– В последнем уже не уверена.
– Я тоже, – посетовал Антон Петрович и, поиграв бровями, намекнул на мою несговорчивость.
– Я не буду звонить подруге и просить отменять чужую бронь в пользу нашей, – предупредила я, но босс словно ждал именно эту фразу.
– И не надо, – отмахнувшись, оживился он и, постукивая пальцами по столу, поделился своей «гениальной» идеей: – Всё к лучшему Галчонок…
– Галина Романовна, – поправила я раздражённо, а босс будто и не заметил.
– Так вот, Галочка, у меня появилась идея. Корпоратив проведём в нашем зале для деловых переговоров. Места много, осталось составить меню, заказать готовую еду, украсить зал, найти организатора вечеринок. Мы даже в плюсе остаёмся, а сэкономленными средствами поощрим особо отличившихся сотрудников.
– И кто же всем этим займётся? – чувствуя назревающую подставу, поинтересовалась я. Поймав на себе многозначительный взгляд, подскочила со стула и, замахав руками, заметалась по своей каморке: – Антон Петрович, вы издеваетесь?! Времени в обрез, а у меня работы столько, что хоть в офис переезжай.
– Галя, выручай, – взмолился босс и, махнув рукой в сторону двери, заворчал: – А кого мне ещё просить, если львиная доля коллектива – сплошь мужики. Ваш отдел – единственный цветник и…
– А финансовый? – подсказала я с нескрываемой надеждой в голосе, а когда Антон Петрович покачал головой, рявкнула: – Лариска накосячила, вот пусть и расхлёбывает.
– У бухгалтеров отчётный период, а Лариса завалена работой, – вздохнув, начал оправдываться босс и, чувствуя, что по-хорошему не получится, включил режим деспота: – Так, Галина! Я дал тебе важное поручение и жду результатов. Полностью беру на себя финансовый вопрос и готов поддержать морально. Ну и премия, само собой…
– Нет, ну это уже ни в какие рамки… – продолжая бушевать, возмутилась я и, находясь на пике неконтролируемых эмоций, перешла к угрозам: – Вот уволюсь, будете знать.
– Ну-ну, – заулыбался Антон Петрович и, пожав плечами, вздохнул: – И это накануне повышения?
Вот ведь гад! Не в бровь, а в глаз бьёт. Растеряв запал, я замерла, а босс продолжил свою речь, сообразив, что нащупал нужную точку давления.
– К тому же, Галочка, даже если ты напишешь заявление по собственному прямо сейчас, то будешь обязана отработать две недели. Не могу я такой ценный кадр отпустить, понимаешь?
– Не проблема, отработаю, – фыркнула я, а улыбка босса приобрела коварный посыл.
– А пока отрабатываешь, ты должна выполнять поручения своего руководителя, – подытожил он и, разведя руками, добавил в наш и так непростой разговор ложку дёгтя: – Если, конечно, хочешь уйти без нареканий, штрафов и с хорошими рекомендациями.
– Но я же не успею… не справлюсь, – обречённо выдохнула я и, потупив взгляд, пробурчала: – Без помощника никак.
Расплывшись в победоносной улыбке, Антон Петрович поднялся с кресла и, подойдя, попытался приобнять меня за талию. Отшатнувшись, я попятилась и, выставив руку, смерила его недобрым взглядом.
– Не переживай, Галчонок, будет тебе помощник, – продолжая загонять меня в угол, заворковал босс, но в этот момент открылась дверь, и в мою каморку заглянул Назар.
– Кому здесь помощь нужна? – осмотрев нас придирчивым взглядом, поинтересовался он, а я поняла, что нас явно подслушивали.
Обломавшись, его разлюбезный дядюшка разочарованно вздохнул и, повернувшись ко мне, ворчливо обрадовал:
– Просила помощника? Вот и бери Назара. Он сам вызвался, так что приступайте немедленно.
