Виктория Романова "Запретный плод дважды 2"

Я хочу, чтобы ты был сверху, я должна видеть тебя, я хочу быть под тобой.

Его губы прижались к моей шее, оставляя влажный след от мочки уха до ключицы. Зубы слегка впились в чувствительную кожу, заставляя вскрикнуть. Каждое касание было наполнено нежностью и страстью, переплетение наших тел заставляло сердце биться быстрее. Я ощущала, как дрожь пробегает по всему телу, заставляя каждую нервную клетку реагировать на его прикосновения.

Жадные губы опустились ниже по линии грудной клетки, вызывая волны наслаждения, которые накатывались на меня с новой силой. Он сразу захватил сосок ртом, обхватив его своими губами, как будто желая запомнить этот момент, заставляя меня выгнуться от резкого удовольствия. Вибрации его языка, кружащего вокруг затвердевшего бугорка, отходили в ритме, который мне был знаком и одновременно новым.

«Сильнее…» – я приподняла грудь, подаваясь навстречу. Язык закрутился вокруг затвердевшего бугорка, а его пальцы сжали вторую грудь, скользили по бархатной коже, выжимая из меня тихий стон, который напоминал о том, насколько я была близка к нему.

«Вся дрожишь…» – провёл пальцем между моих ног. Губы нежно прошлись по внутренней стороне бедра, оставляя за собой цепочку мельчайших укусов, которые создали ощущения смеси нежности и возбуждения. «Не тяни…» – произнесла я, пытаясь притянуть его голову к своей промежности, желая, чтобы его губы оказались там, где мне нужно. Но он лишь ухмыльнулся, игриво целуя мой живот, словно дразня и испытывая моё терпение.

Пальцы его рук уверенно впились в мягкую плоть ниже пупка, оставляя после себя яркие красные отпечатки, словно отметки, которые показывали, как я жажду его прикосновения. Он неподвижно лёг сверху, обнимая меня своим теплом и весом, именно так, как я и мечтала всё это время. Я почувствовала, как его горячий член упёрся в скользкий вход, но не прорвался дальше, оставаясь на грани того, чтобы войти в меня.

«Скажи, как хочешь», – прошептал он, его голос низким и манящим, когда он провёл стволом по моему клитору. В этот момент я застонала, полная желания, пытаясь насадиться на него, чувствую, как моё тело тянется к нему, но он отстранился, оставляя меня в состоянии ожидания и нетерпения. Каждое его движение было рассчитано, каждое дыхание – таким, что казалось, будто время остановилось.

«Пожалуйста… Войди в меня… Сейчас же!» – мои ногти оставили царапины на его плечах. С довольным рыком он вогнал член на половину длины, заставив вскрикнуть.

-Мне нужно всё – прошептала чуть слышно.

Я обвила ногами его поясницу, пятки упёрлись в ягодицы.

Первые толчки были медленными, глубокими. Я чувствовала каждый сантиметр, каждый изгиб вены на его стволе. Глубже— выдохнула я, когда он вошёл почти до конца. Ещё одно движение вперёд и его член полностью заполнил меня. Его живот прижимался к моему клитору с каждым движением. Мы двигались в унисон, флюиды любви между нами все сильнее помогали углубить эту интимную связь, желая ощутить каждую деталь, каждую эмоцию, каждое прикосновение.

Он сменил угол, ударяя головкой в верхнюю стенку влагалища. Моё тело затряслось, пальцы вцепились в простыни. «Да! Боже, продолжай!» – мои крики стали громче, когда он ускорился.

Он поднял мои ноги на плечи, глубже входя при каждом толчке. Шлепки кожи о кожу слились с хлюпающими звуками моей смазки. Его пальцы нашли клитор, начав быстрые круговые движения.

– Не останавливайся – тело напряглось, влагалище сжалось вокруг члена. Он зарычал, вгоняя себя до конца с каждым ударом.

Мы кончили синхронно – мои ногти оставили кровавые полосы на его спине, его зубы – синяк на моём плече.

