Я понимал, что острый язык у деда Павла прорезался не сам собой, а из-за непрекращающейся боли и слабости, поэтому не обиделся, а вместо этого спросил:
– Дед, ты вообще как? Если плохо себя чувствуешь, то, может, и не нужно никуда ехать? В таком состоянии ты только больше дров наломаешь.
– И ничего не наломаю. – Старик нахмурился. – Отлежусь в поезде, возьму себя в руки и примусь за работу.
– Ну смотри, – ответил я.
Дед еще больше нахмурился.
– Да дело ведь не только в моем самочувствии, а в тех проблемах, которые мы вдруг получили. Я ведь действительно надеялся, что тебе удастся разгрести хоть часть из них. Ты же у меня парень способный. А еще эти убийцы в черном…
– Если бы бойцы фон Гюрста действовали сами по себе или тот же Залесский бы не погиб, а был просто ранен, то я бы сдал их куда надо – и все. Но в этом деле фигурирует смерть не последнего члена одного из боярских родов. А так как в политике я не силен, вот и решил дождаться вашего исцеления.
Я пожал плечами и мысленно закончил: «К тому же в свете последних событий мне куда как важнее вернуть собственные силы, чтобы быть готовым встретить новых убийц».
В том, что эти господа появятся, я почему-то не сомневался.
– Ты все правильно сделал, Гордей, – решила поддержать меня графиня, а дед произнес:
– Если хотите знать мое мнение, то куда ни посмотри – везде задница.
– Поясни, – попросила Ульяна Романовна.
– Да что тут пояснять? – Он поморщился. – Заявлять о нападении нельзя. Важную шишку убили. Не только члена влиятельного рода, но и кое-кого из вышестоящих чинов империи. Но и что-то внятно ответить, когда к нам придут с вопросами, мы тоже не можем. В деле участвовали дружинники Залесских, а раз так, то руководство в курсе операции и его результатов.
– Полагаешь, нападение – это не инициатива генерала, а спланированные действия рода?
– Да. – Дед Павел уверенно кивнул. – А если и нет, то мы в любом случае убили их человека. Могут объявить войну и напасть.
– Но ведь они пока не спешат этого делать, – заметила Ульяна Романовна. – Уже больше недели прошло, а от них ни слуху ни духу. Кстати, были ли новости о пропаже генерала?
– Нет. Пока Залесского никто не ищет, – сказал я уверенно, так как Полина отслеживала этот момент. – Как минимум официально. А что касается действий его рода, то все не так однозначно. Может, мы и не видим суслика, а он есть. И готовится вцепиться нам в глотку.
Дед Павел снова тяжело вздохнул.
– Гордей прав. Получается, что мне все же нужно остаться. А то уеду, а тут начнется веселье.
– Нет, – отрезала Ульяна Романовна. – Поезжай в столицу и делай то, что запланировал, ну и о Залесских не забудь покопать. Ну а мы с Гордеем тут и сами справимся. Ведь так?
Графиня выжидательно посмотрела на меня, и я кивнул.
Перед тем как закончить разговор, старик уточнил:
– Кстати, а куда ты дел трупы? Сбросил их в разлом?
– Простых наемников – да. А Залесского и убийц заморозил и оставил до лучших времен. Вдруг родственники потребуют их тела. Решил подстраховаться…
Уже на следующий день дед Павел уехал из Новосибирска, Полина Климович отправила своих людей искать в городе боевиков Залесских, лига охотников тренировалась и расширялась, а родные стали понемногу подниматься на ноги. Правда, колдовать им Ульяна Романовна пока что запретила, чтобы они вновь не оказались прикованными к постели.
Только я собирался отправиться в разлом, чтобы проверить на практике свои силы, как Ульяна Романовна объявила общий сбор. Ожидая худшего, направился в комнату для совещаний и от предложения графини едва не выпал в осадок. Она собиралась сейчас обучать всех членов написанию правильных писем.
