Амина Асхадова "Кавказский опекун. Пленница гор"

grade 4,7 - Рейтинг книги по мнению 20+ читателей Рунета

– Джамал, – представляется незнакомец, надвигаясь на меня. – Я пообещал твоему отцу, что не дам тебя в обиду, теперь ты будешь под моей опекой. – Это что, кавказский юмор? Сильная рука Джамала неожиданно цепко ложится мне под подбородок. Он поднимает мое лицо, заставляя посмотреть в его потемневшие глаза. – Здесь, в этих горах, со мной никто не шутит. Учись слушаться, Алиса. Здесь так проще выжить, особенно – с таким телом, как у тебя, – он скользит по мне жадным взглядом. – А если будешь непослушной, я тебя накажу… по-взрослому. Я приехала в горы, чтобы проводить отца в последний путь… и оказалась в плену у чужого мужчины. Он поселил меня в своем доме, заставляя привыкать к его правилам… и к нему самому. Джамал заявил, что он мой опекун. Что он защищает меня. Но все меняется одной темной ночью, когда он приходит в мою спальню… Все герои – совершеннолетние.

date_range Год издания :

foundation Издательство :Автор

person Автор :

workspaces ISBN :

child_care Возрастное ограничение : 18

update Дата обновления : 28.12.2025

Кавказский опекун. Пленница гор
Амина Асхадова

– Джамал, – представляется незнакомец, надвигаясь на меня. – Я пообещал твоему отцу, что не дам тебя в обиду, теперь ты будешь под моей опекой.

– Это что, кавказский юмор?

Сильная рука Джамала неожиданно цепко ложится мне под подбородок. Он поднимает мое лицо, заставляя посмотреть в его потемневшие глаза.

– Здесь, в этих горах, со мной никто не шутит. Учись слушаться, Алиса. Здесь так проще выжить, особенно – с таким телом, как у тебя, – он скользит по мне жадным взглядом. – А если будешь непослушной, я тебя накажу… по-взрослому.

Я приехала в горы, чтобы проводить отца в последний путь… и оказалась в плену у чужого мужчины.

Он поселил меня в своем доме, заставляя привыкать к его правилам… и к нему самому. Джамал заявил, что он мой опекун. Что он защищает меня. Но все меняется одной темной ночью, когда он приходит в мою спальню…




Все герои – совершеннолетние.

Амина Асхадова

Кавказский опекун. Пленница гор

– Джамал, – представляется незнакомец, надвигаясь на меня. – Я пообещал твоему отцу, что не дам тебя в обиду, теперь ты будешь под моей опекой.

– Это что, кавказский юмор?

Сильная рука Джамала неожиданно цепко ложится мне под подбородок. Он поднимает мое лицо, заставляя посмотреть в его потемневшие глаза.

– Здесь, в этих горах, со мной никто не шутит. Учись слушаться, Алиса. Здесь так проще выжить, особенно – с таким телом, как у тебя, – он скользит по мне жадным взглядом. – А если будешь непослушной, я тебя накажу… по-взрослому.

Я приехала в горы, чтобы проводить отца в последний путь… и оказалась в плену у чужого мужчины.

Он поселил меня в своем доме, заставляя привыкать к его правилам… и к нему самому. Джамал заявил, что он мой опекун. Что он защищает меня. Но все меняется одной темной ночью, когда он приходит в мою спальню…

Глава 1

Алиса

Дождь начинается внезапно – колючий, холодный, с запахом мокрой земли и базилика. Сначала он капает по мрамору, потом хлещет по волосам, размазывая тушь и минимальный макияж, который я нанесла, чтобы скрыть следы недосыпа и переживаний.

Очень скоро начинают расходиться – по одному, по двое. Женщины в темных платках шепчутся, не стесняясь – так же, как шептались, когда мой отец только женился на моей матери. Тогда и сейчас, после его смерти, они называли ее «русской блудницей». Теперь – я ее дочь. Все просто.

– Это та самая Алиса? Что позорит род Караевых?

– Да, дочь той блудницы! И посмела же заявиться на похороны своего отца, в то время, как здесь его законная жена и дети!

– Да уж. Посмотри, в чем пришла! Позорище…

Я стою под дождем, будто закопанная вместе с отцом.

На мне черное приталенное платье. Ни капли лишнего, и все же – да, оно обтягивает бедра, очерчивает талию и открывает колени.

Да, у меня нет платка на голове.

И да, мне плевать, что они думают.

Плевать на их обычаи, взгляды и проклятия в мой адрес.

Завтра я буду в столице, в своей квартире, но сегодня – я приехала проститься с папой, потому что это мог долг.

– Да она вообще не его, посмотри какие волосы светлые! И глаза какие голубые! Не наша она, но на наследство Караева наверняка будет претендовать…

Когда все заканчивается, кладбище пустеет, но я все равно слышу шаги за своей спиной. Неторопливые, тяжелые.

Кто-то задержался?

Я оборачиваюсь, и сразу понимаю – нет, он не задержался. Он целенаправленно движется в мою сторону.

Высокий, широкоплечий и весь в черном, а его лицо словно высечено из камня. Кажется, незнакомец ненамного старше меня – ему около двадцати пяти, но его темно-карие глаза изучают меня с той властной, неторопливой уверенностью, что мне хочется тут же провалиться сквозь землю.

Он смотрит на меня так, будто знал, что я останусь до конца.

Просто ждал, пока все уйдут, чтобы остаться наедине.