Когда оргазм накрыл меня, я закричала, выгибаясь всем телом. Влагалище судорожно сжималось, выжимая из него всё до капли. Он вогнал член последний раз, замирая глубоко внутри. Семя выплеснулось горячим потоком, смешиваясь с моими соками. Горячие струи били в матку, заставляя вздрагивать от наслаждения.

Он рухнул на меня всё ещё пульсируя внутри. Мои ноги дрожали, сердце готово было выскочить из груди.

Счастье, игривое и неукротимое, танцевало во мне, как искры фейерверка в ночном небе. Когда он прижал меня к себе, время замедлилось, превратившись в шелковистую нить, сплетённую из аромата его кожи и запаха страсти, словно вторя ритму моего сердца.

В его объятиях я стала морем, готовым выйти из берегов от переизбытка чувств. Каждый вздох, каждый взгляд – капли, наполнявшие эту бездну до краёв. И пусть завтра взойдёт солнце и принесёт с собой обыденность – сейчас, в этом пузырьке вечности, я знала: даже боги глядя на нас завидуют нашему счастью.

Через несколько минут, когда мои душа и тело пришли в порядок после его ласк, легонько толкнула его в плечо. Иди в ванную, герой. Мне надо надолго, а вам мальчикам делов на одну минуту. Дионис встаёт успевая меня чмокнуть в губы, совершенно не стесняясь своей наготы идёт в ванную. Слышу шум воды, улыбаюсь счастливо. Могла ли я об этом мечтать еще пару недель назад?

“Дзыыыыынь!” – дверной звонок словно удар молотком по голове. Господи, да кого же там принесло на ночь глядя? Нехотя встаю, иду к двери. Вспоминаю, что сегодня звонила соседям и просила забрать бейсболку дяди Вити. Открываю дверь, даже не смотря в глазок и не спрашивая, кто там. Вы же знаете, что прежде чем открыть дверь, надо в глазок посмотреть? Знаете, и я знаю. Но открыла, не посмотрев. Я была в шоке от того, кого увидела стоящим у своей двери с довольным выражением лица и букетом цветов.

– Привет, Дмитрий, – здороваюсь, а у самой от волнения голос пропал.

– Инга, а я вот, мимо проходил, дай думаю зайду, – говорит он, и я не хочу спрашивать, как или у кого он узнал мой адрес. И так понятно, от Вики. Как же не вовремя! Хорошо, что Дионис в ванной, иначе это была бы огромных размеров попа.

– А я вот не с пустыми руками, – говорит он и протягивает мне букет цветов и бутылку шампанского. Правда, у него странное выражение лица, словно я голая. Я стою и не знаю, что делать, мозг просто отказывается работать. Беру цветы и бутылку, дверь закрываю. Он так и стоит в подъезде, я в квартире. Блин, вот так попала! А дверь-то зачем перед его носом захлопнула? Испугалась. Да и не заводить же его в квартиру. Ааааа! Что делать?! И тут я смотрю на своё отражение в зеркале. Тонкий шёлковый халат на голое тело. Нижние пуговицы расстёгнуты по самый пупок, а трусиков на мне нет. Вот почему у Димы такие большие глаза.

Вы знаете, что такое разрыв сердца? Нет? А я вот представляю, потому что это со мной практически случилось. Застёгиваюсь на все пуговички. Снова открываю дверь. Лицо Дмитрия выражает огромную гамму чувств.

– Инга, а что происходит? Ты не одна?

– Одна. Просто не ожидала, – отвечаю, а у самой сердце в пятках и испарина между лопаток. Через пару минут Дионис выйдет из ванны. Вот так встреча будет. Отец и сын встречаются у общей любовницы. Можно сразу попрощаться с мечтами о женском счастье, которое закончилось, не успев толком и начаться.

– Так, войти можно?

– Нет, я не одна.

– Ты же сказала, что одна.

– Да, сказала. – Господи, что за бред я несу.

Замечаю, что выражение его лица меняется на недоумение. Так, куда это он смотрит? Опа, а смотрит он на бейсболку Диониса, которую он бросил в коридоре. Дмитрий хочет у меня что-то спросить, но я снова захлопываю дверь перед его носом, потому что слышу, как открывается дверь ванной. Бегу к Дионису, и чтобы он ничего не сказал, целую в губы.

