кранами – ко мне недавно семья в гости приезжала, проведать, как я живу. Папа с братьями все починили, все перегоревшие лампочки поменяли, трубы проверили. Мама первым делом проинспектировала холодильник – нормально ли доченька питается? Я невольно заулыбалась – все-таки замечательные они у меня! Так мне повезло, если подумать. Пусть мои биологические родители – сказочные существа со сверхспособностями, это не помешало им отказаться от ребенка. А люди, самые обычные, вырастили в любви и заботе.
И вдруг подумалось. Егор отца потерял в детстве, мама его десять лет назад уехала в другую страну, сколько тогда Кощееву было? Лет шестнадцать-семнадцать, получается. Так рано совсем один остался. В груди кольнуло не жалостью, но сочувствием. Еще и боятся его все.
А я не боюсь.
С этими мыслями я достала джинсы, кофту и кроссовки, в которых можно пойти гулять в лес, убрала их в пакет и поставила в коридоре, чтобы завтра не забыть.
Он вредный и наглый тип в короне, но я с удовольствием погуляю с ним хоть по лесу, хоть по полю. В голове нарисовалась картинка, как мы идем держась за руки, но я поспешно ее отогнала – это уже перебор.
И все-таки я с нетерпением ждала нашей встречи.
***
Егор посильнее вдавил газ, пользуясь тем, что водители чувствовали потенциальную угрозу и отруливали с его пути заранее. Он сегодня прогулял рабочий день, но ничуть не беспокоился на этот счет: ничего ему не сделают, побоятся связываться. Как и всегда. А на звание «работника года» он и сам не претендовал.
Зато интересно провел время с неучтенкой.
Милана.
Что-то в ней было такое, что зацепило сразу, с первого взгляда. Кощеев даже не удивился, что она видит его корону. Смелая, дерзкая, красивая, Милана сразу ему не то чтобы понравилась, скорее – не оставила равнодушным. И способности ее…
Егор вспомнил, как Милана ловила ветер на смотровой площадке, как вспыхнул в ее руках огонь, а ведь он всего лишь помог сконцентрировать силу в ладонях.
И как потрясающе она сама выглядела в те моменты. Не девушка – мечта!
Кстати, об этом…
У Кощеева действительно была мечта. Настоящая. За которую он бы отдал многое. Нет, не так. Он бы отдал все. Заплатил любую цену. И принял бы потом любое наказание. Только раньше эта мечта казалась недостижимой, а сейчас в его душе загорелась надежда, пока слабой искоркой, но готовой вспыхнуть, как та свеча в шаре.
Дома он быстро скинул обувь и прошел в комнату. На полке стояло фото. Сам Егор, двенадцатилетний пацан в теннисной форме с наградой в виде ракетки. И отец, уже очень слабый тогда, в инвалидном кресле. Он пообещал, что доживет до финала юниорского турнира, и дожил, увидел победу сына. А через сутки умер.
После этого Егор бросил спорт – все потеряло смысл.
Мать отдалилась, как-то не складывалось у них. С Кощеями всегда тяжело, а тут еще переходный возраст, кончина отца и, как следствие, прилив огромной силы. Егора понесло. И занесло в закрытую военную школу со строгой дисциплиной. Муромский, сразу взявший шефство над новым темным князем, как всех Кощеевых величали за глаза, постарался.
Дождавшись выпускного у сына, из страны уехала мать, хотя ее давно ничто не держало. Виделись они и без того раз в полгода. У Егора с Павловной отношения и то всегда были ближе: та не стесняясь прописывала ему леща, когда юный Кощей терял берега. С Ягой вообще не забалуешь. Муромский – главный исключительно на бумаге, а так все знали, что основные решения принимаются Ягой. И даже Егору – сильнейшему нелюдю – с ней пока не тягаться.
Если бы только был жив отец…
Эта мысль всегда всплывала в трудные минуты. И сейчас она тупой иглой засела в сердце. Почти как настоящая. Единственное, чем можно убить Кощея до того, как родится новый.
Она колола, жалила, подтачивала.
Если его догадка подтвердится, Егор изменит все. И будь что будет.
5. Не сказка
Утром я, как и всегда, спешно собиралась на работу, воюя с непослушной смоляной шевелюрой. Сколько раз думала подстричься покороче, но стоило собраться, как рука не поднималась: уже в парикмахерской я волевым решением оставляла длину, прося только подровнять кончики.
Словно длинные волосы были чем-то важным. Какой-то частью меня.
И в итоге каждое утро я пыталась уложить их красивыми локонами, или хоть какими-то локонами, чтобы выглядели прилично, а не торчали во все стороны, как у кикиморы.
Весь вчерашний день казался странным и нереальным сном. И вот я проснулась – и никакого тебе волшебства, нелюдей и прочих элементов сказки. Обычная жизнь и обычное утро. Ровно до того момента, пока не зазвонил телефон, определив абонента «Анастасия Павловна Ягая».
– Алё, – я поставила телефон на громкую связь, отложив фен и взявшись за тушь.
– Милашка, привет, это Анастасия Павловна, узнала?
Я по утрам всегда туго соображаю, поэтому не раздумывая ответила:
– Да, Баба Яга, я помню. Доброе утро!
– Какая я тебе «баба»»?! – совсем не добро рявкнула с той стороны трубки Яга, у меня аж в ушах зазвенело. – Меня даже внучки так не называют!
– Извините, Анастасия Павловна, забыла, – повинилась я, нанося экспресс-макияж.
– Хотела узнать, как вы там с Егоркой, не инициировались еще? – полюбопытствовала Ягая, сразу сменив гнев на милость.
– Пока нет.
– Как он себя вел? – продолжала допытываться Анастасия Павловна.
На секунду мне захотелось пожаловаться на грубость Кощея и вчерашнее купание в канале.
– Нормально, – ответила я, решив, что ничего страшного не произошло.
Из воды меня вытащил, одежду высушил, телефон реанимировал… А потом выгулял на смотровой площадке и накормил в ресторане, до дома подвез – и жаловаться-то особо не на что.
– Жаль-жаль, – удивила меня Ягая. – Я-то надеялась, что ты мне правду скажешь, чего этот негодник вчера натворил.
– Так правда! – уверила ее.
– Ну не переживай, – продолжила ведьма. – Я Егора сегодня уже отругала.
– За что? – удивилась я.
День только начался.
– За все хорошее! А было б за что, так я б словами не ограничилась, – заявила Яга. – И, судя по тому, что Егор не сильно возмущался, ругань была заслуженная. Только он мне ничего рассказывать не стал, так что я на тебя очень рассчитывала.
– Мне тоже рассказать нечего. Зря Егора ругали, – я тоже решила проявить упрямство.
– Спелись, значит? – довольно констатировала Ягая. – Ладно-ладно, эх, зато сразу видно, что ты не из ёжек. Да и не из русалок. И передай Егорке, что лихо, кикиморы, полуденницы и иже с ними тоже отметаются.
– А почему?
Я отложила помаду, заинтересовавшись. Все-таки речь пошла о том, кем я являюсь.
– Потому что нету в тебе зловредности! – с каким-то укором произнесла Яга. – Причем никакой: ни зла, ни вредности. Пусть лучше Егор Василис проверит, а то кикиморой тебя назвал! Да за одно это можно было отругать! Между прочим…
Ох, чувствую, ждет Кощеева еще одна взбучка. Яге, кажется, только повод дай.
– Ладно, Милашка, хорошего денька! – попрощалась Анастасия Павловна. – Если что нужно – звони, не стесняйся.
– И вам хорошего дня, – пожелала я, и собеседница отключилась.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