– Нужно начинать заниматься вашим воспитанием. Вы теперь представители рода графов Хладовых и должны соответствовать этому высокому уровню, чтобы общество не смеялось у нас за спиной, – сухим тоном произнесла пожилая женщина.
«Странно, – пронеслось в голове. – Почему бы тогда не начать с изучения этикета? Какие вообще письма?»
– Ульяна Романовна, – тем временем как-то робко сказала мама Гордея, – а как быть с Кирой? Читать она, конечно, умеет. Писать тоже, но правильные письма…
– Тот навык, – перебила ее графиня, – который пригодится любой девушке из приличной семьи. Не переживай. Сложного в этом деле ничего нет. Меня саму начинали обучать подобным премудростям гораздо раньше.
Кира с серьезным выражением на милом личике произнесла:
– Я готова!
Взгляд Ульяны Романовны тем временем переместился на Барсика, который с удовольствием охотился на залетевшую муху. Ощутивший это котенок сначала дернулся, а затем замер.
– Людмила, – произнесла графиня, – тебе пора начать дрессировку своего питомца. Иначе, когда он еще немного подрастет, то его воспитание превратится в настоящую проблему. И вряд ли решаемую. А мне бы не хотелось, чтобы род лишался столь необычного члена.
– Дрессировку? – переспросила сестра. – Я и так этим занимаюсь. Успехи пусть и не большие, но все же есть.
– Вот как, – с приятным удивлением произнесла пожилая женщина. – В таком случае вели ему во время занятий сидеть или лежать рядом и никуда не отлучаться.
– Но-о… – протянула растерянная Людмила и в ответ услышала команду, в которой ощущалась сила.
– Действуй!
Старшая сестра на некоторое время задумалась, а затем решительно посмотрела на котенка, чему-то кивнула и произнесла:
– Барсик! Ко мне!
Замерший котенок тут же ожил, затем перевел взгляд с Людмилы на муху и обратно, после чего радостно продолжил охоту.
Графиня покачала головой.
– Не так, девочка моя. Попробуй ощутить его. И связь между вами. Представь ее натянутой гибкой нитью. Пройдись по ней мысленно и вели Барсику занять место рядом.
Я задумался и сказал:
– Хм, а разве это будет не магическое усилие? Вы ведь просили никому в этом деле не усердствовать, пока не восстановимся.
– Оно самое. – Женщина кивнула. – Только оно будет минимальным и особого вреда не принесет. Ведь между ними связь в любом случае есть постоянно.
Людмила задумалась и, собравшись с мыслями, принялась за дело.
В первые секунды показалось, что сестру непременно ждет успех. Вздрогнувший Барсик резко развернулся, нашел взглядом Людмилу и двинулся к ней, однако зажужжавшая словно бы еще громче муха отвлекла его и заставила в очередной раз сменить направление.
– Не переживай, – произнесла графиня с улыбкой. – Я уверена, что у тебя все получится. Нужно лишь усердие и желание. Так что занимайся с Барсиком и слушай нас.
Выждав некоторое время, Ульяна Романовна начала лекцию:
– В обществе бояр существует несколько разновидностей писем, каждое из которых имеет свои особенности, правила и предназначение. Воспитанным людям необходимо знать, как именно они пишутся, не путать их характерные элементы.
Обведя всех внимательным взглядом, женщина продолжила:
– Начнем обучение с официальных писем. Они используются для общения с другими боярскими родами или с представителями государственной власти и могут содержать важные военные, политические или экономические вопросы. К ним можно также добавить и административные письма, которые направляются в адрес государственных учреждений или к местным властям. Однако нужно понимать, что отнести их в группу официальных можно, а вот писать необходимо по своим правилам. Иначе конфуза не избежать. Отдельно нужно выделить личные письма, адресованные друзьям и родственникам, которые могут содержать разные сведения, например обсуждение семейных дел и других событий. В таких письмах принято быть более открытыми и искренними, но не забывать о приличиях и не допускать панибратства. Помните, кто вы есть и что не все можно и нужно доверить бумаге и чужим глазам. Особенно это касается различных конфликтов как внутри рода, так и за его пределами.