– Иди в спальню, мой жеребец, – шепчу ему на ухо.

Бегу к двери, открываю. Дмитрий всё ещё стоит на пороге, но теперь его лицо выражает не просто недоумение, а настоящую растерянность. Он явно не ожидал такого поворота событий. Я чувствую, как моё сердце колотится так сильно, что, кажется, его стук слышен даже ему. В голове мелькают мысли: «Что делать? Как объяснить эту ситуацию? Почему всё так сложно?»

– Дмитрий, – начинаю я, пытаясь собраться с мыслями, – сейчас не самое подходящее время. Я не ожидала тебя увидеть, и… – голос срывается, я не могу закончить фразу.

Он смотрит на меня, и в его глазах читается смесь обиды, ревности и вопросов, которые он боится задать. Я понимаю, что должна что-то сказать, как-то объяснить этот хаос, но слова не приходят. Вместо этого я просто стою, сжимая в руках букет цветов, который он мне подарил, и чувствую, как моё лицо заливается краской.

Он задумывается, и в этот момент всё вокруг замирает, даже кровь в моих венах, казалось, перестаёт двигаться, а дыхание словно заткнулось в горле. Я не решаюсь произнести ни слова, даже не дышу, так как волнение охватывает меня с головой. Мои мысли стремительно метались, осознанно и неосознанно, оценивая ситуацию. К тому же, всё это время мне было не очень приятно от его неожиданного прихода, а сейчас стало ещё хуже.

Я чувствую, как тяжесть на сердце возрастает. Он сейчас вспомнит. Трудно не вспомнить бейсболку сына. Этот конкретный аксессуар стал своего рода символом, напоминанием о Дионисе. Внутри меня шевельнулась волна стыда, и я мысленно попросила прощения у своего мальчика. Бедный, в каком же он будет шоке, когда узнает, что я спала с его отцом. И не в каком-то далёком прошлом, а в самом начале наших с ним отношений. Это станет для него сильным ударом, я это понимаю. Если бы я сделала это до знакомства с ним, возможно, я могла бы попытаться исправить ситуацию, объяснить. Но такие вещи мужчины обычно не прощают. Внутри меня нарастала тревога, словно холодные пальцы сжимали сердце.

И вдруг, словно по мановению волшебной палочки, происходит настоящее чудо. Открывается дверь соседней квартиры, и выходит Витёк, в своём обычном состоянии, то есть слегка пьяный и как оказалось в одних только трусах.

– Инга, я это, у тебя кепку забыл, – пробулькал он, потирая глаза, словно пытаясь проснуться от крепкого сна.

В этот момент я не собираюсь ему возражать, что он не просто забыл её, а потерял на ступеньках, когда пьяный полз домой. Забыл – значит забыл; такова мужская логика.

-Вот, возьми.

Глава 3

Я протягиваю ему бейсболку Диониса, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно и спокойно. Благо, что он в таком состоянии, что примет её без лишних вопросов. Да он сейчас не заметит разницы даже между бейсболкой и ведром!

Дмитрий, с другой стороны, стоит рядом, улыбается, и я вообще не могу понять его реакцию на довольно комичную ситуацию с Витьком.

Он что, действительно обрадовался, увидев это пьяное чудо в трусах? И, судя по всему, сейчас он будет произносить свою речь, полную пафоса и страсти.

– Инга! – начинает он. – Ты самая лучшая из всех женщин, которых я встречал в своей жизни. Ты умница и красавица, поэтому достойна большего. Вот этот – тебе не пара! Я буду за тебя бороться, и он мне не конкурент. Я не отступлюсь. Судьба свела нас, значит, нам суждено быть вместе!

