Под лавиной чувств
Тамуна Менро
Варвара Васнецова нашла свое призвание и стала востребованным детским стоматологом.
Все кажется идеальным: она красива, обеспечена, встречается с владельцем клиники, где работает, и готовится встретить с ним их первый Новый год. Она любит жизнь, но кое-что в ней все-таки ненавидит – измены.
На одной из вечеринок с ней пытается познакомиться Захар Шишкин – он пугает ее до чертиков, но так же сильно и притягивает. И это становится дилеммой для неё – она не может предать свои же принципы, попав под лавину собственных чувств.
Любовный треугольник ставит Варвару не только перед выбором мужчины своего сердца, но и запускает череду жутких посланий от неизвестного, который угрожает ее жизни.
Дилогия. Книга первая.
Вторая часть в процессе написания, выйдет в 2026 г.
Тамуна Менро
Под лавиной чувств
Часть I
Однажды преданный прячет свое сердце, оберегая его от новой боли.
Оно хоть и продолжает биться, но страх быть погребенным под лавиной чувств лишает его возможности быть счастливым.
А что, если я скажу вам, что все, что было “до” того самого чувства – репетиция, опыт и именно это приведет вас в новую, удивительную историю вашей жизни?
Эта книга посвящается всем, кто вновь и вновь готов рискнуть своим сердцем, потому что верит в любовь. И всем, кто ее нашел.
Я верю в любовь. А вы?
Ваша Тамуна Менро
Пролог.
Последний пациент и домой, обниматься к любимому Пушку. Улыбаюсь при мыслях о ленивом, вечно линяющем коте. Сейчас, наверное, сидит на подоконнике и наблюдает за хлопьями снега, который идет последние несколько часов. Машину откапывать придется. На что нет ни сил, ни желания, ни настроения.
Потягиваю голову из стороны в сторону, разминая уставшую шею. Хрущу позвонками. До приема пациента пара минут. Быстро чищу мандаринку, забрасываю в себя, раздавливая сочные дольки языком, и жмурюсь от удовольствия. Прячу кожуру в лист бумаги и выкидываю в урну. Мою и сушу руки. Привычным движением натягиваю маску с подбородка на нос. Поправляю стерильную шапочку, хоть она и не обязательна.
Дверь открывается ровно в 19:00 и заходит моя медсестра Дарья Олеговна. Как всегда, на высоченных каблуках и в халате, который прекрасно подчеркивает ее формы. На работе мы с ней всегда на “вы”. А что мы творим после – лучше в клинике никому не знать.
– Варвара Борисовна, пациент. Вы очень удивитесь.
Тон Дарьи Олеговны должен бы меня насторожить, но я игнорирую его. Хочу быстрее домой. Устала.
Смотрю на руки, расправляя стерильные перчатки на пальцах. И только тогда вижу его. Здорового, как медведь, мужика лет сорока с бандитской мордой и шрамом на пол-лица, которому я… От воспоминаний о той ночи мороз по коже. А слюна в горле встает комком снега с ледяной коркой, что корябает его и никак не может провалиться дальше.
Нет-нет-нет! Именно так хочется громко кричать, но слова застревают в горле.
От захлестнувшей меня паники начинаю часто-часто моргать. И также часто дышать, создавая под маской парниковый эффект. В ту ночь я тоже была в маске. Только бы он меня не узнал! Он же размажет меня по стенке, привяжет к креслу и мои же сверла вкрутит мне под ногти. А потом шприцом тыкать по всему лицу начнет.
Вот это фантазия у меня разыгралась!
Как он мне тогда орал? “Зашибу”?
Черт! В моем кабинете нет ни тревожной кнопки, ни огнетушителя, чтобы треснуть ему в попытке самообороны. Ни-че-го, кроме стоматологического оборудования, которое на фоне его габаритов кажется игрушечным.
Духи медицины, если вы существуете, то явите мне свое чудо прямо сейчас – и принесите мне любого другого человека в кресло! Срочно! Любого! Хоть с полным ртом гнилушек, хоть самого истеричного ребенка в паре с неадекватным родителем, но только не его! Я вообще детский стоматолог, так зачем я согласилась принять “друга” владельца клиники, оставшись внеурочно?!
