Страница 7 из 8
Подъезжая к дому поздним вечером, Артём с удивлением увидел, как Люба провожает до машины Михаила Паламарчука. А когда тот отъехал, махнула ему вслед рукой и, повернувшись, пошла к дому, даже не подумав дождаться у калитки мужа, которого не могла не заметить.
– Это что ещё за выкрутасы? – нахмурился Артём. – Могла бы и ворота открыть, в конце концов.
Но Любы во дворе уже не было и ему пришлось это сделать самому. Загнав машину в гараж и закрыв ворота на засов, Артём направился к дому, чувствуя, как в нем растёт недовольство женой. Кого она из себя строит? Тоже мне нашлась, прекрасная принцесса. Нет, всё–таки он её сильно избаловал и теперь она решила, что может показывать ему свой характер?
– Ну давай посмотрим, кто кого, – пробормотал Артём себе под нос. – Сейчас ты узнаешь, кто в доме хозяин...
Но Люба не вышла к нему из комнаты мальчишек. Она оставила их всего на пять минут, чтобы проводить Элеонору и Михаила, который заехал специально узнать, как у них дела.
Люба ещё раз поблагодарила его за помощь, а потом спросила не сможет ли
он отвезти Элеонору Георгиевну в Зарю.
– Отвезу, чего уж, – кивнул Михаил. – Вот сколько тебя, Кошкина, знаю, столько удивляюсь. Вечно ты попадаешь в какие–то передряги и меня втягиваешь туда же.
– Я не Кошкина, я Негода, – улыбнулась ему Люба. – Спасибо тебе, Миша. И вам, Элеонора Георгиевна, тоже. Страшно подумать, что было бы с Ваней и дядей Гришей, если бы не вы.
– Кошкиной ты для меня была, Кошкиной и останешься, – усмехнулся Михаил, а когда Элеонора села в машину задержался немного и сказал Любе:
– Ты прости меня за тот концерт в магазине, Любаш. Сам не знаю, что на меня нашло. И ещё: завидую я твоему Артёму. Так и знай...
– Поезжай, Миша, – сказала ему Люба. – Тебя семья ждёт, а мне к сыновьям надо. И ещё раз тебе спасибо. Я всегда знала, что ты такой...
Михаил хотел сказать ещё что–то, но не сумел подобрать слов, а потому сел за руль и поспешно отъехал от дома Любы, но успел заметить, глянув в зеркало заднего вида, как она махнула ему на прощанье.
– Любишь её? – спросила его Элеонора, не сводя с него внимательного взгляда.
– Да я и сам не знаю, – вырвалось у Михаила неожиданное признание.
***
– Как это понимать? – распахнул дверь в комнату мальчишек Артём, так и не дождавшись жену на кухне.
Ваня уже спал, и Люба, наклонившаяся над Алёшей, чтобы поправить его одеяло, резко выпрямилась и обожгла мужа негодующим взглядом.
– Спи, сынок, – прошептала она сыну и вышла к Артёму, плотно прикрыв за собой дверь.
– Ну? – сдвинул брови Артём. – Что тут надо было этому Паламарчуку? С какой стати ты привечаешь его дома?
– Где ты был? – чётко проговаривая каждое слово, спросила Люба.
– Работал! – ответил он. – Если ты не заметила, я вкалываю как папа Карло, чтобы содержать вас. И если ты чем-то недовольна...
– Я работаю не меньше тебя, – оборвала его на полуслове Люба. – Но у меня всегда включен телефон, и я в любой момент могу сказать тебе, где нахожусь. А ты? Ты видел, сколько раз я тебе звонила? Ты знаешь, что сегодня чуть не потерял своего сына?
– Что с Олегом? – вскинул на неё взгляд Артём.
– С Олегом?! – отшатнулась от мужа Люба с таким выражением лица, будто он ударил её. – Тебя интересует только Олег? А других сыновей у тебя нет?
– Я спрашиваю, что случилось? – повторил Артём. – Ты можешь мне нормально всё объяснить?
Люба поднесла ладонь ко лбу:
– Ваня уронил мяч в колодец тёти Маши, решил достать его сам и чуть не утонул. Дядя Грише пришлось спускаться за ним, Артём. Ты понимаешь? Мы могли потерять сегодня их обоих.
– Маленький заср...
Люба закрыла рукой рот взбешённого мужа:
– Не смей так называть моего сына! Он ещё ребенок и не отдает себе отчёт о том, что делает! А вот ты, взрослый человек! Но ведёшь себя хуже, чем он! Если бы не Миша, случилось бы непоправимое! Ты понимаешь это или нет?! Но рядом с нашими сыновьями в этот момент оказался не ты!!!
