Мансур даже чаем поперхнулся, когда услышал, за кого друг хочет сосватать Рамию.
– Прости, Рашид, но ты в своём уме? Отдать мою дочь этому Тахо, или как там его? – возмутился Мансур.
– А почему нет? Я знаю отца Эмиля, он очень порядочный человек. Да отрёкся от сына, когда его посадили, но речь сейчас не о том. Это выход для всех. Эмиль не бедный, из наших. Да, он не особо придерживается наших обычаев, но ведь и ты дочерям вольницу дал, за что и поплатился. Знаешь, друг, если бы мы жили на родине, а Рамия была моей дочерью, я бы пристрелил её не задумываясь, за то, что она честь семьи уронила. Вот скажи мне, Рашид, как ты будешь людям в глаза смотреть после всего? Это мы с тобой старые друзья, а вот Ниримовы, даже руки не подадут, – грозным тоном произнёс Рашид.
– Я понимаю, что это наилучший вариант, но вдруг Рамия за него не захочет замуж? – развёл руками Мансур.
– Что значит не захочет, папа, а ты на что? Слово отца для дочери должно быть законом, иначе она по наклонной пойдёт. Если Рамия не примет нашего решения, то клянусь, я лично выгоню её из дома и пусть идёт куда хочет. Её мать была из детского дома, кроме нас, родни у неё нет, – неожиданно заявил Али, при этом посмотрел так, будто готов прямо сейчас взять сестру за косу и протащить по земле до калитки.
– Хорошо, я согласен и Рамию заставлю. Как вы Эмиля собрались уговаривать. Не думаю, что недавно освободившись из тюрьмы, он захочет жениться? – обречённо вздохнул Мансур.
– Это предоставьте мне, я знаю, как надавить на этого парня. Скажем, что вы заявите в полицию, что была попытка изнасилования. Эмиль не захочет снова загреметь на срок, причём по такой позорной статье. Такое не мужики не блатные не прощают, – ответил Мурад. – У меня есть телефон Тахджиева, я сейчас позвоню ему и договорюсь о встрече.
***
Эмиль сидел в своём кабинете и пытался вникнуть в дела, но ничего не выходило. Мысли всё время возвращались к снимкам, которые выложили в одном из телеграм-каналов. Пришлось вызвать Андрея, который всё же решил отдохнуть.
– Привет, дружище, зачем ты меня с бабы сдёрнул? – в кабинет зашёл Заварзин.
– Ха, можно подумать, ты не кончил, а со стоячим хреном помчался ко мне. Привет, Зверь, я злой.
– Вижу не слепой, – Андрей плюхнулся в одно гостевое кресло, а ноги положил на другое. – Какие проблемы у нас? Нашёл ошибку в работе клуба?
– Не у нас проблемы, а у меня. Смотри внимательно, Зверь, и объясни мне, как это могло в интернет просочиться? Кто это снимал? – Эмиль пододвинул по столу телефон.
Друг взял в руки гаджет, посмотрел фото, почитал пост и выпучил глаза.
– Стопэ, Тахо, это не мог быть кто-то из нас. Мы все в кадр попали.
– Зверь, я на вас даже не подумал бы. Вспоминай, как дело было. Если это кто-то из официантов или другой обслуги клуба, я на куски порежу, – рыкнул Эмиль.
Андрей беспечно махнул рукой и сказал расслабленно.
– Забей, бро, это они опозорились, а не ты.
– Мне Мурад перед твоим приходом звонил и заявил, что хочет встретиться, но не один, будет отец этой девки, которая к нам вместо проститутки пришла. Говорил же, аукнется мне ещё встреча с Гапиевым. Я сейчас сижу и плохо соображаю, кто мог фото сделать?
– Идём тогда в вип-зону, пока клуб не открылся, там я быстрее вспомню, да и ты тоже, – друг поднялся с кресла.
Эмиль встал из-за стола и направился вслед за Андреем, заложив руки в карманы. Смартфон друг прихватил с собой, но Тахо был не против.