Эти слова, произнесённые им с необоснованным пылом, повисли в воздухе, заставив удивиться даже Витька. Развернувшись, он уходит, оставляя меня в недоумении. Я закрываю дверь и совершенно без моральных сил, от пережитого стресса сажусь на пол перед дверью. Что только что произошло? В чем дело? Кого я, по его мнению, не достойна? С кем он собирается за меня бороться? И тут до меня доходит. Дмитрий, похоже, подумал, что я сплю с Витьком, потому что он вернулся ко мне за “своей” бейсболкой. Теперь всё встало на свои места: он счел Витка своим соперником! Я просто не могла сдержать смех. Прямо на моих глазах то, что могло стать самым ужасным событием в моей жизни, превращаются в театральную комедию. Но и стало немного обидно. Как мог Дмитрий подумать, что я опущусь до того, что буду спать с алкашом? Вот козёл!

На мой нервный смех из спальни выходит Дионис. Он видит цветы, бутылку шампанского и меня, смеющуюся под дверью, как будто в замешательстве.

– Инга, а что происходит? Откуда взялись цветы и шампанское? – спрашивает он, явно недоумевая.

– Дионис, ты помнишь, я тебе писала, что по ступенькам полз пьяный сосед, пел песни и потерял бейсболку? – спрашиваю я, пытаясь собрать все мысли воедино.

– Конечно, помню, это было несколько дней назад, – отвечает он, кивая.

– Так вот, он приходил за ней, принёс в благодарность цветы и шампанское. Я понимаю, что это слишком много, но, а что мне делать? Отказаться? – говорю я, кидая взгляд на яркие цветы, которые теперь кажутся ничем иным, как символом недопонимания и забавной ситуации.

– Так, а смешное то здесь, что? – опять спрашивает он с искренним недоумением.

– Он твою бейсболку забрал! – сообщаю я со смехом. Представляешь, если бы я практически голая в подъезде стала отбирать у пьяного Витька твою бейсболку?

Дионис тоже начинает смеяться. Ему просто весело, а у меня начинается истерика от пережитого стресса. Он подходит ко мне, помогает встать, берёт на руки и несёт в спальню. Я понимаю, что сейчас он приведёт мои нервы в порядок самым лучшим из известных мне способов – с нежностью и заботой, окуная меня в атмосферу успокоения и любви, которая сейчас мне так необходима.

Какое же это счастье – проснуться в одной постели с любимым человеком. Это было божественно! Все выходные мы с Дионисом провалялись в кровати. Это были самые лучшие суббота и воскресенье в моей жизни. Я словно помолодела на двадцать лет, чувствовала себя юной девой рядом со сказочным принцем. Сегодня понедельник, а у меня до сих пор бурлит кровь, и сладко ноет внутри при воспоминаниях о том, что было. Боже, чем же я заслужила такой подарок? Мне и самой до сих пор не верится, что это всё происходит со мной.

Конечно же, он ушёл рано утром, чтобы его не видели соседи. Мы договорились, что на работе будем вести себя, как ни в чём не бывало, и не приходить в одно и то же время. Вот, сидим на своих рабочих местах, как два идиота, лыбимся друг другу. Хорошо, что остальные сотрудницы сидят к нам спиной. В очередной раз похвалила себя за то, что переставила его стол вплотную к своему. Переглядывания, томные вздохи, робкие улыбки – это всё, чем мы смогли заниматься до обеда. Ни о какой работе не могло быть и речи. Два влюблённых человека сидят рядом, ну какая к чёрту работа, если мы ещё даже не насмотрелись друг на друга?

Написала ему уже десяток сообщений в WhatsApp, что нам надо быть осторожнее, иначе сегодня же по всем отделам “Золотой Груши” поползут разговоры о наших отношениях. Вы знаете, что он мне писал в ответ? На каждое моё сообщение «будь осторожнее» он отвечал: «Я тебя люблю». Я просто не верю своему счастью. Пускай эта безумная любовь продлится даже несколько месяцев, я всё равно буду благодарна судьбе за такой подарок. Но я никому не позволю отобрать его у меня.

Разрешила ему сходить со мной на обед. Только не прижиматься ко мне, не брать за руку по дороге и не смотреть влюблённым взглядом! Он, конечно, пообещал, но что-то с трудом верится. По крайней мере, насчёт взгляда у него точно ничего не получится. Нет ещё у него опыта в таких делах.

