Я передал ему выручку за последнюю неделю. На пятнадцать тысяч наставник уставился, будто перед ним я выложил гору золота. Хотя по сравнению с тем, сколько лавка приносила ещё месяц тому назад, наверное, так всё и было.
А когда я продал два уникальных зелья Итора за восемь тысяч рублей и половину передал наставнику, он нервно хихикнул, затем громко рассмеялся.
– И это ещё не всё. В общем, я арендовал большое здание, недалеко от лавки, – признался я. – Хотел сделать вам сюрприз.
– Это же просто шедеврально! Теперь мы можем нанять людей! – воскликнул Митрофан Игнатьевич. – Там поставим лабораторию! Ты ведь говорил, что заказал оборудование.
– Да, оно должно приехать, – я взглянул на часы, – через два часа, из Усть-обнинска.
– Сколько я должен? – наставник сразу же приготовился отсчитывать купюры.
– Нисколько, Митрофан Игнатьич, – успокоил я его. – Я ведь купил это за деньги, вырученные с торговли в вашей лавке.
– Нет уж, Ярослав, – нахмурился наставник. – С этих пор это наша лавка. Мы с тобой партнёры.
Мы пожали друг другу руки, и, разумеется, я понимал, что произошло. С этих пор начался новый этап моего развития. Теперь это наш общий бизнес. И я уже не помощник, а полноценный партнёр.
– И ещё, Ярослав, давай договоримся сразу, – заблестел взглядом Митрофан Игнатьевич. – Доход со всех именных лекарств, которые ты продаёшь в лавке, забираешь себе. А там уже распоряжайся на своё усмотрение. Можешь вкладывать в наш бизнес, либо трать на свои нужды. Это уже по твоему желанию.
– Благодарю, Митрофан Игнатьевич, – кивнул я, заметив, что это вполне справедливое и мудрое решение.
Брон вновь закряхтел, затем чихнул, и Митрофан Игнатьевич напрягся.
– Ты слышал это? В раздевалке, – пробормотал он.
– Я вам не рассказал ещё кое-что, – признался я. – Только воспримите это спокойно. И больше никто об этом не должен знать, кроме нас с вами.
– Ты о чём, Ярослав? Ты кого-то скрываешь в нашей лавке? – напрягся старик.
– Пойдёмте, я всё покажу, – предложил я.
К слову, хозяин лавки воспринял новость об энте довольно спокойно. Хотя поначалу воскликнул и отшатнулся, когда Брон недовольно заворчал на него.
– Так, мне надо присесть, – охнул старик и опустился на скамью, рядом с сидевшим на ней энтом. Тот болтал ногами, затем чихал, сбрасывая тем самым с себя кусочки потемневшей коры. А Митрофан Игнатьевич аккуратно косился в его сторону.
– Это нужно понять… и принять… так, – пробормотал старичок. – В нашей лавке живой энт.
– Уж точно не мёртвый, – проворчал Брон. – Не дождётесь.
– Да я не в том смысле, – нервно хохотнул Митрофан Игнатьевич. – Я просто очень удивлён. Ты как сюда попал.
– Брон не очень хорошо себя чувствует, поэтому промолчит, – вновь проворчал энт и залез в мою сумку. – Брон хочет домой.
– Сейчас я отнесу тебя, дружок, – успокоил я его.
В общем я рассказал всю историю Брона Митрофану Игнатьевичу. Как он появился, что с ним случилось, и то, как мы пытаемся найти следы браконьеров, блуждая по лесу.
– Да-да, эти демоны в облике человеков хорошо заметают следы, – высунулся из моей сумки энт, вклиниваясь в наш разговор.
– Да, удивительная история, – выдохнул старик. – Я узнаю у двух егерей, они дежурят в окрестностях Родниково.
– Мы там уже были, но следы путаются, а потом обрываются, – объяснил я ему.
– Всё равно спрошу, может видели их… или что-нибудь странное, – продолжил старик. – У реликвии должен быть очень сильный фон, а у егерей есть приборы, замеряющие его. Так что могут что и рассказать интересное.
– Ну хорошо, – согласился я. – Если что-то узнаете – сообщите.
– Сразу же сообщу, конечно, – пообещал Митрофан Игнатьевич.
Сразу после этого я отнёс Брона домой. Посадил его на подоконник, и услышал в ответ тяжёлый вздох.
– Что случилось? – спросил я.
– Брону становится хуже, – признался энт. – Сердцевину будто подожгли, и ещё её начинает выкручивать.
– Тем более, хорошо, что ты останешься дома, – кивнул я. – Игнат присмотрит за тобой.