– Ты сидел тут, когда фоткали. Садись, дружище, не стой, – скомандовал Заварзин, потом стал ходить по комнате, держа телефон в руке. – Здесь шторы были приоткрыты, могли снимать, спокойно прячась за ними, но тогда выходит другой ракурс. Отсюда велась съёмка, тут стояла та девушка, что пришла с Мурадом. Вспомнил, она ещё телефон к груди прижимала. Чую неспроста всё. Мураду скажешь?
– Посмотрим по обстоятельствам. Договорились, что завтра к часу дня они сюда подъедут. Сначала выслушаю, что мне скажут, а уже потом решу говорить или нет, – Эмиль погладил стол, потом стукнул по нему ладонью, – Мурад – обладатель редкого таланта, выводить меня из равновесия одним лишь существованием. А всё потому, что отец мне с детства его в пример ставил. Смотри у Рустама Гапиева какой сын прилежный. Мурадик то, Мурадик сё, а я был для него никчёмный разгильдяй. Пошли в бар, хлебнём чего-то.
– Я за рулём, Тахо.
– Так и я на байке. Соку нальём или минералки. Я потом домой рвану, всё, что планировал, сделал, – с раздражением ответил Эмиль.
Хотелось выпить чего-то покрепче, но железного коня у клуба не бросишь. Был бы это автомобиль, другое дело.
Глава 15
Отец и Али задерживались, они давно должны были приехать из аэропорта, но их всё не было. Рамия вышла на улицу, ей казалось, что она задыхается в доме.
Лале сейчас лебезила перед тётей Гулиёй и выставляла себя несчастной. Она больше всех пострадала, оттого, что сестра оступилась, теперь её замуж никто не возьмёт. Рамия решила не оправдываться, бесполезно доказывать, что её подставили, потому что в это никто не верит.
Наконец, во двор заехала машина Али. Папа вышел из салона, подошёл, Рамия обняла его, а он поздоровался и ответил на объятия.
– Что теперь будет, пап? Лале говорит, ты меня из дома выгонишь, – тихо произнесла девушка.
– Никто не собирается гнать тебя из дома. Что будет, узнаем завтра. Я поговорю с владельцем клуба, который с тобой на фотографии, после этого озвучу своё решение.
– Я не виновата, но мне почему-то никто не верит.
– Виновата или нет, теперь уже неважно, нужно спасти честь семьи, и я это сделаю, обещаю, даже если придётся пойти на крайние меры, – ответил за отца Али. – Завтра вместе к Тахо поедем, отец.
Рамия не понимала, зачем вдруг Папе и брату понадобилось ехать к тому мужчине, с которым её сфотографировали в клубе. Хотелось о многом расспросить, но к ним подбежала тётя Гулия и начала обниматься с мужем, приветствуя его. Лале тоже вышла поздороваться, но при этом на лице было скорбное выражение, словно на неё рухнула самая старая яблоня в саду и девушка теперь помирает от боли.
***
Отец обнял её вслед за мамой, Лале прижалась к нему и всхлипнула. Хотелось измазать ненавистную сестру в дерьме, но она подумала, что не стоит этого делать прямо сейчас. Папа не дурак и может заподозрить неладное, никто не должен догадаться, что именно она с помощью Жанки всё провернула. Фактически Рамия уронила честь семьи по её вине.
– Дайте мне принять душ с дороги и переодеться, за ужином поговорим. Я тоже по всем соскучился, и мне интересно знать, как вы жили тут без меня.
Лале снова промолчала, прошла до беседки и демонстративно села на лавку. К ней подошёл Али, скрестил руки на груди и произнёс строго.
– Опять что-то задумала, сестрёнка? Смотри мне, если ещё и ты нас подведёшь, – Али погрозил ей пальцем, при этом, нахмурив брови.
– Больше чем натворила Рамия, сделать уже невозможно, братик. Надеюсь, отец строго её накажет, лучше всего, чтобы пнул с чемоданом за калитку этого дома, но просить я этого не буду, – недовольным тоном ответила Лале и поджала губы.