В начале второго часа сотрудницы стали расходиться на перерыв. Кто-то в столовую, некоторые прямо здесь перекусывают домашними салатиками. Мы, стараясь даже не смотреть друг на друга (конспирация!), идём в столовую. Как можно идти рядом с молодым мужчиной, с которым провела несколько волшебных ночей, спокойно? Да меня даже его запах возбуждает! Может, затолкать его в архив и оторваться? Нет, нельзя. Придётся терпеть до ночи. Идём, купаемся во взглядах любви, как бы случайно касаемся руками друг друга.

В столовой мы выбрали столик в углу, подальше от посторонних глаз. Дионис сел напротив меня, и я почувствовала, как его нога слегка коснулась моей под столом. Я вздрогнула, но не отодвинулась. Его взгляд был таким тёплым и влюблённым, что я едва сдерживала улыбку. Мы заказали еду, но я почти ничего не ела – слишком сильно было волнение. Вместо этого я украдкой наблюдала за ним, за тем, как он ест, как улыбается, как его глаза блестят, когда он смотрит на меня.

– Инга, – тихо произнёс он, – ты знаешь, как я счастлив?

Я кивнула, не в силах сказать ни слова. Моё сердце билось так сильно, что я боялась, будто его услышат все вокруг. Мы сидели так, словно вокруг нас не было никого, словно весь мир состоял только из нас двоих.

После обеда мы вернулись в офис, но мои мысли были далеко от работы. Я ловила себя на том, что постоянно думаю о нём, о том, как он прикоснулся ко мне, как его голос звучал, когда он говорил, что любит меня. Я чувствовала, как моя жизнь меняется, как всё вокруг становится ярче и насыщеннее.

На следующий день, когда мы с моим мальчиком снова шли в столовую, я чуть не умерла от переживаний и возмущения! Подбегает эта вертихвостка Марина, которую я в командировку отправляла, берёт моего Диониса под руку и уводит в сторону!

«Ах ты тварь!» – хочется крикнуть этой даме, но я не могу. Я просто застываю на месте, не в силах сделать даже шага или что-то сказать, слишком велико потрясение. Я вижу глаза Диониса, они просят помощи. Он и сам в шоке оттого, что происходит.

Как я ей что-то скажу, если мы с Дионисом официально не пара? Он ведь не держал меня под ручку, когда мы шли в столовую. Мы просто шли в одну сторону, между нами не было даже разговора. Она просто увидела одиноко идущего знакомого мужчину и взяла его под руку. Она, наверное, просто хочет с ним поговорить, пригласить его домой, чтобы помочь «шкаф передвинуть», а потом нагло его соблазнить и трахаться всю ночь с моим мальчиком.

Потом он уйдёт к ней, а я умру от горя. Ну и мысли лезут в мою голову! Но Марина меня бесит всё больше и больше. Я никому не позволю вот так, на моих глазах, обжиматься с моим любимым человеком. А то, что у нас тайная любовь, не делает её поступки лучше. Он мой, и точка. Никому его не отдам.

Пока шла в столовую, немного успокоилась. Неприятно удивилась, что Диониса и Марины (не могу её по имени называть, противно, пусть она будет «вертихвостка») ещё нет. Они должны были прийти чуть раньше меня. Вот где они? Воображение рисовало картины одна страшнее другой: они целуются в курилке; они обнимаются в каком-то тёмном углу; они в АРХИВЕ! Сижу, смотрю в тарелку, не могу съесть даже ложки супа. А потом я себя обзываю дурой три раза. Дионис меня любит и никогда не будет целоваться с этой дамой. А я, как могла подумать так о нём?! Мне уже стыдно, Дионис, прости меня.