***
Поблагодарив Михаила за любезность, Элеонора вошла в дом и закрыла за собой дверь на засов. А потом достала из кармана ключи от дома Любы, которые сняла с крючка в прихожей и подбросила их на ладони.
– Надо же как просто, – улыбнулась Элеонора своему отражению в старом трюмо. – Даже не интересно.
Глава 12
Григорий метался по постели и бредил:
– Сейчас, сейчас, Ванёк... Ты только держись! Нет сил... Помогай, Господи! Держись, Ванёк...
Люба сидела рядом в постели старика и осторожно гладила его по руке:
– Дядь Гриш... дядь Гриш, проснись. Тебе снится плохой сон...
Не сразу, но Григорий открыл глаза и нахмурился, всматриваясь в лицо сидевшей рядом с ним женщины.
– А-а-а, Люба, – узнал он её наконец. – Как хорошо, что ты пришла. А мы тут с Ванечкой... В колодце...
Он осмотрелся, понял, что лежит в постели и виновато улыбнулся:
– Худо мне что-то, Любань...
Она кивнула:
– Я вижу, дядя Гриша. Поэтому и врача вызвала. Сейчас приедет «Скорая помощь». Доктор посмотрит тебя и обязательно поможет. А сейчас давай-ка я тебя покормлю. Я тебе супчик сварила на крепком курином бульоне. Как раз то, что надо для восстановления сил.
– Я не хочу, – покачал головой Григорий. – Мне бы воды попить. А есть совсем не хочется.
– Я всё понимаю, дядя Гриша, – заговорила с ним как с ребёнком Люба. – Но есть надо. Откуда же ты силы возьмёшь с болезнью бороться, если кушать не будешь. Ванечка и то поел. А вместо воды я тебя взвар принесла. Твой любимый, из сухофруктов. На, попей и будем кушать.
– Ванечка-то как? – спросил Григорий, беря в руки ложку.
– Температурит, – вздохнула Люба. – Сейчас врач тебя осмотрит и к нему пойдёт. Ты уж прости меня за него, дядя Гриша. Сорванец растёт. Глаз да глаз за ним нужен, да и то не уследишь. Алёша спокойный, а этот с самого младенчества с шилом в одном месте.
Григорий попытался зачерпнуть суп, но рука так дрожала, что у него ничего не получилось.
– Давай-ка я сама тебе покормлю, – пришла ему на выручку Люба. – Ничего-ничего, дядь Гриш. Главное, чтобы ты выздоровел. Ваня тоже за тебя переживает. Вот всегда у него так. Сначала натворит дел, а потом...
– Не ругай его, Любочка, – попросил Григорий, смущённый тем, что Люба кормит его с ложечки, как маленького. – Живой он пацан, любознательный. А то, что характеры разные у них с Алёшей, так это даже хорошо... Слушай, Любань, а какой сегодня день?
– Суббота, – ответила она. – Уже два дня ты в горячке мечешься. Да и Ваня всё-таки разболелся. Врач уже приезжала к вам, лекарства выписала, а в больницу забирать не стала, сказала наблюдать за вашим состоянием.
– Беда тебе с нами, – проговорил Григорий. – А тут ещё на работу ходить надо. Как же ты всё успеваешь?
– Марина Павловна пока без выходных работать будет, – пояснила Люба. – Потом я отработаю за неё все смены. Разве я могу вас оставить? И так виноватой себя чувствую, что не доглядела за вами.
С улицы донёсся звук подъехавшей машины, и Люба поднялась:
– Доктор приехал. Пойду встречу...
Фельдшером оказался симпатичный мужчина лет сорока. Люба его видела впервые и очень удивилась, потому что обычно по вызовам в дальние деревни по графику дежурств выезжали две женщины, Нина Яковлевна и Светлана Васильевна. Они обе были уже в возрасте, всю жизнь обслуживали Зарю, Касьяновку и пару деревушек рядом с ними. Прекрасно знали всех жителей и те тоже относились к ним, как к родным. И вдруг новый человек...
– Ну, что тут у вас? – спросил он, поздоровавшись с Любой.
Она быстро объяснила ему, что произошло, и пригласила к Григорию.
– Значит, вы у нас герой? – улыбнулся ему врач, приступая к осмотру.
– Герой, голова с дырой… – нашёл в себе силы усмехнуться Григорий.
Люба, чтобы не мешать, вышла в соседнюю комнату и остановилась у окна, обхватив себя руками. Она увидела, как из дома вышел Артём и, посмотрев по сторонам, видимо разыскивая её, направился к летней кухне.
– Я не понял, Люб, – с порога начал он с претензий. – Куда делись деньги из коробки?
Люба обернулась на комнату, где находились Григорий и врач:
– Артём, говори, пожалуйста, тише. Ты же видишь, у нас люди. Деньги я потратила на лекарства для дяди Гриши и Ванечки. А ещё купила модную зимнюю куртку для Олега. Ты же потом поедешь поздравлять его с днём рождения, вот заодно и подаришь.
– Какая нафиг куртка? – вскипел Артём. – Я что, похож на человека, который будет ребёнку дарить на день рождения куртку?
– А разве это плохой подарок? – нахмурилась Люба.
– Одежда – это вообще не подарок, – воскликнул Артём. – Одежда – это просто одежда!
Из комнаты вышел врач и, холодно кивнув Артёму, повернулся к Любе:
– В общем, плохо дело с вашим дедушкой. Григорий Иванович нуждается в срочной госпитализации. Состояние тяжёлое, возможно резкое ухудшение, поэтому ему необходимо стационарное лечение. Давайте осмотрим мальчика и вернёмся сюда, чтобы вы помогли Григорию Ивановичу собраться.
Доктор говорил тихо, но Люба всё равно обернулась на дверь, за которой лежал Григорий. Слёзы выступили у неё на глазах:
– Доктор, простите, не знаю, как вас зовут... Пожалуйста, не пугайте меня. Дядя Гриша ведь выздоровеет?
– Меня зовут Руслан Валерьевич, – представился врач. – А вы Любовь Алексеевна, правильно? Мне так сказал Григорий Иванович.
Люба кивнула.
– Так вот, Любовь Алексеевна. Давать прогнозы – дело неблагодарное. Ваш дедушка – человек пожилой, а значит, организм в любом случае уставший. Но нам нужно сделать всё для того, чтобы помочь ему. И чем скорее, тем лучше.
Не сказав ни слова, Артём первый вышел во двор и направился к дому. Люба и доктор поспешили за ним. Но вместо того, чтобы войти в комнату к сыну, Артём прошёл в спальню и закрыл за собой дверь.
Проводив его взглядом, Люба рукой показала врачу, куда идти.
– Ну-с, молодой человек, – присел он рядом с Ванечкой. – Давайте теперь осмотрим вас.
Но в это время в комнату вошел Алёша и доктор весело присвистнул:
– Ничего себе, какие одинаковые!
– Это только на первый взгляд, – не удержалась Люба. – А если хорошо присмотреться...
Руслан повернулся к ней и улыбнулся широко и открыто:
– Не поверите! У меня тоже есть брат-близнец, и трудно найти ещё более непохожих по характеру людей, чем мы с Ромкой.
– Так вот же они, – махнула рукой на сыновей Люба. – Алёша золото, а не ребёнок, а Ванечка – тот ещё шалопай.
– У нас в семье шалопаем всегда был я, – подмигнул Ване Руслан.
У мальчика температура была выше тридцати девяти, и Руслан достал из чемоданчика ампулы и шприц.
– Ваню тоже в больницу? – спросила Люба.
– Думаю, не стоит, – покачал головой доктор. – После укола жар пойдёт на спад, и парень вполне сможет долечиться дома. Любовь Алексеевна, давайте не будем терять время. Соберите Григорию Ивановичу все самое необходимое, пока я закончу с ребёнком.
Люба кивнула, вышла из комнаты и увидела нарядного Артёма, который уже собирался выходить из дома.
– Подожди, а ты куда? – спросила его Люба.
– Ты что? – повернулся он к ней. – Я же сказал, что еду к Олегу на день рождения!
– Артём, ты издеваешься?! – воскликнула Люба. – Ванечка болен! Его нельзя оставлять одного. А я сейчас поеду в больницу с дядей Гришей и останусь с ним.
– С какой это стати? – округлил глаза Артём.
– С такой, что он даже поесть сам не может! – Люба уже не знала, как достучаться до мужа. – Артём, ты не можешь взять и уехать…
– Могу, меня ждёт Олег, – упрямо повторил Артём. – А за Ваней может присмотреть Лёша.
– Лёша – ребёнок… – сдерживаясь из последних сил, проговорила Люба.
– Олег тоже ребёнок! И у него день рождения! – вновь повторил Артём. – Всё, Люб! Не выноси мне мозг. Я сейчас попрошу соседку, чтоб она проверяла пацанов.
– Если ты сейчас уйдёшь, можешь уже не возвращаться… – тихо сказала ему Люба.
Глава 13