Кира, словно примерная ученица, тут же подняла руку и, заметив разрешающий кивок, спросила:
– А как насчет любовных писем? Они считаются личными? Или относятся к другой категории? Как Людмиле и Ольге общаться с ухажерами? Неужели и там к ним нужно обращаться по имени и отчеству?
Все присутствующие заулыбались, а Ульяна Романовна ответила:
– Любовные письма – это особая категория. Поэтому ликбез по ним я проведу для наших девушек чуть позже, а мы пока перейдем к пригласительным. Это могут быть приглашения на балы, ужины, свадьбы и другие торжества. Приглашение на деловой разговор в этот вид не включаем – они относятся к официальным письмам…
Эта морока продолжалась достаточно долго и была мне не по нраву. Даже возникала мысль покинуть это место и заняться более важными задачами. Останавливало меня только то, что я не хотел подрывать авторитет графини, а также понимал, что информация все же для меня нова и небезынтересна.
Чуть позже я выяснил, для чего подобное мероприятие понадобилось Ульяне Романовне. Она решила совместить приятное с полезным и не только обучить новое поколение Хладовых, но и написать официальные письма всем наиболее авторитетным егерям города, лидерам крупных отрядов, а также главе рода Залесских. С первыми графиня решила договориться о мирном сосуществовании, а с последним – попробовать избежать войны. У нас и так слишком много врагов.
К сожалению, главы Залесских в Новосибирске не было, поэтому послание передали одному из младших родственников почившего генерала. И пока мы ждали ответа, графиня решила проверить, увеличились ли силы членов рода после ритуала и насколько.
Сама Ульяна Романовна успела почти полностью восстановиться и находилась на уровне сильного мага ранга «ярый», который еще не остановился в росте магического таланта. Я был уверен, что стоит только графине потренироваться и научиться пользоваться усилившимися возможностями, – она станет гораздо опаснее.
Несколько слабее оказалась Ольга. Еще недавно девушка была гриднем, но теперь скакнула на ранг выше и тоже стала ярым, как, собственно говоря, и я. Все остальные родичи по итогам ритуала также стали гораздо сильнее. Это впечатлило всех, но и заставило задуматься.
Не обошли подобные мысли и меня. Я не понимал, что именно стало причиной столь впечатляющего результата. Ну не сам же ритуал?! Если бы все было настолько просто, то роды бы ежемесячно принимали в свои ряды новых членов. Возможно, во всем виноват я, потому что стал связующим звеном между Хладовыми и родственными Морозовыми из другого мира. Возможно, также повлиял и дорогостоящий ритуал с множеством редких ингредиентов и дорогих камней. А может, почти полностью высушенный нами разлом, который передал нам все свои силы и достаточно быстро разрушился. Или все вместе?
Вопросов было много. Даже очень. Ответов – гораздо меньше. В основном догадки. Но времени на размышления не было. Ульяне Романовне стали приходить письма от егерей, согласившихся на встречу.
ГЛАВА 2
В переговорах с лидерами отрядов егерей участвовал Михалыч как глава лиги, я – как его ученик и Хладов, ну и Ульяна Романовна с Ольгой – как представители рода покровителя. Бекишеву это дело откровенно не нравилось, как и сами встречи. Михалыч косо смотрел на молодящуюся графиню, но помнил, что в его руках ответственность за множество ветеранов, которые ему доверились.
Он не раз намекал мне, что таким вот заявлением на официальные переговоры Хладовы забирают себе все больше влияния в отряде. Теперь со всеми вопросами по лиге авторитетные лица будут обращаться к ним. Мне приходилось его успокаивать, напоминая, что он остается главой отряда, а я – его владельцем и членом рода Хладовых, и мы изначально знали, что все будет именно так. Лучше отдать десять процентов дохода и иметь лояльных покровителей, чем делиться половиной и постоянно переживать за свою жизнь и ожидать подставы. К тому же я указал на желание самого Михалыча наконец-то заниматься делом и развиваться, а не отбивать постоянные наезды и защищать родных от сбрендивших завистников. А все эти встречи как минимум для этого и необходимы. Нужно показать себя, посмотреть на других, завязать неформальные связи. Стать в городе своими. Предложить отрядам города план совместных действий, чтобы защититься от войн и рейдерских захватов, чтобы все действовали вместе и могли наконец выдохнуть и заняться делами.