Не успела даже доесть первое, заходят. У Диониса вид как у ребёнка, который потерялся. Видно, что переживает. Огляделся, нашёл меня взглядом, улыбнулся, с лица пропало выражение тревоги. Мой милый мальчик просто засветился весь, как только меня увидел. Взял обед, сел ко мне за столик. Хоть мы и договаривались, что обедать будем раздельно, чтобы случайно не показать наших чувств, сейчас он всё сделал правильно. Ему необходима моя поддержка. И снова повторение утренних гляделок. Сидим за маленьким круглым столиком, смотрим друг на друга, на лицах улыбки влюблённых идиотов. Волшебство взглядов разрушает эта вертихвостка. Она нагло садится за наш стол и, не обращая внимания на меня, начинает общение с моим мальчиком.

– Дионис, – говорит она, игнорируя меня полностью, – ты не представляешь, как я соскучилась! Мы должны сегодня встретиться после работы. У меня есть кое-что важное тебе рассказать.

Я чувствую, как моё сердце начинает биться чаще, а в горле комок. Дионис смотрит на меня, и в его глазах читается растерянность. Он явно не знает, как реагировать на её наглость.

– Марина, – начинает он осторожно, – я сегодня занят. Может, как-нибудь в другой раз?

– Нет, нет, – настаивает она, – это очень важно. Ты же не откажешь старой подруге, правда?

Я чувствую, как моя рука сжимает ложку так сильно, что костяшки пальцев белеют. Внутри меня бушует буря эмоций: ревность, злость, обида. Но я не могу ничего сказать. Я не могу показать, что это меня задевает. Ведь наша любовь – это тайна.

– Марина, – говорю я, наконец находя в себе силы вмешаться, – Дионис сказал, что занят. Может, не стоит настаивать?

Она поворачивается ко мне, и в её глазах я вижу лёгкое удивление, смешанное с раздражением.

– Ой, Инга Юльевна, – говорит она с сарказмом, – я и не заметила Вас. Вы же не против, если мы с Дионисом немного поговорим?

Специально называет по имени и на “Вы” чтобы указать мне на мой возраст.

– Нет, конечно, – отвечаю я, стараясь сохранить спокойствие, – но, как я уже сказала, он занят, у него много работы.

Глава 4

Эта дура меня словно не слышит. Я в шоке. Я закипаю, словно чайник. Чувствую, сейчас выскажу этой даме всё, что о ней думаю. Дионис под столом берёт меня за руку, успокаивая. У него такие сильные руки, я чувствую это даже от его нежного прикосновения. Я снова таю от его рук, меня уже мало волнует эта вертихвостка, но она всё равно меня бесит. Обед превращается в пытку. Эта мадам трещит без умолку.

Она рассказывает Дионису о своей командировке. О том, как там было холодно, и как это далеко. О том, что жадное начальство зажало денег на самолёт, и она трое суток тряслась в поезде. Хвалилась, что сделала всё на пару дней раньше, но ей всё равно не оплатили самолёт.

Я смеюсь в душе над этой дамой. Ведь это я отправила её в командировку, да ещё и запретила покупать билеты на самолёт за счёт организации, только поезд. А вот если бы она не лезла к моему мужчине, то сидела бы спокойно в офисе.

– Так что, Дионис, я жду тебя вечером. Приходи, я тебе сувенир из Сибири подарю, – я выныриваю из своих мыслей и слышу её последние слова.

Я аж чаем подавилась. Дионис заботливо стучит по моей спине, а эта сидит и улыбается.

«Что ты ему можешь подарить, кроме триппера?» – думаю в гневе. В гости она его приглашает, шалава.

– Дионис, у меня ещё и бутылочка коньяка для хороших людей припрятана, напиток богов, выдержка двадцать лет. Потом фотки посмотрим, а потом…

Я вижу, как она кладёт свою руку на его бицепс. Красные ногти хищно сжимают мускулы, вертихвостка смотрит ему в глаза, облизывает свои губы.

– Я коньяк не люблю, – отвечает Дионис. Он так же, как и я, в лёгком шоке от такого наглого съёма.

– Кофе будем пить, – отвечает она и пододвигает свой стул поближе к нему. – Он у меня такой же горячий, как и моя кровь, – говорит она и кладёт свою руку на его ногу.

Дионис вздрагивает, смотрит на меня, прося помощи.