Моя. Я тебя забираю
Мила Синичкина
Мила Гейбатова
– Набегалась? – Горячая рука ложится на мое плечо и заставляет вздрогнуть.
Нарочито медленно оборачиваюсь, моля высшие силы, чтобы сзади стоял не Эдгар. Но мне не везет, мой «тюремщик» нашел меня.
– Нет, – коротко отвечаю, с трудом сохраняя самообладание.
– Твои проблемы, я тебя забираю, больше ты от меня не сбежишь.
Он моя истинная пара, Альфа, предначертанный мне самой Судьбой. Мы сблизились лишь однажды, я отдалась ему, была готова покориться… А наутро я узнала, что нужна ему только как инкубатор, и после рождения сына он избавится от меня, забрав ребенка.
Я сбежала, хотела найти способ разорвать истинную связь, но Эдгар нашел меня раньше. И теперь мне не спастись, не вырваться из лап Зверя…
Мила Синичкина, Мила Гейбатова
Моя. Я тебя забираю
Пролог
***
– Набегалась? – Горячая рука ложится на мое плечо и заставляет вздрогнуть.
Нарочито медленно оборачиваюсь, моля высшие силы, чтобы сзади стоял не Эдгар. Но мне не везет, мой «тюремщик» нашел меня.
– Нет, – коротко отвечаю, с трудом сохраняя самообладание.
– Твои проблемы, я тебя забираю, больше ты от меня не сбежишь.
Он моя истинная пара, Альфа, предначертанный мне самой Судьбой. Мы сблизились лишь однажды, я отдалась ему, была готова покориться… А наутро я узнала, что нужна ему только как инкубатор, и после рождения сына он избавится от меня, забрав ребенка.
Я сбежала, хотела найти способ разорвать истинную связь, но Эдгар нашел меня раньше. И теперь мне не спастись, не вырваться из лап Зверя…
***
Пролог
Захожу в затемненный бар, на улице разыгралась непогода, мне бы добраться до очередной гостиницы и лечь спать, но слишком уж хочется есть. А в местах, которых я теперь обитаю, обслуживание далеко от высшего уровня, никто мне на ночь глядя не предоставит еду.
Тревога, что не отпускала меня с момента попадания в этот город, только усиливается. Поправляю дурацкую кепку, из–под нее вылезает упрямый локон темных волос, торопливо заправляю его обратно. Волосы приходится красить раз в две недели, удивительно, как они еще не повылезли, мой натуральный светлый цвет слишком силен, его почти ничего не берет.
Хмуро осматриваю меню над барной стойкой, не факт, что и здесь мне кто–то предоставит еду, правда, картофель фри обещают, а вот за стейком это не к ним, это надо в ресторан, но он в другом районе города.
По моим плечам бегут мурашки, я зябко ежусь и пытаюсь понять, что меня так пугает? Здесь не может быть Эдгара, я бы почувствовала. Это то немногое, что досталось мне от отца–оборотня.
Но тем не менее мне так страшно, словно меня уже приковали наручниками к батарее и заставляют вынашивать наследника, чтобы потом выкинуть на улицу, забрав ребенка.
Именно такой был план у Эдгара, и именно поэтому я трусливо сбежала. Мне не повезло с истинным, мне категорически не повезло.
«Выдохни. Да, бар не лучший, и люди здесь не великосветские одуванчики и не богатенькие мажоры, с которыми ты привыкла иметь дело, но они не могут быть опаснее Эдгара!»
– Можно мне чай и три порции картофеля с кетчупом, – самовнушение срабатывает, и я делаю заказ хмурому бармену.
Он молча кивает и перестает на меня подозрительно коситься. Я сделала заказ, я потрачу деньги, значит, я не занимаю чье–то место впустую, можно оставить меня в покое.
Но тревога не отступает, я никак не могу унять свое громко стучащее сердце. Что это? Предчувствие скорой беды, или доведенная до ручки нервная система?
С силой сжимаю кулаки, мой неудавшийся «хозяин», Альфа по имени Эдгар, и есть причина, по которой я не могу жить спокойной и нормальной жизнью, из–за которого я вынужденно превратилась в жалкую тень себя!
А ведь я думала, что смогу найти способ разорвать связь, избавиться от притяжения истинности и снова заживу принадлежащей мне жизнью!
Я же наполовину ведьма, во мне течет соответствующая кровь. Но, как оказалось, она абсолютно бесполезна в моем вопросе, наследие отца–оборотня выжгло любую возможность ворожить самой.
