О, боже мой! Я не ожидала такого вопроса. Неужели это было заметно? Я пыталась проглотить застрявший кусок, запивая его апельсиновым соком, а сама в это время прикидывала, что мне на это ответить.
– Почему ты спрашиваешь? – ответила я вопросом на вопрос.
Она внимательно за мной наблюдала.
– Вчера на дне рождения… Я не знаю… Мне показалось, что я кое-что заметила, – сказала она, пристально глядя на меня и внимательно наблюдая за моей реакцией. – Я никогда не видела Ника таким счастливым, а в тот момент, когда он увидел тебя, это было как озарение! Он выглядел совершенно другим человеком… Не знаю, может, это просто мое воображение, но, наблюдая за вами в игре в бутылочку, я видела, как вы оба отреагировали на слова Анны и на твой поцелуй с Сэмом.
Хм… Она была очень наблюдательной. В каком-то смысле мы позволили себе накануне вечером забыть о том, что вокруг нас были люди, которые могли легко заметить, что между нами происходит. Хотя, если быть до конца честными… А что между нами происходило?
– Дженна, он мой сводный брат, – ответила я, пытаясь уйти по касательной.
Она сразу же закатила глаза.
– Он тебе не брат и не родственник, так что не впаривай мне эту чепуху, – внезапно сказала она серьезно. – Я прекрасно знаю Ника и вижу, как он изменился… Я не знаю что, но что-то происходит. Может быть, вы и правда пытаетесь быть сейчас друзьями. Или у тебя действительно есть чувства к нему? – продолжала она, глядя на меня так, как будто пыталась просветить меня рентгеновскими лучами.
Были ли у меня чувства к Нику? Да, я что-то испытывала и должна была признать это, по крайней мере для себя самой, но что именно… Я понятия не имела, что это, но точно знала, что схожу с ума.
– Мы пытались быть друзьями из-за наших родителей, – сказала я, понимая, что это ложь. – Я не испытываю к нему неприязни, по крайней мере сейчас, когда узнаю его все больше и больше.
Дженна, казалось, взвесила мои слова, а потом кивнула, взяв снова соломинку в рот.
– Ладно, но только не говори мне, что не было бы круто, если бы вы, ребята, переспали? Это ведь не считается инцестом, правда? – в лоб сказала она мне с хитрой улыбкой.
Мне пришлось откашляться, чтобы не подавиться оставшимся кексом.
28. Ник
Отель Atlantis на Багамах заслуженно признан одним из лучших отелей в этой зоне. Я бывал в нем дважды, и это было великолепно. Часть гостиницы была сделана как большой аквариум, чтобы можно было видеть акул, диковинных рыб и морских обитателей разных видов, когда идешь по проходам к ресторану или казино. Ноа была потрясена, и мне было приятно осознавать, что я как-то к этому причастен. В отеле для нас были забронированы две комнаты. Одна для девочек, другая для нас.
Мы прибыли в отель днем, и девушки настояли на том, чтобы сразу пойти на пляж. Я умирал от желания увидеть Ноа в бикини, так что через полчаса мы уже вышли на теплое послеобеденное солнце. Для меня поход на пляж всегда ассоциировался с серфингом, так как мне совсем не нравилось валяться на полотенце и жариться на солнце, но в тот день мне было все равно. Я знал, что смогу насладиться прекрасными видами отнюдь не пейзажей.
Но я был разочарован. На пляже Ноа сняла платье. В отличие от Дженны, которая надела очень провокационное белое бикини, на ней был черный закрытый купальник. Ей очень шло, но мне хотелось увидеть немного больше ее кожи, ее мягкий, плоский живот, изгиб талии…
Дженна с Лионом сразу же пошли купаться. Она залезла ему на плечи, а он дурачился, пытаясь сбросить ее головой в воду. Я повернулся к Ноа, которая намазывалась солнцезащитным кремом.
– Мы вернулись в прошлый век, или ты забыла бикини дома? – спросил я ее, смеясь.
Она сразу напряглась и просверлила меня своими прекрасными глазами.
– Если тебе не нравится, не смотри на меня, – сказала она, отвернувшись, и продолжила свое занятие.
Я нахмурился – вечно попадал с ней впросак.
Она легла и достала из сумки книгу. Я посмотрел с любопытством. Всякий раз, когда мы были дома, она читала. Интересно, что ей может нравиться в Томасе Харди, но оставил эти размышления: у нас были разные литературные вкусы. Я внимательно разглядывал ее, гадая, что в ней такого, что заставляет меня вести себя с ней совершенно не так, как с другими девушками. Были ли это ее глаза медового цвета, такие прекрасные и в то же время отражавшие ее неукротимый характер, способный вывести из себя любого? Были ли это ее веснушки, придававшие ей детскости и сексуальности одновременно? Я не мог понять, что именно так влияло на меня, но как только она оторвала глаза от чтения и взглянула на меня, легкий озноб пробежал по всему моему телу. И я понял, что если не буду осторожен, то превращусь в такого же влюбленного идиота, как Лион.