– Разумеется, не будешь. Кто ты такая, чтобы указывать мужчинам? Папа в своё время был не прав, когда разрешил мне отпускать вас в клуб. Я пожалел, что в последний раз повёлся на твои уговоры. Лалибековых с вами не было, и вы с Рамией пустились во все тяжкие, – строгим тоном сказал Али.
– Я тут при чём? Это всё Рамия, она говорила тебе, что не хочет замуж за Мурада, ты не послушал её. Теперь пожинай плоды, братик. Сестра сделала всё, чтобы не выходить за мужчину, которого она не любит. Гены, ничего не поделаешь, ведь её мать была русская, – с укоризной сказала Лале, смело глядя на брата.
– Не цепляйся к нации, сестрёнка. Рамия с пяти лет воспитывается в нашей семье, а это много значит. Иди в дом, помоги маме накрыть к ужину.
Лале встала и, высоко подняв голову, направилась к дому.
«Если я не выйду замуж за Мурада, то и она тоже. Он не достанется Рамии никогда, я сделаю всё для этого», – подумала Лале.
Вскоре вся семья собралась за столом, отец сидел хмурый и непривычно молчал.
– Пап, ты так и не скажешь, какое решение принял? Рамия опозорила нашу семью, и если мы не смоем грязь, меня замуж никто не возьмёт, – тихо произнесла Лале.
– Своё решение я озвучу завтра, а пока не порть мне своими стонами и без того плохое настроение. Всё случилось не без твоего участия, ты потащила Рамию на концерт диджея, – ледяным тоном ответил отец.
– Я потащила, даже отрицать не буду. Но её никто не заставлял вешаться на чужих мужиков. Я всего лишь в туалет отлучилась, а она ушла в вип-зал, где сидели одни парни. Рамия говорила, что не хочет замуж за Мурада, вот и вытворила такое, знала, что он её бросит. И где я виновата? Из-за этой дуры теперь и меня в приличную семью не возьмут.
Лале видела, что сестра хотела что-то сказать, но отец остановил её взмахом руки.
– Хватит пререкаться, завтра объявлю своё решение и не дай всевышний кто-то с ним не согласиться. Прекращаем мусолить эту тему, я всё сказал.
Лале уткнулась в свою тарелку, стараясь не улыбнуться. Замечательно, Рамие даже оправдаться не дали, скоро её выметут из этого дома поганой метлой.
Глава 16
Эмиль появился в клубе и сразу объявил охране, что к нему приедут гости. Их нужно проводить в зал, он будет ждать за столиком. В горле пересохло, почему-то нервничал, хотя такое с ним случалось редко, сейчас казалось, что грядёт что-то нехорошее.
Тахджиев налил себе стакан сока в баре и сел за столик. До встречи оставалось пятнадцать минут. Он специально не стал приезжать рано, если бы гости явились вперёд него, пусть бы ждали. Вышло наоборот, ждал он, впрочем, недолго. Посетители заявились ровно в назначенное время, Эмиль подумал, что всё сделано, чтобы подчеркнуть значимость события.
Произвести впечатление не вышло, Тахо не стал встречать лично, охрана проводила всех к его столику, как холопов к барину. Сам он развалился в кресле и спокойно взирал на всё, хотя на душе закипала злоба.
– Приветствую вас в моём клубе, господа. Али и Мурада я знаю, в одной школе учились, а как обращаться к вам? – Эмиль посмотрел на седовласого мужчину, которому по виду было за пятьдесят.
– Здравствуйте, меня зовут Мансур. Я отец той девушки, которая попала вместе с вами на снимки в интернете.
Мужчина подал руку, Эмиль встал и пожал её. Потом предложил всем присесть. Казалось странным, что сюда притащился отец той девицы. Хочет выяснить, как всё было? Впрочем, Эмиль решил, что сначала выслушает гостей, а уже потом решит, открывать им правду или нет.
Зверь оперативно всё разузнал Лале Шахинова и Жанна, работающая в клубе хостес, учились в одном классе. На Крюкову надавили ещё раз, и она призналась, что именно Лале подговорила её помочь подставить Рамию.