– Ваш заказ, – громкий стук тарелки о барную стойку вырывает меня из депрессивных мыслей.
– Спасибо, – сдавленно произношу и пытаюсь приняться за еду, но не могу.
Организм измучен, организм очень хочет принять в себя хотя бы такую абсолютно неполезную и жирную пищу, но его хозяйка не может. Все мои органы чувств обостряются, сама себе я напоминаю испуганного зверька, который активирует свои внутренние резервы перед решающим броском ради спасения собственной жизни.
Снова исподволь пытаюсь просканировать находящихся в баре, но упорно не чую в них оборотней, только людей. Тем большее потрясение я испытываю в следующий момент.
– Набегалась? – Горячая рука ложится на мое плечо и заставляет вздрогнуть.
Сердце стучит уже где–то в горле, оно преисполнено паники, а мозг лихорадочно думает, как сбежать.
Нарочито медленно оборачиваюсь, моля высшие силы, чтобы сзади стоял не Эдгар. Но мне не везет, мой «тюремщик» нашел меня.
– Нет, – коротко отвечаю, с трудом сохраняя внешнее самообладание.
И тут же предательское тело меняет свои приоритеты, передумывает бояться, бежать или хотя бы ударить зарвавшегося Альфу. Нет, каждая клеточка моего тела тянется к Эдгару, жаждет прикоснуться к предначертанному магией мужчине. Но следующая его фраза меня отрезвляет:
– Твои проблемы, я тебя забираю, больше ты от меня не сбежишь…
Глава 1
Некоторое время назад
Чувствую себя загнанной лошадью. Серьезно, как никогда остро ощущаю проблемы этих чудесных гордых зверей, которых люди приручили и мучают по своему разумению.
«Не всех мучают, ты не преувеличивай, некоторых холят и лелеют, гриву расчесывают, отборным овсом кормят, пока они скачки выигрывают. Ты бы тоже могла стать такой лошадью, только не в скачках участвовала бы, а наследника своему хозяину вынашивала, – усмехается мое подсознание, – но условия у тебя были бы не хуже, это уж точно».
Проглатываю злые слезы, я не буду рыдать, я не могу себе это позволить. Как не могу вернуться под защиту брата. Он встал на сторону Эдгара, он считает, что я придумываю, что на самом деле Эдгар изменился. Но он не прав.
– Да, я слушаю, – всплывает в моей голове ненавистный голос, – нет, я еще не вернулся. Конечно, я не забываю тебя, обстоятельства изменились.
Эдгар разговаривал с кем–то по телефону, пока я лежала в его постели после того, как сама пришла к нему. Я приняла решение покориться судьбе и жестоко ошиблась.
– Нет, та девка занята, но я нашел другую, – продолжал тем временем Эдгар, не подозревая, что я уже проснулась и обладаю таким же отличным слухом, что и чистокровные оборотни. – Не влюбился я, ты совсем, что ли? Меня одна ты интересуешь, ни одна девка не сможет с тобой сравниться, ты же знаешь. У нас с тобой настоящая, а не навязанная связь, никакая истинность этому не помеха, не волнуйся.
«Женщина, у него есть женщина», – в тот момент всплыла в моей голове мысль, да так громко, словно кто–то прокричал мне эту истину в ухо.
– Конечно, жаль, что ты не можешь подарить мне сына, но ведь ты сможешь его воспитывать, мы оба сможем! Всего каких–то девять месяцев потерпим доверчивую идиотку рядом, а потом заживем открыто семьей. Возможно, придется организовать несчастный случай, у этой девки есть родственники, с которыми нужно считаться.
«Я пожалуюсь на тебя Адаму, и он тебя уничтожит!» – решила я в тот же момент, так до конца и не избавившись от ступора после новости о том, что у Эдгара есть другая женщина.
– Да нет, ничего они мне не сделают, не сейчас. Ее брат – доверчивый кретин, он встретил свою истинную и считает, что все вокруг порядочные и хорошие. Он, наоборот, за меня. Искренне полагает, что его сестра страдает ерундой, он отдаст ее мне без вопросов, – продолжил свои откровения Эдгар, руша мою уверенность в завтрашнем дне.
Возвращаюсь в настоящее и хмуро смотрю в окно пригородного автобуса. Может, зря я сбежала ото всех? Может, у меня получилось бы переманить брата на свою сторону?
