Страница 7 из 7
– Да, если можно, – пространно ответила я, понимая, что меньше всего я сейчас хотела бы идти к трем старикашкам, и выбирать того, кто окочурится раньше, чтобы вести более-менее сносный образ жизни, и не быть целью для насмешек таких дур, как моя сноха.
– Леди велела прикупить несколько горшков, и завтра я отправлюсь за ними. У вас есть пожелания к цвету? – словно ничего страшного сейчас и не происходило, этот мужчина продолжал беседовать со мной.
– Я люблю нежно-розовые, почти белые, – вспомнив цветы на своем окне, оставшемся в другой, прошлой жизни, мне захотелось заплакать.
Глава 15
Моя тетушка казалась мне иногда совсем не такой, какой она хотела бы, чтобы ее видели. Изначально мне обещали, что жить с ней – ужас, но или я не считала какие-то правила ужасными, или она при мне не полностью открывалась в своей этой самой ужасной сути, или она на деле была вполне сносной.
Я думала иногда: какой же выглядела я со своим характером, со своими привычками, сформированными моим временем, образованием, здоровьем?
– О! Вы здесь, – голос Лизи прервал мои мысли, – Леди Лилит сказала, что мы можем вернуться в гостиную.
– Гости уже явились? – откликнулась я. Голова моя, может от тишины сада, или от того, что я долго сидела с закрытыми глазами, заметно успокоилась.
– Да, леди, – Лизи, не дождавшись меня, пошла обратно.
– Скажите, Сэм, откуда у вас это странное имя? – не знаю, почему я спросила, но это имя, и правда, никак не вязалось ни с этим временем, ни с местом.
– А-ммм… не могу знать, леди Стефания, – промычал наморщивший лоб конюх.
Еще из прихожей я услышала голоса. Один из них принадлежал моей тетушке. Остальные, мужские, мне были незнакомы.
Когда я вошла, трое мужчин разного колибра, о примерно одного возраста встали с кресел. Здесь просилось слово «вскочили», но скакуны из них были уже не ахти: у одного в такт тиканья часов тряслась голова, второй с трудом трясущимися руками опирался о трость, а третий смог подняться с помощью слуги.
– О! А вот и моя племянница – леди Вердэ! Прошу, – она указала мне на место на диване рядом с ней, и я, помня про недавний свой присест, аккуратно, и не сгибая спины, присела на край.
– Добрый день, – я хотела добавить6 «лорды», но, потом вспомнила, что лордом станет один из них только тогда, когда женится на мне. Им самим место в палате, скорее всего, не пригодится надолго, но их сыновья смогут подняться на ступень выше. Ощутимо выше, чем стоят сейчас.
– Господа, леди Стефания сегодня неважно себя чувствует, и мы решили, как бы это не было странно, встретиться со всеми вами сразу, – обозначив их «господами», тетушка помогла мне. Но я услышала в ее голосе и действительную ноту извинения за вот такой не стандартный прием. Здесь я уловила ее желание, прежде всего, сделать легче мне. И это тоже указывало на расположение ко мне. И еще раз доказывало, что она вовсе не стерва.
– Да, леди Бертон, мы все понимаем. День сегодня очень жаркий, и здоровье шалит у всех нас, – дребезжащий голос мужчины с трясущейся головой первым вступил в диалог с хозяйкой дома.
– Это господин Виретто, хозяин пекарен, отец троих сыновей, один из которых отдал свою жизнь служению Богу, – представила претендента Лилит с улыбкой. Господин поклонился на все стороны.
– Господин Лиро, – Лилит с ударением на «о» представила второго жениха. Тот самый, что поднимался с помощью слуги, оказался еще и глухим – слуга громко и прямо в ухо объяснил ему, что сейчас хозяйка представляет его. Он снова попытался встать, и на этот раз более удачно, и почти сам, – Господину принадлежат все чайные плантации в нашем королевстве. Есть еще маленькие, конечно же, но только господин Лиро является тем, кто доставляет чай ко двору Его Величества, – закончила Лилит.
Я поклонилась и улыбнулась чайному магнату, поймав себя на том, что голова полностью перестала болеть, а это представление женихов оказалось вполне себе сносным и дает мне еще больше понят – как здесь все устроено.
– Господин Николс, – голос Лилит вывел меня из задумчивости и разглядывание узора на ковре под ногами. Я перевела взгляд на того, у которого ходуном ходили руки на трости. Он сидел на самом краю кресла, упершись ладонями в широкий упор, и улыбался мне, как мог бы улыбаться старый развратник маленькой девочке: с намеком на интим и пошлые разговоры. Меня передернуло.
– Добрый день, господин, – не глядя ему в глаза отозвалась я.