Глава 1.
Екатеринбург, Россия
После работы мне приходится немного задержаться. У соучредительницы нашей стоматологической клиники юбилейный день рождения. И наш дружный коллектив по традиции поздравляет именинника. Выждав для приличия двадцать минут, в разгар веселья, я начинаю собираться вместе с моей медсестрой, ссылаясь на важные пятничные дела. На самом деле я хочу сбежать не из-за похода в ночной клуб, а потому что не хочу публично поздравлять Елену Александровну, у которой через стенку от стоматологии еще и салон красоты. Поэтому на нашем небольшом корпоративе в клинике очень много людей. Пламенные тосты пусть говорят другие сотрудники.
Я нормально отношусь к ней, но считаю мои дифирамбы неуместными. Дело в том, что я сплю с ее мужем. Бывшим мужем. Елена Александровна о наших с Глебом отношениях не знает. Мы прячемся ото всех, хоть они и в разводе. Но он – мой шеф. И это может сильно осложнить нам жизнь в клинике. Так говорит Глеб. По мне это – детский сад. Мне давно не восемнадцать, если быть точнее, уже как почти семь лет. Но все же мне не хочется, чтобы мои словесные потуги слышал ее муж, который, несмотря на их развод, сохраняет с ней теплые отношения ради детей и совместного прошлого. Ценю в нем это. Потому что если мужчина, уходя из семьи, бросает детей или ужасно отзывается о бывшей – грош цена такому мужику. Не понимаю женщин, которые смотрят на такие проявления мужественности через инфантильные очки “теперь он любит только меня”.
Когда папа узнает, что у моего немолодого “парня” есть дети, он будет крайне раздражен. Так и вижу, как возьмет меня под локоть, выведет из комнаты, а потом будет отчитывать, как в детстве. Каждый мой новый ухажер не проходил папин фейс-контроль и допрос с пристрастием. Он во всех видел злобных гоблинов, которые обидят его принцессу-доченьку. А мама при этом причитала, что у меня нет мужика, а мои яичники поросли паутиной, через которую ни один сперматозоид не проберется. Она пыталась сводить меня со всеми холостыми маменькиными сыночками своих подруг. Папа от этого злился еще больше. Как и я.
Для сохранения семейного спокойствия я пошла на маленькую ложь и не сказала родителям об отпрысках Глеба. Пока. Не факт, что у нас получится из классных любовников стать кем-то больше. Но, раз мы нравимся друг другу, и этот формат отношений устраивает нас обоих, я убираю мысли о мужчине моей мечты на потом. И, если честно, сомневаюсь, что он существует в природе.
Надеюсь, не превращусь в мерзкую возрастную бабенку с пятью кошками, которая вместе с ними шипит на подрастающих красоток, чтобы прикрыли свои задницы юбкой подлиньше.
Мы с Дарьей благополучно сбегаем в ночной клуб, но перед этим заезжаем ко мне домой переодеться и покормить кота Пушка. Даша сейчас, как обычно, начнет ворчать, что у меня нет еды. Ладно, еды – в моей берлоге холостячки вы не найдете ни кастрюли, ни сковородки, ни прочей атрибутики женщины-хозяюшки. Из посуды – только две кружки, набор красивых бокалов и несколько тарелок. Я не готовлю. Совсем.
Во-первых, в моем холодильнике всегда лежат свежие огурцы, которые я поглощаю в немеренном количестве. Помидоры, сельдерей и болгарский перец. А еще ягоды, бурата и руккола. Все это я ем в натуральном виде, не заморачиваясь с салатами. Как там говорит мой нутрициолог, лучший фрукт – это овощ? Согласна с ней полностью.
Есть еще одно правило моего питания. И звучит оно бескомпромиссно: хочешь жрать – попей водички. Воды в моем холодильнике тоже много. Как и минералки со вкусом лайма, граната или земляники в элегантных железных баночках. Плюс я постоянный клиент служб доставки готовой полезной еды. И меня это полностью устраивает.