– Пошли со мной купаться, – я протянул руку, вынимая книгу у нее из рук.
Она недовольно посмотрела на меня:
– Зачем?
Я улыбнулся.
– У меня есть пара идей…
Услышав это, она покраснела.
– Поплаваем, поищем ракушки. А ты думала, что я имел в виду, Веснушка? – сказал я, подтрунивая над ней.
Цвет ее лица превратился из прекрасного розового в глубокий красный.
– Ты идиот, и я не пойду с тобой в воду, отдай мне мою книгу, – приказала она, протянув руку.
Я схватил ее и крепко потянул на себя:
– Ты будешь читать, когда состаришься.
Сначала она сопротивлялась, но я взял ее на руки и понес на берег.
– Отпусти меня! – визжала она, выкручиваясь из моих рук, как змея.
Я бросил ее в воду и расхохотался, увидев, как она всплыла, задыхаясь, как маленькая рыбка. Она бросилась на меня, и следующие десять минут я окунал ее с головой в воду и хохотал над ней.
Вечер прошел без инцидентов. Я обнаружил, что если держать руки подальше от Ноа, то она расслабляется и может веселиться и со мной, и с остальными. Мы хорошо провели время на пляже, пили «Маргариту» и восхищались кристально чистой водой. Я заснул в шезлонге, Дженна и Лион исчезли, и когда я через час открыл глаза и повернулся к Ноа, то увидел, что ее не было. Я пошел по берегу искать ее, но ни на берегу, ни в море ее не было. Вдруг я услышал ее смех. Повернувшись, я увидел группу университетских ребят, которые играли в пляжный волейбол. Там была и Ноа в черном купальнике и крошечных шортах. Она играла с ними, и большинство из них поедали ее глазами, когда она подпрыгивала и мастерски ударяла по мячу. Почти все они были намного выше ее, как минимум на голову, и все были в отличной форме. Я почувствовал злость, когда один из них обнял ее, а потом подхватил за талию и подбросил штопором после того, как она забила очко.
Черт возьми! Я направился к ним решительной походкой. Я не знал, что я собирался сделать в следующую минуту, я был ослеплен яростью. В этот момент она увидела меня и улыбнулась мне такой лучезарной улыбкой, что мои мысли и тело были парализованы. Она была счастлива.
Очень счастлива.
– Ник, иди играть! – крикнула она, бросая мяч одному из своих новых приятелей и побежав мне навстречу.
Ее щеки раскраснелись от солнца и физического напряжения, а глаза светились.
– Ты видел, какой розыгрыш я провела? – с гордостью спросила она.
Я кивнул, не совсем понимая, что делать со злостью, которая сжирала меня изнутри.
– Я не знал, что ты играешь в волейбол, – сказал я и сам почувствовал, как прерывисто прозвучал мой голос.
Похоже, она этого не заметила.
– Я играю с десяти лет, я же говорила тебе, что была капитаном команды в Торонто, – напомнила она мне.
Постепенно я взял себя в руки и улыбнулся ей в ответ.
– Это здорово. Я не знал, что ты настолько хорошо играешь, но нам пора идти, – сказал я в основном потому, что мне не нравилось, как все эти парни смотрели в нашу сторону, очевидно, уже потеряв голову от нее.
– Давай, Ноа, – позвал ее один из них, а именно тот, который обнимал ее меньше минуты назад. Я обдал его таким ледяным взглядом, что увидел, как он стушевался.
– Извини, я и не заметила, что уже так поздно, я сейчас попрощаюсь с ними, – сказала она, развернувшись. Я занервничал, когда все стали с ней разговаривать, а один даже освистал ее за то, что она вынуждена была уходить. Я бы впечатал его физиономию в песок, если бы не был уверен, что из-за этого у меня будут проблемы с Ноа. Через несколько минут она вернулась ко мне.
– Это было здорово! Я не играла, по крайней мере, месяца три. Это было похоже на возвращение домой, правда, – начала она рассказывать мне взволнованно. Тогда я понял, как тяжело, наверное, было ей оставить абсолютно все, чтобы переехать: друзей, школу, своего парня… – Ребята приглашают нас сегодня на дискотеку в гостинице. Они сказали, что там классно и что мы должны прийти, – сказала она радостно.
Я хотел было отказать ей, но видя искреннее счастье в ее глазах, согласился.
– Ладно, но сначала мы должны принять душ и поужинать, – сказал я ей. – Дженна и Лион уже в отеле.
– Очень хорошо, – согласилась она с улыбкой.
Это было что угодно, только не хорошо.
Когда мы встретились с нашими девушками у лифтов, мне пришлось совладать с собой, чтобы не отправить Ноа переодеться. На ней было белое обтягивающее платье на тонких бретельках, которые перекрещивались на спине. Обозревать всю эту обнаженную красоту не могло быть полезным для моего здоровья. Мне пришлось проглотить слюну и сдержать желание затащить ее в комнату, чтобы любоваться ею весь вечер. Ее ноги, и так длинные и стройные, казались еще длиннее в босоножках на высоких каблуках цвета морской воды.