– Господин владеет полями и овцами, а его старший сын занимается добычей полудрагоценных камней. Ими украшены залы дворца Его Величества, – не без гордости добавила Лилит, – а еще господин Николс помогает приюту, где содержат девочек.
Я чуть не подпрыгнула, потому что он на меня произвел впечатление педофила с первого взгляда. Мурашки мои укрепились и поползли в сторону телефона в желании набрать номер полиции.
– О! Это благое дело, – выдавила я из себя.
– Мы иногда обсуждаем это, поскольку я владею тремя приютами для престарелых, и все мое время занимаю, как правило, эти приюты, – вполне спокойно добавила тетка, а я глянула на ее вполне счастливое лицо. Неужели она не видит, что его лицо начинает перекашивать, когда речь заходит о сиротках? Чего же он не занялся стариками?
– Тетушка, я горжусь вами, – вставила я, чтобы эту тему закрыт и перейти уже к делу.
– Господин Вериччи уже прибыл, – объявила Оливия и пропустила в гостиную к моему удивлению молодого, с красиво уложенными кудрями, в чистом сюртуке, под которым резала глаз кипельно белая сорочка, мужчину.
– Леди, – он поклонился в сторону нас, – Господа, – не так низко, просто чуть склонил голову в сторону нашего старческого «трио». – Я начну сразу, и леди хотела, чтобы я озвучил весь текст ее завещания. Думаю, вам это тоже будет интересно, – он прошел к креслу, к которому слуга подвинул кофейный столик, а потом водрузил на него книгу, размером с портфель.
– Вы правы, господин Вериччи. Сначала озвучьте все, что касается леди Стефании, после этого господа расскажут нам что могут предложить невесте, и мы позволим ей и господам подумать несколько дней, – голос Лилит лился так спокойно, словно она не замуж за старика выдавала единственную племянницу, а обсуждала в любом случае выгодную ей сделку.
– Итак, я готов начать, – молодой юрист, или кем он здесь являлся… казался мне иконой красоты и здоровья в сравнении с этими мамонтами, вот-вот готовыми испустить дух. Но, я повторюсь: я знавала таких. Их как раз и носит Земля так долго, что кажется, просто не хочет принимать в себя.
– Леди Стефания Луиза Тереза Мария Верде, дочь лорда Аристарха Верде, – объявлял юрист, а я внимательно прислушиваясь, вдруг услышала имя моего отца! Аристарх? Вы серьезно? Тогда, Сэм здесь не так чтобы совсем некстати! – Двадцати трех лет, не будучи замужем, не имея детей, может стать женой при одобрении этого брака одного из родственников, – обозначил первые данные юрист и осмотрел нас всех.
Мне несколько мешал орущий в ухо хозяину слуга, но я решила не заводиться, иначе, головная боль могла вернуться. Медленно и глубоко дышала, посматривая то на молодого человека с книгой, то на тетушку. Рассматривать женихов не было смысла!
– В первую очередь лорд Верде пишет о своем сыне, но эту часть мы опустим, – юрист перелистнул пару страниц, которые мне были тоже интересны, – ах да, должен упомянуть часть из общего наследства, а потом мы перейдем к приданому, – клерк перевернул страницу обратно и порыскав пальцем по строкам начал:
– Леди Стефания Верде становится полноценной хозяйкой фабрик, зимней и летней резиденции Верде в случае, если первой родит сына. Мальчику положено дать имя и фамилию деда. После двадцатилетия первого сына и исполнения всего вышеперечисленного наследство должно перейти ему, – юрист поднял голову, видимо, тоже поняв, что от этих вот «скакунов» родиться у меня могла только нескончаемая мигрень, перелистнул на страницы с моим приданым.
– Господин… – я забыла его имя, но, как оказалось, он не обиделся и благосклонно поднял голову на меня. – Я могу сама просмотреть только что озвученные вами строки?
– Де, конечно, леди, это книга с документами всей вашей семьи, – он повернул ее, готовый показать мне на только что прочитанный текст.
Я, хоть и очень удивилась, но смогла прочесть абру кадабру, написанную хоть и ровными, но на первый взгляд совсем непонятными буквами.
И значилось там именно то, что озвучил улыбчивый кудряш! На всякий случай, не заботясь о том, что там обо мне подумают, я нашла строки о Даниэле. Он получал все эти буржуйские «заводы, теплоходы» тоже только в случае, если заимеет сына. Или… если сына не рожу я до двадцати пяти лет!
Конечно, после двадцати пяти я стану дряхлой, а вот он, уверена, будет считаться молодцем еще лет десять, а может и эти вот осколки прошлого века, сидящие на теткином диване тоже старыми не считаются?
– Я могу продолжать? – уточнил юрист, и я, дав согласие, пошла на свое место.