Подруга привычно фыркает и на мою еду, и на мой образ жизни:
– Васнецова, в твоем холодильнике мышь отказалась бы вешаться и от голода бросилась бы на Пушка. Как ты выживаешь вообще? Ненавижу эту твою ПП-шную натуру. Бесишь!
Дарья – обладательница сочных форм, на которые, как мухи, слетаются мужики. Но ей подавай мои сухие ляжки и практически отсутствующую грудь! Хоть ягодицами меня природа не обделила. Точнее, спортзал и тренировки боксом. Отец привил мне любовь к боевым искусствам с детства, чтобы я всегда могла защитить себя. Он вообще помешан на моей безопасности. Я его за это не виню. Даже благодарна. Могу навалять любому, кто не понимает предупреждающего “отвали”.
Мы быстро собираемся. Я надеваю черный латексный комбинезон в стиле женщины-кошки. Да, выглядит слегка вульгарно. Но сегодня мне хочется вытворить что-то такое дерзкое, поймать десятки голодных мужских глаз, чтобы не чувствовать этот приторный вкус одиночества на кончике языка, когда мужик у тебя вроде есть, а вроде и нет.
Выпускаю из тугой косы на волю длинные каштановые волосы. Провожу черным карандашом уверенную линию по верхнему веку, рисуя кошачьи стрелки. Мои светло-серые глаза становятся ярче, выразительнее. Думаю над красной помадой. Не перебор ли будет? Сметаю сомнения в мусорное ведро. Я иду развлекаться. А свое мнение о моем внешнем облике любому, кто посмеет его высказать, засуну ему в… Ну, куда-нибудь засуну. Подмигиваю своему отражению и выхожу к Дарье.
– Отпад! Моя девочка! А помада-то, а родинка над губой! – Восхищение в глазах подруги добавляет мне уверенности в выбранном образе. – Слюноотсос из клиники не захватила? Мне нужен, немедленно! Васнецова, будь я мужиком, я бы тебя… похитила и вернула только к утру. Так, мне теперь не нравится мой наряд. Я теряюсь на твоем фоне. Это не честно. Пойду выберу что-нибудь из твоего шкафа.
Она не спрашивает разрешения. Такая она, моя Дашка. Я с детства не понимала девчонок, которые меняются своей одеждой, но для своей вечно хохочущей блондинки мне не жалко ничего. Она хоть и больше меня на пару размеров, но ей покоряется любое мое платье. Всегда. И выглядит она в нем крышесносно. Она ходячий секс. Профессиональный коллекционер самых статусных и щедрых мужчин. Но никто не задерживается в ее ухажерах надолго. А до постели и вовсе доходят единицы. У нее высокие стандарты по оценке мужчин. А еще она ненавидит, когда эти бруталы пытаются надеть на нее ошейник и ограничить ее свободу: как одеваться и краситься, с кем общаться и с какой громкостью смеяться.
– Вау, – давлюсь минералкой при виде Даши в моем новом платье с золотистыми пайетками, с которого даже не срезана этикетка. – Ты как русалка в нем. Расхитительница мужских сердец. Даш, вообще-то я планировала в нем встретить Новый год. С Глебом.
– А вот и не отдам! – она показывает мне язык и демонстративно срывает этикетку. – Тем более, что ты кидаешь меня не только на Новый год, но и на свой день рождения. Это компенсация морального вреда. Подруга еще называется.
– Даш, не начинай, – стискиваю ее в объятиях и оставляю на щеке красный отпечаток помады. Потом на второй. Растушевываю пальцами. – Лучшие румяна – это поцелуй подруги. Хочешь, подарю? На Новый год все равно еще ничего не придумала для тебя.
– Серьезно? Подаришь? Варька!!! – она активно навиливает бедрами, встав на носочки, отплясывая свою радость на моем полу. – Оно же для меня сшито!
– Еще раз назовешь меня Варькой, и я передумаю.
– Прости, ну прости. Я куплю его у тебя, договорились? Шепни Глебу Петровичу выписать мне премию, а то в косметологи скоро уйду, открою свой кабинет, буду ставить уколы красоты, составлю конкуренцию его женушке и буду тоже покупать себе дорогущие платья.
