– Так, погодите, дайте вспомнить. – Он обхватил себя руками, защищаясь от ветра. – Да, был такой. Психованный, кричал, кидался драться с воспитателями. Кажется, его высекли. А больше я про него не слышал. У госпожи в доме, если только прислуга не врет, есть двери, через которые можно попасть в совсем другой мир. Говорят, воспитанники ими пользуются во время обучения, потому что их учителя сами не умеют такого. Но это, господин, только слухи, которые я не могу проверить. – У Едигоя затряслись губы.
Хотелось сказать, что от холода они стали фиолетовыми, но они были такими и до этого. Мне почему-то подумалось, что эволюция в их мире скрестила человека-примата со свеклой. Под шубой он смотрелся бы органичнее, чем в легкой одежде на морозе. Рассказ Едигоя показался мне правдивым и подтверждающим, что Дарик находился в поместье именно этой аристократки. Я подошел к корчившемуся в трясучке рабу, взял его за руку и вернулся в палатку.
Изумленные рабыни подскочили, испуганно вжавшись в угол палатки. Едигоя продолжало трясти.
– Теперь вы мне верите? – поинтересовался я у женщин.
– Да, господин, – ответили они в один голос.
– Я вам не господин. Зовите меня Жорж.
– Да, господин Жорж.
– Ой, ну вас! – отмахнулся я. – Как мне попасть в интернат, не вызывая подозрений? Хитрить не советую, ваш коллега объяснит почему. – Я кивнул на рассопливившегося после мороза Едигоя.
Тот коротким кивком подтвердил мои слова.
– Там охрана из благородных. Они вас ни за что не пропустят, – выговорил он, стуча зубами.
– Посоветуйте, как попасть в дом, минуя их. Не думаю, что у вас тут военное положение, чтобы досматривать всех подряд с невозможным пристрастием.
– А вы сдержите слово, что вызволите нас из рабства? – поинтересовалась младшая рабыня.
– Несомненно. Я вообще иногда халтурю в комитете по незаконному применению иномирских способностей. Так что вы являетесь моими потенциальными клиентами, а ваши господа – преступниками. Не сейчас, но когда-нибудь точно мы серьезно возьмемся за них. Ну, чем ты можешь помочь мне?
– Я провезу вас в чане с водой. Уборщиц никто не досматривает, – пояснила она, глядя мне прямо в глаза.
Она почувствовала реальный шанс выбраться отсюда и готова была рискнуть. Старшая рабыня бросила на нее недовольный взгляд. Она вполне могла испортить нам всю операцию. Я подошел к ней, взял за руку и вывел в чудесный мир с зеленой лужайкой. Вернулся и вывел туда же слабо сопротивляющегося Едигоя. Так мне стало намного спокойнее. Молодая рабыня испуганно спросила:
– Что вы с ними сделали?
– Отвел в другой мир, чтобы они не помешали тебе. Ты же видишь, им тут нравится больше, чем дома. Они не хотели, чтобы ты вернулась.
– Так и есть, господин Жорж. Хойла запрещала мне рассказывать о доме и даже думать о нем. Она сказала, что так мне будет легче принять свое положение.
– Забудь о них, как о страшном сне. Где этот чан с водой? Заодно помоюсь перед работой.
– Он в саду. – Она указала рукой. – Я развожу воду из колодца по домам госпожи.
– Идем скорее, пока меня не кинулись искать перевозбужденные инкубаторши. А в чан точно никто не заглянет? – Я боялся мочить пистолет.
– Не было такого ни разу.
– Отлично.
Мы покинули душную палатку и направились через сад, в котором росли плодовые деревья. В саду была организована капельная система орошения, эффективно использующая драгоценную в этих краях влагу. Подошли к колодцу, вокруг которого крутил колесо почти полностью голый раб. Он был настолько увлечен своим занятием, что не заметил нас.
– Он слепой, – шепнула рабыня. – Так у него не кружится голова.
– Его ослепили? – изумился я.
– Да.
– Я все слышу, – произнес человек. – Дайте мне глоток воды. Сегодня жутко жаркий день.
Рабыня спохватилась. Нашла кружку и набрала из глиняного чана воды. Подошла к мужчине и напоила его.
– Спасибо тебе, Мекла. Только у тебя доброе сердце. Я не узнаю голос мужчины.
– Это новенький. Только сегодня привели. Будет пока помогать мне.
– Рад, что у тебя появился помощник, но совсем не рад за вас, мужчина. Не лучшее место на земле.
– Ничего, привыкну, – ответил я. – А вы сами привыкли тут или домой тянет?
– Ха, «привык». К такому разве привыкнешь? Дома я был известным ученым-физиком, а тут кручу колесо, как какое-нибудь животное. Как думаешь, к такому можно привыкнуть? – спросил он горестно.
– Вряд ли. Хотя мне уже попались рабы, которым тут лучше.
– Это сломавшиеся люди. Не дай бог такими стать. Уж лучше смерть. Они же не радуются своей жизни, они радуются чужому несчастью. Пока тебя лупцуют плеткой, их раны перестают болеть.
– Да уж, тяжелая у вас тут атмосфера. А вы сегодня весь день тут будете? – поинтересовался я у слепого мужчины, сразу почувствовав к нему симпатию.
– До вечера точно. А что ты хотел?
– Пока ничего, но у меня есть кое-какие планы.
– Ха, «планы», непотребное слово для раба, – ухмыльнулся слепой.
– Я повременю привыкать к потребным, – ответил я.
Мужчина уперся ногами в горячую каменистую почву и тронул с места оглоблю, вращающую насос. В чан плюхнулась порция воды. Всего таких чанов стояло три. Два были полными, а третий только наполнялся.
– Я заберу один, – предупредила Мекла.
– Угу, – промычал слепой раб.
– Полезайте. – Девушка кивнула мне на емкость.
Я вынул из носка пистолет, чтобы не намочить его, и полез в чан. Вода стала выливаться из него. Она оказалась довольно холодной и сразу приятно освежила тело. Я опустился по пояс и присел, чтобы скрыться с головой. Сделал несколько глотков приятной на вкус воды. Мекла накрыла чан толстостенной глиняной крышкой. Подцепила тележкой для транспортировки бочек и покатила. Мы проехали несколько десятков метров и остановились.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=72917977&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