Михалыч согласился, что если удастся выполнить хотя бы часть задуманного, то проблем у отряда станет гораздо меньше, и сказал, что он сам был бы рад, если бы егеря занимались своими прямыми обязанностями, а не рисковали в стычках не пойми с кем.
В основном командиры отрядов были вежливы и заявляли о готовности к сотрудничеству, хотя внутри многих из них бушевали совсем другие эмоции. Они также говорили о том, что инициатива мирного договора между отрядами в городе им понравилась, как и мысль о совместной защите от рейдерских захватов, однако соглашаться подписывать документы никто не спешил. Командиры и их заместители обещали обсудить все в своем кругу и дать ответ позже.
Я, признаюсь, был несколько удивлен такому уважительному отношению. Отказавшихся от разговора не было, все вели себя доброжелательно, хотя эмоции у многих изрядно шалили. Кому-то не нравилась непонятно откуда появившаяся графиня, взявшая под крыло весьма крупный отряд. Вторых раздражал безродный командир лиги, как-то неожиданно быстро ставший егерем пятого класса. Третьих, в особенности многих из знакомых однокурсников, злил знакомый им недавний выпускник по прозвищу Бешеный Пес – то есть я, который сидел на встрече руководства, словно так и должно было быть, в то время как некоторые из них удостоились лишь роли охраны патронов и были безмолвными зрителями.
Кстати, для переговоров Ульяна Романовна сняла на несколько суток один из самых представительных ресторанов города, который принадлежал баронскому роду Боренцовых. Поступок не только показывал уважение к командирам отряда, но и указывал на статус графини Хладовой, пошедшей на столь огромные траты для переговоров, которые она организует.
После встречи я проводил очередного командира отряда и его помощников, и дружелюбно улыбнулся парочке зло наблюдающих за мной егерей, взятых в охрану, те в ответ на это лишь сильнее сжали кулаки.
Ничего говорить или предпринимать они не стали, из чего я сделал вывод, что всех егерей командиры строго-настрого предупредили о запрете конфликтов и о необходимости держать себя в руках. А так как я хорошо знал своих, в основной массе туповатых, агрессивных и высокомерных, однокурсников, которых вытолкнули из семей в весьма опасный Новосибирск, то можно было определенно сказать – сейчас никто не желал конфликта с лигой охотников, ну или с графиней Хладовой.
Возможно, дело было в личности покровительницы отряда, пожилой, битой жизнью боярыней, или наши недруги опасались силы мага ранга «ярый», которая иногда исходила от нее, а может, все силы, желавшие нам зла, или заплатили огромные отступные, или скоропостижно скончались. В том числе весьма опасный и непредсказуемый Змушко, а также куда более влиятельный и могущественный генерал Залесский. Правда, новостей о нем никто не слышал, но подозрения у многих имелись…
Из интересного было то, что на одну из встреч в должности заместителя командира отряда прибыл Леон Левенши, которому я через Полину пообещал личное обучение. А также то, что на встречу как ни в чем не бывало прибыл и Григорий Кас. Мужчина встретился с Ульяной Романовной, словно старый знакомый, который не платил никому огромную виру, и вполне любезно с нами пообщался, при этом не забыв несколько раз выразительно посмотреть на меня, словно напоминая о заключенном уговоре. Пришлось едва заметно ему кивнуть. О его сыне я помнил.
К сожалению, в конце вечера не обошлось и без эксцессов. На встречу одновременно прибыли командиры двух весьма сильных отрядов. С одним из них было никак не меньше десяти автомобилей охраны, о чем меня своевременно предупредили выставленные наблюдатели.