– Брон сам за собой присмотрит, – пробурчал энт, а потом замер и вновь перешёл в состояние, похожее на медитацию.
Я вернулся в лавку, раздумывая по пути, что же всё-таки произошло с питомцем. Может он настолько связан с сердцем леса, что так чувствует его гибель? Или он действительно приболел? Но чем болеют энты? Никто этого не знает, даже сам Брон. Ведь его это состояние застало врасплох. Он потерян и это очень хорошо видно. А возможно так на него повлияли и пары, которые он вдыхал в лаборатории, наблюдая за производством моих зелий. Вариантов – море.
Я решил отпустить эти тревожные мысли и вернуться к работе.
В кратчайший срок, в течение часа мы осмотрели новое здание, которое оказалось очень просторным. Я выбрал в качестве лаборатории самое большое помещение.
А Митрофан Игнатьевич уже пригласил помощников. Толковых выпускников Академии, которые всё это время прозябали в глубинке, никому ненужные, забытые. Они торговали на рынке неподалёку. Старик их собрал очень оперативно и подписал договора об устройстве в качестве ассистентов.
Судя по их загоревшимся глазам, они обрадовались такой возможности поработать по своей специальности. И, когда привезли оборудование, колбы, штативы и много стандартных ингредиентов, которые я заказал вместе со всем остальным, три парня и две девушки приступили к приведению в порядок новой лаборатории.
Я ещё раз обошёл с Митрофаном Игнатьевичем здание, сообщая, что планируется массовое производство лекарств, причём по новой технологии.
Затем остановился на своём рабочем месте. Достаточно просторный кабинет, где скоро будет массовый приём пациентов, в основном, разумеется, с жалобами на сердце.
В общем, будет своего рода приёмная палата.
– То есть по сути, ты станешь клиническим фармакологом, – сделал вывод Митрофан Игнатьевич.
– Именно так, – подтвердил я. – К чему я и стремился. Здесь будут не только проводиться осмотры. Прямо на месте я буду выдавать нужные препараты. От давления, от болей в сердце, кроверазжижающие, от аритмии. Так что, Митрофан Игнатьич, кардиологию мы возьмём в свои руки.
К тому же я уже прикинул стоимость ремонта и отправил одного из ассистентов сделать заказ в строительной фирме «Ремонт под ключ». Егор Петрович Долгов обрадуется крупному заказу. Тем более меня он уже прекрасно знает. Как-никак, постоянный клиент.
Чуть позже помощники разгрузили приехавший на грузовой машине перегонный куб, механический измельчитель и выпариватель. Всё работает на кристаллических аккумуляторах. И всё доставлено в идеальном состоянии и в магической защитной оболочке, похожей на пузырчатую плёнку.
***
У Южных болот, безымянный дом, в это же время
Они ещё раз обсудили план, и Юрия он устраивал по всем статьям. Главное, что Кривоус обещал, что накроет поместье Нестерова магией. Тот не сможет ничего предпринять. Вот это его точно обрадовало. А когда основное дело будет завершено, и управляющая верхушка будет сметена, начнётся мародёрство.
Каждый аристократ, который находится в Янтарном ключе или десяти прилегающих к этому городку деревень, будет обязательно разграблен и растоптан, как жирный таракан.
– Да-да, Юра, пощады не будет никому. Вот они у нас где будут, – показал кулак Кривоус.
– Насчёт власти… – напомнил ему Юрий. – Ты собираешься идти на Усть-обнинск, но здесь кто-то должен оставаться.
– Так ты и останешься, и ещё несколько твоих верных соратников, – оскалился Кривоус, нервно дёрнув усом. – Я не люблю сидеть на месте. Хватит уже торчать здесь. Мы, как я уже говорил, будем собирать подкрепление. Знаешь, сколько в лесах Сибири беглых преступников? Вот… А я уж знаю. Скоро я стану раз в десять сильнее. Мне этот Янтарный Ключ нахрен не упёрся. Слишком мелкая добыча.
Юрия такой расклад вполне устраивал.
– Нестеров, кстати… – начал он.
– Да что ты заладил со своим Нестеровым? – зарычал Кривоус.
– Не смей перебивать меня, – процедил Юрий. – Я не договорил.
– Ох-хо-хо, какие мы нервные, – откинулся на спинку стула Кривоус и махнул рукой. – Ну давай, что там с твои Нестеровым?
– Мы уже определили источник. Это природная магия, исходящая из его пня. Он его носит с собой, – повторил в который раз Юрий. – Но почему ты уверен, что мы его заблокируем так просто?
–– Потому что вот, Юра, смотри, – Кривоус закряхтел, затем поднял что-то с пола и положил на стол.