Выражение тетушкиного лица я не поняла в тот момент. И мне было совершенно все равно что оно выражает. Но если бы тогда задумалась…
Глава 16
Дальнейший рассказ о моём приданом включал некие суммы, которые я всего лишь пыталась запомнить. Ещё в нём было упомянуто про украшения матушки. И именно они заставили глаза моих кавалеров приоткрыться шире и заблестеть.
Далее эта троица долго и детально описывала свои имения, овец, пекарни и прочее, чем занимались их деды, отцы, а теперь и они. Я поняла, что все они не были аристократами, в отличие от меня, и хотели получить лишь новый статус.
Потом нам подали чай, и я возблагодарила Бога, что мы не станем вместе ужинать.
По очереди им подали кареты, и как только женихи отчалили, я выдохнула.
– Думаю, нам стоит перекусить, – предложила тётка.
– Я сейчас вернусь, – пообещала я, поднялась в комнату и под негодующим взглядом Лиззи сняла корсет и шляпу.
Лилит заметила, что моя талия стала пошире, и даже укоризненно поджала губы. Но мне было настолько плевать, что позволила себе не переживать по пустякам.
Это только моя жизнь, и я уже жила одну. Если мне предстоит выйти замуж в любом случае, то теперь ничто не имеет значения.
– Кого бы ты выбрала сама? – голосом, полным заинтересованности, спросила Лилит, как только я впилась зубами в кусок печёного картофеля.
– Выбор, конечно, велик, леди. Все господа настолько прекрасны, что мне понадобится время, – уже совсем не переживая за своё будущее в доме родственницы, ответила я, прожевав.
– Ты права, – она еле сдержала смешок, как мне показалось.
– Тот, что глух, пожалуй, пока несомненный лидер этого списка, потому что он ещё и малоподвижен, – решив, что вставлять шуточки про неторопливого любовника здесь не стоит, продолжила я, наблюдая за Лилит.
– Стефания, – на последнем слоге её губы растянулись.
– Да, леди, я знаю, вы желаете мне только добра. Прошу извинить, если я чего-то не понимаю, но вот этот овцевод, помогающий сироткам, – я заглянула прямо в её глаза, – вы уверены, что он не … позволяет себе лишнего с ними. Его взгляд…
– Ты неглупа, Стефания, в тебе есть стержень, есть сила и мужество… в отличие от твоей матушки. Нельзя говорить о ней плохо, я знаю. Но раньше… не могу сказать, что ты была глупа. Ты была избалованной, вредной, и, как минимум – неумной, – помявшись, открылась таки Лилит.
– Так сильно я переменилась? – мы одновременно и почти одинаково подняли брови в вопросительном жесте и вместе улыбнулись этому сходству. Ее глаза, окаймлённые затейливыми сеточками морщин, внимательно вглядывались в моё лицо, будто искали что-то очень знакомое, или даже больше – родное.
– Сильно. И когда я получила письмо от Дианы, думала она шутит. Ты вела себя как девчонка: жила, как хотела. Но чтобы позволить себе в обществе стать посмешищем? Когда ты одному за другим отказывала всем женихам, я думала, ты мстишь брату за предательство матери. Но на людях ты была идеальной.
– А сейчас? – я отставила тарелку.
– Сейчас ты… как будто по-настоящему живёшь исключительно для себя. Так могу позволить себе жить я, Стефания. Только человек, жизнь которого позади и чьё-либо неодобрение не будет стоить ему всего.
Я задумалась. А ведь я изо всех сил пыталась вести себя скромно! Неужели в своей прежней жизни я была сумасбродной старухой, от которой у всех мурашки по телу? Не-ет.
– Мне нравится у вас, леди. И если бы это было позволено, я ни за что не пошла бы замуж, – решилась и сказала я. На что надеялась я в тот момент, не знаю!
– Этому не бывать. Твои женихи “порадуют” тебя совместной жизнью не больше десяти лет, – совсем серьезно сказала Лилит, и я еле сдержалась, чтобы не сделать недовольное лицо. – И то, как ты начнёшь управлять их домом, скажется на всей оставшейся жизни. У тебя будет время полностью перетянуть слуг на свою сторону, выбрать тактику поведения с его детьми…
– Но ведь хозяином дома станет старший сын, не так ли? – перебила я леди. Ей это не понравилось, но она сдержалась и даже улыбнулась.
– Так. И у тебя не будет никакого орудия против них, милая! – она говорила со мной так, словно отправляет меня на войну, из которой выйти живой не получится, точно!
– Значит… меня ждет несчастная жизнь в любом случае? А вы? Может, было бы лучше остаться с вами? Я могла бы помогать во всём, леди!