– Да, нас с Рамией кто-то сфотографировал в клубе, неприятно, что снимки уплыли в интернет, но в этом нет моей вины. Как я уже говорил Мураду, девушка пришла в наш вип-зал сама, на аркане её никто не тащил. Скажу больше, я не дал её тронуть своим друзьям, сразу заметил, что девушка не проститутка. Какие ко мне претензии теперь? – усмехнулся Эмиль.
– Семья Шихановых опозорена, это задело и меня, – начал говорить Мурад.
– Послушайте, господин адвокат, мне глубоко плевать, что история задела вашу честь, – перебил Эмиль. – Я подготовился к нашей встрече и могу показать видео с камер наблюдения.
– Уже не важно, виновата она или нет, главное – очистить наши добрые имена от позора. Мы придумали план: моя дочь Лале выйдет замуж за Мурада, а Рамия – за вас. Скажем всем, что перепутали имена на приглашении, на самом деле вы жених Рамии и обнимаете её на снимке законно. Вашу едва начавшуюся драку можно объяснить личной неприязнью. Свадьба состоится в следующую субботу, – неожиданно заявил Мансур.
Эмиль громко расхохотался, заявление было абсурдным. Он и свадьба – вещи несовместимые в ближайшие несколько лет.
– Мурад, ты настолько не любил свою невесту, что готов отдать её мне, человеку, который едва до смерти твоего брата не забил?
Тахо увидел, как адвокат скрежетнул зубами и нахмурился, его руки сжались в кулаки.
– Не надо лезть в мою душу, Тахо. Я уже говорил мне важно обелить честь семьи, – рыкнул Гапиев.
Эмиль позволял только друзьям называть себя по прозвищу, но тут решил стерпеть, а ещё он понял, правда для этих мужчин вовсе не важна. Виновата девушка или нет, не имеет значения, главное – обелить честь семьи.
– Рамия – красивая девушка, я не буду отрицать, но в ближайшие лет пять, я жениться не собираюсь, – ответил Эмиль.
– Если ты на ней не женишься, я клянусь, что мы с отцом потащим Рамию в полицию. Она заявит, что ты и твои дружки пытались её изнасиловать. Как я знаю, зал рядом с вами был открыт, моя сестра шла туда, но случайно попала к пьяным мужикам, которые стали её домогаться. Лале и Мурад подоспели вовремя и спасли её, – теперь стал говорить Али, ледяным тоном.
– Будет суд, Эмиль, не сомневайся. Как думаешь, кому поверит судья, уважаемому в городе адвокату или уголовнику, который недавно вернулся с зоны. Поедешь назад за решётку по позорной статье, если не согласишься на наши условия. Допускаю, что ты предоставишь в суде видео с камер, что Рамия пришла к вам сама, но ведь в том помещении, где вы сидели, нет видеонаблюдения. На одном снимке напуганная девушка в твоих объятиях, на другом – наша несостоявшаяся драка, я пытаюсь защитить Рамию. Лале подтвердит, что слышала, как сестра звала на помощь. Выбирай, Эмиль, свадьба или позорная статья.
Мурад сказал всё это таким тоном, что у Тахо не осталось сомнения, он выполнит задуманное. Все будут считать его героем, спасителем невинной, а он, Эмиль, поедет отбывать новый срок. Для Гапиева так даже лучше, он сможет жениться на Рамие, сыграв в благородного рыцаря, вот только Тахджиев прекрасно знал: семья Гапиевых слишком чтит старинные обычаи родины, чтобы взять опозоренную девушку в семью.
«Ладно, гадина, я преподнесу тебе подарок на свадьбу. А может, скажу правду после рождения первенца. Ты ещё пожалеешь, что шантажом заставил меня жениться».
– Хорошо согласен на свадьбу. У меня будет лишь несколько условий. Я приглашу маму с отчимом и троих друзей, отца я видеть не хочу, – Эмиль постарался сказать всё так, чтобы не было заметно, как он раздражён.
– Твой отец друг нашей семьи и партнёр по бизнесу. Папа давно его пригласил, уже ничего не отменить, – с сожалением ответил Мурад.
– Пусть будет так, но банкет за ваш счёт, ни одной копейки не дам, – Эмиль не выдержал и всё же показал, как он зол, тон вышел требовательным.