Юрий аж охнул, не поверив своим глазам.
– Это что, тот самый? Блокиратор? – он принялся рассматривать артефакт.
Ну точно он. Вот и несколько кнопок, и экран и тумблер, запускающий усиленный режим, раструбы. И ещё несколько кнопок, назначение которых ему неизвестно.
– Да, именно так, Юра, – хохотнул Кривоус. – Блокиратор. Причём последней модели. Он эту магию природы знаешь на каком месте вертел? Так что расслабься. Этот пацан будет связан по рукам и ногам. Даже шагу из поместья не сможет сделать. Силовое поле его будет отталкивать.
– Просто замечательно, Кривоус, – признался Юрий. – Я под впечатлением.
– Успокоился со своим Нестеровым? – вальяжно развалился Кривоус на стуле. – А теперь смотри сюда, на карту. Запоминаем движение своих бойцов, чтобы не было суматохи и случайных жертв.
Затем Юрий и ещё несколько подошедших командиров склонились над картой, и все слушали речь Кривоуса. Он подробно, пошагово рассказывал о том, как они будут свергать административную власть. Но это лишь крохотная часть задуманного, масштабного наступления.
Грядёт буря, как сказал Кривоус. И Юрий в этом ни капли не сомневался.
***
Пока мы обосновывались в новом здании, ко мне подбежал Коля, один из помощников.
– Там какая-то очень красивая сударыня в лавке, – сообщил он. – Говорит, что ей нужен Ярослав Нестеров.
– Прям очень красивая? – улыбнулся я в ответ.
– Да, и она очень вас ждёт, – кивнул помощник.
– Ну раз красивая, тем более очень, грех не откликнуться, – улыбнулся я и махнул старичку: – Митрофан Игнатьевич, я скоро! Там ко мне пришла безумно красивая сударыня!
– После такой характеристики я просто не имею права тебя задерживать, – засмеялся Митрофан Игнатьевич.
Я вернулся к лавке и заметил возле неё Елену Засольцеву. Она была в очень элегантном светлом платье, в руках держала зонтик от солнца и о чём-то переговаривалась с хихикающей служанкой.
– Добрый день, – поздоровался я с ними, и Елена вздрогнула.
– Ой, я отойду в сувенирный ряд, – суетливо пробормотала пухлощёкая служанка и юркнула в закуток между магазинчиков.
– Ярослав, как торговля? – заблестела она глазками. – Я слышала, что вы развиваетесь. Аж целый дом взяли в аренду. Точно не просто так.
– Разумеется, людей, которым помогают наши лекарства, становится всё больше. И лаборатория нужна помасштабней, – улыбнулся я ей. – Кстати, прелестно выглядишь.
– Из твоих уст мне это очень приятно слышать, – зарделась румянцем Елена, спрятав на секунду взгляд. – Кстати… Я хотела бы пригласить тебя на светский вечер. По случаю дня рождения.
– И когда он будет? – поинтересовался я.
– Через неделю, в семь вечера, – улыбнулась Елена. – Придёшь?
– С удовольствием, – согласился я.
– О, я очень рада, что ты согласился, – очаровательно улыбнулась Елена, затем задумалась. – Меня же папенька послал вот ещё за чем. Нужно средство от головной боли.
– У твоего отца сильно болит голова? – поинтересовался я.
– Да не у отца, а у крёстной, – хихикнула Елена. – Она приехала погостить и… в общем не знает меры в игристом вине.
Всё понятно, значит от обезвоживания и укрепления организма.
– У меня такого нет, но я могу сделать, – предложил я.
– Ух ты, это ещё лучше, – захлопала в ладоши Елена. – А я могу посмотреть?
– Обычно я говорю – нет, – ухмыльнулся я. – Но для столь прекрасной дамы я могу сделать исключение.
Мы прошли в лабораторию, я предупредил Елену, чтобы ни до чего не притрагивалась, а уж тем более не принюхивалась. Выдал ей дыхательную маску, и сам надел.
Закинул в смешивающую колбу семена Сейшеллы папоротниковой, листья лимонника и часть соцветия сердца бури. Добавил катализатор, затем пару искр своей маны. Когда из колбы выбилось белое облачко, на глазах окрашивающееся в красный цвет, переходящий в фиолетовый, Елена восторженно закричала.
– Это просто восхитительно! – подправила она свой восторг словами. – Ты просто волшебник!
Она поцеловала меня. Но хотела в щёку, но я в этот момент повернулся и получилось в губы.
– Ой, ой-ё-ёй, прости, что-то я отвлеклась, – растерянно пробормотала Елена. – Лекарство готово?