Глава 8
Галина
Вызвался он! Помощник, хренов! Припёрся, хотя его не звали, да ещё и подслушивал. Да и не только он!..
За спиной самозванного спасителя в полном составе маячила дружная компашка змеюшек, привыкших дружить против меня.
Пялясь на Назара, влюблённым взглядом, Машка тёрлась поближе к новому объекту воздыхания, а, услышав про нашу с ним коллаборацию, мигом оживилась.
– Ой, я тоже могу помочь. А что делать-то надо? – радостно выпалила она, а босс метнул в племянничка подозрительный взгляд и насупился.
– Машенька… – ласково начал Антон Петрович, но, спохватившись, вернулся к официальному тону: – То есть Мария Ивановна, у меня для вас есть другое, не менее важное поручение. Пойдёмте в мой кабинет.
Обломавшись, Машенька мгновенно скисла и, одарив меня убийственным взглядом, протяжно вздохнула и обречённо потопала за своим покровителем.
Назар проводил её насмешливым взглядом и, зайдя в мою каморку, огляделся. Заметив свалку контейнеров, скривился, а потом демонстративно подошёл к одному из стеллажей и, проведя пальцем по полке, уставился на свой осквернённый палец.
Ну ты ещё чихни для пущей важности… А он и чихнул! Зараза! Мысли, что ли, он мои читает?
– Будьте здоровы, – буркнула я и, покачав головой, пробормотала: – И желательно где-нибудь подальше.
Подчинённый дружно прыснули от смеха и начали шушукаться, а я скрестила руки на груди и, кашлянув, смерила их начальственным взглядом.
– Все дела завершены? Поручения выполнены? – намекнула прозрачно и, не дожидаясь ответа, добавила жи-и-ирную вишенку: – Если так, то я сейчас же отправлю всем на электронку новый список заданий.
Ворча и шипя, мои змеюшки оперативно рассосались по своим рабочим местам и, повздыхав, включили режим имитации бурной трудовой деятельности. Вот давно бы так!..
– М-м, какая ты строгая начальница, – нараспев протянул Назар и, подойдя к двери, зачем-то плотно закрыл её. Потом повернулся ко мне и, расплывшись в улыбке, спросил: – Ну что, Галчонок, когда приступим к подготовке корпоратива?
– Галина Романовна, – напомнила я, а этот нахал направился к моему рабочему месту и, без спроса устроившись в кресле, закинул ноги на стол, бесцеремонно сдвинув все мои документы.
– Галя, давай жить дружно, – предложил Назар и, изучив меня прищуренным взглядом, дополнил с протяжным вздохом: – Ну или хотя бы не мешай мне.
– А я разве мешаю? – фыркнув, я пожала плечами и, ухмыльнувшись, перечислила: – Ты же у нас красавчик, племянник босса и… Тебе же всё на блюдечке с золотой каёмочкой несут, да?
– Вот именно, – недослушав, согласился Назар и, подмигнув, поддразнил: – Галя, втяни колючки, и жизнь станет проще.
– Мне работать надо, – огрызнулась я и, заметив, что Назар потянулся к бумагам, связанным с просьбой подруги, рявкнула: – Руки убрал! Нефиг копаться в моих рабочих документах!
– Рабочих, говоришь? – вздёрнув одну бровь, удивился он и, опередив меня, схватил распечатку, прочитал несколько строчек и с усмешкой заметил: – Галя, что я вижу? Ты ещё и у конкурентов подрабатываешь? Плохая девочка.
– Это не то, о чём ты подумал, – начала я оправдываться, но Назар вскинул руку, останавливая.
Отложив бумаги, встал с кресла и, посмотрев исподлобья, начал медленно приближаться, прямо как хищник, загоняющий добычу в угол. Пришлось приложить усилие, чтобы не попятиться и выдержать его взгляд, но, когда он навис, давя своей аурой, я гулко сглотнула.
– Дядя под градусом такой болтливый, – потеребив короткую бородку, поделился Назар.