Гости согласились на его условия. Мансур сказал, что с него не требуют денег, главное, сейчас обелить две уважаемые семьи перед диаспорой. Эмиль принадлежал к ней, но предпочёл вести полностью светский образ жизни, чем ещё больше разозлил отца.
– Ты можешь видеться с Рамией, приезжай в гости, раз уж так вышло, что мы скоро породнимся, – предложил Мансур.
– Не имею ни малейшего желания ходить на свидания, особенно в ваш дом. Для меня главное, чтобы девушка согласилась выйти за меня замуж. Приеду её забирать из дома в назначенное время. Танцев с бубнами не ждите, неземной любви к вашей дочери тоже. А теперь прошу покинуть моё славное заведение, скоро открытие, – резко сказал Эмиль и встал. – Провожать не буду, дорогу найдёте сами.
Тахджиев ушёл с гордо поднятой головой, плевать, что о нём подумают будущие родственники. Девушку он в свой дом примет, а с ними знаться не обязательно. И всё же предчувствие не подвело, не к добру он встретил в тот злополучный день Гапиева.
Глава 17
Отец и брат уехали к Тахджиеву. Лале знала, что к клубу должен подъехать ещё и Мурад. Обо всём поведал Али, но подробности ни он, ни папа не сказали.
Лале сидела в общей комнате, где стоял телевизор, и пыталась смотреть какой-то дурацкий сериал, который полюбила мама. Она делала вид, что она не переживает, ей всё время казалось, что владелец клуба пронюхает, кто подставил Рамию и непременно доложит отцу и брату. Это не изменит того, что сестрёнка опозорила их семью, но ей тоже выпишут люлей и на этот раз вовсе не словесных.
Наконец, мужчины вернулись домой. Али вальяжной походкой зашёл в гостиную. Отец сел в одно из кресел, взял со стола пульт и выключил телевизор.
– Лале, сходи за Рамией, у нас для вас важное сообщение, – строгим тоном произнёс папа.
Лале подорвалась с места, волнение зашкаливало. «Хоть бы досталось ей, а не мне», – повторяла про себя девушка, поднимаясь на второй этаж.
Сестра лежала на кровати, копалась в своём телефоне, когда Лале бесцеремонно ворвалась в её комнату.
– Поднимай свой протухший зад и шуруй в общую комнату. Отец и Али привезли новости, требуют тебя, – скривилась девушка и тут же пошла прочь.
Папа не стал сразу набрасываться на неё с обвинениями, а значит, всё обошлось, довольно подумала Лале, хотя могло быть, что именно сейчас выяснится, кто на самом деле всё устроил.
Сев рядом с матерью, девушка наблюдала, как ненавистная Рамия входит в комнату. Паршивка села по другую сторону от мамы и Лале почувствовала, как ревность снова затмевает душу, она глянула на Али, тот расположился во втором кресле и выглядел понуро.
– Мы с семьёй Гапиевых приняли решение обелить честь наших семей единственным возможным способом, – начал отец, потом обвёл всех хмурым взглядом и продолжил тоном, не терпящим возражения. – Лале выходит замуж за Мурада, скажем всем, что фирма, которая писала приглашения, перепутала имена сестёр.
Услышав это, Лале едва в ладоши от радости не захлопала, она и не думала, что ей настолько улыбнётся удача. Мурад теперь станет её, а Рамию выгонят из дома. Наконец, паршивке, укравшей у неё любовь родителей, аукнется. Скорее всего, владелец клуба подтвердил то, что девушка пришла к ним сама и вела себя как шлюха.
– Я не хотел бы родниться с Эмилем Тахджиевым, он ведёт исключительно светский образ жизни, владеет клубом, где некоторые девушки торгуют своим телом. Раньше меня такое мало волновало, думал, беда не коснётся нашу семью, да и проститутки там добровольно. Сейчас вынужден признать, что отдать Рамию за Эмиля – единственный выход. Дадим блогеру денег, он напишет извинения и скажет, что на самом деле Тахджиев обнимает Рамию на фото по праву жениха, – теперь своё слово сказал Али.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