– Я признаюсь тебе, Стефания, хоть и не хотела давать тебе «сладкое» раньше времени, – леди разглаживала салфетку на коленях и смотрела на меня со впервые замеченной мною теплотой. Нет, даже жалостью и любовью. – Мое имение станет твоим после моей смерти. Но к нему будут прилагаться и все обязанности…
– Я хотела бы пожить здесь с вами…
– Ты сможешь приезжать в гости, но жить здесь даже после смерти своего мужа, в случае, если я буду жива… нельзя! Тебе придётся жить с родственниками мужа. И как раз… тот самый глухой господин, которого ты выбрала, имеет сыновей и дочерей столько в своем поместье… а с ними и внуков…
– Значит… вы советуете не выбирать его? – я даже расстроилась.
– Нет, я не в праве, поскольку среди них нет кого-то, кто существенно богаче. Ведь я должна озаботиться твоим благосостоянием. Но могу намекнуть, что тот самый господин со странной, как тебе показалось, улыбкой…
– Господин…
– Николс. Его старший сын владеет рудниками с не самыми, но все же, дорогими камнями. Он не женат, но совсем мало времени проводит дома, поскольку шахты разбросаны по всему королевству. Его младший сын погиб в молодости, а три дочери никак не могут найти мужей. Говорят, они малосимпатичны…
– А зачем господину жениться, если его старший сын, коему, как я поняла, и нужен этот статус, сам может женится… к примеру… на мне? – начиная понимать, что в этом королевстве всё не так просто, как мне виделось, спросила я.
– Жениться на старой деве? – леди ответила с таким удивлением, будто я спросила, почему бы ему не жениться на ящерице!
– Ах, да! – только и ответила я, потом придвинула тарелку и принялась за остывшее, но всё равно очень вкусное блюдо.
– Даниэль тоже получит много от твоего брака, Стефания, – вдруг, словно совсем вскользь, произнесла тетушка.
– Я рада. И от кого же он получит больше?
– Да… в общем, без разницы, но твой брат сможет сотрудничать с семьёй твоего мужа… так скажем, без затрат.
– То есть? – уточнила я. Помогать братцу не входило в мои планы, но и вредить я не собиралась.
– Если он решит заниматься чаем, к примеру, то твой муж обязан будет продавать ему сырьё по самой низкой цене. Это сверхвыгодно для Даниэля: ведь тогда он без затрат сможет продавать продукт по той же цене, что и твой супруг, хозяин этих самых полей. Часто такие вот отношения жадных братьев, которым зять не может отказать, сказываются на молодых женах…
– То есть… если мой брат решит нажиться, а мой муж не сможет отказать, то станет вымещать злость на мне? – кусок не пошел мне больше в горло, и я отложила приборы.
– Да, и хорошо бы тебе поговорить с Даниэлем, чтобы первое время он не пользовался всеми этими благами… Диана…
– Диана спит и видит такую выгоду. Я уверена, она просто не упустит момента! И тогда в семье моего мужа… я стану девочкой для битья! Кого мне выбрать, чтобы Даниэлю было неинтересно? – решила я посоветоваться с теткой.
– Фабрики твоего отца работают вполсилы. А одна из них исключительно за счёт помощи тестя, отца Дианы! После того случая с твоей матерью редкие, но все же лорды сватались к тебе. Но с них твой брат не мог бы получить ничего. Чем ниже статус твоего жениха, тем больше получит твой брат, – тетка замолчала, но как будто хотела сказать что-то еще, и сейчас обдумывала: стоит ли это делать.
– Почему вы это допустили? – мне, вероятно, не стоило так поворачивать разговор, но уж очень хотелось услышать от нее ответ.
– Ха, кто бы меня опустил до курочки, несущей золотые яйца, милая? А сейчас… оставь я тебя дома, вся свора, хоть немного знающая вашу семью, начнет по лоскутам разбирать твою жизнь. Ты станешь персоной, которую не хотят видеть нигде! А Даниэль… Ему следовало начать заботиться о делах сразу, но он положился на тестя.
– Он настолько глуп? – вырвалось у меня.
– Нет, он не глуп, дорогая. Он ленив и доверчив! – хмыкнула тётка. – И когда я давала ему понять, что, выдав тебя замуж за… допустим, небедного барона, он мог бы получить ой какие возможности. Да и статус барона не дал бы твоему мужу ощущать себя значительно ниже графа-шурина. Он мог бы дать ему отпор. Диана же, по наставлениям отца, не торопилась с твоим замужеством. Ей было выгодно, чтобы ты, упаси Бог, не родила сына раньше неё, и ещё… чтобы ты вышла не за аристократа. Так они смогут начать действительно выгодное для них сотрудничество.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