– И-и? – выдавила я, а он резко подался вперёд и свёл брови на переносице.
– Ты, что ли, на должность зама претендуешь? – препарируя меня своими голубыми глазищами, поинтересовался мой главный конкурент.
Ах, вон зачем он припёрся, оказывается. Дорожку себе расчищает, не иначе, а помочь вызвался, чтобы прощупать почву и оценить меня в профессиональном плане. Ну-ну, посмотрим, кто кого.
– А что? Завидно? Привыкай, – скрестив руки на груди, фыркнула я и, отступив на шаг, гордо вздёрнула подбородок.
От моей дерзости Назара аж перекосило… Неужели мажорчик нервничать изволит? Ну ничего, привыкнет, что Его Высочеству доступно не всё, что хочется.
– Давай по-хорошему, – сменив маску неуместной услужливости, пророкотал он и, поджав губы, отчеканил: – Умерь свой пыл и непомерное эго. Уступи дорогу дяде Назару.
– С чего это вдруг? – нахмурилась я, а этот нахал усмехнулся.
– Ты неликвид, а на такой должности нужен перспективный кадр, – пожав плечами, пояснил он, а я начала закипать.
– Да ладно? – протянула с издёвкой и, смерив его скептическим взглядом, спросила: – Это ты-то бесценный кадр? Мистер – папкина гордость, мамкина радость. Насколько ты меня старше? Года на два?
– Это другое… – помявшись, Назар почему-то смутился и, не найдя достойного аргумента, выпятил грудь и гордо произнёс: – Я мужчина в полном расцвете сил и…
– И живёшь на крыше? – не в силах притормозить разбуженную стервозность, хохотнула я и, покачав головой, подколола: – А пропеллер не жмёт? Может, вареньицем смазать?
– Стерва, – резюмировал Назар, но вместо ответной шпильки, улыбнулся: – Дерзкая, наглая, языкастая… М-м, люблю таких.
В процессе перепалки завелась я не на шутку, а он взял и филигранно слился. Прям захотелось, чтобы он спровоцировал меня на что-то… ну-у что-то такое… Если честно, сама не поняла, но от желания влепить ему пощёчину или расцарапать рожу даже руки зачесались.
Но Назар промолчал, лишив меня вожделенной разрядки. Смерив меня насмешливым взглядом, развернулся и, покинув мой кабинет, осторожно прикрыл дверь. Издевается, что ли?
Обменявшись парой фраз с моими подчинёнными, он почти сразу же ушёл из отдела, а меня нещадно трясло и колбасило ещё несколько минут. Аж взопрела… Какая тут к чёрту работа?
Пометавшись по кабинету, я плюхнулась в своё кресло и, чуток подумав, потянулась к телефону.
– Кать, привет, – поздоровалась с подругой и, вздохнув, виновато продолжила: – Прости, что без предупреждения, но… Можно к тебе на сеанс напроситься?
– Привет. Сегодня? – переспросила Катя и, чем-то пошуршав, предупредила: – Да, есть окошко, но только если через полчаса подскочишь. Успеешь?
– Да, конечно, – обрадовалась я и, отключая компьютер, дополнила: – Уже выезжаю.
– Какие пожелания? Винцо захватишь? – по привычке уточнила Катя, а я тихо рассмеялась.
– Кать, нужна программа-максимум. Первоочередная задача – встряхнуться и промыть мозги.
Глава 9
Галина
Рабочий настрой улетел в… глубоко, короче, и, засунув туда же свою ответственность и гордость, я быстро переоделась и полетела навстречу релаксу. Да-а-а!
Подчинённые, которых никто не отпускал, проводили меня многозначительными взглядами, а стоило мне выпорхнуть в коридор и закрыть дверь, как в отделе поднялся недовольный ропот.
Ну и по хрен! У меня тут нелёгкий выбор маячит, и чхать я хотела на мнение тех, кто мне, по сути, никто.