– Бывшей женушке – раз. Я на его финансы не влияю и никак не претендую – два. А платье дарю. Соглашайся, пока не передумала.
У моей подруги, в отличие от меня, есть обязательства и бюджет весьма ограничен. Она одна воспитывает дочь, подрабатывает мастером маникюра у жены Глеба. Стоматология и салон красоты находятся в одном здании, поэтому Даше удается маневрировать в своем плотном графике без выходных. Еще она пишет любовные романы, от которых можно так возбудиться, что хочется найти себе такого же горячего мужчину, как в ее книгах. И как она все успевает?
– Скряга он, твой Глеб. Пять месяцев пользуется твоей красотой и сует в тебя свой… – смотрю на нее грозно, она хохочет в ответ, но продолжает высказывать свои претензии: – Ни одного подарка тебе не подарил. Ни цветочка задрипанного. Зато браслет новый видела у его женушки? Наверняка, его рук дело.
– Бывшей женушки. Даш, он оплатил нам самолет до Иркутска и обратно, какую-то дорогую экотурбазу забронировал на Новый год в Бурятии почти на неделю. Еда полностью с него, проживание. Это тоже денег стоит. Я не обижусь, если он будет без подарка.
– Только ты, Васнецова, спишь с владельцем клиники за пожрать и ночлег. Ты низко пала. Мужик не просто обязан дарить подарки, слышишь? Он должен этого хотеть! Иначе зачем он нужен? И в глухомань эту дорогущую он везет тебя по одной причине, чтобы не светиться с тобой в Екатеринбурге.
– Васюта у мамы? – перевожу тему на ее дочь, потому что понимаю: есть доля правды в словах подруги. Но я хочу веселиться, а не зарываться в рефлексию отношений.
– Васюта? Да, у мамы ночует. Развратная писательница Даши Клаус будет отрываться! Ну, поехали уже! Обещай, что позволишь самым щедрым мужикам угостить нас? Может, нормального встретишь, – подругу надолго увести от цензуры по Глебу не удается.
– Обещаю! Подожди, – роюсь в ящиках комода и нахожу кошачью маску с ушками из лакированной кожи, которую покупала на прошлогодний маскарад в клинике. Тогда-то Глеб впервые стал проявлять ко мне настойчивые знаки внимания. Но я на них не реагировала, ведь в то время он еще был женат. – Ну как?
– Маска идеально подходит. Подчеркивает твои глаза, а яркие губы и твоя бесподобная родинка Синди Кроуфорд[1 - известная американская модель и актриса с родинкой над губой] делают из тебя ту еще штучку. Тебя украдут из клуба, Варенька, зуб даю.
– Никогда не давай клятвы на зуб. Иначе можешь остаться без него. Проверено не на одном пациенте. А зубы сейчас стоят сама знаешь сколько. Есть у тебя лишние деньги? Или почка запасная?
– Я на мели. Купила же мебель в спальню. И почки лишней нет. Лишний только жир на животе и боках, – она заливается смехом, и я вместе с ней. – Ладно, даю зуб твоего суженого. Идет?
– Идет, – отбиваю пять ладошкой, и мы едем в ночной клуб.
Глава 2.
Дарья взвешивает мою сумочку, из которой я забыла выложить любимые духи. Я купила их сегодня. Большую картонную коробку забросила на заднее сиденье машины, а вот белый флакон с круглой железной крышкой и любимым парфюмом от Tiziana Terenzi[2 - итальянский бренд селективной парфюмерии.] отправился после нескольких пшиков на запястья прямиком в сумочку.
– У тебя что там? – мы стоим у зеркала в туалете клуба, пока я обновляю помаду на губах, замечая завистливые взгляды юных красоток, которым мой наряд кошки почему-то не нравится. Как и золотистое переливающееся платье самой сексапильной медсестры на свете. Завистливые женщины, которые не восхищаются другими женщинами, для меня странные существа.
– Девчачья радость. В обед получила посылку с духами. Подарок себе на Новый год сделала.
– Конечно, от мужика-то своего не дождешься.
Язву-Дашу пора приструнить, иначе она испортит мне все настроение.