Рассказав графине о новых гостях, я велел официантам доставить один стол и четыре стула, которые появились словно по мановению волшебной палочки. Первым к нам подошел барон Владимир Александрович Лисин – пожилой крепкий егерь с коротким ежиком седых волос и неприятным шрамом на правой щеке, он возглавлял один из сильнейших отрядов егерей – «Голодные опустошители». Вместе с ним прибыли и два его старших сына – крепкие мужчины лет тридцати со спокойными и оценивающими взглядами.
Дождавшись, когда барон с графиней обменяются любезностями и представятся друг другу, в зал вошел еще один человек с многочисленной охраной за спиной. Это был высокий, худощавый и моложавый мужчина лет сорока, истинный возраст которого выдавали лишь тонкие нити морщин на лице.
– Добрый день, господа и дамы, – произнес он и обратился к барону Лисину: – Владимир Александрович, вы не представите меня графине?
– Ваше сиятельство, позвольте представить вам лидера отряда «Пожиратели разломов» барона Илью Матвеевича Каменева, – произнес седой мужчина.
– Графиня Ульяна Романовна Хладова, – ответила женщина, протянув руку для поцелуя.
Каменев не ударил в грязь лицом, продемонстрировав манеры, после чего представил своих сопровождающих, и то же самое сделала графиня. При этом я заметил, что среди охраны неожиданного гостя уж слишком много моих однокурсников – аж целых девять человек. При этом среди них есть маркиз Вальд и граф Лукинский, которые, заметив мой интерес, вежливо кивнули.
Кивнув им в ответ, я увидел стоящего рядом с ними молодого парня, от которого едва не расходились темные круги ненависти, при этом он переводил свой взгляд с меня на Ольгу и обратно.
Тем временем Каменев, услышав, что меня назвали Гордеем Хладовым, нарочито удивленно приподнял брови.
– Мне казалось, что у молодого человека другая фамилия.
– Хотите сказать, что я вам вру? – с той же интонацией спросила Ульяна Романовна, заставив мужчину натянуто улыбнуться.
– Что вы, это всего лишь проявление любопытства и ничего более.
– Он Хладов! – припечатала Ульяна Романовна и добавила: – Раз я утолила ваше любопытство, то, может, и вы утолите мое? Насколько помню, мы должны были встретиться с вами завтра.
– В самом деле? Возможно, мой помощник что-то напутал, заставив меня поспешить к вам, – воскликнул Каменев. – Надеюсь, после этого признания вы меня не выгоните?
– Если его благородие не будет против, – начала графиня и посмотрела на барона, – то я бы предложила и вам место за нашим столом. Тайны в моих словах нет, и они относятся ко всем командирам отрядов егерей.
– Я не против, – ответил Лисин, с интересом посматривая на устроенный Каменевым спектакль.
– Тогда прошу к столу, – пригласила всех графиня. – И предлагаю обращаться без титулов, по-простому. Мы все же не на приеме.
Когда все заняли свои места, графиня произнесла:
– Еще раз благодарю вас, господа, что откликнулись на мое предложение и прибыли на разговор.
– Лига охотников, которую вы взяли под свое покровительство, – сказал барон Лисин, бросив взгляд на Бекишева, – весьма сильный отряд, который стал серьезным игроком в городе и ежемесячно набирает силы.
– Действительно, – произнес Каменев, – ваш отряд словно бы усиливается день ото дня. Еще недавно там было лишь четыре человека, а теперь почти две тысячи. Удивительно.
– Это заслуга Ивана Михайловича и его заместителей, – заметила графиня, посмотрев на Бекишева и, выдержав небольшую паузу, добавила: – Предлагаю перейти к делу, для которого я вас и пригласила – оно будет касаться безопасности отрядов, мирного сосуществования и возможного подписания союзного договора о взаимопомощи против общих врагов и рейдерских захватов.