Кто убедил ее снять кеды и джинсы? Тот, кто стоял рядом с ней, – чертова Дженна.
29. Ноа
Зачем я позволила уговорить себя надеть это платье? У меня была полностью оголена спина. Мне пришлось надеть специальный лифчик, и все же я чувствовала себя совершенно обнаженной. Но Дженна была невыносимой, когда ей что-то втемяшивалось в голову, да и я где-то глубоко в душе хотела увидеть реакцию Ника на это платье. Весь день он вел себя так, как будто он действительно просто мой друг, не распускал руки, и, каким бы странным и противоречивым это ни казалось, мне это не нравилось.
Вот почему я не совсем поняла его недовольство, когда мы встретились у лифтов. Он осмотрел меня с хмурым видом с ног до головы, и на мгновение мне показалось, что ему не нравится, как я выгляжу.
– Что-то не так? – спросила я, разочарованная его взглядом.
Это была совсем не та реакция, которую я ожидала.
– Ты не замерзнешь? – спросил он.
– Все в порядке, – сказала я и вошла в лифт. Вместе со мной вошла Дженна, которая была одета в черные мини-шорты и провокационный розовый топ. Ее наряд был гораздо смелее моего, но Лион не смотрел на нее хмуро.
Ребята вошли за нами. Мы спустились в ресторан. Я вновь была поражена декором и огромными пространствами.
Ник привел нас в ресторан у бассейна. Это было очень элегантное место, поэтому мы все были подобающе одеты.
Мы расположились за очень уютным столиком рядом с небольшой дорожкой, ведущей к садам и бассейну. Перед нами открывался потрясающий вид. Мы наслаждались изысканной едой и приятной беседой.
Неожиданно, прерывая наш разговор, зазвонил мой мобильный телефон. В последнее время мне не прекращали названивать со скрытого номера.
– Я слушаю.
Это был один из парней, с которыми я играла в волейбол на пляже. Кажется, его звали Джесс. Он назвал клуб и попросил меня прийти туда, когда закончится ужин.
Как только я сказала ребятам об этом, Ник снова странно на меня посмотрел. Да что, черт возьми, с ним происходит?
Я взяла телефон и написала ему сообщение. Я боялась, что этот прекрасный вечер будет испорчен.
Что, черт возьми, с тобой происходит? Ты так странно смотришь на меня с тех пор, как мы встретились у лифта.
Было забавно, как удивленно распахнулись его глаза, когда он прочитал сообщение. Вскоре мобильник завибрировал у меня в руке:
Мне больше нравится, когда ты сама выбираешь себе одежду. Тебе не нужно было надевать то, в чем ты не чувствуешь себя комфортно.
Как он догадался, что это Дженна меня нарядила? Неужели было так заметно, что я чувствовала себя неловко? Дженна выглядела потрясающе. Наверное, рядом с ней я была похожа на гротескную маленькую куклу.
Меня задевало, что я, возможно, выгляжу смешно. Мне хотелось, чтобы Ник разинул рот, а добилась я обратного эффекта.
Я положила свой телефон на стол, ничего не собираясь писать в ответ. Я никогда не была девушкой, которая слишком много внимания уделяет своей одежде, и мне было все равно, что люди, особенно парни, думают обо мне. Нарядившись для Ника, я почувствовала себя идиоткой.
Телефон снова зазвонил. Я посмотрела на сообщение и почувствовала приятное покалывание.
Ты выглядишь потрясающе, Ноа.
Наши глаза встретились, и мне стало жарко.
Я была расстроена тем, что три этих слова так повлияли на меня.
– Мы должны идти, я встречаюсь с Джессом через пятнадцать минут, и я не хочу заставлять его ждать, – сказала я, желая, чтобы все, наконец, встали из-за стола. Если Ник ожидал от меня благодарности за его последнее сообщение, то он очень ошибался.
Мы вышли из ресторана и пошли в клуб. Увидев нас еще издали, к нам направился голубоглазый блондин. Это был Джесс.
– Ух ты… Ноа! Ты выглядишь сногсшибательно! – воскликнул он, заставив меня улыбнуться.
Именно такой реакции я ожидала.
Я познакомила его со всеми и невольно задержала дыхание, пока Ник немного дольше необходимого пожимал ему руку.
– Клуб вон там, там отличная атмосфера, – сказал нам мой новый приятель, пока мы проходили через вход с двумя телохранителями у двери и множеством людей, ожидающих своей очереди, чтобы войти.
– Они со мной, – сказала Джесс охраннику, и тот, осмотрев нас снизу доверху, кивнул и впустил внутрь. Внутри было много народу. Танцпол кишел танцующими. Свет был довольно напрягающим, но в целом это было идеальное место, чтобы хорошо провести ночь.