«У них закон, никто не может становиться между истинными, – услужливо напоминает мне мое подсознание. – Адам физически не смог бы сделать ничего серьезного, даже если бы прозрел и осознал, что Эдгар скотина».
Сердце сжимается при мысли о брате, снова испытываю инфантильное желание побежать под его крыло, предоставить ему решать мои проблемы, как он делал много лет.
«Ты больше не его свет в окошке, у него появилась истинная. Теперь она, Айлин, центр его мироздания, теперь она у него на первом месте, а ты помеха, – прибивает меня к месту подсознание. – И все, что может сделать Адам для тебя – это сдать с рук на руки твоему истинному, твоему Эдгару».
Глава 2
Автобус резко тормозит, а я едва не падаю на пол в проход с сидения. Невольно проникаюсь уважением к остальным пассажирам, невозмутимо сидящим на своих местах, никто даже не шелохнулся. Конечно, ведь пригородные маршрутки – это норма для большинства, единицы жили под крылом у брата–мажора.
Плотнее прижимаю к себе рюкзак с малочисленными пожитками и поднимаюсь на ноги. Конечная, как бы дальше пути нет.
«Черт, даже Айлин, истинная Адама, и та более приспособлена к жизни, а я избалованная кукла, которая закономерно должна была закончить свое существование выкинутой на обочину жизни», – думаю с досадой.
Мой побег получился сумбурным и абсолютно непродуманным. К счастью, я додумалась взять с собой деньги, много денег, благо, Адам никогда не делал тайны из того, где они у него лежат. Надеюсь, он не посчитает меня воровкой, когда прочитает мою записку.
А еще я поехала не наобум, у меня ведь есть четкий план действий. Нужно всего–то найти мою мать, заставить ее поделиться способом избавления от истинной связи и все! Я свободна. После этого Адам меня не отдаст Эдгару.
Во мне целая половина от ведьмы, неужели я не смогу провести нужный ритуал? Настоящий, а не тот, в который меня чуть не втянула завистливая идиотка. Черт, такое ощущение, что те события* происходили не со мной. После того, как я добровольно пришла к Эдгару и узнала о его настоящих планах на мой счет, моя жизнь словно разделилась на «до» и «после».
«Хм, морочить голову сотрудникам билетных касс я могу, почему я не могу и больше?» – подбадриваю себя мысленно.
Фальшивых документов у меня нет и никогда не было. Любимый братец мог бы организовать, но у него честный бизнес, он ни от кого не скрывается и не планирует этим заниматься и в будущем. Так что я отправилась в бега под своим настоящим именем Анны Милославской. Звучная фамилия принадлежит моему отцу, но паспорт с такой фамилией мне организовал Адам. Именно он принял меня в семью, не отец.
Впрочем, в моей ситуации главное то, что я способна убедить простых людей в том, что они видят перед собой документы не на имя Анны Милославской, а на какое угодно другое имя, хоть Деметры Несравненной. Правда, я все же предпочитаю визуализировать более простые имена, вроде Марии Федоровой и Ольги Ивановой, да простит меня истинная Адама, ее фамилия как раз Иванова.
«Да уж, Айлин Иванова звучит не хуже Деметры Несравненной, – усмехаюсь про себя. – Впрочем, Айлин точно станет Милославской, а вот кем я стану – неизвестно».
Хмурюсь, но уверенным шагом покидаю территорию вокзала. Считается, что я не могу помнить этот город, считается, что моя мать его покинула уже давно и затерялась в каком–то особо удаленном уголке нашей необъятной родины. Да вообще много чего и кем считается, люди любят оказываться сбитыми с толку, они практически на каждом своем шагу добровольно обманываются, и не моя в этом вина.
Впрочем, не люди тоже не прочь обмануться, если это подарит им спокойствие. Это как раз случай с моей матерью, насчет нее все предпочитают считать, что она далеко, что ее нет, и всем так спокойнее.
Собственно, и мне тоже всегда было спокойнее вдали от нее. Она поступила с собственной дочерью еще хуже, чем мой отец. И моя безупречная память, к сожалению, не забыла, все помнит, все хранит в моем перегруженном мозге.
Н–да, дорогие родители зря списали меня со счетов, не такая я и неудачная у них уродилась. Например, я точно знаю, что драгоценную неуловимую матушку стоит искать вон в той стороне, а Эдгара нет рядом в радиусе нескольких десятков километров.
– Я справлюсь, я верну себе свободу, я не стану инкубатором, – тихо бормочу себе под нос и решительно шагаю вперед…