Подруга Катька, несмотря на свою ми-ми-мишную миниатюрность и кукольную миловидность, обладала рядом неоспоримых достоинств.
Могла выслушать, умела вправить кукушку, полетевшую не в ту степь, срывалась по первому звонку, не отметала мои безбашенные идеи и не отказывалась от вылазок, которые последнее время случались довольно редко, но в основном спонтанно.
Короче, вытирала сопли, не осуждала и не жаловалась на назойливость. Делясь с ней секретами, я могла быть уверена, что ни одна душа о них не узнаёт от Катьки. Даже под пытками. Но главное!..
– О, привет, – распахнув дверь, улыбнулась Катя и, чмокнув меня в щеку, хихикнула: – Как ты быстро… На самолёте летела, что ли?
– Ага, на метле, – подхватила я и, разувшись, по-свойски прошла на кухню. Оценив накрытый к моему приходу стол, хмыкнула и, покачав головой, заметила: – Ну ты, как всегда. Винцо, салатик, закуски.
– Садись, – указав на стул, пригласила Катя, но я покачала головой и сквасила жалобную моську.
– Кать, намни мне бока для начала, а, – попросила робко, а подруга закатила глаза и, изобразив реверанс, указала рукой на дверь.
– Идём, грешница, вижу, что дело серьёзное.
В её скромной квартирке был маленький уголок рая, который близкие и не очень подруги ценили много больше, чем хорошее вино и задушевный разговор.
На массажной кушетке уже красовалась свежая простыня, на полочках и тумбе дымили какие-то вонючие палочки, а из маленькой колонки звучала музыка, способная заставить не только расслабиться, но и пустить слюни.
– Заголяйся, – доставая из шкафчика ароматное массажное масло, с готовностью скомандовала Катя и, выключив верхний свет, погрузила комнатку в приятный полумрак, разбавляемый лишь светом арома-свечей.
Так, о чём я?.. Главное, за что я обожала Катьку, это вовсе не дерзкий язык, завидную хладнокровность, бесцеремонность и неспособность с лёгкостью вытрясти из меня все печали, а её волшебные руки.
Швырнув мне большое полотенце, Катя провела специальным утюжком по простыне и, отложив его, скомандовала.
– Шевели булками. Ложись, мордой в дырку и расслабляйся.
– Ты сама любезность, – фыркнув, огрызнулась я и, раздевшись, обернулась полотенцем и легла на кушетку.
– Ну ты сама напросилась, – делая предварительный разогрев, проворчала Катя и, растирая масло по всей спине и немного ниже, потребовала: – Ну что, дочь моя, рассказывай, что за беда.
– Ой, Катька, всё так хуё… ом-м-м, ном-м-м, – расслабляясь под её сильными руками, простонала я, а она охотно подсказала.
– Хуже не бывает, да? Ну-ну… И кто он?
– Босс достал, – млея от подготавливающего массажа, проныла я и, приподнявшись, вывалила свою главную боль: – С повышением мурыжит, домогается, а ещё…
Угу-кая, Катька бесцеремонным тычком вернула мою распухшую башку на место и, разминая шею и плечи, вздохнула.
– Не верю, – прицыкнув языком, буркнула она после небольшой паузы и, усиливая давление, напомнила: – Ты на босса и отсутствие перспектив жалуешься уже примерно год. Тут что-то другое… Так кто он? Колись?
– Так, мало того, что завтраками кормит, теперь ещё и толпу конкурентов расплодил. Мою подчинённую чпокает, а она нос задирает, огрызается и всем треплется, что повысят её, а не меня.
– Галя-я-я, не верю, – протянула подруга и, войдя в раж, приступила к своему любимому этапу массажа.
– А второй конкурент – его племянник. Свалился, как снег на голову. Приехал непонятно откуда, и дня ни проработал, а гонору-то, гонору. Мажор обыкновенный, но зубы скалит, как…