– Джамал, – представляется незнакомец, надвигаясь на меня. – Твой отец был дорог нашей семье и нашему роду.

– Сочувствую, – выдыхаю, отступая на шаг. – Но у нас нет ничего общего.

– Ошибаешься. Тебе не стоило приезжать сюда, потому что здесь тебе грозит опасность. Но раз ты сделала это – теперь ты будешь под моей опекой.

– Простите?

– С этого момента я – твой опекун.

Он произносит это тихо, почти равнодушно, но от этих слов у меня холодеет спина, сильнее, чем от дождя.

Я вскидываю брови, не веря:

– Это что, кавказский юмор?

Сильная рука Джамала неожиданно цепко ложится мне под подбородок. Он поднимает мое лицо, заставляя посмотреть в его потемневшие глаза.

– Здесь, в этих горах, со мной никто не шутит. Я пообещал твоему отцу, что не дам тебя в обиду, и только поэтому я здесь.

Он бросает быстрый взгляд на свежую могилу, и в его голосе нет тепла – только сухая, жесткая необходимость.

– Мне девятнадцать. Я решаю, куда ехать, и с кем разговаривать, – произношу твердо и отступаю на шаг. – И вам лучше отойти. Сейчас же.

Он усмехается уголком губ, но без веселья:

– Решения за тебя давно приняты. Ты просто еще не поняла, что, приехав сюда, ты обрекла себя на смертельную опасность. Теперь, чтобы выбраться отсюда живой, ты должна слушаться меня. Своего опекуна.

Он делает шаг вперед. Я – назад.

– Я не поеду с вами. Я уезжаю в столицу, у меня билеты…

– Ты думаешь, отсюда можно просто уехать? – в его тоне насмешка, но сквозь нее прорывается что-то темное, личное. – Здесь слишком хорошо помнят, чья ты дочь. И на какое наследство ты можешь претендовать. Твой отец – владелец огромного холдинга, и ты – преграда на пути к богатству многих людей.

Он кивает куда-то за спину. Я оборачиваюсь – и вижу, как несколько мужчин в плащах переговариваются у поворота дороги. Один из них – тот, кто плевал мне под ноги после поминок.

– Но я не единственная его наследница…

– Другие наследники находятся под защитой гор. Ты здесь – чужая.

Он кидает взгляд на мое платье – медленно, откровенно. Сначала по ногам, затем выше. Я чувствую его глаза на себе, как прикосновение. Жаркое и сильное.

– Некоторое время, что ты будешь под моей опекой, тебе придется прогнуться под местные обычаи, – медленно говорит он. – В столице ты можешь одеваться, как хочешь, но здесь ты одеваешься так, чтобы на тебя не пялились. Ты теперь под моей ответственностью.

– Ах, вот оно как? Я вещь, которую нужно прятать?

– Нет. Ты женщина, которую никто не должен трогать. Несмотря на то, что чистоты в тебе нет, и уважать тебя здесь никто не станет. Даже я.

Я замираю. Слова ударяют сильнее, чем пощечина, ведь он имеет в виду мою мать, которая, увы, известна всем как падшая женщина.

– Много лет назад твой отец опозорил весь наш род, когда женился на твоей матери – женщине легкого поведения, из эскорта, – произносит он холодно, без тени жалости. – И все же… я пообещал ему, что после его смерти защищу тебя.

– Я не такая! – вырывается у меня. – Я не грязная, как ты меня называешь!

– А кто ты? – его глаза темнеют, и он бросает взгляд на вырез моего платья. – Дочь эскортницы. И судя по твоей одежде… ты уже далеко не чистая девушка. Но это не мои заботы, а твоего будущего мужа.

Он медленно достает из внутреннего кармана платок – черный, тонкий. И, не спрашивая, набрасывает мне на голову. Его пальцы скользят по моим волосам, задерживаются на затылке. Мягко, но без права выбора.

Запах его тела – теплый, горький, как специи.

– Так лучше, – шепчет он. – Ты слишком заметная, Алиса. И слишком доступно выглядишь для тех, кто не будет спрашивать твоего согласия.

Я дергаю платок, пытаюсь снять – он перехватывает мою руку.

– Не делай этого. Мне все равно, в чем ты будешь ходить, но не стоит подогревать слухи.

– Что?..

– Ты слышала. Пока ты со мной – ты под моей властью. И будешь делать все, что я скажу, потому что я обещал твоему отцу, что уберегу тебя. За то время, что ты будешь под моей защитой, я научу тебя быть покорной, несмотря на все твои изъяны.

– Или что?! – спрашиваю дерзко.

Он склоняется ближе к моему уху. Его голос – тихий, горячий, как раскаленное железо:

– Или умрешь. Быстро и незаметно.

Я поднимаю глаза – и впервые вижу в его взгляде не только угрозу. Там огонь – хищный, мужской и… опасный.

– Ты будешь послушной девочкой, Алиса. Я научу тебя. Не сразу, но научу.

Я в ужасе замираю, а сердце бьется как бешеное.

– Нет, – шепчу я. – Я не поеду с вами.

– Поедешь.

Я круто разворачиваюсь, но он хватает меня за руку, резко, с силой. Я спотыкаюсь, едва не падаю, но он ловит меня и сжимает так, что пальцы будто врезаются в кость.

– Отпустите! – кричу. – Вы не имеете права!

– Я теперь все, что у тебя есть. Забудь слово «право», здесь оно ничего не значит…

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом